Глава 48.0

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

Навык Бездонная Пряжа достиг 16-го уровня!

…

Навык Бездонная Пряжа достиг 20-го уровня!

На протяжении всего пути Феликс старался не отключать свой навык скрытности, тронутый Пустотой. Он понимал, что в этом мало толку: он шел в группе людей, которые не умели прятаться так, как он. Но он продолжал поддерживать Скрытность, и та начала расти с безумной скоростью. Куда быстрее, чем даже его обычное развитие, подпитываемое поглощенной Эссенцией. Казалось, будто кто-то наблюдает за ним. Постоянно.

Много раз, пока они пробирались к Заре, Феликс прощупывал пространство чувствами. Кроме едва различимого присутствия в разных зданиях – судя по всему, там спали или отдыхали – вокруг не было никого. Мана Тени клубилась повсюду, мешая работать Маназрению. Этой ночью она была особенно густой; лишь бронзовый серп Йеро тускло светил им сверху.

Но эта же тьма помогала им в пути. Патрульных Гильдии они легко обходили, а Инквизиции и вовсе не было видно – сомнительное преимущество, учитывая, что их внимание было приковано к чему-то другому.

Отвлекшись, Феликс чуть не пропустил момент, когда Меттиас предупредил о чем-то приближающемся. Зато он отчетливо ощутил ледяной Шок, когда по его крови и костям прокатилась волна холода, вычищая его так тщательно и быстро, что он едва успел расстроиться. Он споткнулся, сделав три шага вперед, и Неудержимая Воля, которую он весь вечер поддерживал на малом ходу, отключилась сама собой. Остальные тоже дрогнули, а Весс пришлось сотворить еще одно серебряное копье, чтобы удержать равновесие.

— Почерневшие зубья Авета! — Выругалась Иви, разворачиваясь к курьеру. — Что это было?

— Тш-ш! Потише! — Меттиас вздрогнул под взглядом Иви, но продолжил:

— Просто предосторожность. Меры безопасности, понимаете?

— Что это? — Спросила Весс, проводя рукой по воздуху; вокруг ее конечности заклубились пары Маны. Феликс ясно видел этот туман, но и не подозревал, что у Весс есть похожий навык.

— Манипуляция Маной, значит, тоже есть, — отметил он про себя, глядя, как пар закручивается спиралью и фонтанирует из ее ладони. Она управляла им с любопытством, но весьма умело. — Должно быть, Ранг Ученика или около того. Я же в лучшем случае могу вытолкнуть ее наружу и удерживать в форме бесформенного облака.

— Понятия не имею, — отозвался вечно «полезный» курьер. — Я здесь просто прислуга.

Феликс нахмурился, глядя на мужчину, но его отвлекло ощущение чего-то под мостовой – возможно, вырезанного на нижней стороне булыжников… если не глубже. Что бы это ни было, оно расходилось от них огромным кругом, диаметром ярдов в двести, если на глаз.

— Это на короткое время отключает активные и пассивные навыки, — сказала Весс, оглядывая землю. Она обернулась к ним и пожала плечами. — У меня было много времени, чтобы попрактиковаться в некоторых редко используемых навыках. Я чувствую это. Будто… трещина в мире. Заминка в шаге. Недостаточно, чтобы по-настоящему навредить кому-то…

— Но достаточно, чтобы заставить их на секунду споткнуться, — закончил Феликс, с уважением глядя на едва заметный круг скриптов, а затем ухмыльнулся Весс. — Глаз-алмаз.

— Да-да, зорко подмечено, но такой штукой нельзя просто бить по всем подряд на улице. Иначе на твою задницу свалится куча разбушевавшихся дворян, — заметила Иви. — Это было направленное действие.

— Значит, Зара уже здесь, — сказал Феликс.

В ответ Меттиас подошел к ближайшей стене из крупных тесаных камней, в которой виднелись кованые железные ворота. При его приближении они открылись с негромким стоном.

— Прошу за мной, — сказал он.

За воротами стоял впечатляющий дом, что, впрочем, было ожидаемо. С тех пор как троица вошла в Квартал Рассвета, им встретилось немало резиденций, расположенных на просторных участках с искусной каменной и железной отделкой. Повсюду – куда чаще, чем в других частях города – встречались статуи монстров и людей, усмиряющих их, обычно внутри обнесенных стенами поместий. Сами улицы были благоустроены, но украшены лишь красивыми фонарными столбами.

Этот особняк был небольшим по сравнению с другими на окраине Квартала, но стоило им миновать толстые каменные стены, как они столкнулись с изобилием флоры. Цветы всех оттенков кутались в тени, а вокруг их спящих бутонов порхали крупицы изумрудно-золотой Эссенции жизни. Все поместье ощущалось Маназрением Феликса иначе, будто окружающий хаос города здесь был приглушен и обуздан.

Взят под контроль.

Сам дом возвышался перед ними – трехэтажный, мрачно маячащий в темноте. Уличный свет не проникал за ворота, но даже без усиленного Системой Восприятия было легко идти по гладкой дорожке из плит к глубокому крыльцу с колоннами. Меттиас замер перед массивной деревянной дверью, темной, как вишневое дерево, на которой красовался искусно сделанный дверной молоток.

— Похоже на духа дерева, — заметила Весс.

Молоток был отлит из темного металла в форме сурового, но прекрасного мужского лица. По лику ползли лозы и листья, переплетаясь в полукруг, свисающий снизу. Меттиас постучал, и звук оказался странно резонирующим. Будто он ударил в огромный барабан.

Дверь открылась сама собой.

— Жутковато, — бросила Иви.

— Ты первый, Меттиас, — твердо настояла Весс. Курьер втянул голову в плечи и пошел вперед. Феликс почувствовал ритм, который мужчина прятал в груди… это было очень похоже на вину. И тревогу. Очень много тревоги.

— Но почему?

Внутри царила тьма и пахло лимоном и пчелиным воском. Острый взгляд Феликса выхватил широкий деревянный пол с инкрустацией из полированного камня в самом центре круглой комнаты футов сорок в диаметре. В нишах по обе стороны от входа стояли скульптуры, а рядом с ними – два комплекта доспехов на изящных подставках. Высоко вверху висела хрустальная люстра, а по кругу комнаты расходилась величественная двойная лестница. Слева от них, за приоткрытой дверью, затрепетал оранжевый свет. Огонь, судя по тому, как плясали тени.

Что-то приземлилось перед ними.

Это был ярко окрашенный зимородок, тот самый, что сидел на плече Зары там, внизу. Птица окинула их пронзительным взглядом, разок подпрыгнула и улетела.

Феликс проследил за ее полетом и заметил, что с верхнего этажа за ними наблюдает множество других глаз.

Птицы. Множество птиц.

— Это… это очень большое количество пернатых, — сказала Весс, бросив взгляд на друзей. — Почему здесь так много птиц?

— Без понятия. Но в книжной лавке они у нее тоже были, — ответил Феликс. — Этот зимородок приземлился здесь не случайно. Это было послание.

— Хочешь сказать, у нее есть подмога, — отозвалась Весс, глядя Феликсу в глаза. Ее глаза были такими темно-карими, что казались почти черными.

— Определенно, какая-то жуткая магическая чертовщина, — кивнула Иви. — Если все пойдет наперекосяк, ты жахнешь молнией по этим летающим крысам.

Феликс поджал губы, но спорить не стал. В конце концов, она была права. Он надеялся, что все пройдет гладко и он наконец получит внятные ответы, но… в его жизни планы редко сбывались до конца.

Они вошли в тускло освещенную комнату и оказались в великолепно обставленной гостиной. Большой пушистый ковер на полу заглушал шаги их сапог, а стены были уставлены высокими встроенными книжными полками, буквально ломящимися от томов. Мягкие кресла были расставлены вокруг камина из бледного камня с внушительной резной полкой. На ней тоже был изображен тот, кого Весс назвала духом дерева – мотив из листьев и лоз был очевиден. Внутри тлели последние угли вечернего костра.

Зара, виновница торжества, стояла у кресла с высокой спинкой рядом со слабо мерцающим огнем.

— Вы все добрались благополучно, — тепло сказала она. — Это хорошо.

Без единого слова пламя рядом с ней вспыхнуло ярче, освещая комнату. Наяда указала на кресла вокруг себя.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Феликс посмотрел на нее, а затем на кресла. Его Око отметило, что они сделаны из химерной кожи. Кожи харнок, если быть точным. Пит внутри него зарычал, и Феликс отказался садиться. Женщина бросила на него странный взгляд, но кивнула.

Зара выглядела почти так же, как и раньше; Феликс не был уверен, что она снова не сменит облик. Охристая кожа, сине-зеленые волосы, на этот раз уложенные в эффектную высокую прическу. На ней больше не было черных одежд хористки, вместо этого она облачилась в то, что Феликс назвал бы «нарядом знатной дамы». Темно-бирюзовое платье, относительно сдержанное, но явно дорогое, с высоким воротником и длинными рукавами. На плечах, несмотря на летнюю вечернюю жару, лежала белая шаль.

— Спасибо, Меттиас. Можешь идти.

— Мэм, — курьер кивнул, что выглядело как неуклюжее подобие поклона. — Мне, э-э…

— Можешь отдохнуть наверху, — сказала она ему, явно отпуская своего агента.

— Мэм, — повторил он и скрылся в темноте.

— Полезный человек, хоть и грубоват, — со вздохом произнесла Зара, поворачиваясь к троице. — Уверена, у вас у всех тысячи вопросов, верно?

— Как минимум, — согласился Феликс. Периферийным зрением он увидел, как остальные кивнули; они оба уже заняли места в креслах.

— Что ж. За то, что втянула вас в ту… заваруху, я полагаю, задолжала вам хотя бы несколько ответов. — Зара расправила юбки и села в кресло с высокой спинкой ближе к огню. — Что вы хотите знать?

— Сколько человек выбралось благополучно? — Немедленно спросил Феликс. Мысль о том, что людей оставили на арест, грызла его изнутри.

— Недостаточно, — сказала Зара с явной болью в голосе. — Несколько человек вышли через малоизвестные входы, но почти все остальные хористы были схвачены. Кроме людей самой Сивы, что неудивительно.

Иви хмыкнула. — Мне на них плевать с высокой колокольни. Я хочу знать, какого черта нас пригласили на это шоу уродов? Вы кажетесь умной леди, вся такая таинственная со своей жуткой магией, вы не могли не знать, что красноплащники нагрянут.

— Ты слишком высокого мнения обо мне, Иви Арен, — нахмурилась Зара. — Если бы я знала, что Инквизиция планирует рейд, эта встреча никогда бы не состоялась. Если бы я почувствовала их приближение, я бы всех предупредила. К сожалению, у красноплащников есть не только провидцы и взломщики оберегов, но и эксперты по скриптам. Они не просто обошли нашу защиту, они обратили ее против нас.

— Как? — Спросила Весс. — Мы видели там множество слоев защиты. Чтобы сделать то, о чем вы говорите, нужен либо навык ранга Магистра, либо…

— Либо что-то совсем иное, — закончил Феликс. Он посмотрел Заре в глаза, чувствуя ее глубокое разочарование. — Инквизиция использует вашу магию Певчих.

— О-о, мальчик-то сообразительный!

Послышался шум перьев, и тот самый зимородок с ярким оперением спикировал сверху. Он опустился на край спинки кресла Зары и уставился на Феликса одним блестящим глазом.

— Эта… эта птица только что заговорила? — Спросила Иви.

— Эта Человек только что сказала глупость? — Пропищала тварь насмешливым тоном. — Видите? Я тоже умею подмечать очевидное.

— Довольно, Керу, — отрезала Зара. Птица с обиженным видом захлопнула клюв. — Да, я подозреваю, что Инквизиция знает и использует аспекты моего искусства.

— Стойте, стойте, что еще за магия Певчих? — Спросила Иви, явно с трудом принимая реальность говорящей птицы. Она моргнула и уставилась на Зару, ожидая ответа.

— Чародейство, — тихо ответила Весс, и в комнате на мгновение воцарилась тишина. Она выпрямилась в кресле. — Вы – Чародейка.

Зара изобразила сидячий поклон. — Виновна по всем статьям.

Иви шумно втянула воздух сквозь зубы, а в голове у Феликса начали складываться кусочки мозаики. Красноплащники постоянно твердили о Чародействе, чистоте и прочем, и когда тот инициат почувствовал неладное в переулке, он тоже назвал это Чародейством. Прямо перед тем, как совершил нечто, отозвавшееся в гармонических вибрациях, к которым Феликс стал восприимчив… нечто, осветившее последние мгновения жизни человека.

— Чародейство – это… Великая Гармония? — Спросил Феликс. Зара склонила голову набок в знак согласия.

— Отчасти. На самом деле то, что Беспутный называет Чародейством – это мешанина из традиций, существующих вне парадигмы принятой структуры власти. — Зара улыбнулась, и в свете огня блеснули ее акульи зубы. — Великая Гармония – ее огромная часть и главный «преступник» в большинстве случаев. В конце концов, это была магия, которой учили старые боги.

— Гармония, — мягко произнесла Весс. — Мне это… это знакомо.

— Полагаю, так и должно быть, ваша светлость, — сказала Зара тем же тоном. — Это был талант вашей матери.

— Чего-чего? — Иви поковыряла пальцем в ухе. — Вы хотите сказать, что Герцогиня, знаменитая охотница на драконов и гордость Иерократии, была проклятой Чародейкой?

Феликс так и водил головой между ними тремя, стараясь ничего не упустить. Весс откинулась назад, словно вжавшись в кресло, в то время как Иви едва не подпрыгивала на месте. Зара проигнорировала Иви и снова обратилась к Весс:

— Это одна из причин, по которой я решила помочь вам. Я знаю себе подобных – тех из нас, кто слышал величественные аккорды творения. Когда я пригласила вас на собрание внизу, я хотела предложить вам перспективу, с которой вы, вероятно, не сталкивались ни при дворе, ни в Гнезде.

— Силы приходят в движение под этим городом, под этой нацией. Как Наследница, вы хорошо знакомы со многими из них, но к этим вы слепы. Как и ты, Феликс. Мне нужно было, чтобы вы оба поняли, что происходит и что поставлено на карту.

Зара облизнула губы и сделала размеренный вдох. Зимородок перепрыгнул с одной стороны кресла на другую.

— Но что более важно, мне нужна ваша помощь.