Глава 14.0

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

— Что это за ворох оборок? — Спросила Иви.

Весс покраснела и слегка повернулась, глядя на себя, отчего ее юбки невольно качнулись в сторону. — Это… Мой отец…

— Его Светлость, герцог Пакс'Врелл, повелел, чтобы Её Светлость, леди Вессилия Дейн, немедленно вернулась в его владения, — нараспев произнес Десница, плавно перебивая Весс.

Лицо Иви скривилось еще сильнее.

— Весс? Что происходит? — Спросил Феликс. Весс открыла было рот, но Десница снова не дал ей вставить ни слова.

— Мы будем сопровождать вас всех до Зеленого Перевала, — продолжал Десница. Весс не поднимала глаз, и ее Дух ощущался смятенным. — Оттуда мы запросим проход из Сетории на мана-корабле.

— Отлично! Все в сборе.

Феликс оглянулся и увидел Кэл, спускающуюся по ступеням в сопровождении Боди, Яна, Кельгора и, почему-то, даже Тэнгла. За ними следовало еще больше бойцов Стражи Хаара. Среди них он заметил даже Карпа и Вивиан: лучник и начертательница были облачены в щегольскую форму, чей оттенок отличался от гвардейского. Хозяйка Харвотча двигалась по земле, словно промасленный шелк, – тело придавало ей сверхъестественную грацию. Вскоре она уже поднималась по ящикам, расставленным подмастерьями Рафни, будто по ступеням на сцену. Будучи вдвое выше любого из присутствующих, Кэл обернулась, чтобы окинуть взглядом всю площадь, где привычная суета замерла под весом такого количества важных особ. Она развела руки и одарила всех улыбкой – настолько же широкой, насколько фальшивой.

— Великолепно! С таким отрядом нет угрозы, которую мы не смогли бы сокрушить, — громко провозгласила Кэл, пока толпа стягивалась ближе. Феликс почувствовал искру тревоги в её Духе, нарастающую в такт любопытству масс. — Мы сражались с тех самых пор, как пало Гнездо. Сражались с Выходцами, сражались с красноплащниками. Просто чтобы жить. Теперь, когда мы делаем первые шаги к процветанию, возникла новая угроза. Храбрый Харвотч отправляется встретить её в Зеленом Перевале вместе с величайшим из наших героев – Голубоглазым Демоном!

Кэл указала на него, и Тэнгл выпустил из ладоней поток Маны. Словно солнечный луч пробился сквозь тучи: полоса света внезапно ударила в Феликса, точно прожектор сверху. Любопытство и растущий страх толпы сменились бурным восторгом; исключительный слух Феликса уловил немало взволнованных голосов, обсуждавших его персону. Феликс коротко махнул рукой. Как обычно, его Сродство отметило рябь в окружающих гармониях – Духи людей откликались на его присутствие. Именно этого Кэл и добивалась.

Прожектор качнулся, возвращая внимание к Кэл.

— Мы оседлаем скакунов, введем наши силы в Зеленый Перевал и защитим наш город и наши земли! — Толпа взревела, но Кэл продолжала:

— Каждый из вас силен и становится еще сильнее, и Харвотч никогда не забудет того, что каждый из вас сделал, чтобы оттащить нас от края пропасти. Олово или Бронза, Незакаленный или Странник – все вы герои.

В едином порыве бойцы Стражи Хаара топнули ногами и отдали честь своей леди, и толпа буквально обезумела. Феликс, к счастью, был отделен от них кольцом гвардейцев, окруживших штабель ящиков – не потому, что люди могли ему навредить, а потому, что волны их эмоций нещадно били по его гармоническим чувствам. Он отстранился, на мгновение закрыв восприятие, пока Кэл спускалась с импровизированной сцены.

— Спасибо, Рафни, — улыбнулась она кузнецу.

— Не стоит благодарности. Тебе нужна была сцена – я сделала сцену, — фыркнула Рафни. — К тому же ваше снаряжение там. Так что пусть здоровяк его раздаст.

— Боди? Ты слышал леди, — сказала Кэл.

Боди ухмыльнулся и отдал честь. — Ладно, мальчики и девочки! В очередь!

Пока великан раздавал нагрудники и щиты, а Кэл вернулась к разговору со своими гвардейцами, Рафни жестом подозвала остальных. В какой-то момент из кузницы вышла Элль и теперь улыбалась им всем.

— Иви, Атар, Алистер, — кивнула она. — Вижу, вы уже забрали свою броню. Это хорошо. Как она вам?

— Удобная, — отозвался Атар, любуясь своим новым боевым облачением. Оно было того же черно-серого цвета, что и раньше, но скроено чуть иначе. Виднелись усиления на животе, плечах и бедрах. — И встроенная защита просто фантастическая. Благодарю тебя, кузнец.

— Всегда пожалуйста, юный маг, — ответила Элль. — А вы, лорд Кнахт?

Маг силы широко улыбнулся кузнецу. — Алистер, прошу вас. Но да, мои одежды подогнаны исключительно хорошо, а дуэльный доспех на удивление легкий. Как вам удалось сделать его таким гибким? — Он распахнул синие полы, демонстрируя поножи, металлический нагрудник и защиту на правом плече и руке. На каждом сегменте были вытравлены переплетающиеся линии; металла здесь было куда больше, чем Атар когда-либо носил. Рапира и длинный кинжал на боку напомнили Феликсу, что Алистер скорее дуэлянт с магией, чем классический чародей.

— Все благодаря тем Арцидам, — призналась Элль. — Сплавы, из которых они были созданы, просто замечательны. Те же металлы пошли на твое боевое облачение, Атар, и на твой комплект тоже, Иви.

Иви оторвала взгляд от Весс ровно на столько, чтобы кивнуть кузнецу. Она провела руками по своей кожано-металлической броне. Та выглядела прочной, но была заметно тоньше, чем, скажем, у Харна, и состояла из множества сегментов для гибкости и подвижности. Иви немного размяла плечи и сняла с пояса бурдюк. — Тяжеловато, но я привыкну. В разы лучше моего прошлого набора.

— Еще бы; металл, который на вас надет, вероятно, стоит по тридцать крон за драм, а работа – вдвое больше, — вставила Рафни.

Иви выплюнула полный рот воды. — Тьфу! Что? Сколько-сколько?

— Опали меня пламя, — пробормотал Атар, глядя на свои одежды. — Вы взяли с нас так мало. Почему?

— Привилегии героев, полагаю. Хотя если хотите заплатить полную цену… — начала Рафни, но Элль положила руку ей на плечо.

— Перестань их дразнить. Мы были рады сделать это, хотя бы ради опыта. Но, — Элль указала на свою жену, — у нас есть кое-что еще для вас двоих.

— Э, Алистер-то уже получил свой новый меч и кинжал. Он сделал заказ довольно давно и не заставлял меня вкалывать всю ночь. — Рафни залезла в ящик, стоявший в стороне, – этот был гораздо длиннее и прямоугольнее. — Вот оно.

Дворф вытащила тонкий металлический посох из темного, янтарного металла. Он был футов пять в высоту – достаточно длинный, чтобы служить опорой при ходьбе, но не громоздкий. Она протянула его Атару, и у мага огня глаза едва не вылезли из орбит.

— Высшее Пламя… — прошептал он. Он переводил взгляд с посоха на Рафни с благоговением в глазах и Духе. — Это… массив земли?

— Заменит тот посох, что ты потерял. Складывается точно так же, — Рафни продемонстрировала это, и пятифутовый шест внезапно стал длиной в фут. Щелчком запястья она снова его разложила. — Навершие зачаровано на выход земного массива. Теперь он может служить тебе стилусом, даже по камню или дереву.

— Поразительно, — выдавил Атар, прежде чем вернуть себе самообладание и сдержанно кивнуть оружейнице. — Моя благодарность.

— О-о, теперь я! — Воскликнула Иви, впившись взглядом в предмет во второй руке Рафни. Это явно была цепь, снабженная лезвиями, как и прежние, но сделанная из зеленого металла с серебряными прожилками. Она бережно приняла её из рук Рафни и восторженно выдохнула:

— Какая прелесть. Она тоже…?

— Ага. Сделала её из того худощавого конструкта, которого Феликс разнес, — сказала Рафни. — Скелет? Тот более тонкий Арцид, с которым он сражался, обладал недюжинной силой и приличным запасом Маны жизни. Феликс присмотрелся к цепи внимательнее. — Она чуть короче, чем ты привыкла, но так задумано. Направь на неё свою Волю.

Иви прищурилась, и короткая цепь издала серию лязгающих звуков – звенья начали появляться из ниоткуда. Она едва не взвизгнула от радости, а Феликс уставился на оружие, врубив Маназрение на полную мощь. Он едва уловил цепочку глифов, активировавшихся внутри каждого звена, позволяя им расширяться и сжиматься, подобно его собственным поножам и наручам.

— Зубья Близнецов, это же потрясающе! Не терпится опробовать её в деле!

— Дистанция увеличится примерно вдвое, но за счет веса. Я бы посоветовала попрактиковаться… — начала объяснять Рафни, но Иви отмахнулась.

— Просто больше массы для удара, как по мне, — легкомысленно бросила она и расплылась в улыбке. Её Дух звучал в ушах Феликса как бурлящая, задорная мелодия. — О-о. Вот, идеально!

Иви проскользнула мимо Феликса и заглянула в длинный ящик. Она выпрямилась, держа в руках набор гравированных пластин, соединенных кольчугой и кожей. — Уф, ну и тяжесть.

— Глупая девчонка, поэтому я и не просила тебя это поднимать, — проворчала Рафни, забирая у неё доспех. Нагрудник и наплечники были покрыты белой, серебряной и синей эмалью. — Это для леди Дейн, выковано из плоти Аполлиона и последних остатков Чешуи. Как и это.

Последнее относилось к длинному восьмифутовому копью, которое подхватила Иви. Она тут же развернулась и всучила копье Феликсу. — На. Бери это и доспехи, и иди исправляй ситуацию, Феликс.

— Что? — Переспросил Феликс, когда оружейница вдобавок впихнула ему в руки доспехи. Она ухмылялась, несмотря на легкий шлепок по плечу от жены.

— Исправляй, — повторила Иви, развернула его и подтолкнула к карете Весс. Девушку окружили несколько мелких дворян, просочившихся сквозь толпу, а неподалеку маячил Десница.

«Что именно исправлять? Заставить её передумать?»

С полными руками и застигнутый врасплох, Феликс позволил спровадить себя к Весс, в конце концов высвободившись из-под рук Иви. — Ладно! Хорошо. Я поговорю с ней.

Оставшийся путь он проделал сам, уже без толчков в спину, но испытывая необъяснимую нервозность.

«Почему? Я просто поговорю с Весс». Ладони под доспехами вспотели, а копье в руках слегка подрагивало. «Но почему она уезжает?»

Он подошел к небольшой группке дворян, стараясь сохранять спокойствие на лице и еще большее спокойствие в Духе. Весс, по крайней мере, могла его слышать. Мелкие сошки обернулись, и если первый мгновенно пренебрежительно отвернулся – вероятно, из-за простого кроя его одежды, – то остальные быстро оттащили его и других в сторону, освобождая Феликсу дорогу. Он почувствовал, как их Духи дрогнули и сжались под его пристальным взглядом. На этот раз Феликсу даже понравилась его дурная слава.

— Весс, привет, э-э… — Феликс неловко замер перед наследницей. На ней было платье в пол с многослойными юбками и элегантно вышитым лифом. Это что… сигилы? Весь наряд был прошит магическим массивом. «Завораживающе».

— Обычно люди смотрят мне в лицо, когда разговаривают со мной, Феликс, — сказала Весс. В её мягком тоне слышалась улыбка, но Дух был странно плоским.

— Ой, прости. Привет, — Феликс перехватил доспехи поудобнее. Они не были тяжелыми, просто пластины постоянно скользили друг по другу. — Так что, а-а… что Рид имел в виду насчет твоего отъезда? Он серьезно?

Весс на мгновение замялась, бросив взгляд на карету. Дариус Рид, Десница, сидел на козлах. Он не смотрел на них, но с его уровнем в этом и не было нужды; у Десницы, скорее всего, Восприятие было не хуже, чем у Феликса, а то и лучше. — Как наследница своего отца, я имею обязанности. Обязанности, которые я не выполняла, пока была заперта здесь. Обязанности перед отцом и перед людьми, которым я призвана служить.

— А как же ты сама? Чего хочешь ты? — Спросил Феликс.

— Я из знати, Феликс. Быть эгоисткой – путь к Погибели. Я не стану еще одной Дюфон.

Последнее было сказано с той твердой убежденностью, которой он от неё и ожидал. Феликс не нашел, что возразить против её логики, не показавшись при этом придурком, поэтому просто протянул ей доспехи и копье. — Рафни и Элль сделали это для тебя. Для нашей, э-э, экспедиции.

Весс задержала взгляд на его глазах, прежде чем посмотреть на то, что было у него в руках. Она тихо ахнула.

— Правда? Они Ранга Подмастерья? — Получив утвердительный кивок Феликса, она приняла вещи и принялась внимательно их осматривать. — Чудесно.

Доспех был великолепен, тут Феликс был согласен. Когда она разложила каждую деталь, он увидел, что пластины тяжелее, чем у Иви, но не такие чудовищно толстые, как в комплекте Харна. Они были украшены белой и синей эмалью, а сквозь неё проглядывал серебристый металл, образуя замысловатые вьющиеся узоры по краям каждой части.

При всем этом, кроме прочности и защиты, доспех мало что предлагал. А вот копье было особенным. Его древко обвивали извивающиеся драконы в синих и белых тонах, а венчало его длинное лезвие в форме листа. Согласно его Глазу, на нем лежало зачарование – массив, который концентрировал Ману воздуха на острие, позволяя колоть и рубить еще быстрее.

— Сделано из брони Арцидов и части моей Чешуи Королевы Опустошителей, — добавил Феликс. Говорить об оружии, а не о чувствах, было куда привычнее. — И то, и другое.

— Напоминает мне о тебе, — сказала она.

— Копье…?

— Прямолинейное. Эффективное. Смертоносное, — Весс провела рукой по древку. — Но копья – это не только орудия смерти. Это инструменты. Они приносят добычу с охоты. — Она положила ладонь на его руку. — Они защищают.

— Я…

— Скоро мы выдвигаемся. Поблагодари за меня Колдфайров. Мне запрещено покидать карету на протяжении всего пути. Это несправедливо, но… что ж, это трудно. Уезжать. — Она встретилась с ним взглядом, и он увидел веснушки на переносице, почти скрытые её тоном кожи. Глаза у неё были теплыми, как вспаханная земля, с золотым кольцом вокруг зрачка.

— Значит, это прощание? — Спросил Феликс. Ему не было грустно, он просто чувствовал какую-то ноющую боль. Наверное, съел что-то не то или…

— Не прощание, — настояла Весс. Она улыбнулась, и на щеке снова появилась ямочка. — До новой встречи, Феликс.

Феликс выдавил улыбку. Боль немного утихла. — До встречи, Весс.

Не зная, что еще делать, Феликс развернулся и пошел прочь. Он успел сделать лишь десяток шагов, едва пройдя половину пути до друзей, когда рядом возник кто-то еще. Желтую полумантию было трудно не узнать: Десница коснулся двумя пальцами плеча Феликса.

— Она никогда не должна была здесь оставаться, Демон, — сказал он. Голос его был спокоен, а Дух – безупречен. — Обучение и её Проявление. Последнее завершено, а первым займусь я. Она уезжает ради лучшего, ради великой судьбы.

Рид встретился с ним взглядом, и в нем не было настоящей ненависти. Только убежденность.

— Хоть раз, Феликс, прими мудрое решение: отпусти её.

* * *

Спуск из центра города прошел без происшествий, и единственным звуком, заглушавшим цокот когтей по дороге, был лязг обломков, которые разгребали десятки рабочих.

Иви и остальные донимали его расспросами, но Феликсу не хотелось разговаривать. Через несколько минут поступил приказ седлать скакунов и ехать на восток, в Квартал Рассвета. Феликс вскочил на Пита, остальные оседлали своих авумов, и их кавалькада из шестидесяти с лишним мужчин и женщин направилась вниз по ступеням в самый восточный квартал.

Улицы были забиты не столько людьми, сколько мусором: террасы и некогда изысканная каменная кладка были изуродованы глубокими выбоинами, следами ожогов и рваными шрамами – свидетельствами яростной схватки с применением Навыков. Тем не менее, люди были повсюду: кто-то тащил материалы к складам, кто-то раскапывал заваленные дома вокруг.

Феликс почувствовал легкий укол совести, когда увидел богатые особняки в этой части города, превратившиеся в лачуги из-за его прямого участия. По крайней мере, они были пусты, когда усиленный Дюфон и Феликс проносились сквозь них, а позже, когда Старейшина, ставший Инквизитором, поджег весь квартал.

Вина испарилась, когда он понял, что среди тех, кто разбирает руины особняков, нет их владельцев. Вместо них слуги в ливреях ворочали камни больше их самих, обливаясь потом под летним солнцем и нарастающей жарой. Все они были в пыли и грязи, а многие и в крови. Между тем Феликс не сомневался, что дворяне, владевшие этими участками, с комфортом устроились у Врат Рассвета, которые были укреплены против всего худшего, что Первородный, а затем и Архонт могли обрушить на город.

«Аристократы», – хмыкнул он про себя. Он встречал немногих, но те, кого он знал, создавали сословию дурную славу. Лилиан. Дабни. Десница. Конечно, Алистер был парнем неплохим, даже рисковал жизнью ради Феликса пару раз. И Весс…

«Весс – совсем другое дело». Иви явно была раздражена тем, что он не рассказал, как прошел их разговор. И что он должен был сказать? Весс сделала свой выбор, и Феликс не мог её винить. Разве он сам не пытался делать то же самое? Быть ответственным, защищать тех, кто не может защитить себя? Как он мог оспорить этот довод?

Люди останавливались и глазели на них, словно на парад. Страх сменялся любопытством, которое снова превращалось в страх, когда они понимали, что этот внушительный отряд направляется в Зеленый Перевал. Феликс почти видел, как в их головах ворочаются шестеренки, когда они смотрели на восток, на широкие, жизненно важные поля, раскинувшиеся за Вратами Рассвета. С их возвышенности Феликс мог различить темные леса, окутывающие большую часть Зеленого Перевала. Цокот когтей по камню усилился, когда крупный пегий авум поравнялся с Питом.

— Поговори со мной, — взмолилась Иви, слегка сражаясь с поводьями. — Она едет с нами или нет?

Феликс сдержал стон, а Пит издал предупреждающее рычание, от которого авум Иви тревожно вскрикнул. «Перестань. Все в порядке». — Думаю, нет, — сказал Феликс. — Она едет домой.

— Домой? Чтобы что? Сидеть в своем замке и помирать со скуки? — Иви прищурилась, глядя на Феликса. — Что ты ей сказал?

— Что? Сразу «я виноват»?

— Обычно мужчины всегда виноваты, — вставила Иви.

— Истинная правда, — добавил Алистер.

— Я же говорил, тебе нужно было просить её руки еще недели назад, Феликс, — сказал Атар, потирая безволосый подбородок. — Она не хотела больше ждать. Очевидно, ты упустил свой шанс.

— Мой… ладно, все совсем не так. И даже если бы было так, это не ваше дело, — буркнул Феликс, заливаясь краской.

— Еще как наше! Друзья должны совать нос в личную жизнь друг друга. Для того друзья и нужны! — Хохотнул Атар.

— О как? И как дела у вас двоих? — Парировал Феликс, указывая то на Атара, то на Алистера. — Уже присмотрели себе общую квартирку?

— Я… я не понимаю, о чем ты! — Возмутился Атар. — Мы просто…

— Нет, пока нет, — плавно перебил Алистер. Он ухмыльнулся, глядя на разъяренного Атара. — Цены на недвижимость в Харвотче сейчас немного нестабильны. Может быть, когда леди возьмет территорию под лучший контроль.

— Алистер! — Пожаловался Атар, теперь уже сам краснея.

— Да брось ты, Атти, — рассмеялся Алистер. — Мы ведь не пытаемся это скрывать, верно?

— Ну, нет, но…

— И очевидно, они уже знают, — добавил Алистер. Атар посмотрел на Феликса и Иви, которые оба ухмылялись и кивали. — Видишь? — Алистер повернулся к ним и сказал театральным шепотом:

— Атар, похоже, из каких-то захолустных мест. В Просторе об ухаживаниях обычно не объявляют раньше, чем через полгода.

— Это просто правила приличия! — Почти взвизгнул Атар, чем вызвал у Иви приступ смеха.

— Эй, Атар, — Феликс потянулся и похлопал его по спине. — Для того друзья и нужны.

Они двигались быстро, приближаясь к Вратам Рассвета на приличной скорости. Феликсу несколько раз приходилось осаживать Пита, так как не в меру резвая химера пыталась обогнать идущих впереди авумов. В этой части квартала толпились торговцы, их прилавки были завалены дорогими безделушками и диковинками, на которые мало у кого были деньги. Людей куда больше интересовали еда, вода и кров, чем шелка или специи, привезенные из Глубинных Земель Континента. Тем не менее, покупатели у лавок были, и этот импровизированный базар представлял собой мешанину звуков и запахов. Стук когтей и звон сбруи едва пробивались сквозь шум, но и здесь их процессию встречали все теми же вздохами восторга и тревоги.

Показались Врата Рассвета – массивный металлический бегемот, не уступающий тем, что были в Стене. Однако эти были явно менее магическими. Маназрение улавливало беспокойные потоки силы, проходящие сквозь конструкцию и накладывающиеся на обычные потоки самого металла и камня. Поскольку всё вокруг состояло из Маны, распознавать заклинания было непросто, но Феликс справлялся все лучше. Он видел несколько защитных структур, таких как щит для защиты от мелких снарядов, и еще несколько более сложных массивов, чье назначение было не совсем ясным. Врата были сделаны из простого гранита и стали, что объясняло ограниченность чар. Материал обычно определял, сколько массивов можно начертать, и всегда влиял на их мощь. Когда они приблизились, два дюжих хобгоблина в темной форме Стражи Хаара начали вращать массивную лебедку.

Ворота со стоном поползли в стороны. Цепи слегка загремели, и створки, на которых были выгравированы горы и восходящее солнце, распахнулись. За ними продолжалась мощеная камнем дорога, повторяющая изгиб реки Ианус, которая также прорывалась сквозь стену в этом месте. У реки были свои ворота – решетка, которая не мешала течению, но не пропускала ничего крупнее бейсбольного мяча. С грохотом ворота полностью открылись, явив наяду верхом на на редкость уродливом авуме цвета гнилой глины.

— За мной, — бросила Зара, прежде чем развернуть скакуна и поскакать в луга.

Они последовали за ней; Харн и Кельган ехали сразу за наядой во главе колонны. Луг сразу за городом был покрыт сочной травой и пологими холмами – достаточно ровными, чтобы защитники могли просматривать пространство насквозь, – прежде чем упирался в полосу темных деревьев умеренного пояса. По мере движения они прибавляли скорость, пока их конвой не полетел по простору во весь опор.

Феликс чувствовал запах вод Иануса, аромат полевых цветов и примятой травы, и широкий, кружащийся запах самого ветра. Иви, несмотря на решение Весс, сияла от скорости и азарта скачки. Алистер тоже, хотя Атар едва держался в седле. Феликс глубоко вдохнул, пока Пит растягивал шаг в беге, ничуть не уступая авумам. Слишком много времени прошло с тех пор, как они оба покидали город, и мир казался живым так, как никогда не казался среди прирученного камня и дерева.

«Прирученного…? Откуда это взялось?»

С неба, прямо на границе его Восприятия, спикировала ярко раскрашенная птица. Быстрее, чем Феликс успел моргнуть, она опустилась ему на предплечье: переливчатый зимородок, который уставился на него одним широким глазом.

— Керу, — поприветствовал Феликс одного из фамильяров Зары. Или спутника – она так и не подтвердила статус птицы. — Что случилось?

Зимородок сделал несколько прыжков, пока не оказался на плече Феликса. — У меня послание от Зары: вы должны отделиться у кромки леса, — пропищал он голосом, достаточно громким лишь для его ушей. — Используй Скрытность и заметай следы. Удачи, и пусть Гармонии улыбнутся тебе.

Птица улетела, не добавив больше ни слова.

Феликс обменялся взглядами с Питом, а затем тихо передал сообщение остальным.

* * *

Пока они были в городе, Дариус сидел рядом с кучером, высматривая угрозы со стороны её «друзей». Десница всё еще не мог предугадать поступки тех дикарей, с которыми она сблизилась, особенно той девчонки с цепями. Демон вызывал меньше опасений, но одна его мощь делала его угрозой, с которой следовало считаться. Дариус верил, что мальчишка всё понял и принял неизбежное; он не был идиотом, вопреки первоначальному мнению Десницы.

«Он покорился воле судьбы». Дариус издал довольный рык, спускаясь с козел на подножку огромной кареты. Они уже достигли леса, и под прикрытием деревьев он позволил себе чуть ослабить бдительность. Если кто и нападет сейчас, то это будут монстры или, возможно, красноплащники – с ними справятся и воины Ранга Подмастерья.

Он открыл дверцу кареты. — Судьба неумолимо движется вперед, леди Дейн. Через несколько коротких недель мы увидим шпили Сетории, а затем…

Глаза Дариуса расширились, а его могучее тело начало дрожать. Он сам не знал, от чего больше – от ярости или от ужаса.

Карета была пуста, если не считать аккуратно сложенного платья.