Глава 99.0
ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТАЯ
Эволюция завершена!
Поздравляем, Зверь-Страж!
Первая эволюция: Первородный Штормокрыл!
Вы получаете:
+200 ЛОВ.
+100 ЛОВ.
+100 Стойкости.
+75 ИНТ.
+50 ВОЛ.
Навыки изменились!
Желаете просмотреть?
«Нет!», – Пит издал ликующий клекот и во всем своем великолепии вырвался из Духа Феликса, готовый явить свой новый, более изящный облик Компаньону… но лишь для того, чтобы оказаться среди темных, ледяных вод чего-то невозможного. Вода была повсюду – синяя, настолько темная, что казалась почти черной, лишь тускло освещаемая вспышками бури.
«Что случилось?», – передал он мысленно, не размыкая клюва под напором жидкости. Вода вокруг него яростно бурлила; он извивался, не в силах найти опору. «Феликс? Феликс!»
Рядом с тэнку совершенно безвольно дрейфовал Феликс. Глаза закрыты, рот открыт – на ужасающее мгновение Питу показалось, что тот мертв. Однако их связь сияла ярко, а Здоровье Феликса было заполнено более чем наполовину. Впрочем, оно стремительно убывало, и Пит понял почему, когда просмотрел уведомления друга.
Состояние статуса: Утопление (Тяжелое)
«Феликс!», – снова позвал он, надеясь привести его в чувство, но Разум человека даже не отозвался искрой осознания. Тогда Пит рванулся вперед, загребая крыльями для скорости, и вцепился передними когтями в плечи друга. Собрав в комок всю свою новообретенную Силу, Пит поплыл к поверхности.
Мощные течения терзали его перья и мех, кувыркая их и швыряя по кругу. Пит взмахивал крыльями, и его ставшее более стройным Тело потрескивало от молний, призванных из Эволюционировавшего ядра. Однако каждый фут подъема он тут же терял – приливные силы брали свое. Воды бурлили, и молнии на конечностях Пита находили отклик где-то далеко в вышине.
Там, за пределами вод, властвовала буря, и Питу повезло, что он ощущал ее своими новыми чувствами, иначе беспощадная толкотня течений окончательно лишила бы его ориентации. Ему больше не хватало массы, чтобы противопоставить ее волнам – он выбрал эту Эволюцию отчасти для того, чтобы уменьшить размер и увеличить скорость. Но Ловкость мало чем могла помочь в жестокой хватке ледяной воды. И у него заканчивался воздух, несмотря на возросшую Стойкость.
Издалека через связь Пита просочился перезвон уведомлений – отголоски тех, что получал Феликс. Слова, лишенные для него смысла, проплывали перед глазами.
Вызов завершен!
Поздравляем!
Вы расширили свою Власть, Автарх!
Теперь вы – Лорд Ахкестрии и Выжженной Пустоши!
ОШИБКА!
Выжженная Пустошь претерпела фундаментальные изменения!
Территория переформирована…
Пересчет…
Пит тряхнул головой, отгоняя лишние сообщения. Они только отвлекали, а он из последних сил старался не дышать. Легкие Пита горели, жаждая глотка живительного воздуха, по глупости не желая признавать, что в окружающей их воде его нет. Он бил лапами, махал крыльями и рвался вверх, увлекая за собой тело Феликса. Тело, чье Здоровье сократилось уже до четверти.
«Клинок Крыла!»
ОШИБКА!
Клинок Крыла (U) эволюционировал в Пришествие Рассвета (Эпический)!
«Пришествие Рассвета!»
Сияющая дуга ослепительного бело-зеленого и золотого пламени вырвалась из его крыльев, толкая тело Пита назад сквозь очередной поток. Пит тревожно вскрикнул, теряя остатки воздуха в дикой струе пузырьков, прежде чем снова плотно сомкнуть клюв.
Тусклый свет наверху угас, погружая глубины в истинную черноту. Пит резко дернул головой и успел заметить извивающуюся, изломанную тень, ныряющую сквозь толщу воды; ее многочисленные, бесчисленные ноги двигались в пугающем ритме. И она шла прямо на него.
«Пришествие Рассвета!»
Очередная дуга прорезала воду, оставляя за собой след из вскипающих пузырей. Тварь текуче уклонилась от атаки, как и от следующих трех, что выпустил Пит. Эта штука была невероятно быстрой; она не оставила Питу ни единого шанса, мгновенно обвившись вокруг него и сомкнув хватку. Челюсти размером со все тело Пита вцепились в них обоих, закручивая и перекатывая Пита и Феликса, пока существо набирало скорость.
К поверхности.
* * *
Биф сражался с волнами, управляя своей паршивой, собранной на коленке лодкой. Хитиновая Конструкция сослужила добрую службу при ее создании, но в последний раз он строил что-то подобное лишь из маленьких пластиковых кубиков. Ему потребовалось несколько десятков попыток, чтобы сделать судно достаточно прочным и плавучим, способным удержать на воде его внушительную тушу. В условиях бушующих волн, грозивших перевернуть лодку, требовалась вся его концентрация, чтобы сохранять равновесие на узкой палубе. Сверху гремел гром, выл ветер, а вода вздымалась, словно на американских горках, – но он держался.
Тем не менее, когда Хэллоу вырвалась из глубин, сжимая в объятиях его друзей, Биф оказался не готов к такой массе. Хэллоу умела держаться на воде – причем весьма недурно – но она сбросила Феликса и Пита мокрой кучей на дно его суденышка, и лодка тут же начала крениться.
— Хитиновая Конструкция! — Выкрикнул он.
Мана хлынула из него, воплощаясь в твердый и легкий материал вдоль корпуса и бортов, чтобы уравновесить их вес. Научившись компенсировать собственную массу, Биф более-менее наловчился, вот только это пожирало уйму его резервов. Когда он закончил, судно раздалось вширь до десяти футов, обзаведясь по бокам длинными лыжами-понтонами для устойчивости. Он видел такое когда-то в кино и был приятно удивлен, что это сработало.
Хитиновая Конструкция достигла 48 уровня!
— Осторожнее! — Крикнул он кошмарной Хэллоу. Многоножка шевельнула усиками, что он расценил как извинение, прежде чем поплыть вокруг его расширенной лодки. — Прости. Она могла вас покалечить… Пит?
Из мешанины конечностей поднялось существо, лишь отдаленно напоминавшее химеру. Исчез грузный брут, размером вдвое больше любой лошади; на его месте стояло изящное создание с гибкими мускулами и мощными, хоть и промокшими, крыльями. Черная, похожая на ястребиную, голова склонилась набок, и если бы не светящиеся золотые глаза, Биф решил бы, что какая-то другая химера украла Бардинг Пита.
— Ты… ты другой, — произнес он. — Стал намного меньше. Похож на скаковую лошадь или вроде того.
— Хватит глазеть, помогай! — Огрызнулся Пит, и тут его золотые глаза расширились. Биф отшатнулся.
— Ты умеешь говорить? — Биф тупо уставился на химеру, его Разум запнулся от неожиданности.
Но Пит лишь пронзительно закричал:
— Помоги ему!
Биф бросился вперед, осторожно переступая. Когда Пит отошел, минотавр осознал, что Феликс теперь тоже выглядит иначе. Раньше он казался просто мускулистым человеком, но теперь стал ближе к Бифу ростом, хотя и гораздо тоньше; широкие плечи и лицо, которое казалось каким-то… неправильным. Темные, полуночные чешуйки украшали его руки, покрывая кисти и стопы. Но больше всего пугало то, что он, похоже, совсем не дышал.
— О боже, э-э, я могу сделать искусственное дыхание, — пробормотал Биф. Он видел, как это делают в интернете. Он сцепил руки в замок и прижал их к груди, чуть ниже грудины, но надавил, даже не сдвинув тело Феликса. — Да вы издеваетесь?
Он наклонился вперед, вкладывая весь свой вес в компрессию грудной клетки… и снова ничего.
В отчаянии Биф выпрямился и протянул руку. В его хватке сформировался новосозданный великий молот, шипящий от испарений черно-зеленой Маны. Он поднял оружие высоко вверх и с размаху обрушил его на грудь Феликса. Удар был такой силы, что Феликс впечатался в палубу, оставив в ней глубокую трещину, а затем подлетел в воздух. Хэллоу плотнее обвилась вокруг них, приподнимая лодку над уровнем воды, пока Биф вколачивал Молот снова и снова.
И еще раз.
Пока, наконец, с ужасным булькающим звуком, Феликс не изверг из легких фонтан воды. Судорожный кашель сотряс все его тело; он свернулся калачиком, пока жидкость продолжала выходить. Его глаза оставались закрытыми, но он дышал.
— Состояние статуса исчезло, но Здоровье не двигается, — сказал Пит. Он присел рядом и подтолкнул Феликса носом.
— Он поправится? — Спросил Биф. — Хэллоу?
Многоножка склонилась над судном, пока волны продолжали перекатываться через них. Она разомкнула пару нижних лап и осторожно опустила на палубу два странных меча. Один был похож на гигантский зуб, другой – изогнут, словно причудливый рыболовный крюк. Что примечательно, в правой руке Феликса было зажато еще одно оружие – он сжимал его так крепко, что костяшки побелели. Бронзовый кинжал с пурпурным камнем в оголовье. Дух заговорил:
— Неясно. Его Тело не похоже ни на что из того, с чем я сталкивалась, а его органы… они странные. Его сердце бьется слишком быстро для того, чтобы человек мог выжить, а кожа обжигает. Впрочем, я не думаю, что это лихорадка.
— У него Закалка? — Спросил Биф. Последний раз, когда он чувствовал нечто подобное болезни, был во время формирования его собственного нового Тела.
— Да, — подтвердил Пит. — Теперь он Адепт. Или станет им.
Биф присвистнул. Сила этого парня и так была запредельной, и он с трудом мог представить, как тот изменился, если его Тело трансформировалось подобным образом. — Нам нужно найти Наоса… черт, я имел в виду Ислу. Если она не сможет исцелить Феликса, то не сможет никто. Хэллоу, сможешь сделать «это»?
— Разумеется. Пожалуйста, держитесь крепче, — отозвалась Дух, разворачивая кольца и перемещаясь к корме его импровизированного судна. В то же время Биф подлатал треснувший корпус Хитиновой Конструкцией, чтобы лодка не пошла ко дну мгновенно.
— Обязательно держись, Пит, — предупредил Биф, но увидел, что тот уже растянулся поверх тела Феликса, притиснувшись к бортам. — А. Хорошо. Давай, Хэллоу.
Хэллоу заработала всем телом у кормы; ее безмерная мощь и грация погнали их вперед. С почти бесшумным свистом рассекаемой воды корабль сорвался с места.
* * *
— Приготовьтесь переносить их! — Объявила Исла, снуя между треснувшими столами. Запасы припарок подходили к концу, но несколько иттинов вызвались сделать новые, так что она сосредоточилась на применении Песни. Ее голос возвысился, вторя тому величественному узору, о котором она мечтала еще девочкой – узору, воскрешавшему в памяти безмятежные дни юности, когда ничто не болело и всё казалось вечным. Припарки отозвались, вспыхнув яркой силой, которая немедленно начала просачиваться в опасные раны.
Шестнадцать пациентов начали исцеляться одновременно, и Исла пошатнулась от усталости. Она взглянула на свою помощницу и указала на раненых:
— Перенеси их на койки для отдыха.
— Конечно, — ответила Весс, призывая свои копья, чтобы быстро и ловко переправить каждого пациента в соседнюю палатку для выздоравливающих.
Шторм утих, но приближалось все больше голосов. Среди них слышались крики боли и невнятные мольбы. Исла была истощена, но знала свою роль в подобных битвах. Выпрямившись как струна, Певчая подняла руку и сделала манящий жест:
— Вносите их.
* * *
Сверху обрушился щит из цепей, отражая копье света. Храск и Клагг облегченно вздохнули, встретившись взглядом с тонкой человеческой женщиной.
— Не волнуйтесь. Я разберусь, — сказала она в тот самый миг, когда щит рассыпался на отдельные звенья.
Паладины тревожно закричали, вспыхнули свет и пламя, но явно никто не ожидал, что цепи обовьются вокруг каждой их конечности. Появился второй щит, проделав то же самое, пока все четверо паладинов не оказались связаны крепче, чем свинья перед рынком.
— Зуб и Коготь, — произнесла женщина, и цепь в ее руках злобно ожила. Она свернулась и приподнялась, словно змея; шипы и лезвия на ней заблестели от серебристой Маны. — Больше вы не сбежите.
Гоблины бежали, не оглядываясь и не глядя друг на друга. Только бы подальше от жестоких паладинов и яростной, холодной смерти, исходившей от этой маленькой, тонкой женщины.
* * *
Атар дергался на своей койке, его Аспекты захлебывались в животной боли. По его Телу проходили рваные отметины – шрамы недуга, сочащиеся тускло-серым сквозь плоть. Мимо сновали люди, укрываясь от разрушительной бури и спеша к целителю, но Алистер отказывался отходить. Несмотря на затуманенное сознание, Атар чувствовал его – тревожное присутствие рядом, наготове с тряпками и зельями. Он больше всего на свете хотел обнять своего партнера, сказать, что он в порядке, но усталость сковала Атара, словно тиски. Он скорее смог бы прогуляться по лунам, чем сесть.
«Как я все еще жив?», – этот безответный вопрос терзал его снова и снова. Атар мало что помнил после призыва своего Откровения Аструма, а то, что осталось, было подернуто дымкой, будто все это случилось с кем-то другим. «Что я наделал?»
Алистер встал и заговорил с кем-то в бело-золотых одеждах, и они вдвоем отошли от его койки. Фиамметта. Она говорила о том, что паладины снова нападают, и Атар почувствовал, как в груди разгорается ярость. Он хотел заговорить, дотянуться до них, но не мог. Вместо этого в его видении вспыхнуло маленькое белое пламя – и уже не в первый раз. Атар не мог пошевелиться, но мог сосредоточиться на нем, пока оно кружилось над его грудиной.
«Уходи», – потребовал он.
«Ты мог бы уничтожить их всех», – сказало оно. «Паладины не заслуживают ничего меньшего».
Атар стиснул зубы. «Уходи!»
«Горение – это очень, очень просто. Пожалуйста. Я могу показать тебе столько всего, Атар В'ас».
Титаническим усилием Воли Атар оттолкнул пламя, превратив его в сноп мерцающих искр. Оно исчезло, и истинное изнурение снова завладело им.
* * *
Вдалеке, примерно в полумиле, высилось исполинское сооружение. Кристаллы, сияющие оранжевым, зелено-золотым и бело-зеленым, заполняли большую часть строения, которое Биф узнал сдавленным вдохом.
— Это… это Ахкестрия, — выдохнул он. — Смотри! Слои видны! Кристаллические секции разнесены в сотнях мест…
Буря в этот момент решила утихнуть, выпуская на волю сияние полуденного солнца. Лучи хлынули вниз, искрясь на неспокойных волнах и ослепительно сверкая на вершине драгоценного Города Тлеющих Углей. Однако это было единственное приятное зрелище; город выглядел опустошенным, и огромные столбы дыма поднимались с самого верхнего слоя, пачкая безупречное небо.
— Паладины напали, — сказал Пит рядом с ним. Его голова, теперь находившаяся почти на уровне груди Бифа, склонилась набок. — Но победили ли они?
— Есть только один способ узнать, — ответил Биф и заставил Хэллоу плыть чуть быстрее. От этого путешествия по лодке расползались глубокие трещины почти быстрее, чем он успевал их чинить, но он был уверен, что они доберутся. — Чем скорее мы попадем в город, тем скорее найдем Ислу. Ты уверен, что он в порядке?
— Он стабилен. В порядке ли… не знаю, — признался Пит. — Прошло два часа, а он все спит и…
Яркое уведомление, отороченное золотой филигранью, ворвалось в их зрение в один и тот же миг. Оно прозвенело, словно колокол, и не утихало.
Объявление на всю территорию!
По праву вызова и честного боя, Феликс Неварр, Автарх Нагаста, обрел Власть!
Да здравствует Автарх Феликс Неварр!
— Ого, — произнес Биф, слегка онемев. Затем его глаза округлились. — Он… он король Ахкестрии?
— Просто доставь нас в город, — велел Пит, прежде чем свернуться калачиком у бока Феликса. Химера звучал одновременно устало и сердито.
Биф взглянул на Феликса: его руки теперь были наполовину покрыты этой темной чешуей. Изменения распространялись.
— Славься, герой, славься, Спаситель Глубин, славься, десница пробуждающая, — произнес глубокий мелодичный голос.
Минотавр развернулся, в его руках материализовался молот, и он в шоке задрал голову. Другой, гораздо более крупный корабль подошел к ним без единого звука или предупреждения. Казалось, он был сделан из кости, с парусами и всем прочим. На борту стояли рослые, широкоплечие люди в странных, изъеденных молью одеждах, а за их спинами подергивалось длинное оружие.
Их было не меньше двадцати, они равномерно распределились по палубе, но тот, что стоял впереди, развел руки, и его глаза вспыхнули яркой, сияющей медью. — Славься, страж, славься, Зверь, Гуляющий по Небесам, славься, когти защищающие.
Пит оживился при этих словах, переводя взгляд с Феликса на пришельцев. — Клзикс? — Спросила химера.
Вожак кивнул и широко улыбнулся – в этой улыбке сквозило безудержное ликование. — Мы пришли приветствовать вас обоих в Конце. И да выживем мы все под Почерневшими Небесами.
— Э-э, ладно, — сказал Биф, прежде чем шепнуть Питу:
— Они дружелюбные?
Пит пожал плечами, затем кивнул:
— Возможно.
— Идите! Идите к нам! У нас хватит места для всех, даже для вашей скрытой подруги, — сказал этот Клзикс, указывая на темную воду, где скрылась Хэллоу. — Мы доставим вас в Ахкестрию!
— Нам и здесь неплохо, я думаю, — ответил Биф, похлопав по неровному борту, который он слепил на скорую руку. К несчастью, его хитиновая лодка больше не могла сопротивляться. Трещины, разошедшиеся по всему корпусу, окончательно поддались, и вода начала затапливать палубу. Пит вскрикнул и оттащил тело Феликса подальше от наступающей жидкости. — Ох. Черт. Полагаю… полагаю, мы могли бы подбросить нас.
— Как и должно быть, — произнес Клзикс и оскалил широкую, крокодилью улыбку из острых белых зубьев. — Идемте же к Концу вместе.