Глава 16.0
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Феликс попытался успокоиться, усмиряя клубок змей, что извивался у него в груди. Он заставлял себя думать хладнокровно, выстраивать стратегию. Вспыхнуло Маназрение, выхватывая детали туннеля. Пол здесь был относительно ровным, а грубые стены пестрели выбоинами от добытой руды. Повсюду клубился пыльный буро-серый пар, прошитый металлическими отблесками рудных жил, вкрапленных в породу. Казалось, он стоит посреди мерцающего ночного неба. Перед ним теснились шахтеры, окутанные нитями зелено-золотой жизненной Эссенции, переплетенной с багровой Эссенцией крови.
Старик же сиял подобно солнцу.
Сквозь его ауру неслись потоки оранжевого пламени и золотого света, настолько пропитывая зелено-золотые и багряные тона его Тела, что те были едва различимы. Ощущение твердости и контроля, исходившее от этого человека, поражало. Во многом он напоминал Зару. Но ведь он не мог быть бойцом Ранга Магистра… или мог?
«Прожорливое Око!»
Имя: Чарльз Хорнсворт
Раса: Человек
Уровень: 52
Здоровье: 2465/2465
Выносливость: 2554/3014
Мана: 922/1137
Сила: Требуется больше данных.
Слабость: Требуется больше данных.
Помимо личных данных Хорнсворта, Прожорливое Око Феликса зацепило и его ступень развития. Он находился лишь на верхней границе ранга Странник – далеко от тех нескольких инициатов, с которыми Феликс сражался прежде, но и не настолько искусен, как Феликс себе вообразил. Как же он тогда так лихо надирал ему задницу? Сражаться с этим человеком было все равно что бороться с рекой, будь у этой реки огненный меч.
Хорнсворт вскинул кустистую седую бровь и нетерпеливо притопнул ногой. Феликс, оскалившись, снова бросился в атаку, выжимая из Неудержимой Воли все, на что она была способна. Глухое раздражение росло с каждым промахом, с каждым неудачным выпадом, стремительно перерастая в ярость, обжигавшую Разум.
«Мир!», – донесся издалека щебет Пита. — «Спокойствие!»
Но сейчас было время не для спокойствия, а для действий. Поднырнув под горизонтальный взмах меча Хорнсворта, Феликс полоснул когтями по ноге старика, надеясь подрезать ублюдку сухожилия. Однако ноги там уже не было, а в висок Феликсу прилетел чужой сапог. Удар был не слишком сильным, но в голове зазвенело, и Феликсу пришлось неуклюже отпрянуть в сторону, чтобы избежать огненного выпада инициата.
Феликс отлетел в стену шагах в десяти, врезавшись в нее так крепко, что его собственное Здоровье просело на несколько десятков единиц. Он оглянулся, стараясь держать голову неподвижно, чтобы картинка перестала плыть перед глазами, и увидел, что Хорнсворт снова замер. Он ждал.
— Ну и придурок, — проворчал Феликс. Он медленно поднялся на ноги, не сводя глаз с инициата и ловя любое резкое движение. Старик был совершенно непредсказуем. Но тут нечто коснулось края его восприятия, и Феликс подавил ухмылку.
Из темноты в сторону старика вылетела шипастая цепь. Извиваясь в воздухе подобно живому существу, она дважды сменила направление, несясь к инициату быстрее, чем кто-либо в туннеле мог уследить.
Хорнсворт уклонился от атаки, даже не глядя на нее, а когда цепь Иви сменила траекторию, он просто поднял меч и впечатал ее в землю. Для этого ему, по крайней мере, пришлось обернуться. Иви бежала сквозь завалы, с удвоенным рвением раскручивая цепь. Похоже, она была в не меньшем бешенстве, чем сам Феликс.
Феликс нахмурился, наблюдая за ними и пытаясь отыскать лазейку в безупречной защите старика, одновременно стараясь обуздать закипающую внутри ярость. Благодаря этому он заметил, что шахтеров в туннеле становится все меньше. Сперва он испугался, что им как-то навредили, но когда увидел, как еще двое Незакаленных рабочих исчезают в темноте, то понял, в чем дело. Тэнгл накладывал Обесцвечивание на небольшие группы и выводил их прочь.
«Этот гном просто гений».
И он был не один.
Иви пригнулась, когда над ее головой пронеслось серебряное копье, нацеленное прямо в инициата. Снаряд, невидимый до последнего мгновения, едва не достиг цели. Ужасающий скрежет разорвал воздух – магический снаряд прочертил борозды на нагруднике и левом наплечнике старика, но не пробил их. Вместо этого копье с грохотом вонзилось в землю прямо за спиной инициата.
— Тэнгл! — Крикнул Феликс и бросился на старика. Как и ожидалось, инициат ушел от выпада Феликса, обратив его собственную кинетическую энергию против него самого и швырнув мимо себя. Но на этот раз Феликс успел ухватиться за развевающийся красный плащ Хорнсворта. Резко дернув его на себя, он замедлился и выбил инициата из равновесия. Тот сделал два шага и легко восстановил стойку, пока Феликс тяжело валился на землю – результат не совсем тот, на который он рассчитывал, но этого было достаточно.
Серебряное копье Весс теперь находилось между ними: один лежал на животе, другой занес пылающий меч. Мягкий голос старика противоречил суровому блеску его глаз:
— Ты ищешь прощения, дитя?
— Не особо, — прохрипел Феликс. — Тэнгл! Сейчас!
Мгновение спустя и копье, и Хорнсворт исчезли из чувств Феликса. Он вытянул руку вперед, пока не ощутил покалывание активной магии.
— Моё!
«Ненасытная Десятина!»
Тонкий поток Эссенции хлынул в каналы Феликса – хаотичная смесь окружающей земли, огня и тени. В тот же миг пространство перед ним схлопнулось с ревом яростного шквала, и инициата отбросило назад.
«Наконец-то!»
Ноги и правая рука старика были изрезаны, эмалированный металл пробит так глубоко, что местами его рассекло насквозь. На конечностях выступила кровь, и Хорнсворт, тяжело дыша, хрипел сквозь усы. Он поднял взгляд на Феликса, когда тот поднялся на ноги.
— Как ты…
— Весс! Тэнгл! Еще раз!
Еще одно копье вырвалось из темноты и вонзилось в землю, но прежде чем Тэнгл успел снова наложить круг Обесцвечивания, инициат отпрыгнул в сторону и бросился бежать. Старик в считанные мгновения исчез среди обломков – его безумная Ловкость оставила их Восприятие далеко позади.
Феликс постоял еще немного, сжав кулаки и опасаясь, что тот вернется. Когда секунды сложились в минуты, он решил, что опасность миновала. Волна облегчения, накрывшая Феликса в этот миг, едва не подкосила ему ноги.
— Зубья Близнецов, ну и шустрый же этот седобородый, — подала голос Иви из ближайшей тени. — Это он тебя в стену впечатал?
Феликс раздраженно хмыкнул и проигнорировал вопрос.
— Тэнгл, ты всех вывел?
— Почти, — отозвался гном, отчего Иви подпрыгнула на месте.
— А-а, ненавижу это!
— Мои извинения, — Тэнгл отвесил девушке полупоклон. — Там, в глубине, осталось еще несколько человек, до которых я не мог добраться, не привлекая к себе лишнего внимания.
— Хорошо. Весс, ты сможешь вывести остальных шахтеров? И найди Рори! — Крикнул Феликс.
— Будет сделано, — ответила она со стороны заваленного входа, и вскоре послышался голос Наследницы, призывающий рабочих следовать за ней.
— Отличная работа с эвакуацией, Тэнгл, — ухмыльнулся Феликс. — Жаль, что не я это придумал.
— Был рад помочь, — ответил тот, хотя лицо выдавало его истинные чувства. — Должен признать, находиться так близко к опасности для меня… не совсем привычно. Я счастлив быть полезным.
— С такими иллюзиями у меня для тебя найдется просто куча идей, — со смехом заявила Иви. Она так хлопнула гнома по спине, что тот пошатнулся, отчего она рассмеялась еще громче.
Инстинкты Феликса все еще были на взводе, и ему стоило больших усилий не начать мерить туннель шагами, сбрасывая излишки яростной энергии. Эмоции зашкаливали, подстегиваемые… да буквально всем. Заставив себя глубоко вздохнуть, он позволил навыку трансформации развеяться. Постоянная готовность к бою не шла на пользу нервам, а активировать форму он сможет быстро, если прижмет. Боль от превращения тоже помогла прочистить голову.
«Ничто так не помогает обрести центр, как опаленные нервы».
Феликс повернулся к густой тьме туннеля, где нагромождения вывороченных камней образовали подобие невысоких укреплений. Там что-то шевелилось.
— Феликс? — Спросил знакомый голос, и следом показался приземистый дварф, ковыляющий при поддержке стройной женщины средних лет. Рори улыбался, несмотря на то что его нога представляла собой кровавое месиво. — Долго же ты возился, парень.
* * *
Первым делом они освободили шахтеров.
Ну, не совсем. На самом деле первым делом Феликс громко выругался, обнаружив, что все восемь захваченных аколитов исчезли. Цепи были расплавлены. Не стоило и гадать, кто за этим стоит.
«Замечательно. Еще больше повторяющихся злодеев, – Феликс потер лицо ладонью. – …Моя жизнь превращается в субботнее утреннее шоу с мультиками».
Какая-то его часть – опасная и мелкая – хотела броситься в погоню за ускользнувшим инициатом и… он и сам не знал, что сделать. Что-то жестокое. Этот гад фактически играл с ним, и это задевало. И все же помощь шахтерам была важнее. Феликсу пришлось напоминать себе об этом не раз в течение следующего получаса, пока он помогал освобождать людей и проверял безопасность территории.
С первой частью проблем не возникло. Феликс отправил Пита кружить высоко в небе, высматривая приближающихся красноплащников или Потерянных, а Иви тем временем обследовала верхние уровни промышленных построек вокруг рудника. А вот вторая часть оказалась… непростой.
На большинстве шахтеров были кандалы и цепи, которые ломались без труда. Обычное железо и сталь поддавались его Силе довольно легко, хотя сделать это, не покалечив весьма хрупких людей, было той еще задачей. Он мог бы – наверное – применить Ненасытную Десятину к цепям… но Феликс не был уверен, что его контроля хватит на такую тонкую работу. Он мог бы даже использовать когти, но рассудил, что пленники и так напуганы; ему не хотелось лишний раз демонстрировать им «превращающегося демона».
Тех, на ком были ошейники забвения, освободить оказалось куда труднее. Феликс уже сталкивался с этими артефактами перед тем, как прыгнуть в Домен, и знал их назначение. Они каким-то образом отсекали человека от ядра, а также выкачивали Ману до критически низкого уровня. Он понятия не имел, как они работают и из какой Эссенции созданы, поскольку для его Маназрения они оставались слепым пятном. Пустоты, куда просто не проникала окружающая Мана. Люди в них, независимо от пола, возраста или уровня, выглядели совершенно изможденными.
Вскоре Феликс понял почему. Стоило ему коснуться ошейника, как он ощутил разряд… не электричества и не огня, хотя это было обманчиво похоже на то и другое. Скорее это было онемение, которое стремительно поползло вверх по руке и затихло лишь у самого плеча. Ключ от ошейников он нашел на трупе Салазара, но снять их, не хватаясь за сам металл, было невозможно. Так что он стиснул зубы и продолжил.
Ощущения были прескверные. Чувство онемения распространялось тем дальше, чем дольше он контактировал с этой мерзкой штуковиной, и даже за те пять-шесть секунд, что требовались на отпирание замка, оно успевало охватить почти три четверти его тела. Казалось, будто на ядро давит тяжкий груз, хотя простое прикосновение к металлу не отсекало его полностью – для этого проклятую вещь нужно было надеть на себя. Сняв первый ошейник, Феликс смог получше рассмотреть его изнутри. Там, где он ожидал увидеть гладкий металл, обнаружились зазубренные шипы с бурыми пятнами. Шахтер, с которого он снял оковы, облегченно застонал, а на его шее выступили крошечные капельки крови.
— Ты в порядке? — Спросил Феликс, когда рабочий обмяк так сильно, что он испугался, не потерял ли тот сознание. — Идти сможешь?
Измученный кивок успокоил Феликса, и с чужой помощью мужчина заковылял прочь. Феликс двинулся дальше по ряду. Каждый из освобожденных шахтеров был искусен в наложении оберегов – навык, которому они, видимо, обучились прямо на работе. Инквизиторы нагрянули раньше, чем рабочие успели активировать защиту, обычно используемую на рудниках. Эти обереги предназначались для отпугивания монстров из шахт или гор, но, по словам шахтеров, после небольшой настройки могли задать жару и другим незваным гостям. Не смертельно, но вполне достаточно, чтобы поубавить у нападавших пыла. Большинство освобожденных тут же отправились заниматься этим делом, хотя работа шла медленно.
Феликс отпирал последний ошейник, когда его снова нашел Рори.
— Парень, позволь мне представить тебе мою подругу как подобает, — сказал Рори, ковыляя навстречу. Кто-то нашел ему подходящую деревяшку, которую он использовал вместо костыля. Его ногу очистили и перебинтовали – дело рук женщины, шедшей рядом с ним. — Это Энея Ти'лель, в прошлом Бронзовый Ранг, Адепт-алхимик Гильдии и чертовски хороший друг. Энея, это Феликс Неварр. Бродяга, которого я немного поднатаскал.
— Совсем немного, — согласился Феликс. Он не смог сдержать ответной кривой усмешки, хотя вышло неловко. Онемение от последнего ошейника все еще пробегало по телу дрожью. Он бросил ошейник и встряхнул кистью, пытаясь вернуть ей чувствительность, прежде чем пожать протянутую руку Энеи. Хватка была слабоватой, но на подушечках ее пальцев он почувствовал мозоли. — Рад знакомству, Энея.
— Скверные штуки, эти ошейники, — произнесла она, свысока глядя на груду шипастых оков. — Чистое варварство – надевать подобное устройство на кого бы то ни было, преступник он или нет.
— Согласен, приятного мало. От одного прикосновения рука немеет, — сказал Феликс, все еще шевеля пальцами. — Я бы с радостью швырнул их в одну из тех плавилен.
Энея слегка наклонила голову:
— Любопытно. Ты не оставишь их себе? Обычно так сдерживают вражеских бойцов.
— А, ну… я понимаю, о чем вы. Думаю, пусть Кэл решает, что с ними делать, — Феликс махнул рукой, словно прогоняя тему. Ошейники нагоняли тоску, и говорить о них не хотелось. — Вам двоим помощь нужна? Я здесь почти закончил…
— Нет, парень, нет. Но мы собираемся отправиться в ваш лагерь, — сказал Рори.
— Да, Кэл говорила, что ее разведчики должны вас забрать. Будем только рады, если присоединитесь к нам на обратном пути. Весс говорит, нам придется забрать столько повозок, сколько сможем, чтобы обеспечить мастеров материалами, так что мест хватит.
— Хорошо. Спасибо тебе, Феликс, — Рори присел на перевернутую бочку и тяжело вздохнул. Теперь, при свете дня, пусть и угасающего, Феликс видел, насколько они оба измотаны.
— Вы когда в последний раз спали? — Спросил он.
— Не меньше четырех дней назад, — вставила Энея. — Алхимия не ждет, даже если ты валишься с ног от недосыпа.
«Четыре дня – не так уж плохо, если Стойкость позволяет». Феликс прикинул, что к этому моменту сам смог бы продержаться без сна неделю, хотя сомневался, что от него будет хоть какой-то толк.
— Я зашел навестить Энею пару дней назад. Просто дружеский визит, — прохрипел Рори, перекладывая забинтованную ногу. — Пока я там был, в городе стало жарче, чем под хвостом у Йеро, и мы едва успели выбраться из Гнезда до того, как оно рухнуло.
— Сива была к нам милостива. К тебе, Роридан.
Рори отмахнулся от ее слов:
— Как бы то ни было, я оказался в нужном месте в нужное время и спас кое-кого. Большинство ушли к Стене, надеясь воссоединиться с остатками Гильдии. Энея и ее команда решили пойти со мной в ваш лагерь.
— Команда? — Переспросил Феликс, оглядываясь. Он-то думал, что здесь одни шахтеры и рабочие, но в туннеле было темно и слишком суматошно. Рори указал туда, где Иви и несколько рабочих грузили повозку. Шесть молодых женщин в разноцветных халатах и темных фартуках осматривали содержимое открытого ящика неподалеку. Шахтеры обходили их стороной, явно раздраженные. — Понятно.
Когда он повернулся обратно, Рори жестом подозвал его ближе. Он покосился на Энею, но та, казалось, с необычайным интересом изучала что-то вдалеке. Нахмурившись, Феликс наклонился, и Рори заговорил вполголоса:
— Пусть это останется между нами. Мастера нечасто вырываются из лап Гильдии, и обычно для этого требуется куда больше членовредительства. Получить Адепта-алхимика и шесть ее учениц? Это просто дар небес, парень. — Он крякнул, видя все еще непонимающее лицо Феликса. — Вечно забываю, как много ты не знаешь. Просто помалкивай об этом, ладно?
— Конечно, Рори, — ответил Феликс. Он понимал, что алхимики играют ключевую роль в создании Эссенциальных Настоек, необходимых для Закалки, но, видимо, это делало их головы невероятно ценными. — Что значит «вырвались»?
— Хм. Я думала, твои люди чуть более осведомлены, Роридан, — фыркнула Энея. Феликс поднял голову и увидел, что она смотрит на них обоих сверху вниз. — Гильдия лишилась своей Хартии. Любая Связующая Клятва, данная им, была аннулирована.
Это мало что объяснило Феликсу, но он кивнул с таким видом, будто все понял. Всегда можно будет расспросить остальных позже. — Ясно.
Энея хмыкнула:
— Скверный лжец и такой же некудышный командир. Скажи мне, Роридан, что это не ты учил его сражаться.
— Простите? — Феликс выпрямился и уставился на женщину. — Мы только что рисковали жизнями, чтобы спасти вас…
— И справились из рук вон плохо. Твоя техника небрежна, а командная работа отвратительна. Возможно, если бы вы действовали сообща, вам удалось бы захватить этих людей, а не убивать их, — отрезала Энея, указывая на трупы, бесцеремонно сваленные в одну из пустых повозок. Все они были накрыты собственными красными плащами.
Знакомая ярость закипела в груди Феликса, и на этот раз Пит даже не пытался его остановить.
— Послушайте, дамочка, я не знаю, кем вы себя возомнили, но…
«Люди! Приближаются!»
Слова Пита мгновенно переключили внимание Феликса, заставив его осечься. Он осознал, что стоит всего в паре дюймов от алхимика, и заставил себя отступить. — У нас гости.
Рори поднялся на ноги довольно шустро для человека с больной ногой.
— Инквизиторы?
Феликс наклонил голову, прислушиваясь к Питу. Бросив гневный взгляд на Энею, он улыбнулся дварфу:
— Друзья.
* * *
Подкрепление прибыло.
Во главе с Кельганом и Яном более тридцати добровольцев Оловянного Ранга проделали путь от лагеря до рудников. К счастью, это было недалеко, а значит, они успели до того, как на город опустилась тьма. Поскольку дело шло к середине лета, у них оставалось еще около двух часов до наступления ночи, когда опасность от бродячих Потерянных возрастала многократно.
— Уложили кучу этих ублюдков. Хорошо, — сказал Ян вместо приветствия. — Наши разведчики докладывали о красноплащниках неподалеку, но те дали деру. Полагаю, из-за тебя, а?
Феликс пожал руку ему и Кельгану. В отличие от Яна, копейщик был высоким и сухопарым, с густой копной светло-каштановых волос и еще более густой бородой. В руках он сжимал простое стальное копье с потертым древком. Настоящее оружие, в отличие от тех, что призывала Весс.
Кельган ухмыльнулся:
— Феликс.
— Кельган. Да, один инициат ушел. Должно быть, встретился с ними, и они передумали соваться. — Феликс покачал головой. — И это хорошо, потому что место здесь суровое. У вас есть кто-нибудь, кто смыслит в оберегах? Я собирался взглянуть, но я в этом не особо мастер.
— О? Тебе повезло. У нас есть… — начал Кельган, но его перебил панический крик.
— Где она? Энея!
Суровое лицо алхимика заметно посветлело, когда сквозь ряды «Олова» прорвался мужчина с кудрявыми каштановыми волосами и аккуратно подстриженной бородой. На нем был грубый шлем и кожаный доспех, но двигался он так, будто никогда в жизни не носил подобного снаряжения.
— Гектор!
Гектор подбежал к Энее и заключил ее в объятия.
— Ты жива! Слава богам!
Кельган с ухмылкой наклонился к Феликсу:
— Это мы его притащили. Какой-то писарь, не давал нам уйти, пока мы не пообещали отвести его к жене.
Несмотря на раздражение, вызванное алхимиком, Феликс почувствовал, как его гнев понемногу остывает, глядя на то, как эти двое обнимаются, соприкоснувшись лбами. Он старался не подслушивать, но его Восприятие порой становилось проклятием. Уши отчетливо уловили голос Гектора, произнесший «Демон», после чего Энея бросила на Феликса испуганный взгляд.
— Та-ак, ваш путь сюда был таким же спокойным, как наш? — Спросил Феликс у Яна.
— Э-э, видели парочку Потерянных, но близко они не подходили. Либо испугались, либо умнеют. Оба варианта мне не по душе, потому что я-то знаю: нас они не боятся, — Ян сплюнул в сторону. — У этого «Олова» намерения убивать не больше, чем у выводка полевых мышей.
С этим Феликс поспорить не мог. Хотя эти три десятка мужчин и женщин вызвались добровольцами для похода и тренировок, сейчас они озирались по сторонам, явно пребывая в смятении. Было очевидно, что большинство из них до недавнего времени и в глаза не видели мертвецов, особенно когда некоторые то и дело переводили взгляд с убитых красноплащников на Феликса.
После этого дела быстро пошли на лад. «Оловянные» начали патрулировать территорию и помогать шахтерам с уборкой и восстановлением работы. Многие из добровольцев оказались родственниками рабочих, так что после нескольких слезных встреч все задвигались с таким воодушевлением, какого Феликс не видел с самого утра.
Гектор оказался настоящим кладезем знаний. Он был членом Гильдии Бронзового Ранга, почти достиг Серебра, но лишь в одной узкой области: Сигильдии. Обереги, о которых упоминали шахтеры, оказалось труднее разобрать и изменить, чем все предполагали. Хотя навык сигилов у Феликса был Легендарным, это не помогало грубой силой преодолеть отсутствие базовых знаний. Гектор же расправился со всем в мгновение ока.
— Центральный глиф – это комбинация двух или более сигилов, он служит ядром любого массива. Вторичные сигилы вращаются вокруг этого глифа, а третичные ответвляются от них. Каждый из них, как ты, несомненно, знаешь, является модификатором основного глифа. — Гектор на удивление охотно разъяснял Феликсу процесс, стоило тому спросить, хотя некоторые тонкости пока ускользали от понимания. Он сохранил в памяти начертание сигилов и структуру оберегов, чтобы изучить их позже. — Изменение этих связей позволит нам создать хотя бы минимальный барьер для тех, кто попытается приблизиться к руднику. По крайней мере, для тех, у кого нет ключа от оберега.
— Потрясающе, — выдохнул Феликс. Письменная форма магии наполняла его чувством благоговения, даже после всего, что он видел за последние недели. — Мы могли бы возвести нечто подобное вокруг лагеря?
— Это будет дорого, — ответил Гектор. — Понадобятся ядра монстров или кто-то, кто послужит батарейкой Маны. Здесь же обереги рудника настроены так, чтобы тянуть энергию из общегородской сети сифонов. Старые, прописанные пути тянутся вверх по горам, чтобы поглощать столько окружающей Маны, сколько смогут вместить.
— Серьезно?
Гектор кивнул:
— Обычно этого хватает лишь на поддержание Стены и общей обороны, но по какой-то причине Мана в городе сейчас… странная. Почти едкая.
Феликс поджал губы, но промолчал. Что он должен был ответить? «Осторожнее, вы можете в любой момент впасть в кому, но мы пока не уверены»? Вряд ли это сообщение встретили бы с восторгом.
Используя Формовку Камня, Феликс возвел еще несколько невысоких стен, чтобы перекрыть переулки между зданиями и другие точки доступа. Под руководством Рори им удалось превратить единственный вход и выход в легко обороняемый и смертельно опасный путь. В конце концов, они планировали продолжать работу на руднике. Ян и Кельган вместе с отрядом «Олова» пока оставались здесь, чтобы обеспечить защиту и сопровождение каждой партии руды, которая будет отправлена в лагерь. Их мастера больше не останутся без материалов, по крайней мере, без железа.
Ян распределял еду и питье, пока Феликс и остальные седлали коней для обратного пути. Пит решил идти по земле, и, как выяснилось, был достаточно силен, чтобы нести Феликса на себе. К прыгающей походке тэнку пришлось привыкать, но Ловкости Феликсу хватало – справится.
На повозках разместились его друзья, а также Рори, Энея и ее муж. С ними отправились и несколько шахтеров: те, чьи семьи остались в лагере, и те, кто не знал, живы их близкие или нет. Слушать последних было особенно тяжело – Сродство Феликса постоянно подпитывало его их эмоциями, которые лучше всего описывались словом «качели». Радость от освобождения от красноплащников сменялась ужасом перед мыслью, что жены, детей или родителей больше нет.
Более того, это невольно напомнило ему о собственной семье, оставшейся гораздо дальше, чем у кого-либо здесь. Как минимум в другом мире. Где они сейчас? Скучают ли по нему? Феликс надеялся, что они смогли обрести хоть какой-то покой, потому что был уверен: пути назад на Землю нет. Не в этой жизни.
Против воли их голоса зазвучали в его Разуме – неидеально восстановленные звуки, но все же поразительно живые. «Чертов магический мозг», – выругался он про себя. Будь он один, возможно, он бы поддался этим чувствам, посмотрел бы, куда заведет эта кроличья нора. Но сейчас, сидя верхом на химере и пробираясь сквозь заброшенные руины кишащего монстрами города, было не время и не место.
— Выдвигаемся. Не хотелось бы торчать здесь, когда совсем стемнеет, — сказал он. — Пошли, Пит.