Глава 62.0
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ
Формовка Камня достигла 79-го уровня!
Формовка Инея достигла 29-го уровня!
Формовка Зелени достигла 28-го уровня!
К тому времени, как Феликс закончил возводить защитное укрытие, Ветры Проклятия окончательно утихли. Дикая, хаотичная Мана рассеялась, растеряв энергию под лучами палящего полуденного солнца. Кое-где Феликс еще замечал иссохшие останки Пылевиков, но в остальном от нежити, осаждавшей их последние восемь часов, не осталось и следа.
«Они вернутся».
Он был в этом уверен и приказал своим людям держать Восприятие наготове. Первородный, стоявший за нежитью, еще не закончил с ними. Даже после того краткого мига, когда Феликс ощутил его Волю и Намерение, он понял: эта сущность тянется к нему, как железо к магниту. Он подозревал, что дело в его собственной первородной природе, но вряд ли это было единственной причиной.
«Оно не собиралось пожирать меня, как это сделала бы Пасть, но оно определенно искало именно меня. Тот Призрак говорил о Нужде… совсем как Китопасть». — Он поморщился. — «И оно сбежало, стоило мне сбросить его прикосновение. Почему?», — Феликс размышлял, стоя на вершине каменного укрытия; горячий бриз трепал его волосы. — «Оно казалось древним и гнилым. Иссохшим. Почти как та нежить, которой оно помыкало. Неужели это мертвый Первородный?»
Феликс вздрогнул от этой мысли, вспомнив некромантического духа, с которым сражался в Храме Хестуса. Та тварь была ослаблена долгим заточением, но все равно оставалась грозной силой… встречаться с ее первородным воплощением у него не было ни малейшего желания.
Он поднялся – тело под восстановленным Одеянием лоснилось от пота – и оглядел плоды своих трудов. Пока Пит отдыхал внизу, Феликс раз за разом тратил Ману, возводя над скелетом Левиафана массивный каменный панцирь, укрывая всех защитными слоями. Как и при строительстве стен своей Цитадели, Феликс использовал все подходящие навыки формовки на пределе возможностей. Само по себе такое напряжение творило чудеса с уровнями навыков. Однако без структуры Цитадели, служившей ему опорой, объединение трех видов формовки оказалось задачей выше его нынешних способностей. Он добился чего-то близкого к цели, но вышло далеко не так прочно, как дома. Остов Левиафана теперь скрывала гора мутно-серого камня с прожилками мерцающего красного цвета. По крайней мере, в багровой пустыне это сооружение не слишком бросалось в глаза.
«Формовку Инея было особенно трудно поддерживать здесь, в засушливой пустыне». — Он спрыгнул с округлой вершины своего убежища, отдавшись во власть гравитации. — «Мана превращается в лед, когда я активирую навык, но окружающая среда явно влияет на результат. Создавать лед и воду в этом месте – все равно что лезть в тиски. Уф».
Феликс приземлился, спружинив ногами, чтобы смягчить удар, и подняв тучу песка. В созданной им защите оставался единственный проем, и, пройдя сквозь него, Феликс стер и его, заставив камень сомкнуться. Его людям – и иттинам – пришлось бы туго, не окажись Феликса рядом, чтобы открыть выход, но он считал это необходимой мерой предосторожности. Так, по крайней мере, все могли немного отдохнуть, не опасаясь новых угроз.
Он спустился по извилистым тропам вглубь Варрена.
Давление Левиафана на верхних ярусах скелета было незначительным – возможно, потому, что он уже привык к нему. Лица немногих встреченных легионеров были напряжены, даже когда они пытались уснуть. Феликс решил, что это пойдет им на пользу.
«Небольшое усилие поможет им развить Силу Воли».
Если не считать магов Дуги Света, мало кто из его последователей обладал значительным показателем Силы Воли. «Клинки», «Кости» и «Кулаки», – все они упирали на Силу, Ловкость и Стойкость с небольшим упором на Живучесть. Характеристики воинов, как объяснял Харн. Они подражали Феликсу, но все видели в нем прежде всего бойца и лишь во вторую очередь – мага. И хотя Феликс не назвал бы себя волшебником, он был могущественным заклинателем, и магические характеристики во многом определяли его успех. Без Силы Воли он бы провалился бесчисленное множество раз.
Легион, Хенаари и Риси сгрудились в первых нескольких залах. Все они лежали на земле или прислонились к стенам, вымотанные настолько, что провалились в сон, несмотря на давление Левиафана. Изрядная часть их Зелий Здоровья была выпита после затянувшегося боя и его неожиданного финала, но Феликс не жалел об этом. Он и создавал их для того, чтобы беречь своих людей. Если бы не зелья и не его Хтоническая Дань, вытягивающая проклятие Пылерожденных из их тел…
Как бы то ни было, на этот раз не погиб ни один человек.
«Это, черт возьми, прогресс», – подумал он с довольным кивком. Возможно, они действовали не так слаженно, как могли бы, но в большинстве своем слушались указаний Харна и Дариуса. Они становились сильнее и умелее.
Он прошел дальше по кривым коридорам Варрена и обнаружил Пэйлин со своей командой за приготовлением еды. Иттины крутились рядом, по-своему помогая. Пэйлин вздрагивала от их забинтованных рук, но ее помощники-дварфы спокойно принимали помощь. Над открытым пламенем кипело какое-то рагу, и пахло оно отменно. Пит тоже был там: он совал свой огромный клюв в горшки и кастрюли, а рассерженные дварфы пытались его прогнать. Феликс улыбнулся и пошел дальше, пока стук ножей не затих вдали.
Атар и Иви все еще восстанавливались, как ему доложили. Атар уже пришел в себя, но почти не двигался, а Иви все еще крепко спала. Зара сказала ему, что оба они истощили свои внутренние резервы и им потребуется долгий отдых, прежде чем они снова смогут вступить в бой. Это было логично. В конце концов, Закалка одного из Аспектов выбила самого Феликса из колеи на целых шесть часов. К счастью, у них было достаточно времени до заката, когда нужно будет снова отправляться в путь.
«Надеюсь, Дариус к тому времени тоже будет в строю». — Десница потерял много крови в схватке с Призраками, но основной урон нанесли суммирующиеся эффекты проклятия Пылерожденных. Как только Феликс поглотил их, мужчина пошел на поправку.
Харн пострадал не меньше, как и Весс, но оба уже были в отличной форме. Немного устали, но вполне способны сражаться, если возникнет нужда. Однако Феликс не планировал втягивать их в бои, которые могли случиться этой ночью. Все и так приложили немало усилий, чтобы добраться сюда, а теперь, когда они были так близки к Акестрии, Феликс намеревался взять остаток сражений на себя. Он мог бы разгромить Пылевиков еще до того, как они стали серьезной угрозой, предоставив остальным разбираться с Призраками всем скопом. Феликс не собирался отрицать пользу, которую они извлекли из боя, но и медлить больше не хотел.
«Мы до сих пор не встретили здесь паладинов, и это меня беспокоит». — Феликс полагал, что будет рад не видеть их латных доспехов, но их отсутствие лишь заставляло его гадать об их намерениях. — «Шаман указал, что они к востоку отсюда, но направляются в Акестрию, преследуя Несвязанных. Найдем ли мы их в городе? Верно ли то видение? Не атакуют ли они город прямо сейчас?»
Узнать это было невозможно, и неизвестность понемногу сводила Феликса с ума. Часть его порывалась выступить немедленно, чтобы опередить паладинов. Это было глупо, он понимал: паладины, скорее всего, уже там, а путешествие под солнцем – верный способ навлечь на себя еще один Ветер Проклятия. Поэтому он варился в собственном стрессе, пока мысли о Первородном и паладинах неустанно боролись за его внимание.
В итоге Феликс решил отвлечься тренировкой.
Дальше по пути обнаружился еще один зал, похожий на тот, где он сразил проклятого шамана, но уровнем выше. Он еще не спустился так глубоко, чтобы ощутить то одуряющее давление, что было раньше. Теперь это было лишь смутное, неприятное покалывание в затылке, которое легко игнорировалось. Приблизившись к залу, он услышал звуки боя. Феликс с удивлением понял, что Алистер опередил его и теперь сражается с небольшим отрядом Рассветной Стражи.
«Хм. Ну надо же. Давай, Алистер».
Маг обрушивал мощные всплески силовой Маны, отбрасывая зазубренные копья стражей, а затем бросался вперед, используя свои стремительные навыки владения рапирой, основанные на Ловкости. Хенаари были быстры и сильны, но их преимущество в характеристиках не могло полностью преодолеть подавляющее появление столпов и щитов Алистера. Их обмен ударами был резким и ярким; за те долгие минуты, что Феликс наблюдал за ними, ни одна сторона не могла взять верх. Одно это впечатляло: Алистер владел своими магическими навыками все увереннее, а Рассветная Стража оттачивала мастерство с каждым отраженным ударом.
Дождавшись первой паузы, Феликс вошел в комнату.
— Мой лорд, — обратился к нему ближайший страж. Райел, вспомнил Феликс. Остальные Хенаари прижали кулаки к сердцам и поклонились.
— Привет, Райел, — сказал Феликс, помахав им всем как можно непринужденнее. Его тело жаждало боя, и меньше всего он хотел их распугать. — Алистер. Вижу, вы тут тренируетесь.
Маг силы кивнул, его рот застыл суровой чертой. — Пытаемся, да.
— По-моему, у тебя отлично получается, — заметил Феликс. — Не каждый сможет сдерживать пятерых бойцов Рассветной Стражи одновременно.
Райел и его люди гордо выпятили грудь. — Маг Кнахт – грозный противник. Он попросил нас испытать его навык, как же он назывался?
— Столпы Властного Стража, — подсказал Алистер. — Я использовал их и как преграду, и как атаку в одном лице… но думаю, они способны на большее. Как и Великий Импульс, хотя он менее многогранен.
Феликс кивнул. — Хорошо. Использовать навыки по-новому – всегда отличная идея. Я заметил, что это стабильно повышает их уровни, особенно если заставлять себя действовать в опасности. — Он усмехнулся, и его Одеяние изменилось: рукава исчезли, а штанины подобрались к коленям, открывая серебряные поножи. — Почему бы мне не присоединиться?
— А… — Алистер взглянул на стражей, но те лишь восторженно закивали. — Любая команда, в которую ты войдешь, Феликс, получит преимущество.
— Тогда я буду сам по себе. Все против меня. Как вам такое? — Спросил Феликс, разминая плечи.
Алистер и Райел переглянулись; последний выглядел куда более воодушевленным. Дворянин откашлялся. — Ну, если ты уверен…
— Отлично! — Феликс хлопнул в ладоши. — Начнем.
* * *
— Великий Импульс! — Выкрикнул Алистер, и с его рапиры сорвалось копье синей силовой Маны толщиной в фут.
«Неумолимая Решимость!»
Феликс текучим движением уклонился от атаки, пройдя в дюймах от ее воющего края, и одной лишь Силой разорвал путы, сковавшие его руки и ноги. Несколько Хенаари охнули от резкой боли, когда их Благословения разлетелись вдребезги – те выглядели как крошечные птичьи когти на веревках, сотканные из тени и металла. Но остальные воины проявили скорость, не уступавшую его собственной. Райел бросился вперед, описывая своими парными короткими клинками смертоносные дуги, прежде чем те высекли искры из чешуйчатой плоти Феликса.
— Благословение Украденного Света! — Выдохнул другой страж.
Феликс почувствовал, как по его телу, словно волна из раскаленных перьев, прокатился навык, основанный на Побуждении. Состояние статуса попыталось вцепиться в его глаза; он ухмыльнулся и позволил этому случиться.
Вы ослеплены на 1 минуту!
Состояние статуса: Слепота (тяжелая)
Комната исчезла из его обычного зрения, и Феликс тут же ощутил, как два копья ткнулись ему в живот. Чешую они не пробили, но приятного было мало. Активировав Владыку Плоти и вливая в него Эссенцию, он приказал им не сдерживаться и бить самыми мощными навыками. Алистер поначалу колебался, но Рассветная Стража с рвением исполнила приказ. И теперь он был слеп, осыпаемый со всех сторон ударами силовой Маны и холодной стали.
Слепой Бой достиг 45-го уровня!
Он перехватил одно из зазубренных копий прямо за лезвие и вырвал его из рук Хенаари. Страж вскрикнул от неожиданности, но Феликс лишь усилил Восприятие. Его глаза могли быть слепы, но он чувствовал каждого вокруг себя благодаря сочетанию навыка Слепой Бой и запредельных характеристик.
Очередной выпад меча метил ему в лицо; он дернулся в сторону, используя инерцию, чтобы впечатать свой череп в кулак другого нападавшего. Тепло брызнуло на него, когда кожа и кость лопнули, и Феликс рассмеялся.
* * *
Слепой Бой достиг 59-го уровня!
Достигнут Ранг Подмастерья!
Вы получаете:
+5 к ЛОВ.
+5 к ВОС.
+5 к ЛОВ.
Бронированная Кожа достигла 78-го уровня!
Уклонение достигло 70-го уровня!
Где-то к исходу третьего часа силы у всех подошли к концу, и, несмотря на многочисленные попытки передохнуть, большинство воинов Рассветной Стражи больше не могли собрать волю для боя.
— Полагаю, на этом можно закончить, — сказал Феликс. Он чувствовал себя отлично. Более того, ему казалось, что он только вошел во вкус – он бы с радостью сражался еще несколько часов, несмотря на усталость, начавшую его донимать.
Остальные отозвались нестройным стоном, в котором явственнее всего слышалось облегчение. Алистер был совершенно измотан. Он привалился к созданному Феликсом обелиску, который тот воздвиг, чтобы парировать один из силовых Столпов мага. Впрочем, Феликс был впечатлен. Он установил для себя негласное правило не использовать в бою продвинутые навыки, но Алистер наседал достаточно сильно, чтобы заставить его это сделать.
Теперь же все были истощены. Помимо самого боя, давление Левиафана изнуряло их Аспекты, затрудняя использование навыков. С точки зрения Феликса, это было лишь дополнительной тренировкой. Его Разум и Дух чувствовали себя почти нормально – спасибо недавней Закалке, – но Тело определенно ощущало все те тумаки, что он только что получил. Старания Рассветной Стражи и Алистера сами по себе не должны были его затормозить, но сочетание их пыла и подавляющего давления Левиафана заставило его напрячься. Он вспотел, чего с ним давно не случалось.
Пока Хенаари медленно поднимались с песка, Феликс кивнул им.
— Спасибо, что поддерживали Состояние статуса, как я просил. Это мне здорово помогло.
— Рад быть полезным, мой лорд, — ответил Райел с нетвердым поклоном.
Феликс ухмыльнулся и подошел к Алистеру. Тот обхватил голову руками, явно страдая от критического истощения Маны. Феликс достал из подсумка маленький флакон и щелчком отправил его магу.
— Держи.
Флакон звякнул об голову Алистера, пролетев слишком быстро, чтобы тот успел его поймать. — Ой.
Феликс подавил смешок, поднял флакон и протянул его магу. — Прости. Вот. Это тоник маны. Должен унять головную боль.
Алистер молча сорвал восковую печать и осушил склянку.
Феликс сел рядом, прислонившись к тому же неровному обелиску. — Ты молодец. Пару раз ты меня удивил.
— Ты был буквально слеп, — отозвался Алистер. — Ты заставлял Райела обновлять это Благословение столько раз, что вообще не должен был соображать, где мы. — Он рассмеялся с оттенком горечи в голосе. — Но да. Я удивил тебя целых два раза.
Благословение Украденного Света поначалу лишь лишало зрения, но каждое последующее наложение могло притупить и остальные чувства. Феликс мог бы легко сбросить этот эффект – активация была вопросом противоборства Воли и Живучести, – но он позволил им суммироваться. Каждый утраченный слой восприятия лишь усиливал нагрузку на его навык Слепой Бой, и Феликс полностью отдался его использованию.
Этого оказалось более чем достаточно.
— Ну, у меня есть для этого навык. У меня, если подумать, почти для всего есть навыки, — задумчиво произнес Феликс. Он щелкнул пальцами. — А вот навыка кулинарии нет. Такое вообще бывает? Должно же быть, верно?
Алистер фыркнул. — Бывает. Повар – это навык Обычного ранга, но его на удивление трудно развить выше Ранга Ученика. У моего отца… — Он вздохнул. — У моего отца когда-то был человек с навыком Повара. Необычного ранга. Готовил изумительные блюда.
Воцарилось молчание. Алистер явно о чем-то напряженно думал, и Феликс не спешил его торопить. Этот человек был его верным другом уже много месяцев, но у них никогда не было возможности просто посидеть и поговорить. «Всегда находились дела… поважнее. Боже, как же паршиво это звучит».
— Я скучаю по ним. По своей семье, — наконец произнес Алистер. — Мы с родителями никогда особо не ладили, хотя им хватило заботы, чтобы оплатить мое вступление в Гильдию. Ну, или им просто был важен статус.
— Они остались в Харвотче? — Спросил Феликс.
— В каком-то смысле. Они погибли после падения Гнезда. Мое старое поместье наводнили те выходцы. — Алистер посмотрел на подпертый костями потолок, и по его Духу прошла волна усталой боли.
— Господи, мне жаль, Алистер. Я не знал.
— Я не говорю об этом, — Алистер пренебрежительно пожал плечами. — Мы с семьей потеряли друг друга за годы до этого, монстры лишь поставили точку. И все же… больно сознавать, что они умерли, пока я был без сознания. Будь я в строю, возможно, я бы смог… возможно.
Феликс не знал, что ответить. К сожалению, навыка для ведения болезненных эмоциональных бесед у него не было. Он мог лишь молчать и слушать.
— Теперь моя семья – это Атар. И все вы, на самом деле. Поэтому я вкладываю столько сил в обустройство твоей Цитадели, в собственное развитие. Но сегодня… сегодня я подвел вас. Те монстры убили бы нас, если бы ты их не отбросил.
— Так вот почему ты так изнуряешь себя? Алистер, те Призраки сильны, а ты сдерживал их… сколько? Секунд тридцать? Минуту? — Феликс покачал головой. — Атар и Иви погибли бы, если бы ты этого не сделал.
— Все равно кажется, что этого мало. Я хорош в сигильдии и в обращении с клинком, но Атар лучше в первом, а Весс или Харн размажут меня в любой день. Раньше я об этом не особо беспокоился, я был просто рад, что вы мои союзники. Моей рапиры и скромной магии хватало. — Он поморщился. — Но когда в том зале я подумал, что за нами пришла смерть… Феликс, я понял, что должен стать чем-то большим. Сильнее. Я должен защитить его.
— Я понимаю, поверь мне, — сказал Феликс после затянувшейся паузы. Факелы вдоль стен зала догорали, и тени в этом месте становились густыми. — Я провел много времени, сражаясь с монстрами в одиночку, еще до встречи с Питом. Становиться сильнее было моим способом выжить, пробиться. Но иногда силы самой по себе мало, особенно когда ты один. Но ты ведь не один, верно?
Алистер моргнул, глядя на него. — Нет, полагаю, что нет.
Феликс достал из сумки пару Зелий Маны и зелье выносливости и протянул магу силы. — На. Пей, и начнем сначала.
— Что?
— Восстанавливай силы, и снова спарринг. — Феликс встал и потянулся, с приятным хрустом разминая суставы. — На этот раз я сдерживаться не буду.
Алистер ухмыльнулся и осушил зелья одно за другим. Его Дух встрепенулся – песня, в которой тревожные, тягучие ноты сменились резким, лихорадочным свистом. Он поднялся.
— Я справлюсь.
— Докажи.