Глава 27.0
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Дубина взметнулась вверх, свистя от густого пурпурно-белого пара. Она ударила гуля прямо в грудь, оборвав его гудящий визг на полуслове. Лед пополз по чешуйчатому брюху, и замерзшие куски чешуи треснули. Тварь едва не оторвало от земли, а сила удара вогнала Феликса по колено в обломки под ногами.
— ГРА-А-А-У-У-ХК!
Дикая Тренодия достигла 46 уровня!
«Твою ж!»
Ответный удар гуля последовал лишь мгновение спустя после отчаянного уклонения Феликса. Кулак размером с канализационный люк врезался в первый этаж и пробил его насквозь, выбив опору из-под ног парня. Его сапоги были зачарованы для ходьбы по скользкой и неровной местности, но даже они не справлялись, когда ты проваливаешься в зыбкие руины.
«Теневой Хлыст!»
Толстый жгут черной Маны выстрелил из ладони Феликса. Он обернулся вокруг визжащей головы гуля. Феликс резко дернул, прерывая свое падение и взмывая вверх, словно ракета. Бедренная Кость Посланника уменьшилась, стоило ему ослабить поток Эссенции. Он вытолкнул еще больше из своих каналов, едва не разрывая их. Молнии заплясали по всей длине удлиняющегося оружия.
— ХУ-А! — Шестифутовая дубина впечаталась гулю в подбородок, вскинув его голову и отбросив назад. Феликс упал вместе с ним, придавив его тело к заваленному обломками полу. Он попытался быстро довернуть дубину для второго удара, но зловонный сопун вскинул руку и ударил Феликса прямо в центр массы.
— ГРА-А-А-Э-Э-Э-Э! — Его безгубая пасть взвизгнула, выплевывая предупреждение и вызов. Феликс поднялся почти в тридцати футах от него и отряхнулся. Инстинктивно его плоть на плечах и вдоль позвоночника превратилась в чешую, смягчив удар. Он чувствовал, что навык вот-вот повысит Ранг, и почти поддался искушению пропустить еще пару ударов. Но Феликс видел людей в перевернутой повозке и слышал приближение подмоги. У него не было времени на игры, а этот гуль оказался опаснее, чем он ожидал. На его глазах эволюционировавший ревенант начал заглатывать воздух огромными глотками, высасывая из него окружающую Ману и почти искрящуюся Первородную энергию. Его раны стремительно затягивались.
«Он использует ту же технику, что и Опустошители».
Ту же, что и он сам.
«Дерьмо».
Пурпурно-белый пар Маны внезапно сгустился вокруг нижней части тела гуля, превращаясь в четыре ледяные цепи, змеями вырвавшиеся из земли. Гуль разбил их диким взмахом своей мясистой, похожей на обезьянью, руки, но не смог уклониться от трех серебряных копий, вонзившихся ему в плечо и спину. Гуль закричал от боли и ярости – так громко, что часть существа Феликса отозвалась эхом на эту ярость, – но его крики сменились жалобным скулением, когда копья взорвались. Бешеные вихри сжатой воздушной Маны вырывали куски из плоти гуля, и этого хватило, чтобы полностью оторвать ему руку. Конечность с гулким грохотом рухнула на землю.
«С Весс шутки плохи», – Феликс улыбнулся, прежде чем прищуриться. Гуль дышал часто и панически, снова очищая воздух. Рука не отросла, но рана затянулась. Вторая порция копий полетела в сторону мерзости, но эта туша была сообразительной. Она ожидала атаки и, когда те приблизились, просто отбила их в сторону. Сила зверя была настолько велика, что он вогнал их глубоко в стену соседнего здания, где они взорвались дождем из щебня и пыли.
— Кровь и пепел! — Проклятие Весс пронеслось по улице. Вихрь пурпурного пара Маны возник перед лицом гуля, но тот просто вдохнул его. Пожирая магию.
— Это нечестно! — Голос Тэнгла звучал, пожалуй, более тонко и оскорбленно, чем у Весс.
А затем прилетели огненные шары.
Технически это были Искристые разряды – низкоуровневый навык Маны, которому обучали большинство магов огня, но Атар вырос над собой. Шесть зарядов ударили гуля в бок почти одновременно, расцветая взрывами по пять футов в диаметре. Мужчина бросился вперед с яростным блеском в глазах, протянув руку, пока формировались новые разряды. На его голове Корона Игниса вспыхнула ярче прежнего; три ее зубца пылали, пока она парила в воздухе.
«Да, они определенно стали краснее». Это вызывало беспокойство. Тем не менее внимание Феликса было приковано к зверю, который пошатнулся от огненных вспышек. Обгоревшие и треснувшие чешуйки на его боку заживали далеко не так быстро, несмотря на его судорожное дыхание.
«Власть Веллус!»
«Неумолимая Решимость!»
— Атар! Так его! — Крикнул Феликс, взбегая по стене ближайшего здания. Два навыка, связанные в его Бастионе теснее, чем когда-либо прежде, казалось, гудели в унисон. Импульс синей мощи подбросил его ровно настолько, чтобы он мягко приземлился на карниз. — Ха. — Он припустил по крыше, возвращаясь в ближний бой. — Пит! Займись повозкой, будь добр!
Пронзительный крик донесся из затянутого тучами неба. Теплое подтверждение окатило их через связь. Феликс убрал уменьшившуюся дубину в ножны на поясе и прикинул варианты. Гуль был силен, но ранен. Феликс избегал метода активации навыков Певчих, которому учила Зара, особенно в пылу сражения, но пока летели Искристые разряды, у него выдался момент. «Ладно, Зара. Давай по-твоему».
«Намерение. Сродство. Направляй и слушай».
Феликс позволил своим чувствам погрузиться в ядро, не переносясь туда сознанием полностью, вместо этого он ухватил Ману своим Намерением и заставил ее спиралью закрутиться по каналам. В то же время Феликс нащупал узор навыка – уникальные вибрации, запечатленные в его Духе. Нудно, кропотливо он вычерчивал его. Все еще бежав по карнизу, Феликс с усилием вскинул правую руку.
— Власть Веллус!
Слабое облачко синего света вырвалось из его ладони, за которым последовал немощный треск статического электричества. Воздух с шумом покинул легкие Феликса. — Ну, это было неловко.
Гуль тем временем взобрался на здание и направился прямо к нему. Совсем как остальные ревенанты. Феликс снова крикнул:
— Весс! Помоги!
С соседней улицы в него полетело еще одно копье, на этот раз сделанное из пожелтевшей кости. Феликс поймал его на лету, слегка подпрыгнув, чтобы оно не выскользнуло из рук. Это был зуб длиной почти восемь футов, превращенный каким-то образом в неуклюжий и огромный клинок.
Название: Клинок Клыка
Тип: Оружие (Зачарованное)
История: Взятый из поглощенной плоти Короля Опустошителей, этот трофей служит одновременно и оружием. Оскверненная Сигильдия оставила на нем свой след, но куда глубже его связи с Первородными. Для работы требует Эссенцию.
Прочность VII – Оскверненная Сигильдия придала клыку эфирную стойкость.
Самовосстановление X – Оскверненная Сигильдия со временем исцеляет кость подобно плоти.
Голодная Кромка – Напитанное Эссенцией лезвие становится сверхъестественно острым.
Феликс крутанул копьевидный клинок и перехватил четырехфутовую рукоять.
— Третий раунд.
* * *
Пит камнем упал с неба.
Ветер свистел в его ушах с кисточками, пока город внизу несся ему навстречу. Крылья прижаты, голова на одной линии с позвоночником, лапы подобраны. Помогали воспоминания о другой, почти забытой жизни среди окутанных туманом деревьев.
Полет достиг 24 уровня!
Крылья Пита раскрылись с резким хлопком и громоподобным ревом потревоженного воздуха. Он приземлился на булыжники, лишь самую малость тяжеловато. Перевернутая повозка была справа. Две огромные сухопутные курицы запутались в кожаных поводьях, их тела были искалечены падением фургона. Дальше, в обломках, сгрудилось несколько живых существ, одно из которых подозрительно не шевелилось. Пит заглянул за край повозки.
— А-А-А-А-А! — Закричал крошечный зеленый гоблин. Нос у него был большой и острый, как и уши, зубы и подбородок. Сальные волосы дико торчали во все стороны; он прижимал к груди другого, спящего гоблина. — Химера! Проклятое Ночью чудовище!
Пит издал растерянное курлыканье, но гоблин только закричал еще громче. Пит медленно моргнул, прежде чем оценить остальных внутри. Трое гоблинов, четверо хобгоблинов, два гнома, один гном и один человек. Были и другие, но они погибли. Курлыканье Пита стало тише, печальнее. Эти существа умерли напрасно.
Приближающийся топот целого отряда сухопутных куриц донесся из-за ближайшего угла. Пит оборвал свои причитания и вперил в них яростный взгляд. Красноплащники. Пит ненавидел их почти так же сильно, как и его Напарник.
— Ого! Химера!
— Монстр в городе!
— Огонь, парни! — Крикнул красноплащник, скакавший впереди. Белые доспехи скрывали его лицо, но Дух человека пульсировал от страха и отвращения. Грянул дождь из золотистой Маны, заставив Пита вскинуть крыло, чтобы заблокировать все, что возможно. Их сила жгла, отнимая его Здоровье. Но он не мог сдвинуться: эти атаки прошили бы деревянную повозку и людей, прячущихся внутри, насквозь.
«Ледяное Копье!»
— А-А-У-Х!
Шестифутовые ледяные копья с воем устремились к красноплащникам – сперва всего три, но каждое копье распадалось на два осколка поменьше. Мерзкие люди закричали от страха, лишь немногим удалось воздвигнуть небольшие щиты золотого света. Их большие курицы тревожно закудахтали, и прежде чем обстрел прекратился, Пит бросился в атаку.
«Ядовитый Огонь!»
Эфирное, ядовито-зеленое пламя окутало все его тело, придавая Питу ускорение в его сокрушительном рывке. Его новый размер куда больше подходил для такого стиля боя, и химера испытала сдержанное ликование, видя изумление на их лицах. Красноплащники даже не поняли, что их ударило.
Это был Пит. И ударил он сильно.
Вы убили красноплащника (х3)!
Получен опыт!
Ядовитый Огонь достиг 27 уровня!
Трое красноплащников были повержены и неподвижно лежали на земле вместе со своими вероломными курицами. Трое других разбежались от его рывка и разворачивали скакунов, спасаясь от когтей Пита.
— Стой, монстр! Тебе не убить всех, кто принял Бездорожье! Мы бесконечны, как само Море! — Крикнул один из них, но слова его звучали пусто. Пит почти чувствовал вкус вибрации их Душ; они боялись смерти. Они боялись его. Пит издал вызывающий крик, и их курицы встали на дыбы от ужаса. А затем что-то изменилось.
Их Духи, погрязшие в ужасе и знакомом упрямом нежелании бежать, дрогнули. Как один, все трое развернулись и бросились наутек.
Тяжелый удар сотряс землю позади, и Пит погасил Ядовитый Огонь, оглянувшись. Феликс, покрытый чешуйчатой броней и истекающий черной кровью, стоял на неподвижном теле гуля. Огромный клык покоился на его плече, а из обрубленной шеи монстра толчками выходила густая, сворачивающаяся жижа. Феликс встретился с Питом взглядом и усмехнулся, обнажив ряд грозных клыков. Пит почувствовал вспышку ответного триумфа и привязанности и издал переливчатый крик.
«Мы победили».
* * *
«Спугнул их, похоже», – подумал Феликс, провожая взглядом мелькание отступающей красной ткани. «Но почему они были здесь?»
— Ты в порядке, Пит? — Огромный тэнку кивнул, не потрудившись упомянуть о десятках единиц урона, которые он получил. Феликс цокнул языком. Конечно, это было немного по сравнению с его общим запасом, но на душе все равно стало скверно. Впрочем, это была чистая ярость. Его собственная. «Чертовы красноплащники. Подстрелили мою собаку и сбежали?»
Только беспокойство о людях в повозке удержало его от погони.
Направив поток Эссенции в Клык, Феликс вонзил его в мостовую, прорезая булыжники, словно масло. Когда он перестал подпитывать его, клинок застрял намертво. Он был слишком велик, чтобы таскать его повсюду, но это было мощное оружие, особенно против отродий Первородных. Оно с легкостью преодолело регенерацию и огромную Живучесть гуля. Феликс просмотрел уведомления, которые до этого игнорировал.
Дикая Тренодия достигла 47 уровня!
Неумолимая Решимость достигла 49 уровня!
Эффектное Появление достигло 42 уровня!
Бастион Воли достиг 63 уровня!
Манипуляция Маной достигла 40 уровня!
Оповещение Территориального Вызова!
Вы получили дополнительный Вклад!
«Отлично. Похоже, Вклад суммируется только за тех, кого я убил лично». Феликс протянул руку к трупу гуля и вдохнул его в себя.
Ненасытная Десятина достигла 56 уровня!
— Ого. — Феликс пошатнулся, когда в него влилась целая гора Эссенции вместе с привычной Маной и частичкой крови и плоти гуля. Он почувствовал тяжесть, будто только что съел огромный обед. Это не было неприятно само по себе, но ощущалось странно. Над его кольцевым ядром сформировалась крупная рубиновая капля, в полтора раза больше остальных. — Сколько же Первородной Эссенции сожрала эта тварь, чтобы стать гулем?
А что еще важнее – сколько их еще осталось?
Вскоре подоспели остальные: Иви и Атар шли впереди, а Весс и Тэнгл замыкали шествие. Лица Оловянных Рангов стоило видеть, когда они узрели руины двух с половиной зданий, но Феликс не мог по-настоящему насладиться моментом; ему повезло, что в домах никого не было. Если бы они сражались в густонаселенном месте, это могло бы стоить многих жизней. Ему нужно стать лучше.
— Тэнгл, Иви, Весс, помогите, пожалуйста, тем, кто выжил, — Феликс указал на повозку, которую все еще охранял Пит. — Я видел как минимум одного живого гоблина, но там еще… — в памяти всплыли образы от Пита. — …трое гоблинов, четверо хобгоблинов, два гнома, один гном и один выживший человек. Хм. Спасибо, Пит.
Его Напарник довольно курлыкнул.
— Жуткая магия зверья, — сказала Иви достаточно громко, чтобы Феликс услышал. Он скривился, а она дерзко ухмыльнулась. Весс и Тэнгл, однако, просто бросились к повозке. На их лицах читалась тревога, и они быстро извлекли всех из-под обломков, даже несчастного мертвого авума, и вернули повозку на колеса. Большинство были тяжело ранены, а некоторые просто лежали без сознания.
— Истощение Маны, — пояснил Тэнгл. Он приподнял веко одной из гномок и всмотрелся в ее зрачки. — Использовала слишком много Маны, запасы упали до критического уровня.
Феликс понимающе кивнул. Он уже сталкивался с таким пару раз. Куда интереснее было то, что он узнал эту гномку и еще нескольких – все они были из трактира «Барабан-Танк», где он проводил большую часть времени в городе.
— Не трогай меня и моих, человек!
Феликс перевел взгляд на одного из немногих, кто был в сознании – гоблина по имени Гнокл. Когда-то он пытался вести с ним дела, еще когда Феликс думал, что Домен – это просто своего рода подземелье. С тех пор все пошло наперекосяк. Маленький зеленый парень прижимал к груди другого гоблина и отказывался двигаться или позволять осмотреть свои раны.
— Весс! — Крикнул Феликс, прерывая его. И женщина, и разъяренный гоблин подняли головы. Феликс вытащил из сумки укрепленный футляр. — Вот, дай им мои тоники. Это должно помочь облегчить большинство их травм. Эй, Гнокл, ты меня помнишь?
— Помню ли я тебя? Вы, верзилы, все на одно лицо, но монстра я бы запомнил, если бы встречал раньше, — почти прорычал Гнокл.
— Мы когда-то заключили сделку на мясо монстров из Домена, — пояснил Феликс, проигнорировав замечание про монстра.
— Скиталец. — Осознание отразилось на остром лице гоблина. — Ты так и не выполнил свою часть сделки.
— Сожалею, но тамошние монстры были несъедобны, а Домена больше нет, — Феликс обвел рукой город. — Большинство из них теперь здесь. Ревенанты.
Гнокл побледнел. — Вот она, вся моя удача в двух словах.
— Гнокл.
Гоблин снова посмотрел на него с опаской в глазах.
— Мы можем осмотреть твою подругу? — Спросил Феликс. — Обещаю, мы не причиним ей вреда.
Гнокл стиснул зубы, но кивнул и позволил Весс забрать другую гоблиншу. — Все равно ей уже хуже не сделаешь.
Феликс приподнял бровь. «Но она же не…»
Судорожный вдох вырвался из груди обмякшей гоблинши, и Гнокл в удивлении повернулся к ней. Весс отняла тоник от губ Хартл и дала ей отдохнуть. — Она все еще тяжело ранена, нам нужно вернуться в лагерь, — сказала Весс.
Феликс кивнул ей, прежде чем снова обратиться к гоблину. — Гнокл, почему красноплащники гнались за вами?
Все еще во все глаза глядя на свою дышащую подругу, Гнокл помедлил с ответом. — Красноплащники сцапали нас всех в «Барабане». Сказали, пришли спасать. — Гнокл сплюнул. — Нам и в таверне было безопасно. С нами были Джасинда и Игнатиус, ни один сопливый монстр не пробил бы те стены.
— Они забирали людей? Зачем? — Спросила Весс, придя в ужас.
— Ночь меня дери, если я знаю! Им нужны были люди, и они не горели желанием обсуждать подробности. Мы едва вырвались, угнали повозку. Но эти ублюдки в красном быстро нас настигли. — Гнокл потер руку и осторожно принял последний исцеляющий тоник Феликса. Эти малютки восстанавливали всего по пятьдесят единиц Здоровья за раз, но они были полезны и, по словам Энеи, дешевы в изготовлении. — Спасибо.
— Не бери в голову. У нас еще будут вопросы, но сначала давайте доберемся до безопасного места. — С кивком Феликс поднялся и подошел к Атару, который до этого осматривал повозку, а теперь пытался сдвинуть его Клык.
— Тебе придется еще немало поотжиматься, прежде чем сможешь вытащить эту штуку, — Феликс ухмыльнулся. Атар одарил его невыразительным взглядом и предпринял безуспешную попытку выдернуть его из камня. — Ты недостоин.
— Ты опять цитируешь какую-то глупость, да? — Сухо спросил Атар. Феликс пустил в ход весь свой навык Обмана, чтобы изобразить шок. Очевидно, этого было недостаточно, и Атар закатил глаза.
— Я дам тебе взглянуть на меч в лагере. Сделал бы это раньше, но ты был… занят.
Атар потер шею, где когда-то прорастала красная чешуя. — Хм.
— Повозка на ходу? — Спросил Феликс, переводя тему.
— Колесо вот-вот отвалится, а упряжка мертва, — Атар указал на изувеченные тушки птиц. — Но сбруя более-менее цела. Может, Пит сможет ее потянуть?
— Посмотрим, что можно сделать. Нужно уводить людей.