Глава 63.0

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ.

Феликс откинулся на свою зеленую подушку, вновь полностью вернувшись в реальный мир. — Ну что? Что думаешь?

Элоуэн явно потеряла дар речи и рассмеялась. — Я все еще не могу до конца поверить в масштаб того, чего ты достиг. Твое ядерное пространство шире, чем у любого Грандмастера, которого я когда-либо видела, а меня приглашали осмотреть как Терна, так и бывшего Грандмастера Вайолета.

Это заинтересовало Феликса. — Как выглядели их?

— Учитывая, что он твой Канцлер в Левантире, полагаю, Терн не будет против, если ты узнаешь. Ядерное пространство Грандмастера сложное и плотное, превращено в гигантскую машину.

— О?

— Оно основано на его многочисленных открытиях; оно передает его силу по всему ядерному пространству по странным, почти мистическим путям. Машина – это причудливое сочетание технологий и магии, и меня удивило это видеть. Представь себе автомобильный двигатель, только в тысячу раз сложнее и наполненный мистическими деталями. — Элоуэн сложила руки на коленях, погруженная в воспоминания. — Это было так интересно, знаешь ли? Большая часть его ядерного пространства умозрительна. Работает оно в основном потому, что Терн верит в это.

— Я понимаю. У меня в груди маленькая солнечная система, и это не имеет ни малейшего смысла.

Элоуэн рассмеялась. — Надо признать, Терн создал свое, основываясь на том, что мы знаем о технологиях Нима. Он построил его на теории и исследованиях, добавляя лишь те части, в которых был уверен, что они заполняют пробелы в наших знаниях. Множество технических деталей вложено в его ядерное пространство, и в этом его Сила.

— Интересно. Это похоже на ядерное пространство Алистера, — пробормотал Феликс. — Этот парень изрядно боготворит Терна.

— Я это заметила, — сказала Элоуэн с улыбкой. Выражение ее лица, однако, быстро исчезло. — Грандмастер Вайолет… ублюдок… его ядерное пространство, что неудивительно, было башней. Фиолетовая Башня, конечно же, с его Навыками в качестве пристроек. Все это парило над копией города Левантира.

— Целый город? Это очень много деталей, чтобы уместить. Я впечатлен.

— Ты бы так подумал. Я, конечно, подумала. Когда Тиир показал мне свое ядерное пространство, я хотела исследовать каждый сантиметр этого места, но он запретил. Я узнала почему только во время моего третьего визита, когда Грандмастер Вайолет был не так внимателен. Я выскользнула из его Башни и спустилась в город внизу, и меня встретило разочарование. Это было похоже на картину на стене или неисследуемый фон в фильме. Чрезвычайно реалистично выглядящее, даже имеющее углы и измерения, но там ничего не было. По-своему очень красиво, но, как и Грандмастер, оно было пустым.

Элоуэн фыркнула, звеня цепями. — Оглядываясь назад, я почти уверена, что он создал его таким, чтобы чувствовать себя превосходным. Манипулятивный идиот не хотел ничего больше, чем править Левантиром. В своем ядерном пространстве он был возвышен над всем городом – над самим Континентом. Он был мелочным человеком.

— Несмотря на это, пространство все равно было впечатляющим. Оно было почти таким же детализированным, как у Терна, но эти детали были распределены по большей площади. Все комнаты Башни были целы, даже библиотека. И, честно говоря, я украла у него кое-какие детали – факт, который он не совсем оценил, но посчитал правильным использованием ресурсов. Этот человек был не чем иным, как преданным стремлению к власти.

— Каково было его Проявление Ядра? — Спросил Феликс.

— Что-то вроде телекинеза, но намного сильнее. Он мог воздвигать этот маяк силы, который распространялся наружу, устанавливая контроль над областью одной лишь своей Волей.

— Хм. Был ли он так же силен, как ты?

— В плане чистой Воли и Интеллекта? Да.

— И все же ты могла швырять меня в нашей битве. Тот парень даже не пытался. Почему так?

— События того дня туманны, но я помню, что он пытался. Потом ты сжег его Хтонической Звездой.

— О, — сказал Феликс. — Точно.

Элоуэн вздохнула. — Он был затронут извращенной Волей Сивы… но я не сомневаюсь, что он присоединился охотно. Его жажда власти всегда была при нем, даже когда мы впервые встретились. У меня есть несколько теплых воспоминаний о нем, особенно с ранних дней. Было несколько месяцев после моего присоединения, когда он был просто добрым источником поддержки, оставаясь при этом безжалостным в своих методах сохранения власти над городом, абсолютно. — Она покачала головой. — Трудно примирить эти две личности. Его привязанность к Сиве – это было его истинное «я». Полагаю, это то, что меня больше всего опечалило.

— Я болтаю. Не обращай на меня внимания. — Она встряхнулась. — Ты пробовал свое Проявление Ядра после Левантира?

— Нет, — Феликс скрестил руки на груди.

— Это из-за Зверя?

— В основном. Если я использую его, и эта штука снова возьмет верх… Я не хочу находиться рядом с кем-либо, кто мне особенно нравится.

Элоуэн скрестила руки, в точности повторяя его движения. — Как человек, который тебе, кажется, нравится, я это ценю. Тем не менее, по тому, что ты мне рассказал, эта штука разумна. Ты пытался договориться с ней?

Феликс задумался об этом, вспоминая видения, которые были у него во время его Закалки. Вспышка идеальной памяти пронзила его Разум, прежде чем он успел оттолкнуть ее. Он все еще чувствовал ужасную боль, которую Зверь причинял ему снова и снова, произнося свои тревожные слова.

— Я не уверен, что разум – это ответ, — сказал он наконец.

Гром прогремел по камере, так громко, что казалось, будто произошел взрыв.

Приближается Угроза!

Феликс вскочил на ноги быстрее, чем успел прочитать уведомление. Он вырвался в зал, в спешке разбив двери. Там Зара, Пит и Певцы выходили из ткацкой камеры.

— Вернитесь, — скомандовал он. — Следите за ними. Я займусь этим.

— Да, ты слышала его, Зара, — крикнул Пит, прежде чем они вдвоем умчались, а Элоуэн следовала за ними.

— Будь осторожен, — крикнула Зара им вслед, но Феликс уже не слушал. Все его внимание было сосредоточено на его городе, поскольку одно оповещение за другим проносилось по его Власти.

Угроза Приближается к Западным Стенам!

Угроза Приближается к Южным Стенам!

Угроза Приближается к Восточным Стенам!

Элоуэн двигалась быстро, но отставала – пока Пит не подхватил теронского мага себе на спину. Она вскрикнула от удивления, но крепко держалась.

— Ты слишком медленная, — сказал Пит в качестве объяснения.

Однако это было последнее, на что Феликс обращал внимание.

Он бежал по залам, сотрясая пол каждым шагом, пока не прыгнул в винтовую лестницу в центре своей Цитадели. Молния вспыхнула, подбрасывая его вверх, когда он откинулся назад, и менее чем за секунду он достиг вершины, замедлившись лишь для того, чтобы приказать дверям на самой вершине открыться. Доступный туннель в центре Бастиона Атлантеса разделился, выпуская его на открытый воздух под Духовным Древом. Там он стал свидетелем хаоса.

Пришла Угроза.

Божественные Здесь.

Две луны низко висели в небе, когда черные тучи возвышались высоко над головой, сверкая багровыми молниями. Луны были бронзовыми и темно-желтыми, вглядываясь сквозь тьму в его город, как зловещие глаза.

Феликс висел в воздухе, окутанный синими молниями, когда увидел знакомые, лоснящиеся от масла очертания теневых зверей, несущихся к стенам его города. Кошмарные Грибные Ужасы тоже поднимались – целая волна двуногих чудовищ, хлынувших из лесов, в то время как буквальные волны из Горького Моря обрушивались на Хладный район. Волны разбивались о корни и холмы, легко достигая тридцати футов в высоту, когда они устремлялись к Элдертрону.

«Чудовища, тронутые богом». Люди были там внизу, сражаясь с монстрами и беззащитные. «Они умрут!»

Феликс вспыхнул на спине молнии, устремляясь на запад, даже когда тянулся к своей силе.

— Соната Доминирования!

Стена из земли и камня вырвалась сквозь темный лес, сто футов в высоту и вдвое тоньше, как раз когда волна обрушилась на нее. Инерция моря была разбита, но стена не осталась невредимой – ее части треснули и осыпались от чистой силы удара. Теневые чудовища внутри волн были разбиты о его стену, превратившись в кровавую кашу. Оповещение за оповещением мелькало в его сознании, сотни смертей, каждая приносила ничтожный опыт, который он тут же игнорировал.

Действуя быстро, Феликс укрепил стену опорами из демон-камня. Опоры было гораздо легче создавать на лету, чем делать всю стену из демон-камня сразу. В тот момент, когда последние опоры проявились, треск прекратился – пока что она выдержит. Он повернулся, окинув вниманием монстров, атакующих его людей за пределами Хладного района. Он знал их там, как знал почти весь Легион.

Хобгоблин-бабушка Хева, ее команда из Кейд, Мерк, Стеллис и ряд других собрались вместе. Все они обрушивали силу на Грибные Ужасы, которые снова и снова поднимались из земли неиссякаемыми волнами.

С напряжением Воли Феликс обрушился на гниющие орды, взрывая десятки, когда он расколол землю и выпустил сине-белую молнию наружу. Существа щелкали и стонали, глядя на него, прежде чем ринуться в атаку.

— У меня нет на вас времени, — сказал он. «Непреклонный Диссонанс!»

Все они были скованы молниями и притянуты к нему. Феликс отрегулировал притяжение, чередуя свое Намерение между толчком и притяжением, пока не вызвал вокруг себя яростный циклон, разрывающий их тела и заканчивающий их отвратительные жизни. Споры разлетелись во все стороны, образуя облако вокруг него, но Феликс не закончил. Он схватил каждый кусок, их светло-голубые соединения сжались в его вытянутой клешне.

— Эмпирейские Объятия!

Он поглотил все.

— Император! Император Неварр! — Воскликнула Хева, в то время как несколько легионеров салютовали ему.

Феликс зарычал на них всех. — За стены! — Он поднял взгляд. — Приближается кое-что похуже.

Все они поспешно разбежались, их Духи, которые до этого ослабли от страха и усталости, внезапно окрепли от знакомой волны нарастающей песни. Надежда. Феликс видел это раньше, но задавался вопросом, хватит ли этого на этот раз.

Отлично Сделано, Ваше Императорское Величество.

Голос прогремел сверху. Грозовые тучи, испещренные багровыми молниями, где чудовище из гниющей плоти и грибковых наростов летело на двух массивных крыльях. Тошнотворный свет очерчивал его животное тело, а блестящий ореол венчал его львиную голову, украшенную прорастающими грибными шляпками и окровавленными рогами.

— Йеро, — прорычал Феликс. Он снова взмыл в небо на молнии.

Дюжина теневых зверей упала с неба, прервав его подъем. Их скользкая плоть была почти невидима на фоне бури, а их когти двигались достаточно быстро, чтобы полностью разорвать его тунику и куртку. Молния вспыхнула, уничтожая нескольких из них, когда они били его в грудь.

Феликс отдернулся в сторону, молния трещала вокруг его левой конечности, прежде чем он обнажил Волю своего Наследника и рассек их одним ударом. Они взорвались маслянистым дымом, но клинок скользнул и искрил, когда когти другого теневого зверя отбросили его назад. На этот раз Феликс отлетел, сила Парирования вибрировала в его запястьях и плечах.

Он проследил за существом, когда оно взлетело, чтобы присоединиться к Йеро. Оно было меньше гнилого зверя Бога Гнили, но не менее ужасным. У него не было крыльев, оно просто колыхалось в небе, извивая свои многочисленные конечности, когда мандибулы щелкали перед зияющей дырой там, где должно было быть его лицо.

— Ноктис. — Феликс сузил глаза. — Вы идиоты, что нападаете на меня здесь.

Тебе Понадобится Гораздо Больше, Чтобы Пробить Нашу Шкуру, Фальшивый Король!

— О, поверьте, я могу, — прорычал он. — Просто спросите Сиву.

Безликий змей рассмеялся, его смех был прерван громом, когда кровавые молнии пронеслись по небу за ними. Да. Представьте Мое Удивление, Когда Вы Поглотили Нашу Сестру. И Представьте Мой Восторг, Когда Вы Поглотили Ее Луну!

Феликс замешкался. Разговор шел не так, как он ожидал.

Разве Ты Не Видишь, Маленький Лорд? Это Наказание За Богоубийство!

Рев привлек его внимание в сторону, когда с запада раздались крики волн. Горькое Море поднялось выше, чем когда-либо, теперь более чем на сорок футов, и они обрушились на его стену. Камень отваливался большими пластами, трещины углублялись. Феликсу нужно было все это укрепить.

Нет. Мы Не Можем Этого Допустить.

Феликс отбросился назад на кабеле молнии, едва увернувшись от львиного когтя, который полоснул там, где только что была его шея.

Ты Не Остановишь Это! Львиное лицо исказилось в неестественной ухмылке. Кровь хлынула в грибковые наросты по всему его черепу и гриве. Ты Уничтожаешь Луну Богини, И Ты Страдаешь От Последствий! Это Твоя Вина, Что Приливы Этого Мира Отвязаны!

«Непреклонный Диссонанс!»

Феликс потянул за связь со стенами, которые он только что создал, снова устремляясь к ним, когда Соната Доминирования собиралась в его груди. Ее песня вырвалась наружу, покрывая части его стены демон-камнем. Но только части.

Ноктис рассмеялась, ее волнообразная форма врезалась в Феликса и отбросила его вниз. Он рухнул на землю, пробиваясь сквозь здание за зданием своего города, прежде чем образовать кратер на улицах. Боги последовали за ним, то гневные, то злорадствующие, когда их темная сила питала их мощь.

«Соната Доминирования!»

Камень выстрелил вверх из кратера, устремляясь к Сосудам, когда они падали. Он, конечно, промахнулся, но попасть в них никогда не было целью. Боги улетели, и Феликс поднялся в их отсутствие на Столпе молнии, прямо в небо, пока не оказался прямо под кроной Атлантеса.

Шэдоу и Лев, однако, не так легко обманулись. Их конечности быстро сомкнулись, ударяя Феликса по груди и лицу с такой невероятной скоростью, что он даже не мог подумать о блокировке. Он просто принял наказание на свою чешую и плоть, кровь капала от каждого удара.

На западе его формирование начало рушиться, когда вода прорвалась. Ты Наш, Неварр, – прошипел Йеро через своего Гнилого Льва. Пусть Дети Играют Между Собой.

Внизу лес взорвался от мерзких существ, которые были частично плотью, частично гниющей растительностью. Как и грибные люди, атаковавшие Харвотч в прошлом году, они были мясистыми, бронированными и обладали разнообразными отвратительными формами. Они рвали его оборонительные отряды, их масса подавляла Легион.

— Нет! — Феликс оскалил Зубья. «Эмпирейские Объятия!»