Глава 39.0
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
Вы победили Обман Несчастья!
Получен опыт!
Оповещение территориального поиска!
Вы внесли значительный вклад!
«Спаситель Потерянных?», – Феликс бросил единственный взгляд на уведомление, хотя перед глазами всё плыло от боли. — «Это… исцелило её?»
Ему ещё не выпадало случая опробовать другой расовый навык, полученный вместе со статусом Первородный Ним. Точнее, его слишком тревожило расплывчатое описание, и он откладывал это на потом. Слишком много всего постоянно требовало его внимания…
Как, например, гули, тяжело топающие сквозь тьму прямо на него.
«Крах и Погибель!»
«Крах и Погибель!»
Сферы темно-зеленой Маны прошивали ревенантов по обе стороны от Феликса, но когда они достигли ближайшего гуля, ни одна не смогла пробить его утолщенную шкуру. Заклинание лишь едва зашипело, коснувшись плоти.
Состояние статуса: Духовный урон.
— Гх, да заткнись ты, — прорычал Феликс, полоснув когтями левой руки, чтобы расчистить пространство. Новое Состояние статуса резало его урон, по крайней мере, в том, что касалось духовных навыков. Правой рукой он потянулся, чтобы влить Эссенцию в свою дубину… и тут же зашелся в спазме: талон ревенанта вонзился ему в живот, когда он согнулся пополам.
«Разъедающий Удар!»
Кислота окутала левую кость Феликса; он нанес слепой удар снизу вверх, распоров твари брюхо. Та повалилась навстречу смерти, визжа от боли.
«Даже мой Владыка Плоти ослаб». — Феликс провел рукой по глубокой борозде в чешуе, защищавшей его живот. Ревенант едва не прорвал её насквозь. А Эссенция была почти на нуле. Боль, пронзавшая его, исходила от ядра, которое жадно всасывало пустоту там, где обычно колыхалась туманная туманность силы. — «Есть один способ это исправить».
«Ненасытная Десятина!»
Смерть бушевала повсюду. Феликс был виновен лишь в части этих смертей, но далеко не во всех. Его Десятина требовала, чтобы он забирал её сам, если хотел поглотить мощь, и постепенно Феликс понял, что это лишь вопрос Воли. Эссенция, горевшая в дымящихся трупах врагов, содержала частицы Первородного, частицы Пасти. И для Голода внутри Феликса это было «его». И ничье больше.
«Моё!»
Светящийся багровый пар устремился к нему, пронизанный темным дымом, словно прожилками в камне. Даже небо не осталось в стороне: он притягивал к себе удушливую радиацию Маны от Чешуи непрекращающимся приливом.
Шторм внутри него вспыхнул с новой силой, хотя часть его снова пожирало кольцо ядра. Феликс проигнорировал это, сосредоточившись на том, чтобы направить поток Эссенции в оружие. Дубина увеличилась в размерах, и богохульные сигилы на ней вспыхнули багровым и синим свечением.
— Так-то лучше, — прохрипел Феликс, толкая её вперед, словно копье. Тяжелое оружие врезалось в очередного ревенанта, прыгнувшего на него, остановило инерцию, а затем смело в сторону, врезаясь в ряды окруживших его врагов. — Прочь! С дороги!
Земля содрогнулась. Навык Слепой Бой вспыхнул в сознании, Феликс рванулся в сторону, но недостаточно быстро. Кулак размером с валун врезался ему в лицо и плечо одновременно, впечатывая в плиточный пол. Камень разлетелся вдребезги, ревенантов разбросало в стороны, когда его тело пропахало неглубокую борозду в полу зала.
— Жрать! — Взревел Гордыня Скверны. Бывший хорист выплыл из пыли и дыма, словно извращенная, полная зубов опухоль; его руки стали еще тяжелее, чем прежде. Вдоль предплечий открылись рты – крошечные, задыхающиеся монстры с извивающимися языками. Ни Десницы, ни других союзников Феликса поблизости не было видно.
— Гх, — выдохнул Феликс, поднимаясь на ноги. Он сплюнул пыль и грязь, набившуюся в рот. — Почему Первородные такие мерзкие? Или… или это фишка Пасти?
Гордыня Скверны закричал и бросился в атаку.
«Ненасытная Десятина!»
Еще больше окружающей Эссенции и Маны всосалось в Феликса, но Скверну это ничуть не замедлило. Феликс вскрикнул и нырнул под кулак твари, оказываясь под рукой, чтобы нанести едкий удар.
«Разъедающий Удар!»
Бронированный кулак Феликса врезался в локтевой сустав бывшего хориста, толщиной с его собственное туловище. Против кого-то обычного это могло бы сработать. Вместо этого Феликс почувствовал, как его рука соскользнула в одну из многочисленных зубастых пастей на теле мерзости. Кислота хлынула изо рта, и проклятая тварь вцепилась в него, прокусывая чешую на руке.
— СУКА!
— Попался, — прохрипело существо. Скверна напряглась, и Феликс снова отправился в полет.
На лету он потянулся к поясу, хватая левой рукой Бедро Посланника. Он вырвал его и снова влил Эссенцию в дубину. Тонкая металлическая кость превратилась в таран, ударив в локоть Скверны со всей мощью его Силы.
Это не дало ничего.
А затем ударила молния.
— ГРУУУУАУАААХхХ! — Взвыл монстр, и в его голосе отчетливо слышалась боль. Рты по всему его деформированному телу закричали в унисон, и Феликс выскользнул из мерзких зубов. Он приземлился на корточки, прижимая руку к груди. Не считая множества других ран, он был цел. Каким-то немыслимым образом молния даже не задела его.
Вторая, а затем и третья молния возникли из ниоткуда, поражая Скверну. Мерзость ранга Высшего Адепта забилась в конвульсиях, практически застыв на месте под действием мощных разрядов, сотрясавших плоть.
К полному недоумению и восторгу Феликса, неподалеку стоял старейшина Хольт, вытянув руки. Яркая, сине-белая Мана трещала вокруг него, словно венец из вольт, а его седеющая борода развевалась на яростном ветру.
— Мы прикрыли тебя, парень, — простонал Хольт, его тело напряглось под тяжестью заклинания.
«Мы?»
Второй удар, на этот раз из мерцающей серо-черной Маны, настиг существо снизу. Зазубренная челюсть из теней вырвалась из земли и впилась в содрогающуюся тварь. Огромные куски плоти были вырваны из его ног, и Гордыня Скверны рухнул на колено.
— Если собираешься что-то предпринять, — крикнула старейшина Реджис, её лицо было покрыто потом. — Делай это сейчас!
Он точно знал, что использовать. Феликс вскинул руку вверх:
— Весс! Меч мне! — Прошло мгновение, но ничего не случилось. Он просто стоял с поднятой рукой, как идиот.
«Где она? Весс!»
Феликс обернулся, лихорадочно выискивая её взглядом, но ничего не видел. — Весс!
Она не отвечала.
Он снова повернулся к старейшинам:
— Держитесь!
— Конечно! — Процедил Хольт сквозь стиснутые зубы. — Не торопись, мать твою!
Феликс сорвался с места, плитка разлеталась под каждым шагом, пока он пробивался сквозь ревенантов, скопившихся там, где он в последний раз видел Весс. Ревенанты гибли пачками, но их становилось только больше.
«Власть Веллус!»
Усилием Воли он превратил свое эволюционировавшее заклинание в круговую атаку, какой она была раньше. В сочетании с повреждением Духа недостаток концентрации снизил мощь, одновременно послав вспышку агонии в ядро Феликса. Феликс подавил крик боли и все равно выпустил два быстрых разряда, на мгновение расчистив пространство. Но он все еще не мог найти подругу в этом хаосе.
— Я-А-А!
Весс выпрыгнула из-за треугольного столпа, едва увернувшись от неуклюжих, но мощных когтей гуля. Её копья, призванные заново, маневрировали вокруг тела, словно пять независимых хвостов. Каждое было зазубренным жалом, наполненным Маной и смертоносным. Копье в её руках тоже двигалось смазанной тенью; она использовала его, чтобы взрывным ударом очистить землю от ревенантов перед приземлением.
— Весс!
Она развернулась, едва успевая перед сокрушительной контратакой гуля. Её левая нога была сломана и не держала вес, хотя Весс была достаточно ловкой, чтобы уклоняться от когтей орды ревенантов. Настоящей проблемой были гули – пятеро тварей, обрушивших свою брутальную силу на стену щитов. Как только Весс отступила за неё, преследующий её гуль последовал за ней.
Он врезался в стену щитов, почти не замедлив шага.
«Формовка Камня!»
Расстояние мешало, до них было больше сотни футов. Полоса вздыбленной земли вырвалась перед стеной щитов, но бестии прорвались сквозь неё, не останавливаясь. В этот момент вперед выпорхнула Кэл, атакуя вихрем ударов кинжалов. Она превратила шею и плечи ведущего гуля в месиво своими клинками, но плоть срасталась быстрее, чем она успевала наносить урон. Она выругалась и отпрыгнула в сторону как раз в тот момент, когда темные сферы Искристого разряда Атара поразили существо багровыми всполохами огня. Это, по крайней мере, пожирало тварь быстрее, чем та могла восстановиться. В сочетании с точными и несколько лихорадочными ударами навыков Кэл, гуль наконец сдох. Кэл соскользнула с трупа гуля на землю и помчалась сквозь толпу к следующему, с которым Харн и шестнадцать бойцов вели бой. Люди гибли, и гибли быстро; на поле просто не хватало сильных бойцов, чтобы сдерживать всех монстров.
— Феликс! — С надрывным криком Весс метнула один из предметов, парящих у неё за спиной. Он полетел к нему, и Феликс перехватил его в воздухе в отработанном прыжке, перехватывая свой Клинок Клыка при приземлении. Ревенанты, смыкавшие вокруг него кольцо, рванули еще яростнее, жаждая его крови.
«Дикая Тренодия!»
Эссенция и арктическая мощь запульсировали в Клинке, когда Феликс закружился в широком круге, вытянув руки. Ледострой покрыл Клинок и потянулся шлейфом сквозь воздух, оставляя за собой зазубренные, мгновенно замороженные раны. Руки, ноги и грудные клетки рассекались его сверхъестественно острым лезвием.
Вы убили искаженных маной ревенантов (х12!)
Получен опыт!
Оповещение территориального поиска!
Вы внесли вклад!
Гром снова наполнил зал, на этот раз сопровождаемый стонущим ревом Скверны. Феликс помчался обратно к монолитному чудовищу, выставив Клинок Клыка в сторону, словно зубастое копье. Неудержимая Воля бушевала в нем, давая необходимый импульс, чтобы пробиться сквозь колышущуюся орду.
Скверна наконец вырвалась из заклинаний старейшин, отбросив их обоих на землю, истощенных. Из-за дымящихся тел появился Десница, на полном ходу бегущий к мерзости.
— Все на меня! — Закричал Десница, направляя клинок на Скверну. Он выглядел окровавленным и усталым, но на его лице сияла безумная ухмылка. Феликс почувствовал, как мужчина применил какую-то способность провокации, и каждый ревенант в радиусе десяти ярдов внезапно переключился на него. — Я справлюсь, Тварь! Иди дальше!
Но внимание Скверны не дрогнуло; она видела только Феликса.
— МОЁ! РУА-А-А-АГХ!
Скрежеща ртами, тварь ударила по земле, дробя её в зазубренные осколки, которые её собственная чешуя игнорировала. Феликс пригнулся, прижав Клык к боку, и влил всё, что мог, из своих сдвоенных ресурсов. Эссенция и Мана горели в каналах, одновременно тесня друг друга и разрывая пути, но он проталкивал их грубой силой. Клык покрылся коркой льда, обрастая морозными кристаллами и шипами по всей длине, по мере того как всё больше Маны изливалось наружу.
Манипуляция Маной достигла 46 уровня!
«Давай, ближе…»
Скверна прорывалась сквозь ряды ревенантов и пылающие дуги серебряных топоров Харна. Мужчина расправлялся с ближайшими гулями с убийственной жестокостью, но Скверна стряхнула его атаку без усилий. Тени под ней вскипели, выпуская шипы и темные руки, что хватались за ноги… но и их существо уничтожало своим неумолимым натиском.
«Ближе…»
«Неудержимая Воля!»
«Власть Веллус!»
Феликс взорвался рывком от земли, направив Власть Веллус назад под углом, чтобы получить ускорение. Он пробовал это раньше, но никогда с Закаленным Навыком. Он летел «быстро», и только Неудержимая Воля позволяла ему сохранять координацию.
Феликс взмахнул Клинком снизу вверх, проносясь мимо Скверны. Он почувствовал, как оружие зацепилось, сопротивление плоти, прежде чем массивный кулак обрушился с небес.
«Власть Веллус!»
Кинетическая сила отбросила его в сторону как раз в тот момент, когда Скверна нанесла удар, едва не задев его. Он переориентировался в воздухе – благодаря Неудержимой Воле – и приземлился ногами на колонну, прежде чем снова броситься на врага. Лед образовался на части руки монстра, именно там, где он попал. Он ударил снова, на этот раз по другой руке, но лед почти не схватился.
«В этот раз едва кожу пробил». — Эссенция «жгла» Клык, но этого было мало. Нужно было больше. Приземлившись на вершину следующей колонны, Феликс выпустил еще одну Власть Веллус и снова сменил курс.
«Ненасытная Десятина!»
Пролетая сквозь воздух, Феликс втягивал в себя всё, что мог, из циклона пунцовой мощи в этом зале. Она врывалась в него, как ураган, и бушевала в ядре. Его трясло, как лист на ветру, но он всё равно летел точно в цель. Меч выставлен вперед. Дикая Тренодия на устах.
«Дикая Тренодия!»
«Стрела Погибели!»
Лед на его клинке сорвался, растворившись в пурпурно-белом паре, когда его место заняла новая Мана. Золотисто-лазурный свет, настолько густой, что казался жидким, искрил на Клыке.
— Феликс! Добыча! — Закричала Скверна, её когда-то человеческое лицо превратилось в насмешливое подобие клыков и пугающе смертных глаз. — Моё! — Она вскинула руку, чтобы снова отразить удар.
— Заткнись! — Крикнул Феликс и применил навык.
«Власть Веллус!»
Тело Феликса рухнуло вниз, подталкиваемое кинетическим заклинанием. Скверна отпрянула: разряд молнии не причинил вреда, но застал врасплох.
— Я!
«Власть Веллус!»
— Не!
Снова он толкнул себя назад, но на этот раз Клык был выставлен, как копье.
— Добыча!
Клык вонзился в брюхо бестии со звуком, напоминающим удар грома, усиленный вдесятеро. У Феликса лопнули барабанные перепонки, когда золотисто-лазурный свет запузырился и заискрил из оружия, ушедшего по самую рукоять в живот Скверны. Существо завыло всеми ртами, что у него были, и Феликс почувствовал, как что-то внутри него увяло.
Но он не собирался рисковать. Он рванул рану, расширяя её, и засунул внутрь когтистую руку.
«Ненасытная Десятина!»
Мана и Эссенция хлынули в него, иссушая плоть вокруг раны, словно при ускоренной съемке, а Феликс просто направлял их обратно в меч. Тот резал всё глубже. Сила шла и шла, её было столько, что Феликсу пришлось стиснуть зубы от боли, которую причиняли два ресурса, одновременно проходящие через его каналы.
— Нет!
Скверна закричала и замахнулась тяжелым кулаком на Феликса, промахнувшись, но заставив его выпустить Клинок. Вторым ударом тварь выбила оружие, и деформированное создание отшатнулось. Его нутро было разрушено некрозом, черные вены паутиной расползались по груди и вниз по толстым ногам. Оно смотрело на Феликса своими слишком человеческими глазами.
А затем оно бросилось бежать.
— Ах ты ж, су…! — рыкнул Феликс, но тяжелая рука на плече остановила его погоню. Разозлившись, он увидел перед собой Харна.
— Закончи работу здесь. Потом выследим её. Идет?
Феликс боролся с собой лишь мгновение, прежде чем подавить эмоции Силой Воли. Он кивнул:
— Да. Закончим работу.
Ревенанты всё еще кишели повсюду, их были сотни, но теперь, когда с двумя хористами было покончено, с ними стало легче справляться; стена щитов эффективно сдерживала рядовых Первородных Порождений, в то время как тяжеловесы добивали гулей в схватках трое на одного.
— С бестиями мы разберемся, — сказал Десница, вытирая лоб темной тканью. — Но… мы ничего не можем сделать с «этим». — Он указал на Чешую Короля Опустошителей. — А ты можешь.
— Признаешь, что я полезен, Рид? — Спросил Феликс, слишком уставший, чтобы даже улыбнуться.
— Ты авум одного трюка, Тварь, — выплюнул Десница. — Так иди. Исполняй.
Мужчина исчез прежде, чем Феликс успел хоть что-то ответить, но в нем вспыхнуло желание догнать его и вбить хоть каплю уважения в эту тупую рожу. Десница. Ему же нужна только одна рука, верно? Было бы так легко схватить Клык и просто… «Нет. Что?» Феликс прижал ладонь к голове, внезапно почувствовав легкое головокружение. В ядре стало жарко, как при лесном пожаре. «Прекратите, тупые ошметки Пасти! Это не я!»
Феликс встряхнулся, еще сильнее надавив Бастионом Воли, пока яростный, полный ненависти костер не превратился в тлеющие угли. «Какая разница, что Дариус Рид думает обо мне? К тому же, он не ошибся».
Он рванулся к Чешуе. Пролетая над головами ревенантов, он легко уклонялся от их неуклюжих атак и приземлился в двадцатифутовом радиусе вокруг артефакта. Здесь было чисто, ревенантов не было совсем, словно они отказывались подходить ближе. Или не могли.
Это не имело значения. Феликс прижал ладони к Чешуе. Жар был такой, словно он стоял перед открытой печью, умноженной на тысячу, но это был не обычный жар. Он вновь раздул те угли в его центре, вспыхнув восхитительным контрапунктом, словно две части зазубренного, диссонирующего крика. Это жгло его Дух, возможно, сейчас даже острее, так как Пит был ранен. Его бедный тэнку содрогался внутри него.
«Давай, дружище. Еще немного. Побудь со мной».
Пит издал единственный, ровный, твердый щебет согласия.
«Ненасытная Десятина!»
* * *
Весс берегла ногу, используя свои парящие копья в качестве костылей. Это работало достаточно хорошо, чтобы отбиваться от ревенантов, безмозглых тварей. Голод делал их предсказуемыми, а их относительно низкие характеристики – по сравнению с её собственными, во всяком случае – не представляли настоящей угрозы. Если не считать их острых как бритва когтей.
Нет, истинной угрозой, помимо мутировавших хористов, были гули. Требовалось как минимум десять воинов Бронзового ранга, чтобы справиться с одним из этих гигантов, а они продолжали появляться из тьмы. Мужчины и женщины гибли, разорванные на куски лишь для того, чтобы выиграть время для более сильных членов отряда. Несколько гулей были повержены, но восемь всё еще оставались в строю. Затем всё изменилось. Кэл, Атар и она сама только что прикончили очередного, когда в комнате стало невыносимо жарко.
— Феликс, — простонал Атар под тяжестью этого жара. Его лицо покраснело и покрылось каплями пота. — Он что-то делает. Я чувствую это.
«Элементальное Око!»
Мана в комнате внезапно стала видимой для Весс, пусть и ограниченно. Завихрения силы исходили от тех, кто еще сражался, а также от некоторых природных объектов поблизости; но над всем этим доминировало чудовищно гнетущее облако багровой мощи, висевшее сверху. Первой её мыслью было, что это шторм, собирающийся для сокрушительного удара молнии, но пока она наблюдала, шторм отступил. Он не успокоился и не уменьшился, он просто… бежал.
Аура яркого, многоцветного света вспыхнула в дальнем конце зала. Далеко за ревенантами, возле входа в туннель. У Чешуи.
«Феликс. Будь осторожен».
* * *
Чешуя кричала внутри него. Или, может быть, это был Пит, или он сам. Феликс уже не мог разобрать. Ненасытная Десятина вытягивала из Чешуи огромное количество силы. Эта штука была «соткана» из Первородной Эссенции, и каждый глоток был крошащимся куском самой Чешуи, сублимированным и вдыхаемым.
Её было много, но это даже не приблизилось к пределу его вместимости. Закаленный встречами с Королем Опустошителей, Феликс чувствовал боль, но она не собиралась его убивать. Он был уверен в этом, как и Пит. Эссенция лилась через его каналы постоянным потоком. Она собиралась над ядром, как и всегда, туманной туманностью над сверкающей солнечной системой его внутреннего пространства. И, как всегда, бездна в центре его кольцевого ядра забирала свою долю.
Только на этот раз она не останавливалась.
Это было похоже на торнадо, воронкой уходящее в голодную пустоту внутри него; куски Чешуи исчезали так же быстро, как появлялись. Всё, кроме Эхо Пасти – эти рубиново-красные капли падали в сторону и собирались поверх ядра. Медленно, но гораздо быстрее, чем он ожидал, Чешуя Короля Опустошителей исчезла целиком.
«Это было… пугающе легко».
Внутренний Огонь направил взор Феликса на его ядро, где разрозненные Эхо Пасти сливались в единое целое. Аморфная капля багровой жидкости, всё еще вращающаяся над его кольцом жидкого огня, обрела новый вес, который он не мог до конца описать. Крупное, застывшее целое оставляло за собой искры и брызги, словно хвост кометы, вращаясь в противовес его ядру.
Дрожь диссонирующей силы толкнулась в пространство его ядра. Точнее, попыталась: Феликс вспыхнул Бастионом и отсек её влияние прежде, чем она зашла слишком далеко.
Всё… улеглось. Туманность Эссенции над его маленькой солнечной системой потрескивала от нерастраченного потенциала, а его навыки гармонизировались в блестящую, сияющую песню. Каждая вибрация работала на целое, выступая контрапунктом друг другу.
Это было прекрасно.
Затем всё закончилось, и Феликс судорожно вдохнул настоящий воздух. Он огляделся и обнаружил, что десятки ревенантов бегут… прочь. Они потоком устремлялись обратно в темный туннель, покидая зал гораздо быстрее, чем прибыли. Даже гули спасались бегством. Их Дух, обычно такой ненавистный и яростный, теперь источал лишь чувство ужаса.
И все же, когда Феликс огляделся, он увидел лишь измотанные остатки их отряда.
Оповещение территориального поиска!
Вы внесли значительный вклад!
Оповещение территориального поиска!
Вы внесли значительный вклад!
Оповещение территориального поиска!
Вы внесли значительный вклад!
— Хм.