Глава 15.0
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Ему снилось пламя.
В нем виднелись фигуры. Лица, которые он не мог разобрать, мелькали и расцветали перед Феликсом, словно лесной пожар, пожирающий бесчисленные холмы под почерневшим небом. Фигуры манили его к себе. Они хотели, чтобы он присоединился к ним в этом инферно. Феликс отступал, но огонь следовал по пятам.
Лица рыдали. Бледная женщина с острыми скулами и разноцветными перьями. Пепельнолицый мужчина с носом-картошкой и руками, плетущими шелковые нити. Два маленьких существа, которые с визгом убегали из пасти колоссального змея. Минотавр, величественно стоящий среди мертвецов. Он манил к себе, и трупы поднимались на струнах света. Впалые щеки и пустые глазницы смотрели на него сквозь пламя, окружившее теперь целый город. Парящая гора, что горела вечно.
А внизу… внизу кто-то кричал.
* * *
Феликс резко проснулся; его ядра бешено вращались, а сквозь сознание с воплем проносились волны страха. Спальня озарилась сине-белыми вспышками – молнии срывались с его лежащего тела, но Феликс крепко вцепился в свою Силу Воли и подавил панику. Одним мощным усилием он взял под контроль себя и свою мощь.
«Просто сон», – сказал он себе. — «Всего лишь очередной сон».
За последние две недели они стали случаться все чаще. Обычно он ничего не помнил – лишь вспышки и впечатления, несмотря на свою Врожденную Черту, но этот сон врезался в память. Феликс мог вспомнить каждую деталь, восстанавливая ее с такой точностью, что почти чувствовал призрачный жар пламени. Конечности покалывало от боли: нереальные нервные окончания обжигало температурой, способной расплавить металл. Сны всегда ощущались одинаково, несмотря на туманные детали: отчаяние, страдание и всепоглощающий страх.
В том пламени он заметил нескольких Несвязанных – тех самых, кого видел в видениях на своем Пути Знамения, – и всех их окружало ужасающее чувство опасности и скорби. Это был один из немногих разов, когда он видел нечто подобное, не считая того реалистичного сна в первую ночь, когда он сам «был» минотавром. Однако больше ничего подобного не повторялось.
Феликс встряхнулся и встал, позволяя грубым одеялам соскользнуть на пол. На нем были спортивные шорты и футболка – заслуга его Гармента, который до сих пор оставался одной из самых крутых вещей в его арсенале. Он прошел в дальний конец комнаты, противоположный двери в коридор, и толкнул тяжелую деревянную дверь в ванную. Внутри расцвели мана-лампы, реагируя на его появление мягким свечением вдоль стен и освещая скромную обстановку.
Там стоял ночной горшок (гадость), умывальник и настоящая, самая что ни на есть ванна. Более того, в Нимейском Храме имелась магическая версия водопровода, доставлявшая воду из реки далеко наверху. Минусом, конечно, было то, что вода всегда оставалась ледяной, но для его продвинутого Тела это не было большой проблемой. Он потянул за рычаг, открывая заслонку, и позволил воде с шумом хлынуть в ванну.
Усилием Воли и Маны он заставил Гармент стечь с конечностей и аккуратно свернуться в руках. Отложив одежду, Феликс сосредоточился. Хотя его Тело могло справиться с холодом так, что он его почти не почувствует, Феликс предпочитал комфорт.
«Мантия Бесконечного Вращения!»
Мана плотно закружилась вокруг его тела, вращаясь все быстрее и быстрее, порождая жар и пламя. Вскоре он превратился в яркий светильник в полумраке комнаты, и когда он шагнул в ванну, вода закипела паром.
«О да, так гораздо лучше».
Феликс позволил себе расслабиться, отгоняя мысли о других Несвязанных, которые были слишком далеко, чтобы он мог им помочь. Он нахмурился. Вместо этого его Ум сосредоточился на проблемах, с которыми его люди сталкивались здесь, на месте.
«Список дел на сегодня», – подумал он, каталогизируя предстоящие задачи.
За последние две недели его команда и люди, присягнувшие ему, вполне комфортно устроились. По большей части. Флора и фауна собирались и классифицировались, и каждый завершенный Поиск приносил новые ресурсы в его Цитадель. Наличие такого количества разнообразных ингредиентов сотворило чудеса с его пониманием Алхимии, подняв навык на несколько уровней только за счет изучения способов смешивания различных реагентов.
Что еще лучше, они нашли и начали осваивать Домен неподалеку. Это стало сюрпризом. Очевидно, Домен Архонта был не единственным в округе: в шести милях к югу обнаружилась каверна, кишащая монстрами металлического типа маны, и Домен, подчиненный той же теме. Именно здесь ледяные великаны доказали свою полезность.
После разговора с Кимарис они согласились собирать ресурсы для Цитадели, но поначалу результаты были… посредственными. В то время как некоторые включились в заготовку древесины, большинство либо бездельничали, либо охотились ради собственного удовольствия. Однако, когда был найден Домен, они первыми вызвались его исследовать. Место оказалось на удивление мощным: средний уровень противников колебался в районе сороковых-пятидесятых, встречались и монстры II Ранга.
Ледяные великаны, впрочем, были хитры и находчивы. Они создали плацдарм прямо у входа, воздвигнув настоящую ледяную крепость и медленно истребляя обитателей Домена. До сих пор это место служило отличным источником металлической руды различной редкости, которая складировалась в его Хранилище.
Феликс откинулся в ставшей горячей воде, позволяя ей полностью скрыть его тело, и задумался о последней из своих особых комнат. И самой странной. В то время как остальные были Залами Ремесел и приносили пользу многим пользователям – алхимикам, кузнецам и начертателям соответственно, – Хранилище не имело подобного функционала. Вместо этого оно представляло собой огромное пространство, которое поначалу было совершенно пустым, но оставалось таким недолго.
Благодаря титулу Феликса «Савант Диких Дебрей», а также тому, что он был Мастером Алхимии, Автархом и Лордом Цитадели, каждый присягнувший ему человек получал 15% бонус к количеству при сборе растений и трав. Добавьте к этому бонусы к успешному сбору туш зверей и растений с большей точностью, и вскоре ресурсы затопили его Хранилище.
Как и Залы Ремесел, Хранилище обладало сложной системой массивов, которые помогали сортировать и каталогизировать ресурсы в тот самый момент, когда их помещали внутрь. Каменные полки, кувшины и ящики формировались массивами по мере необходимости прямо из пола и стен. Сейчас оно было заполнено на четверть грудами камня и дерева Рангов 0 и I, а также некоторыми материалами Ранга II и множеством собранных растений. Были и части монстров, которые Хранилище обычно держало в керамических урнах и тому подобном.
Самым интересным, конечно, было то, как материалы туда попадали. Карис был прав, как и всегда, когда советовал не беспокоиться о расположении Хранилища. Хотя физически оно находилось всего в ста футах от спальни Феликса, другие могли помещать в него предметы из любой точки Цитадели. Все, что клали рядом с Маяком, могло быть отправлено в Хранилище за небольшую плату маной, а Цитадель выросла достаточно, чтобы у него теперь было в общей сложности три таких кристаллических фонарных столба.
Один стоял между Залами Ремесел, а два других «проросли» на противоположных концах его Цитадели. Они появились после того, как его Мастер глифов и Мастер кузни начали делать успехи в своих ремесленных Поисках.
Людей, к сожалению, таким способом транспортировать было нельзя. По крайней мере, живых. Труп монстра перенесется, но даже маленькое насекомое не сможет совершить это путешествие. В каком-то смысле это было хорошо, так как Феликс не хотел, чтобы доступ к его Хранилищу имел кто угодно. Сейчас там было много любопытных вещей. Большинство материалов относились к Рангу 0 или I, но имелось и несколько материалов Ранга II, а также одно ядро монстра Ранга III из того «металлического» Домена. Все это было необходимо для развития Цитадели. И его ремесленников.
«Что напоминает мне: сегодня пора закончить доспехи Пита».
Феликс усмехнулся и позволил себе расслабиться еще на мгновение, заставляя тревогу от снов рассеяться. Его собственная идеальная память сражалась против него, но Феликс был неумолим. День обещал быть захватывающим, а дел предстояло немало.
«Сегодня мы достигнем второго ранга Цитадели, я это чувствую».
* * *
— Осторожнее, — предостерег Феликс. Невия подняла флакон и передала его ему твердыми руками, хотя на ее висках выступил пот. — Хорошо. Лей на Камень.
Невия медленно наклонила маленький флакон над ретортой, расположенной в нижней части его Лестницы Вознесения. Раствор внутри скопился вокруг граненого зеленого малахита. Когда прозрачная жидкость коснулась камня, тот зашипел и яростно запузырился, словно мгновенно закипая, но Невия продолжала лить, пока он не скрылся полностью.
Пузырьки воздуха поднимались от него бурными потоками; Вайн, Кикри и другие подмастерья-алхимики отступили назад. Феликс шагнул ближе, настраивая несколько контрольных панелей массивов. Он вложил большую часть бонусных очков характеристик в Восприятие, распределив остаток между Стойкостью и Ловкостью. По правде говоря, это была попытка сохранить баланс, но Восприятие приносило ему больше всего пользы.
СИЛ: 1464.
ВОС: 1351.
ЖИВ: 1445.
СТО: 1202.
ИНТ: 1687.
ВОЛ: 2027.
ЛОВ: 1182.
ЛОВ: 1272.
Это позволяло чуть легче замечать изменения в растворах и еще проще справляться с точными измерениями. Поэтому, как только прозрачная жидкость начала вымывать из малахита его зеленый оттенок, он начал действовать.
«Кардинальное Пламя!»
Рыже-золотое пламя зажглось под ретортой, нагревая раствор, в то время как вокруг ее основания начали формироваться сигилы. Феликс выводил каждый из них с предельной точностью, практикуя этот тип дистилляции в течение нескольких дней. В мгновение ока Камень Дикого Эха разжижился внутри раствора, образуя смесь бурлящей потенциальности. Он сосредоточил свое Намерение, направляя еще больше Маны в формации под ретортой, и дикие пузырьки начали множиться в геометрической прогрессии.
— Получается! — Воскликнула Кикри.
— Тсс!
Феликс не обращал на них внимания, осторожно контролируя поток своей Маны и уровень жара в массиве. Его Кардинальное Пламя было одновременно и контролем маны, и огнем – полезный инструмент в алхимии, как он выяснил, особенно при дистилляции. Ставший теперь зеленым раствор исходил паром, высвобождая пары Маны, которые закручивались вверх через носик реторты в другой шарообразный контейнер уровнем выше. Закаленное и зачарованное стекло направляло пары дальше, где они скапливались внутри охлаждающего алембика. Феликс задействовал и этот массив, тратя Ману на неэффективную схему, но не заботясь об этом, пока пар снова превращался в жидкость.
«Кардинальное Пламя!»
Холод сменился жаром, и алембик испарил зеленую смесь, заставляя ее подняться еще на один уровень его Лестницы. Снова и снова, охлаждение и нагрев чередовались, пока массив его собственной конструкции работал над процессом. Феликс едва ли не задерживал дыхание при каждом переходе, пока смесь наконец не достигла последнего сосуда, где в другом растворе прозрачной жидкости висел кусок кобальтовой шпинели квадратной огранки.
Зеленый пар опустился в сосуд, и Феликс активировал вокруг него массив холода, подвергая его глубокому охлаждению и наслаивая пар и драгоценный камень на свое Намерение и Волю. Они запели друг против друга – хор голосов внутри сублимированного камня и твердого самоцвета. Зелень опустилась в тонкий слой жидкости, окрашивая ее в тот самый момент, когда синева шпинели тоже начала просачиваться наружу.
«Сейчас».
Феликс захватил все это своим Намерением; слои его Воли погружались глубоко в матрицы кобальтовой шпинели. Гармония взревела – припев, который он слышал много раз до этого, который изучал днями напролет, прежде чем решиться на это. Феликс нащупал края ее вибраций, соединяя зеленое с синим так плавно, как только мог почувствовать. Сила хлынула из Мана-врат в его ладонях, кружась вокруг и сквозь смешивающееся соединение, пока все не вспыхнуло вспышкой зелено-голубого света.
Вы успешно дистиллировали соединение!
Вы создали новый предмет!
Создан Камень Сплавленного Припева!
Получен опыт!
Алхимия достигла 33 уровня!
…
Алхимия достигла 43 уровня!
— Я был прав. Для формирования прочной связи требовалась недифференцированная Мана, — пробормотал Феликс себе под нос. Но не «просто» недифференцированная Мана, которую и так большинству было трудно достать, а сжиженная Мана. Это означало конденсацию достаточного количества энергии для образования жидкости, что опять же было крайне сложно для большинства алхимиков даже в группах, не говоря уже о работе в одиночку.
У Феликса, однако, были и Навыки, позволяющие превращать объекты в Ману, и резервы, которые можно было тратить впустую, собирая свою Ману и капля за каплей формируя жидкую силу. Это было ужасно неэффективно и занимало часы, но это сработало. Он надеялся. Подвешенный на крошечной платформе внутри сосуда, граненый драгоценный камень зелено-голубого цвета подмигивал ему. Он сиял внутренним светом, который то горел ровно, то мерцал.
«Прожорливое Око!»
Название: Камень Сплавленного Припева.
Тип: Драгоценный камень (Зачарованный)
Описание: Два камня, каждый из которых зачарован силой Великой Гармонии, сконденсированы и объединены вместе могучим Намерением и Волей. Помещение этого камня на предмет вооружения или доспех повысит его на один Ранг, обеспечивая усиленную защиту. Доспех или оружие также получат способность изменять размер под владельца, а также скрывать физический облик того, с кем они связаны. Доспех или оружие должны быть привязаны кровью к одному пользователю.
Выбранная форма: Неизвестно.
Маска Эха IV – После привязки кровью Камень позволит владельцу выглядеть как [Выбранная форма].
Намерение Певчего I – Для зачарования этого предмета была использована Гармоническая Песнь Певчего, и он несет в себе его Намерение. +10% к эффективности Маски Эха.
Инверсия Певчего I – Добавление Диссонанса для инверсии свойств предмета, скрывая их.
Феликс прерывисто выдохнул и тяжело опустился на скамью. Дерево застонало под его весом.
— У меня получилось.
— Поздравляю, сэр, — сказал Вайн, а Кикри энергично закивала.
— Я даже не совсем поняла, что вы сделали, — призналась эльфийка. Она вглядывалась в Лестницу Вознесения, на которой наконец погасли массивы. — Вы расплавили другой Камень? И… слили их вместе?
— Что-то вроде того, — ответил Феликс. Он встал со стоном и осторожно извлек сине-зеленый камень из стеклянного сосуда. Тот удвоился в размерах и был на удивление тяжелым – не для физического осязания, а для его Восприятия. «Будто его… тянет внутрь». Он убрал находку в карман.
Остальные попытались задать еще вопросы, но Невия прогнала их, и вскоре они вернулись к своим задачам. Феликс улыбнулся гномке, но та погрозила ему пальцем:
— Я жду урока по этому поводу в какой-то момент… сэр.
Улыбка Феликса стала еще шире:
— Когда будешь готова, я с превеликим удовольствием его проведу.
Невия кивнула, скорее себе, чем ему, и отошла от центральной станции. У каждого из его алхимиков была своя стойка и оборудование, где они пытались изготовить как можно больше настоек и припарок – вещей, которые Феликс помнил по своей недолгой работе в лавке Энеи. Его черта Острый Ум была подспорьем в восстановлении тех процедур, даже если с тех пор прошли месяцы. Пока что его алхимики не могли справиться с более сложными формулами, которые он мельком видел, но он надеялся, что с ростом их навыков и улучшением методов это изменится. Иметь под рукой сотню или тысячу лечебных зелий было заманчивой перспективой, тем более что ему не нужно было беспокоиться о том, что они потеряют силу в ближайшее время.
Удивительной особенностью его Хранилища было то, что все хранящееся в нем оставалось свежим и действенным гораздо дольше. Он вполне мог держать там галлоны зелий Здоровья, и им потребовалось бы двенадцать лет, чтобы выдохнуться. Создание запасов было его первой идеей о том, как обезопасить своих людей.
Среди обитателей своей Цитадели Феликс нашел пять человек, у которых был интерес и талант к алхимии. Невия и Кикри, конечно, а также двое хенаари по имени Освик и Палин. Гномка и эльфийка были прилежны, а хенаари – молчаливо способны; они выполняли каждое его указание, часто буквально. К удивлению, воин со щитом Вайн тоже проявил интерес к ремеслу и оказался одним из самых старательных мастеров. Его опыт в терпеливом ожидании ударов противника хорошо перенесся в лабораторию.
— Какой план теперь? — Спросил Атар. Оба мага старались не мешаться во время всего процесса, но их глаза заблестели при виде готового Камня.
— Да. Вы объединили два Камня, но как насчет того, чтобы сделать больше? Еще пара дюжин Камней Форте стала бы серьезным подспорьем для наших усилий по снаряжению, учитывая массив на наковальне Харна, — заметил Алистер. — Я заметил серию глифов, которые вспыхнули над Камнем в момент слияния, но узор промелькнул слишком быстро, чтобы за ним уследить.
— Я тоже что-то видел, — признался Феликс. Это произошло быстро, а он был полностью сосредоточен на другом. Он пожал плечами. — Но мой Разум в тот момент был занят. Все… смутно. Мне нужно будет подумать об этом, посмотреть, смогу ли я восстановить увиденное. — Он говорил на ходу, и маги последовали за ним из Алхимической Лаборатории вниз к Маяку. — Вы выяснили что-нибудь еще о тех мана-ретрансляторах вокруг Туманных Земель?
Алистер покачал головой:
— Мы почти не продвинулись. Глифы на них слишком сложные. Как минимум Ранг Магистра.
— Я думал, вы разработали свой массив перенаправления силы на их основе? — Спросил Феликс, поднимаясь по ступеням к Кузне.
— Он называется «Кинетическое отражение», и нет. Мы использовали идею, почерпнутую из тех ретрансляторов, но на этом все. Их ядро слишком продвинутое, — признался Алистер с некоторой горечью в голосе.
— Мы пытаемся расшифровать самые мелкие глифы, но пока не разгадали их истинное назначение, — сказал Атар. Его голос окреп, и в трещинах неудачи проступила уверенность. — Мы близки.
— Хорошо. Продолжайте, — подбодрил Феликс. Атар набрал еще двух начинающих начертателей из числа хенаари, хотя у Феликса не было времени познакомиться с ними поближе.
«Слишком много дел», – подумал он, толкая блестящую стальную дверь. — «И никогда не хватает времени».