Глава 73.0

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Синее окно парило перед ним, мерцая золотистым светом по краям, словно покрытое позолотой. Пути были перечислены там, но они также сияли в темном небе Пустоты, подобно звездам в ночи. Он чувствовал их так же отчетливо, как и первые три – бесконечные возможности, развернувшиеся перед узким игольным ушком. Дюжина вариантов Выбора, способных изменить всю его оставшуюся жизнь.

Или привести к гибели.

Что же выбрать?

— Это… как-то чересчур, — сказал Феликс. Он догадывался, что вариантов будет больше, но четырехкратное преимущество стало сюрпризом.

«Поразительно. Я считал, что Путь Восходящего силен, но некоторые из этих вариантов по-настоящему завораживают», – Карис на его поясе издал гудящий звук и даже слегка подпрыгнул в ножнах.

— Путь Восходящего – это ловушка, — огрызнулся Феликс. — Пусть Веллус катится к черту. Я не заглочу эту наживку.

Пит яростно затрещал в знак поддержки, и Феликс не смог сдержать улыбки, тронувшей его губы. — Спасибо, дружище. Но сначала давай посмотрим, что у нас тут есть.

Он знал – лучше, чем что-либо другое – чего именно желает от этих Путей. Ему нужна была власть, сила, достаточная для защиты себя и тех, кто ему дорог, и автономия, чтобы распоряжаться этой силой. Несмотря ни на что, Путь Восходящего все еще манил, но это был бесплатный сыр в мире, где все имело последствия. Он заигрывал со Сломанным Путем и богами. Чем больше Феликс взаимодействовал с ними, тем меньше он хотел иметь дел с Божественным, даже если они давали «очень» хорошие бонусы к характеристикам за уровень. То вмешательство, которое он ощутил только что? Если это была не Веллус, положившая руку на чашу весов, то он готов был съесть собственные сапоги.

Феликс не стремился к божественности, он просто хотел выжить.

Но одного выживания было мало. Вариант «Выживший» исчез, как и Путь Убийцы. Путь Ученых, к сожалению, тоже. Видения того, как он исследует и раскрывает давно забытые тайны, каталогизирует удивительных существ мира, растения, магию… это влекло его с удивительной силой. Но Феликс отбросил эти мысли, отвергая соблазн.

Следующим был Путь Уз. Он вспыхнул в отдалении, вибрации его света достигли Феликса в тот самый миг, когда он сосредоточился на нем. Феликс внезапно оказался на горе, на утесе, и Пит был рядом с ним. Тэнку стал сильнее, чем когда-либо, крупнее, крепче и быстрее. Он был ближе со своим Компаньоном, чем когда-либо, сильнее во время Конвергенции, способный объединять не только Гармонические характеристики, но и Основные. И все же, как бы он ни любил Пита и ни хотел укрепить их связь, это не шло в сравнение с остальными вариантами. Феликс отсек свет, возвращаясь к краю своего пограничного леса.

Пит разочарованно вздохнул, и Феликс похлопал его по шее.

Путь Мага был заманчив, но его превзошел Путь Архимага, показавший видения будущего, где Феликс обрушивает заклинания с вершины бастиона, созданного Формированием камня. Одетый в боевые одежды, он держал пылающий посох, направляя его вниз и посылая потоки плотной на вид Маны в наступающие армии. Враги были стерты с лица земли в цепочке огня, молний и ревущей земли. Это искушало. Магия была абсолютно завораживающей, и она никогда бы ему не надоела, но его Путь не был чисто магическим. Ему нужно было учитывать и физическую составляющую; без своего мощного Тела он бы давно погиб. Он двинулся дальше.

Затем пришел темный свет, почти неразличимый в окружающей черноте. У Пути Пустоты была песнь, что звучала тише шёпота, но обладала не меньшей силой. И все же Феликсу показалось, что в нем чего-то… не хватает. Путь мерцал видениями того, как он парит во тьме, ведя за собой армию зверей Пустоты, как противостоит самой Китопасти – он отпрянул, в удивлении вырываясь из видения.

— Китопасть… — прошептал он.

Путь Пустоты мог сделать его сильнее в некоторых аспектах, но он узнавал искушение, когда видел его. Китопасть была ему не по зубам… возможно, так будет всегда. Тем не менее, бездна внутри заурчала при мысли о новой встрече с ней, о поглощении ее самой и остатков силы Пасти.

Феликса передернуло. Путь Пустоты был наиболее силен в том Мире, и хотя он все чаще оказывался в пограничных пространствах и зонах, прилегающих к Пустоте, сама Пустота не была тем местом, куда он желал вернуться.

Он облизнул губы. «Дальше».

Путь Пожирателя напомнил о его самых ранних воплощениях навыка «То, что таится внутри», предшественника «Владыки Плоти». Незавершенная способность, усиливавшая его агрессию и голод. Он видел это в резонансе Пути – будущее, зависящее от его способности контролировать себя… иначе он превратится в нечто звериное. Это он тоже отверг. Он достаточно сражался со своим Голодом и слишком много раз усмирял его, чтобы возвращаться к такому состоянию.

Однако сила, на которую тот намекал, привела его к следующему варианту. Путь Кардинального Зверя. Он сиял в списке, и мощь, которую он предвещал, была неоспорима.

Путь Кардинального Зверя (От: Кардинальный (Большой), Освобождение Зверя, Клетка для Зверя, Владыка Плоти, Прожорливое Око, Ненасытная Десятина, Раса: Первородный Незримого Прилива (Малый), Ядро Кардинального Зверя)

+50% к получению Эссенции за каждого поглощенного врага, +50% к развитию навыков за каждого поглощенного врага, +7 ко всем характеристикам за уровень, +5 уровней ко всем навыкам, затронутым Первородным.

Он усиливал преимущества Пути Пожирателя и добавлял пачку дополнительных уровней навыков; на бумаге Кардинальный Зверь выглядел потрясающе. Однако Сродство Феликса зацепилось за резонанс его далекой песни и увидело в нем судьбу почти столь же пугающую, как и Путь Убийцы.

Феликс шагал по городским улицам, став крупнее, чем прежде, покрытый черной чешуей и искрящийся сине-белыми молниями и красно-золотым пламенем. Люди и монстры бросались на него изо всех переулков и проходов, словно желая раздавить его массой своих Тел. Но Феликс протянул руку и с резким вдохом обратил их всех в пыль и дым. Дым, который он немедленно поглотил, вытягивая Эссенцию из кожи, костей и металла, направляя ее в свои ядра. Его кожа лопнула, чешуя сформировалась заново, а зубья…

Сила. Путь Кардинального Зверя обещал несказанную мощь, если только он будет готов ее взять.

Феликс вздрогнул и отстранился, слишком велик был соблазн; он был почти очарован настолько, что едва не выбрал этот Путь немедленно. Тот звал его, и бездна в его центре отозвалась, воркующим криком, от которого у Феликса задрожали кости. Это был первый звук, который когда-либо издавала его бездна, но не первая попытка общения; он понимал, чего она хочет, почти чувствовал, как черные когти пытаются дотянуться за пределы вращающихся колец его двойных ядер.

«Отдай… Отдай…»

Тревога пронзила Пита и Кариса, и все трое теперь наблюдали за бездной. Она яростно бурлила, пузырилась, но не выплескивалась за пределы сдерживающих ее кольцевых ядер.

— Ох, ну и дела, — выдохнул Феликс. — Это было… неожиданно.

«Она голодна», – прислал Пит. «Я ей не доверяю».

«Я тоже», – добавил Карис. «Но она не ошибается. Этот Путь Кардинального Зверя могущественен, и я вижу почему. Он несет в себе прикосновение твоей Расы к ее следующей эволюции».

— Первородные, — почти выплюнул Феликс. — Точно.

Были и другие Пути, способные отвлечь его внимание от жужжащего света Кардинального Зверя. Один из них, в частности, гудел сильной, неизменной песнью, и он привлек его внимание, когда Феликс бежал от Зверя.

Путь Непокоренного (От: Герой, Непокоренный, Встречающий Натиск, Оплот Невинных, Неукротимый, Железная Воля, Рабочая Лошадка)

+15 к Стойкости, Силе, Живучести, +5 к Ловкости, Резвости, Восприятию за уровень.

Феликс увидел видение, которое, казалось, проходило красной нитью сквозь все его Пути. Он против армии. Солдаты в белых доспехах и красных плащах маршировали бок о бок с более крупными фигурами в багровых латах, но все они несли мечи из яркого пламени и оставляли за собой шлейфы туманного золотистого света. Феликс стоял один, покрытый черной чешуей, с Клыком на плече. В другой руке был щит, казалось, вырванный из шкуры массивного существа и испещренный головокружительными узорами. Он спокойно наблюдал за начавшимся натиском.

Он не чувствовал ни страха, ни паники при их приближении, лишь устойчивое, твердое осознание того, что он выстоит. Безликие другие бежали за его спиной, ища спасения, но он останется. Останется, будет сражаться и никогда не сдастся, ни за что, даже перед лицом смерти. По его жесту из земли выросли каменные стены, направляя фанатиков к нему одному. Он поудобнее перехватил оружие.

Это был хороший день, чтобы умереть.

Феликс ахнул, когда первый клинок ударил по нему, разбившись о щит и вытолкнув его из видения.

— Нет-нет, определенно не это, — сказал он, обменявшись обеспокоенным взглядом с Питом. Уши тэнку стояли торчком, а перья взъерошились от тревоги. Дело было не в том, что Непокоренный не был силен – он явно давал хорошие бонусы и опирался на некоторые из его самых похвальных Титулов… но Феликс не горел желанием подталкивать себя к самопожертвованию. Не снова. Только если не будет иного выхода.

Что оставляло последний вариант.

Путь Кардинального Теурга (От: Кардинальное Пламя, Облик Судьбы, Разрушитель Судеб, Сломанный Путь, Кардинальный (Большой), Интеллект и Сила Воли выше 1000, Теург Восхода, 1 заклинание Трансцендентной редкости или выше, Ядро Кардинального Зверя, Ядро Грозового Пламени)

+15 ко всем Духовным характеристикам, +10 ко всем Телесным характеристикам, +5 ко всем Ментальным характеристикам за уровень. Увеличение штрафа к опыту до 50%.

Многочисленные Титулы, Навыки, характеристики и даже само наличие обоих его ядер открыли перед ним этот вариант. — Кардинальный, как и Путь Зверя, как мое Пламя и Титул. — К этому моменту он уже понял, что «кардинальный» как-то связано с Первородными. — Но «Теург» – это странно. — Если его воспоминания с Земли были верны, теурги были чудотворцами. Что-то среднее между магом и жрецом в старых настольных играх. Настороженно Феликс взглянул на свет Пути и открылся ему.

Феликс увидел себя стоящим среди руин серебряных башен. На полу, высеченные в камне, сияли сигилы и глифы, круги в кругах, освещенные трескучей сине-белой Маной. Над ним повторялись те же формы, начертанные в воздухе красно-золотым светом. Феликс был облачен в белые одежды, шлейфом тянущиеся по земле, запыленные и потемневшие, словно их тащили по бесчисленным милям грязи. Крылья черного и багрового цвета раскинулись в стороны на сорок футов, кончики маховых перьев едва касались краев магического круга.

Сила кружилась, накапливаясь. Высоко вверху, между изгибающимися башнями, в небе висела луна. Луна была огромной, занимая все видимое пространство, словно она падала на саму планету. Луч сплетенного света внезапно вырвался из массивов вокруг Феликса, устремившись прямо вверх, в поверхность луны. Напрягая Восприятие, Феликс едва смог различить подобный массив, формирующийся там, на дальнем конце.

Крик ужасающего Диссонанса пронесся по небесам, сотрясая серебряные башни до самого основания. Каким-то образом Феликс знал, что причиной был он сам, и это наполняло его ужасом и решимостью в равной мере.

— Что вверху, то и внизу, — произнес он нараспев.

Взорвалась какофония звуков, выстрелив в небеса вдоль этого сплетенного луча. Луна ударила, словно тарелка, словно гонг. Рябь разошлась вовне, волны росли, пересекая Пустоту вверху, а затем остановились. Замерли.

«Притянуты».

Ощущение Божественного снизошло, увлеченное его зовом. Размытая фигура упала на эту сплетенную линию, опутанная цепями, связанная светом и звуком. Феликс остановил ее всплеском сине-белой молнии, оставив кратер в камне под собой и подняв столбы пыли во все стороны. Серебряные башни рядом с ним зазвенели, как колокола, каждый удар – в такт дергающимся конечностям фигуры. Слишком много конечностей. Тело, которое извивалось и корчилось.

Лицо, которое не было… глаза…!

Рот Феликса открылся, обнажая ряды зубов. Он вздрогнул. Или вздрогнул мир.

Он…

Он пошатнулся, отступая, уводя все свое существо прочь от гулкого света Пути.

— Что это, черт возьми, было? — Прошипел он. Не в первый раз он задавался вопросом о видениях, которые показывали ему Пути. Были ли они событиями будущего, возможностями? Если он выберет этот Путь, случится ли это?

Карис вспыхнул на его бедре. «Выбор определяет нас, Феликс. Судьба никогда не бывает предопределена, но это положит начало Пути, который увеличит шансы на такой исход. В этом у меня нет сомнений. Ты находишься в точке перемен. На пороге будущего. И если это те варианты будущего, что лежат перед нами, я боюсь того, что может прийти».

«Ты должен быть готов, Феликс».

— Быть готовым, — пробормотал он. — Кто может быть готов к такому? К любому из этого? Кровь и резня, потеря себя в голоде, в любой ловушке, что таит Божественный Путь, в… чем бы ни было это дерьмо. — Феликс сглотнул, но это было больно; в горле пересохло, как в пустыне.

Кардинальный Теург был опасен. Могущественен. Очень могущественен, да, в этом он был уверен. Сами по себе бонусы были великолепны, хотя это и сопровождалось увеличением штрафа к опыту. И все же этот Путь манил его так же сильно, как и Кардинальный Зверь.

«Я что, собирался сожрать бога?» – Феликс в изумлении покачал головой. «Как это вообще возможно? И насколько это мудро?»

Он снова посмотрел на Пути, лениво поглаживая своего Компаньона. Пит положил голову на плечо Феликса, и его тяжесть принесла утешение. — Что мне делать, Пит?

Каждый Путь родился из его выбора, каждый был связан с его существом его поступками и достижениями. Феликс смотрел на Пути, выстроившиеся перед ним, словно на аквариум с гадюками. Его Сродство дрогнуло, уклоняясь от песни их возможностей, но Феликс нерешительно посмотрел снова. Со всех сторон, с каких только мог.

«Что мне выбрать? Пути послабее, но стабильнее, или более могущественные и куда более опасные?» Риск и награда. «Но если я выберу более сильный, даже избежав Восходящего, не променяю ли я просто свободу на силу? Не стану ли рабом голода или кривой связи с богами?»

Его Сродство за что-то зацепилось. Нити света, смешанные с вибрациями Путей, тянулись через Пустоту и переплетались с ядром Феликса. С его Титулами, Навыками, характеристиками, со всем. «Это же…» Это были те же нити, которыми он манипулировал с помощью Непреклонного Диссонанса, которые он мог захватывать и интуитивно чувствовать своим Сродством.

Почему же он не может манипулировать «этими» нитями?

«Феликс. Что ты делаешь?» – Карис зажужжал на его бедре. «Это ощущается… странно».

— Я впервые делаю свой собственный выбор, — прорычал Феликс, и Пит завыл в пустую ночь. Он исчез во вспышке света, объединив свое Намерение и Сродство с Феликсом и послав волну поддержки. Слова между ними были не нужны, но Феликс все равно произнес их:

— Мы в этом вместе, да, Пит?

«Всегда».

«Я и подавно не стану противиться твоей Воле. Сомневаюсь, что вообще смогу теперь», – Карис расцвел зелено-золотой Маной жизни, и Феликс обнажил его. «Тогда давай бросим вызов судьбе».

Феликс оскалил зубы.

«Непреклонный Диссонанс!»

«Кардинальное Пламя!»

Пути содрогнулись, их гармоники перекосились, когда огни в далекой Пустоте заколебались. Феликс чувствовал части, формы их всех, пока они пели о его будущем. Он захватил их своим Сродством и Волей и, придав своему Намерению остроту бритвы, поднял свой изогнутый меч и перерубил эти нити.

Звук пронзил его, пронзил «все». Звук, подобный концу света.

Феликс схватился за нити, которые даже сейчас пытались выскользнуть из его хватки. Его мощная Сила Воли была единственным, что удерживало их – подкрепленная пульсирующей Жилой Божественности внутри его ядра – дюйм за дюймом стягивая их вместе. Ближе, пока их общая песня нарастала до катастрофического крещендо. Гармония и Диссонанс, отголоски пространства его ядра, его противостоящих колец, пели в яростном состязании. Каждая нота превосходила предыдущую, пока Феликс вплетал нить в нить, «притягивая» их сине-белой молнией и красно-золотым пламенем.

Все это вжигалось в него, в его душу. Его Аспекты дрожали, содрогаясь в конвульсиях, когда нити толщиной с кабели прикреплялись к пространству его ядра.

Феликс не позволит себя ограничивать ни богам, ни самой Системе. Если это начало его судьбы, то он выкует ее сам.

Он вложил в это все, что у него было, всю свою Ману и Выносливость, даже плоть и кровь. Эссенция расцвела и была поглощена, сила вспыхнула вдоль его ядер, когда они неистово завращались, и бездна вскрикнула в экстатическом ужасе.

Прикосновение зверя внутри него было здесь, басовитый рык вплетался в общий звук. Он обещал удовлетворить его потребность в конфликтах, битвах и физическом превосходстве. Но там был и разум, сила, превосходившая даже мощь Теурга. Его песня была воркованием, и заливистым воем, и триумфальным боевым кличем.

Он знал – «он знал!» – и это знание делало песню еще ярче; сливающаяся мелодия и шокирующие, резкие ноты ее крещендо были почти выше его сил. Гармония и Диссонанс закружились вместе, когда гул всего сущего достиг невозможной ноты.

Он выбрал.

Путь Кардинального Демона (От: Кардинальное Пламя, Облик Судьбы, Разрушитель Судеб, Неукротимый, Тиран Выбора, Похититель Судеб, Противостоящий Катастрофе, Наследник, Кардинальный (Большой), Сила Воли выше 1500, Сила выше 1000, Теург Восхода, 1 заклинание Трансцендентной редкости или выше, Ядро Кардинального Зверя, Ядро Грозового Пламени, Жила Божественности, Рожденный Волей)

+50% к получению Эссенции за каждого поглощенного врага, +50% к развитию навыков за каждого поглощенного врага, +5 уровней ко всем навыкам, затронутым Первородным, +20 ко всем Основным и Гармоническим характеристикам за уровень. Увеличение штрафа к опыту до 50%.

И во тьме, в распадающемся лесу, сформировался дверной проем из мерцающего света.

Феликс упал.