Глава 54.0

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ

Формовка Камня достигла 78 уровня!

Вдоль выступов тускло-коричневых утесов, в которые был вписан Варрен, Феликс возвел приземистые строения, тянущиеся параллельно остову. В основном это были стены, изогнутые так, чтобы максимально сдерживать яростный напор ветра. Остальное представляло собой узкие проходы – «бутылочные горлышки» – вокруг открытых участков почерневшего костяка Левиафана, где его люди могли бы принять бой. Он не был ни архитектором, ни знатоком фортификации, но сделал всё, что мог, за отведенное время.

— Назад! Назад! Линия обороны должна быть здесь и здесь! — Кричал Дариус, указывая на позиции в импровизированных укреплениях Феликса.

— Лучникам не стрелять, пока не увидим, как пойдет удар! — Рявкнул Харн прямо из-за спины Десницы. — Хенаари! Упор на копья, держать дистанцию!

Шаман, Атар и даже эта женщина, Пэйлин, выражались предельно ясно насчет того, что их ждет. Шторм, Ветры Проклятия, были предвестниками худших врагов пустыни, и никто не относился к этому легкомысленно.

Фронт бури оказался куда масштабнее, чем Феликс предполагал. С неопределенного расстояния он казался просто огромным – полоса, перекрывающая часть горизонта и затмевающая вспышку восходящего солнца. Но когда он с ревом обрушился на них – причем с буквальным ревом, судя по их Родству, – Ветры Проклятия явили себя во всей красе: тысячи футов в ширину и высотой с любой из небоскребов, что Феликс видел в прошлой жизни. Само его присутствие подавляло чувства – настоящий бегемот из ветра, песка и смерти.

Когда шторм ударил, первыми приняли на себя удар укрепления.

Песок скреб по ним, словно ревущая завеса из крошечного града. Поднимались щиты, активировались Навыки, но пески вгрызались в них безжалостно. Даже созданная Феликсом защита не устояла перед стеной шторма – самой плотной и яростной частью бури. Стены покрылись царапинами и выбоинами под натиском стихии. Феликс лишь порадовался, что никто не пострадал сверх меры; его защита сработала.

— Дуга Света! — Проревел Дариус сквозь вой ветра. Стена шторма миновала их, но ветер внутри песчаной бури по силе не уступал шквалу. — Первый залп!

Маги вдоль всей линии импровизированных парапетов вскинули руки, укрывшись за каменными выступами и вертикальными пластинами кости левиафана. В их ладонях вспыхнули сине-белые молнии; Мана-врата извергали вспышки сгущенной мощи, когда каждый маг в отряде выпустил заклинание. Это были простейшие чары, внушающие трепет скорее числом, чем силой. И всё же, пролетев едва ли десять футов, заклинания попали в поток Ветров Проклятия, который смял их и развеял без следа.

— Держите магию при себе! Ветер собьет прицел! — Прокричал Харн. — Приготовиться! Они здесь!

Со своей позиции, расположенной выше остальных, Феликс наблюдал, как бурлящий ураган извергает потоки песка. Вместе с песком, верхом на самом ветру, явились иссохшие воины в ржавых доспехах и с обломками оружия. Они падали на землю, приземляясь на стены и песчаные дюны – сначала десятки, но следом прибывали новые. Едва коснувшись земли, они повернули головы в сторону Феликса и его людей, и мертвенно-зеленый свет окутал их шипящим сиянием.

— Нежить! Приготовиться!

Существа бросились в атаку, размахивая костлявыми конечностями. Феликс прищурился, вглядываясь в метель, и активировал свое Око.

«Прожорливое Око!»

Имя: пылевой мертвец.

Тип: Нежить.

Уровень: 39.

Здоровье: 0/0.

Выносливость: 3412/3422.

Мана: 1189/1189.

Описание: Нежить – это некогда живые существа, привязанные некромантской Маной к чужой Воле. Некоторые монстры используют некромантскую Ману в ходе естественной жизнедеятельности, хотя на них ведут активную охоту. В любом случае, у таких существ нет Здоровья; вместо этого весь урон вычитается из их огромного запаса Выносливости. Только когда их Выносливость упадет до нуля, их можно будет убить окончательно.

Сила: Требуется больше данных.

Слабость: Требуется больше данных.

«Проклятье, они сильны. И их трудно упокоить», – поморщился Феликс. Он снова воззвал к Формовке Камня, пытаясь подправить укрепления. Они были неплохи, но теперь, когда пылевые мертвецы пошли в атаку, он видел изъяны. Однако стоило его Мане устремиться наружу, как её тут же сожрал штормовой ветер, и до цели дошел лишь жалкий шепот силы. «Дерьмо!» Этого было недостаточно. «Придется подойти ближе».

Нежить не дала ему такой возможности. Их стало слишком много. Их шаркающие движения оказались быстрее, чем Феликс ожидал: они уже добрались до его людей внизу.

— Огонь!

Слева от Феликса, где Атар вытянул руку вперед, выплеснулась волна пламени. Его Поле Пламени залило песок почти жидкой оранжевой Маной; всё вокруг полыхнуло, заставляя гореть даже камень. Пылевые мертвецы не кричали и не выли, они просто перли сквозь огонь, словно его и не было, даже когда он пожирал их истлевшую кожу и лохмотья кожи.

— Разряды!

Как только нежить подошла на расстояние десяти футов, ударили молнии. Враги шли так плотно, что даже те снаряды, что летели мимо цели, всё равно вонзались в кого-то другого, хотя Феликс видел, как Ветры Проклятия откусывают куски от их мощи. Разряды прошивали плоть и иссохшие мышцы, но и это мало кого остановило. В ход пошли зазубренные копья, с одинаковой легкостью пронзавшие грудные клетки и черепа; мертвецов методично уничтожали одного за другим, пока узкие коридоры из формованного камня сдерживали их натиск.

Настоящей проблемой стал численный перевес: нежить не кончалась. Шторм изрыгал всё новые и новые волны, пока дюны перед ними не закишели врагами. Большинство были одеты одинаково – ржавый металл, кожаные доспехи, обрывки ткани, бьющиеся на ветру. Но среди них выделялись фигуры в массивных латах с оружием, размер которого поражал воображение. Боевые молоты, кувалды, огромные топоры – эти пылевые мертвецы двигались тяжелой, размеренной походкой тех, у кого огромная Сила сочетается с ничтожной Ловкостью.

«Паладины», – осознал Феликс. На их нагрудниках, пусть и изъеденных ржавчиной и песком, отчетливо виднелась эмблема. «Целая куча Паладинов. Сколько же их тут полегло?»

В этой массе, копошащейся внизу, как минимум треть носила характерные доспехи Паладина или Оруженосца. Похоже, фанатики Беспутного не раз сталкивались с Ветрами Проклятия, и хотя Феликса это злорадно радовало, необходимость сражаться с их ожившими трупами вызывала лишь раздражение.

Пылевые мертвецы перли вперед, уже не бегом, а карабкаясь друг по другу. Это было дикое, хаотичное месиво, и Феликс надеялся, что они просто задавят друг друга… пока не увидел, как они начали взбираться на его стены. Когда первый бронированный мертвец, спотыкаясь, побрел по гребню стены, у Феликса внутри всё похолодело.

«Дождь Ката…»

Прежде чем заклинание успело сорваться с пальцев, серебряное копье прошило бывшего Паладина насквозь. Раздался взрыв, и от нежити не осталось ничего, кроме искореженных сапог. Феликс ухмыльнулся: появилась Весс. Она перемахнула через парапет, вонзая еще два копья в гущу иссохшей плоти. Мана Воздуха и Металла сдетонировала – радиус поражения был куда больше, чем несколько месяцев назад, и одним ударом она скосила десяток-другой врагов.

Следом шла Иви: её цепь танцевала над толпой, с каждым оборотом срывая головы с плеч. Она крутилась в воздухе, перенося массу Тела в инерцию цепи, и приземлялась в вихре льда и вращающихся клинков. Пылевые мертвецы оказались не такими уж бездумными тварями – вскоре они начали избегать этих двоих, рассыпаясь в стороны всякий раз, когда видели одну из женщин, пикирующую сверху.

Впрочем, убежать им удавалось редко.

Чуть поодаль Алистер шагал по дюнам, опираясь на призванные колонны синей силы. Каждый шаг подбрасывал его вверх и вперед, позволяя пересекать стены и дробить нежить тяжелой поступью. Мана Силы извергалась из него, ударяя по пескам подобно молоту размером с человека и превращая мертвецов в сухую труху. Его рапира тоже не знала отдыха: напитанный силой барьер вокруг него отсекал наждачный ветер, но не мешал клинку вонзать разряды кинетической энергии в выбранные цели.

Атар тоже был там, хотя держался ближе к остову Левиафана. Пока остальные использовали щиты или просто крепость своих Тел, чтобы выдержать абразивную ярость шторма, Атар просто сжигал всё вокруг. Он стоял столпом огня посреди темного неба и оранжевой пыли, и любой, кто приближался к нему, исчезал в пламени.

«Черт, парень». Феликс кожей чувствовал, сколько Маны это стоит, но Атара, казалось, это не заботило. Его Зачарованные Искры-разряды кружили вокруг, время от времени выстреливая и превращая двух-трех мертвецов в вонючие лужи. «У него слишком быстро кончится Мана».

Пит, сидевший рядом, нетерпеливо чирикнул. — Ты тоже хочешь? Ты вообще сможешь летать в такую погоду?

— Да.

— …Ладно, хорошо. Только осторожно. — Слова едва сорвались с губ, как Пит пролетел мимо него и прыгнул в воздух, с громовым шумом уносясь на потоках Маны Воздуха. «Приглядывай за Атаром. Меня беспокоит, как он тратит Ману».

В ответ донеслось ликующее подтверждение, и Пит заложил вираж в небе, взметая крыльями оранжевую пыль. Ветры Проклятия выли, и Пит кричал им в ответ, призывая Ледяные Копья перед тем, как обрушиться на нежить в тылу. Тревога сжала желудок Феликса, пока он не заметил, что Здоровье его спутника уменьшается на сущие крохи и тут же восстанавливается благодаря естественной регенерации.

«С ним всё будет в порядке», – успокоил он себя. «Он уж точно покрепче Атара или Иви».

— Они справляются, — сказала Зара из-за его спины, словно прочитав мысли. Она стояла, подперев бока руками, и её ледяные глаза следили за ордой. — Легион и твоя команда. Не вижу причин для своего присутствия. Я спущусь в нижние залы, изучу плетения, которые оставили иттины. Если понадоблюсь – просто позови.

Она кивнула яркому зимородку, появившемуся в комнате. Это был её фамильяр или что-то в этом роде по имени Керу; он разок подпрыгнул на подоконнике. Феликс поджал губы, но кивнул. Через мгновение она ушла.

Феликсу это не нравилось, но Зара была права. Любой из них мог бы закончить этот бой быстро, но пока его людям не грозила смертельная опасность, это был отличный шанс для их роста – даже для Пита и остальной команды. Феликс порывался сам проредить ряды мертвецов, но раз уж его команда включилась в дело, нужды в этом не было. Нежить уже перестала наседать так плотно, стараясь держаться подальше, пока её численность сокращалась до приемлемых масштабов.

«Тренировка. Хм».

Прошли часы. Феликс сидел в своей каменной камере у «грудины» Левиафана, наблюдая, как волны нежити редеют, но не иссякают. Приходили новые, словно шторм нес в себе бесконечный запас. Он задумался об этом, глядя, как пылевые мертвецы буквально сыплются с неба. Были ли Ветры Проклятия просто способом транспортировки нежити через Пустошь? Зачем? Какой в этом смысл, кроме хаоса и насилия? Он чувствовал жуткое Намерение Первородного повсюду – оно присутствовало, но не подавляло. В нем не было логики. Оно казалось… инстинктивным. Словно Первородному нужно было то, что сейчас происходило, какая бы функция ни была у этих ветров. Он задал этот вопрос Заре, вытащив её обратно на пост, но она лишь признала, что это одна из многих тайн Континента.

— Умы посильнее моего пытались разгадать смертоносные секреты Выжженной Пустоши, но никто не преуспел. Немногие, честно говоря, вообще возвращались после таких расспросов, — сказала она, прежде чем снова исчезнуть внизу.

«Опасность за опасностью». Феликс забарабанил пальцами по кости. «Увядающий Первородный и бескрайняя пустыня неутомимых стражей, охотящихся на любого, кто пересекает Пустошь. Удивительно, что кто-то вообще рискует сюда соваться. Хотя Зара удивилась, узнав о Первородном. Неужели он раньше не проявлял активности?» Он вспомнил о Пылерожденных Призраках и словах Настоятельницы. «Они никогда раньше не видели Призраков. Значит ли это, что кто-то разбудил этого Первородного?»

Он застонал.

«Каковы шансы, что это был тот другой Несвязанный?»

Учитывая его собственную историю, Феликсу не нравилось, насколько вероятным это казалось. Но пока это были лишь догадки.

Битва всё еще бушевала, приближался полдень. Нежить была неутомима, а вот его люди – нет. Легионеры сменялись группами, чтобы перевести дух, но отряды держали небольшими. Дариус утверждал, что это повышает уровень стресса и напряжения, давая бойцам больше шансов развить Навыки или даже выучить новые. Феликс бы счел это чушью, если бы Харн не согласился. Феликс знал, что стресс увеличивает награду за битву, но нагнетать его намеренно казалось извращением.

Однако он не мог отрицать эффективность метода. Приятные уведомления о росте Навыков и уровней долетали до Феликса даже сквозь рев бури, а коллективный Дух его людей с каждым часом поднимался до звенящих высот. Они были измотаны и истекали кровью, но в их общем напряжении и схватке с нежитью чувствовался какой-то азарт.

Феликс и сам нашел себе занятие, сосредоточившись на редко используемых Навыках и пытаясь развить их в новых направлениях. Он «осматривал» каждого встречного, изучая мертвецов в бою. У всех была примерно одинаковая информация, плюс-минус пара уровней и запас Выносливости. Но что действительно приносило пользу, так это обновление данных об их Сильных и Слабых сторонах.

Имя: пылевой мертвец.

…

Сила: Передвижение и обычные атаки не расходуют Выносливость; Выносливость быстро восстанавливается вне боя.

Слабость: Ловкость и Восприятие низкие. Физическая сила привязана к остатку Выносливости.

Прожорливое Око достигло 80 уровня!

В основном очевидные вещи, но он передал эти знания Харну и Дариусу, чтобы те использовали их как можно эффективнее. Любая мелочь имела значение. Даже скелет Левиафана приносил пользу: давление, которое ощущали все присутствующие, для нежити было куда мучительнее.

Любой мертвец, подошедший ближе чем на двадцать футов, в какой-то момент попадал под действие Состояния статуса под названием «Запрет». Это немного замедляло их движения, проявляясь как дымка вокруг конечностей, то исчезающая, то вновь возникающая в видимом спектре. Эффект усиливался по мере приближения к остову, но Феликсу еще не довелось проверить, сможет ли «Запрет» полностью остановить их. Хенаари, Риси или Легион убивали их раньше, чем это могло произойти.

Всё шло довольно неплохо, учитывая обстоятельства. Все устали, у всех всё болело, Феликсу было слегка скучно, но они справлялись. Легион сотрудничал или, по крайней мере, выполнял приказы. Дела шли в гору.

И именно в этот момент поле боя взорвалось.

Лед и пламя рванули наружу, прошибая ряды нежити и разрывая одну из его ослабленных стен. Феликс вскочил, обводя взглядом сцену, и замер, глядя на выжженный льдом эпицентр… где Иви и Атар корчились на земле, крича от того, как Мана бурлила, вливаясь в них и вырываясь наружу. Звуки медных горнов, грохот тарелок и дробь литавр ворвались в его Разум и Дух.

— Феликс! — Закричала Весс. Она стояла ближе всех к ним и указывала копьем на друзей. — У них Закалка!