Глава 59.0

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Застывшие волны ядра Иви вздымались подобно горам, неведомо как выросшим за те несколько минут, что он отсутствовал, и каждый шаг Феликса превращался в восхождение. Оттолкнувшись от гребня одной из них, он взмыл в воздух на одной лишь Силе своих ног; единственным, что уберегло ледник под ним от разрушения, стал поспешно призванный Облачный Шаг. Платформа взорвалась под его стопой, но свою задачу выполнила.

Ядро Иви простиралось в небо перед ним – такое же огромное и скованное инеем, как и прежде. Эссенция, украденная у ныне уничтоженных гигантов, переполняла его до краев, пока он несся по горизонтали к массивной цепи. Намерением и Навыком он потянулся к ее заиндевевшему остову.

«Непреклонный Диссонанс!»

Слабая связь в его хватке превратилась в монолитный стальной брус, обдав Феликса пробирающим до костей холодом, едва он направил украденную мощь внутрь звена. Оно мгновенно потеплело, раскалившись добела, стоило ему потянуть на себя. От трения, порожденного стремительным движением, посыпались искры молний, и он практически телепортировался к краю цепи – настолько быстрыми были его перемещения. Феликс едва успел вывернуть свою Волю в обратную сторону, приземлившись на скалистую цепь с непомерной силой.

Вся конструкция содрогнулась, и сверху посыпался ледяной крошево.

Феликс поморщился, но времени на сантименты не было. Мягкость означала провал, а провал… Иви долго не протянет. Он ухватился за Эссенцию в своем ядре, отделенную от Божественного Древа и прочих скрежещущих частей его внутреннего пространства, и сосредоточился. Мощным рывком он вытолкнул всю ее массу через Мана-врата прямо в сердцевину цепи под ногами. Сила, ослепительно-белая и густая, вырвалась из его ладоней, ступней и рта.

Лед почти мгновенно превратился в воду, а затем в пар. Настой Эссенции и энергия Системы грохотали в Феликсе так ярко, что он не мог на это смотреть, и так громко, что ему пришлось заглушить свое Сродство, чтобы спастись от раздирающей дух боли. Все вокруг содрогнулось раз, другой, прежде чем даже металл начал провисать и деформироваться.

Лед взрывался сверху и снизу, когда вся цепь размером с небоскреб начала двигаться. Оглушительная детонация потрясла пространство ядра, заставив все вокруг вибрировать, и Феликс краем сознания ощутил, как замерзшие волны оседают, превращаясь в талую воду. Океан силы вздымался под ним, пока цепь трансформировалась, скручиваясь сама в себя: лед затягивало с поверхности вверх, а облака тянуло вниз с небес. Пурпурно-белая и серебристо-голубая, Мана пылала так же ярко, как системная энергия – жарче солнца и вдвое ослепительнее.

— Иви! — Закричал он, вкладывая в голос всё до капли. — Давай!

* * *

Глаза Иви распахнулись в тот миг, когда мир начал рушиться.

Вода хлынула потоком, и ее ближайшие Навыки взвыли в протесте; металл и лед скрежетали друг о друга в пронзительной какофонии. Магду, уже начавшую атаку, оторвало от земли внезапным неумолимым всасыванием. Ледяного двойника ее сестры отбросило назад к ядру Иви, перевернуло в воздухе, пока тот не вонзил свои зазубренные щиты в воду и пол под собой.

Иви чувствовала это притяжение, но для нее оно почему-то не было столь разрушительным. Вода струилась мимо ее тела, закручиваясь к центру, но почти не задевала ее. Она встала, все еще дрожа. Перед ее глазами был Голем сестры – его неодушевленные глаза казались одновременно в ужасе и абсолютно безучастными.

— Я… я не хотела, — прошептала она. Иви сделала несколько шагов, даже не чувствуя ледяной воды под ногами. Воспоминания все еще роились в голове, видения отказывались уходить. Да она и не хотела, чтобы они уходили. — Магс, ты… я не убивала тебя.

ТЫ УШЛА…

— Я ТЕБЯ НЕ УБИВАЛА!

С криком Иви бросилась на тварь, носившую лицо ее сестры, выбивая щиты из ее рук; обе они с плеском рухнули в воду. Течения подхватили их, увлекая сначала Магду, а затем и Иви, с нарастающей скоростью закручивая в сторону ядра. Массивные конечности существа отталкивали хрупкое тело Иви, но у той было мало опоры в такой близости, и девушка вцепилась в противницу, как морской желудь в тонущий корабль. Они вынырнули на поверхность, оба тяжело хватая ртом воздух.

— Я не виновата! — Крикнула Иви. В ее свободной руке возник кинжал, и она начала наносить удар за ударом. Осколки льда летели во все стороны. Существо извивалось, брыкаясь ногами и напрягая мощные руки.

ГИГАНТЫ НАШЛИ МЕНЯ! ТЕБЯ ТАМ НЕ БЫЛО!

— Я спасала их! Я спасала людей, ради которых нас послали! — Иви перекатилась, когда существо под ней дернулось, и они оба забарахтались в прибывающей воде. Волны швыряли их вверх и вниз, едва не разбивая о плывущие вокруг ледяные обломки. — Ты сражалась с ними…

Я СРАЖАЛАСЬ ОДНА!

Щит высотой не меньше десяти футов пронесся по воде, едва не задев череп Иви и в щепки разнеся три ледяные льдины позади нее. Сила его полета, однако, заставила Иви уйти под воду, откуда она тут же выскочила, как пробка.

— Ты… сражалась, — выдавила Иви, забираясь на ледяную платформу шагов десять в поперечнике. Тварь, которая была – и не была – ее сестрой, сделала то же самое на противоположном краю. Вода вокруг них теперь неслась стремительно, течения стали слишком сильными, чтобы ее Сила могла их преодолеть. — Ты спасла всех… Феликса, меня, Кэл… всех.

Иви посмотрела на свои руки, содранные в кровь и дрожащие от холода. Цепь с клинками бесполезно выпала из ее пальцев. Голос сорвался на тихий всхлип, от которого заболело в груди и горле.

— Никто не виноват. Ты… ты сама выбрала.

Магда смотрела на нее, и на мгновение насилие прекратилось. Щит, наполовину сформированный из льда и металлических цепей, замер в неестественной неподвижности. У Иви перехватило дыхание: внутри конструкта проявилось нечто такое, что она смогла услышать даже сквозь собственное прерывистое дыхание. Это было нежно и внезапно, но в то же время яростно защищено. Из глаз Иви брызнули слезы от этого звука, который так сильно напоминал ее сестру, какой она ее знала.

— Магда?

Магда положила руку из граненого льда, покрытого стальными звеньями, ей на плечо, сначала одну, затем другую. Под этим прикосновением облик самой Иви дрогнул, ее визуализированная плоть уступила место льду, воде и металлическим цепям. На мгновение, когда они обнялись, они стали единым целым. Иви содрогнулась, ее горло было саднило, и она рухнула в объятия сестры.

Руки конструкта сжались чуть крепче. Иви ахнула и подняла взгляд… но объятия без предупреждения разомкнулись.

Власть над пространством ядра подтверждена.

Направляйте по необходимости.

Лицо твари опустело, ее песня смолкла, снова превращаясь в лед и сталь. Иви смахнула слезы и отстранилась.

— Д-да. Давай вернемся к моему ядру.

Подтверждено.

Иви подавила боль. Она не могла себе этого позволить. Не сейчас. Течения несли их к ядру быстрее, чем когда-либо, на их ледяном плоту. Потоки становились все мощнее, пока все вокруг не превратилось в неистовое движение внутрь. На мгновение она испугалась, что они несутся к водопаду. Но она не была готова к тому истинному опустошению, что ждало ее в центре.

У нее перехватило дыхание, когда оно показалось в виду.

Цепи и лед втягивались внутрь, сминая огромные листы толстого Ледостроя, прежде чем те рассыпались на тысячи мелких осколков. Вода под ними тоже засасывалась, шипя при ударе о ядро и порождая пелену удушливого пара. Ее невозможная цепь, прежде неподвижная, теперь двигалась, медленно вращаясь, пока три различных типа Маны втекали в нее и обвивали все вокруг. Вода, лед и металл. Они взывали к ней какофонией барабанов и грохотом тарелок, симфонией нарастающего ритма… но при этом оставались пустыми.

СРО +15!

Иви удивленно моргнула, когда звук стал глубже и шире. Барабанная дробь разделилась на резкие хлопки и низкие, гулкие раскаты, в то время как металл сталкивался и вибрировал в равной мере. Это был звук ее вращающегося ядра, но он был неполным. Эта пустота становилась тем очевиднее, чем выше была громкость – зияющая дыра, где ритм умирал.

Она увидела Феликса, парящего в воздухе в сияющем свете ее расплавленного ядра. Его руки были распростерты, и красно-золотое пламя лизало их по всей длине, пока он применял какой-то Навык.

— Иви! — Крикнул он, не выказав удивления ее появлению, лишь облегчение. — Тебе нужно раскрутить ядро! Сила должна быть смотана воедино! Сжата!

— Как? — Спросила она, крича изо всех сил. Она едва слышала его из-за пустой музыки в ушах. — Я не знаю, как!

— Твоя Сила Воли! Сосредоточься на том, что должно произойти! Визуализируй это!

«Визуализируй. Прямо как говорил Харн», – осознала она. Воин вбивал в нее эту концепцию месяцами, пока она не сформировала это пространство, но даже тогда Иви задавалась вопросом, как все это работает. Почему это так. «Не думай. Просто делай».

* * *

Ядро, которое он стабилизировал с помощью Кузни Демона, сместилось, и его ленивое вращение едва заметно ускорилось.

«Ты справишься, Иви. Давай же».

Кузня Демона достигла 10 уровня!

Навык работал на пределе, наполняя каналы Феликса своей странной, сложной песней. Структура Уникального Навыка была единственным, что удерживало нестабильное пространство ядра Иви, пока Система пыталась продвинуть ее – и он заметил приближение новой порции силы.

Издалека хлынули волны мерцающей Маны воды, поднимаясь так высоко, что грозили обрушиться на парящие связки цепей ее Навыков. К тому времени, как волны достигли их, они частично превратились в лед и слякоть, ударяясь о ядро Иви с громоподобным шипением и выбросом обугленного пара. Каждая волна причиняла ему все больше боли, поглощая тонны его Эссенции и Маны, не говоря уже о крупицах Значимости, питавших Кузню Демона. Это было гораздо меньше того, что требовало Единение Потерянных, но Феликс не был уверен, что это помогает.

Ядро Иви оставалось в странном переходном состоянии, даже когда ее Сила Воли набрала достаточный импульс для поддержания устойчивого вращения. Пространство ядра втягивало Ману со всех сторон, не считая периодических системных волн, и Феликс чувствовал, что, подобно мусору в реке, она в конце концов образует затор.

«Чего же не хватает?»

— Иви! — Закричал он, выталкивая голос всей грудью. В такой близости от ядра крик был оглушительным. — Иви! Оно не схватывается! Мы что-то упускаем!

Он понятия не имел что, иначе бы указал на это. Честно говоря, думать становилось все труднее, чем дольше он удерживал контроль над пространством ее ядра. Его Разум и Дух были на пределе, в то время как он чувствовал, что его Тело в реальном мире бьется в судорогах. Кузня Демона была не тем Навыком, который стоило использовать легкомысленно, как он теперь понимал, но было уже поздно. Это было единственное, что не давало Иви окончательно развалиться на куски, и он будет держать его до тех пор, пока не рухнет сам, если это даст ей шанс на успех.

— Не хочу тебя торопить, но это больно. Типа, очень! — Прохрипел Феликс.

В ответ он услышал пронзительный, леденящий кровь крик. В нем сквозило отчаяние и… и горе, и одиночество. Ядро перед ним начало гудеть, словно сочувствуя, и, к изумлению Феликса, оно завращалось. Быстрее. И еще быстрее.

— У тебя получается! Не знаю как, но получается! — Радостно закричал Феликс. Он рискнул оглянуться на подругу и увидел, что та стоит на коленях. — Иви?

Ее лицо было искажено мукой, рука была протянута вперед, но бессильно лежала на льдине. Феликс сосредоточился, едва различив очертания ее Голема, ложной Магды, который мчался к ядру.

— Она – недостающий фрагмент, — натянутым голосом произнесла Иви.

Существо, созданное из льда и металла, одним колоссальным прыжком врезалось во вращающееся ядро. Оно превратилось в жидкость еще до того, как коснулось его – давление и трение вращения были слишком велики для его формы, – и даже эта жидкость взорвалась паром, который целиком втянуло в бурлящее месиво под Феликсом.

Иви беззвучно закричала, и ее ядро пульсировало.

К настойчивому ритму присоединилась мелодия, песня, что ловко вплеталась в пустоты между ударами. Все ядро Иви взметнулось, дернувшись в хватке Феликса, когда зарождающееся Намерение Иви наконец обрело форму. Расплавленный металл растягивался и скручивался, вращаясь со все большей скоростью с каждой секундой. Лед снизу втягивался в плетение, закручиваясь вокруг расплавленного центра, подобно нити ДНК. Лед таял, превращаясь в воду, а затем в пар, поднимаясь к самым верхним частям сложного кольца, где он снова конденсировался в лед – и так узор повторялся снова и снова. Темно-синяя и пурпурно-белая Мана бесконечно вращалась петляющими вихрями вокруг расплавленного серебряного сердца. Цепь силы, бесконечно обернутая вокруг самой себя.

Кольцевое ядро Иви было завершено.

Три цепи выстрелили наружу: пылающие серебром и глубокой синевой звенья вонзились в пространство ядра. Каждая цепь погрузилась в Навык, и по их длине заструилась мощь. Лед разлетелся вдребезги, когда Навыки треснули и деформировались; цепи внутри них закрутились с такой жизнью, какой Феликс никогда прежде не видел. Толстый лед, сковывавший их, отваливался огромными пластами, а в их центре сформировались сферы колышущейся воды, каждая из которых была подсвечена кружащимися пылинками.

Свет затопил пространство ядра – тот же процесс, что был у Атара, – и Феликсу оставалось только сжаться и переждать этот натиск силы. Она омывала его, обжигая кожу, волосы и лицо, но не причиняя серьезного вреда. Внизу Иви закричала, когда сила начала менять ее на фундаментальном уровне, и она расцвела ответным сиянием.

Феликс закрыл глаза и держался.

Кузня Демона достигла 11 уровня!

* * *

Над всем этим, паря во тьме за пределами небес, наблюдала Зара. Вода, лед и металл торжествующе закрутились в тонкое кольцо силы – ядро, достойное зарождающегося Адепта, – и все пространство ядра Иви засияло крещением резонансной энергии, через которое оно только что прошло.

Зара была потрясена.

Трещины, испещрившие фундамент девушки, исчезли, затянувшись так полно, словно их никогда и не было. Огромная, стальная хватка странного Навыка Феликса удержала ее в худшие моменты кризиса, а прилив энергии Системы довершил остальное. Это не было невозможным подвигом, доступным многим из тех, кто называл себя истинными экспертами в развитии внутренних пространств.

И все же… Феликс перековал ядро девушки так, как она никогда раньше не видела. Он сбалансировал вращение и изгиб ее сонастроенных элементов, отдав приоритет металлу, как и полагалось для выбранного Иви пути развития, и в то же время создал циклическое представление ее сонастроек со льдом и водой. Его понимание внутренней природы Гармонии, музыки, стоящей за миром, росло с пугающей скоростью.

При этом зрелище Зара почувствовала, как в ее груди разгорается надежда. Возможно, гибель не была предрешена, если Феликс примет их сторону в грядущих битвах.

«Возможно…»

А пока она будет ждать и наблюдать. И молиться.