Глава 82.0
ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ
Удар был страшным. Настолько мощным, что их буквально подбросило.
Как бы Феликс ни изворачивался, пытаясь укрыться за тушей Королевы, та стремительно распадалась. Он мертвой хваткой вцепился когтями в твердую, точно железо, плоть, но ко второму удару от защитного панциря почти ничего не осталось. Струи эссенции разлетались во все стороны, словно лопнувший шар, наполненный темным переливчатым дымом. Часть их затянуло прямиком в жерло.
Мышцы Феликса словно горели: они были одновременно слишком напряжены и пугающе обмякши. Ребра точно сломаны, как минимум два, да и клыков он лишился явно не одного. Он пытался сгруппироваться перед ударом, но, возможно, сделал только хуже. Лишь странная амортизация плоти Королевы, переходящей в состояние Эссенции, принесла хоть какое-то облегчение. Как бы то ни было, после второго толчка его выбросило прочь, и он покатился по растрескавшейся земле, опасно близко к желто-красному пеклу.
Навык «То, что таится внутри» достиг 36 уровня!
Его Дух вопил, пытаясь удержать огромный кусок Эссенции Королевы Опустошителей. Со вспышкой света из него вырвался Пит; при появлении он пошатнулся и застонал от того же невыносимого напряжения. Это было куда больше того, что они когда-либо отваживались поглотить, и даже разделенная на двоих, эта мощь, казалось, вот-вот разорвет их по швам.
В ушах Феликса прозвенела трель системного сообщения.
Вы убили Королеву Опустошителей!
Получен опыт!
Поток энергии врезался в его ядро, волны вибраций нарушили то хрупкое равновесие, которое Феликс пытался сохранить. Словно с перевернутого блюда, облако эссенции рухнуло, обрушившись в огонь его ядра. Это было грозовое облако из вспышек света и зловещей тьмы, едкое насилие, которое он не мог обуздать.
Всё это горело.
«Держись, дружище! Не пускай ее в каналы!», – Феликс едва сумел оформить эту мысль и мог лишь надеяться, что Пит его понял. Он даже не знал, есть ли у Тэнку каналы Маны, но твердо усвоил: любая эссенция, тронутая Пастью, жжется как огонь. Если дать ей волю, она сожрет его изнутри.
И выпустить ее он тоже не мог, иначе она хлынет прямиком в жерло.
Но Система не унималась. Они одолели серьезную угрозу, врага, чей уровень более чем вдвое превышал их собственный. Феликс чувствовал, как копятся системные уведомления, однако густой смог эссенции действовал почти как изоляция для золотисто-синих вибраций. Это было почти физически больно – какое-то глухое давление в дополнение к бремени удерживаемой Эссенции.
Навык «То, что таится внутри» достиг 37 уровня!
— У-ух… — голоса позади заставили Феликса неверно обернуться, и ему стало чуть легче дышать, когда он увидел своих друзей, сбившихся в кучу неподалеку. Остатки фиолетово-белого пара Маны всё еще исходили от их одежды и доспехов, но в целом они казались невредимыми. Если не считать легких конвульсий, сотрясавших каждого. Его Око подсказывало, что прямо сейчас все они получают по несколько уровней.
Каким-то образом эссенция заставляла системную мощь рикошетить внутри его ядра, не давая Гармоникам слиться с остальным Телом, Разумом и Духом. Содрогаясь, Феликс призвал на помощь Силу Воли и Песнь Абсолюта; он нетвердо поднялся на ноги.
Клочки эссенции сгорали в огне его ядра, и порождаемые этим волны разрушительной силы поглощались его монструозной формой. Измененные мышцы постепенно ныли всё меньше, а красная полоска Здоровья начала медленно, но заметно ползти вверх. Феликс рассудил, что к тому времени, как он переработает четверть эссенции, он полностью исцелится. Вот только процесс шел слишком медленно, чтобы унять системный резонанс, причинявший всё больше боли переполненному ядру.
Яростный рев сотряс небеса, когда Феликс выпрямился, и исполинские тени других Королев метнулись с флангов. У каждой – по тридцать с лишним голов гидры и тела настолько огромные, что их полет казался невозможным, а в глазах пылало убийственное Намерение.
«Проклятье, – подумал Феликс, и желудок его болезненно сжался. – …Надеюсь…»
Ослепительное белое пламя изверглось из одной, а затем и из обеих королев, когда те пронеслись над головой. Семь десятков потоков слились в нечто большее, чем просто огонь – этого хватило бы, чтобы превратить его в горстку пепла, и всё это неслось прямо на него. Феликс зажмурился и вскинул руки, будто это могло хоть как-то помочь.
И всё же он остался жив.
Осторожно приоткрыв глаза, он увидел своего самого ироничного спасителя. Огонь изогнулся в воздухе, закручиваясь против невидимого течения, и целиком всосался в расщелину перед ним. К чертову Королю Опустошителей.
«Твою же мать…», – сердце Феликса наконец догнало его мысли, колотясь так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. «С ума сойти, как близко. Пит…?»
Пит издал слабый щебет и опустился на корточки. Его розовый язык вывалился из клюва, а широкие золотистые глаза неуверенно моргали. Пламя и жар не задели его, но Феликс чувствовал, как эссенция давит на их связь.
Земля под ногами содрогнулась.
— Что мне делать? — Спросил Феликс самого себя, наклоняясь, чтобы обнять Спутника. Он почесал друга за ушами, надеясь, что это поможет хоть немного. — Зара, на что ты рассчитывала, отправляя нас сюда?
Его план пожрать Королеву до того, как они завершат свой ритуал, сработал… отчасти. Он сожрал эту тварь, но часть ее всё равно напитала Короля. А остальные… он поднял взгляд. Те перестали изрыгать пламя, вместо этого целиком покрывшись желто-красными сигилами. Их тела, прежде лишь слегка тронутые массивами, теперь были испещрены ими полностью. Линии вырывались из них, вонзаясь в трещины расширяющегося провала, и с каждым витком сплетались в некий подобие тканого столпа.
— Как нам это остановить? — Спросил он в пустоту. — Гармоники? Что… гр-х, — глухая вибрация сотрясла его ядро. — Что здесь могут сделать Гармоники?
Сигилы над ним вспыхнули еще ярче. Королевы взревели, их ярость в унисон сменилась триумфом, и одна за другой они начали стремительно падать.
— О боги…!
Сигилы на их телах вспыхнули, как масляный огонь, как молнии из крови, разливаясь по плоти, пока твари кричали в экстазе. Они распадались на глазах, исчезая задолго до того, как достигли земли, и их эссенция вливалась в жерло. Плетеный столп желто-красной энергии удерживал эту мощь, словно око неестественного урагана. Горячий ветер ударил в Феликса и Пита, едва не сбив их с ног.
Пит тревожно пискнул, с трудом удерживая глаза открытыми. Он чувствовал что-то внизу, но Феликс и сам это ощущал.
«Король идет. Он почти проснулся». — Глупый, слегка истеричный смех запузырился в груди. «По крайней мере, Королевы закончились».
Зара говорила, что кто-то из них должен быть там, чтобы использовать Песнь. Чтобы распознать Гармонию. Но как это поможет сейчас? Ответ должен был быть где-то здесь, иначе Феликс чувствовал, как безнадежность впивается в него когтями. Ведь если он не разберется, он и все его друзья – покойники.
Феликс видел остатки Великой Гармонии в этих искаженных отголосках жизни, но какая от этого польза? Какое отношение к этому имеет Гармония? Диссонанс, в который выродился Домен, был самой сутью Пасти, проявленной в огромном масштабе. Он представил, чего может достичь такое разъедающее и заразное влияние в большом мире. Какой хаос оно посеет.
Он содрогнулся.
Прожив с Пастью в голове несколько недель, Феликс знал о ней, пожалуй, больше, чем кто-либо другой. О ее личном сорте безумия. Она была выжившей. Называла себя Бесконечной Пастью, утверждала, что пережила саму Погибель, что бы это ни значило. Он видел, как она использует Гармоники и то, что можно назвать противоположным концом спектра. Феликс начал представлять их как нечто вроде Порядка и Хаоса.
Но как приручить Хаос?
«Архонт сделал это», – осознал он. Пока мир вокруг разваливался на части, а его друзья медленно поднимались на ноги, Феликс заново переживал обрывки своего последнего воспоминания. «Он взял Хаос и выковал из него магическое письмо. Инверсию Гармонии, Порядка. Значит…»
Тонкая грань между Гармонией и Диссонансом.
Сможет ли он это использовать?
Внезапно в голову пришла очень плохая идея, подстегнутая еще одной крупицей инстинктивного знания в его новом Легендарном Навыке. Но он ведь сможет это провернуть… верно?
Только, скорее всего, не в одиночку.
Он заставил себя подойти к друзьям, перекрикивая грохот гибнущего мира. Он изложил план, и друзья застонали.
— И как нам это сделать? — Спросил Харн, снимая шлем. Его лицо было красным и в нескольких местах кровоточило, не говоря уже о том, что большая часть волос и бровей сгорела к чертям. — Не думаю, что ты ждешь от нас, что мы будем махать топором по этой штуке.
— Да. Что мы вообще можем? — Спросила Иви, опираясь на одно из призванных Весс Спир. — В нас, мягко говоря, не густо сока осталось.
— Сок не понадобится, я думаю, — Феликс покачал головой, пытаясь представить, что требуется. — Просто… встаньте там, где я скажу. Но мне понадобится Клятва от вас двоих, — добавил Феликс, помогая Атару и Алистеру подняться.
— Что? Зачем? — Кожа Алистера припухла и местами кровоточила, но глаза смотрели остро и подозрительно.
Когда Феликс объяснил зачем, Атар прижал основания ладоней к глазам и вздохнул:
— Попробовать стоит. Ладно. — Алистер согласился вскоре после него, и Феликс воплотил Навык в жизнь. Закончив, он повернулся к остальным.
— Все, соберитесь вокруг дыры. Рассредоточьтесь как можно шире, — мысли Феликса неслись вскачь, пока он перебирал схемы, заученные за последний месяц. Книги у Зары содержали немало сведений о сигильдии, но многое тогда было выше его понимания. — Атар, мне нужна твоя помощь в этой части. Поисковая Матрица.
Маг кивнул, даже не пытаясь возражать. — Алистер, ты тоже можешь помочь. Ты изучал сигилы.
— Совсем немного, да, — отозвался Алистер.
Феликс подвел их к краю жерла, где всё еще сидел Пит. Тэнку затих, Феликс чувствовал его боль; он лишь надеялся, что скоро сможет покончить с этим. «Конвергенция. Мне нужно, чтобы ты был в безопасности для следующей части, дружище».
Пит издал усталый щебет.
Они принялись за работу.
Навык «Теург Восхода» достиг 48 уровня!
Навык «Теург Восхода» достиг 49 уровня!
Навык «Формовка Камня» достиг 34 уровня!
…
Навык «Формовка Камня» достиг 39 уровня!
Вырезать знаки на скале с помощью Навыка, даже на большом расстоянии, оказалось выполнимо. Это лишь стоило ему больше Маны и сильнее обычного терзало каналы, но… у Феликса не было особого выбора. Его титул Архитектора Восхода безмерно помогал: расположение и выравнивание всех разрозненных частей, казалось, складывалось в уме само собой. Атар указывал, где идеи Феликса имели смысл, а где нет; превосходство мага в обычной сигильдии помогло им больше, чем он надеялся. Его работа не была сложной, но, если не считать нескольких нацарапанных символов, это было больше, чем он когда-либо делал прежде.
Когда земля под ногами качнулась, Феликс понадеялся, что этого хватит.
Внизу что-то начало двигаться.
— Бегите. Занимайте позиции, — приказал Феликс Атару и Алистеру с мрачным лицом, пока земля перед ними трескалась и осыпалась. — Когда я дам сигнал, отдайте мне всё, что у вас есть.
Лихорадочно жестикулируя ломаными знаками, Феликс сориентировал друзей вокруг жерла, после чего потянулся своим Сродством. Он искал их связи, узы Клятвы, соединявшие их всех друг с другом. Призрачные серебряные нити протянулись от Феликса к Иви, Весс и Харну, в то время как две новые коснулись магов. Они ярко пылали в его мысленном взоре, несмотря на ураган темной эссенции, всё еще кружившийся над жерлом.
Затем ураган с силой засосало вниз. Тяга, с которой Феликс боролся с самого прибытия, полностью исчезла. Однако грохот под ними усилился, пока всё вокруг не завибрировало. Что-то поднималось вверх, и быстро.
«Если младенец Опустошителей смог, то и я смогу», – подумал Феликс, сглотнув. А затем активировал свою матрицу.
Мощь хлынула через их узы, и серебряные нити омылись сине-белым сиянием.
— А-а!
— Э-эх!
— Хр-м, — буркнул Харн.
Каждый из его друзей почувствовал, как по телу разливается холод, словно их целиком окунули в ледяную воду. Вокруг них сигилы, высеченные в камне, наполнились и начали излучать сине-белый свет, а между всеми ними протянулись сложные линии. Иви, Весс, Харн – все обнаружили под ногами крупный сигил, образованный связями между другими глифами.
Затем они все начали соединяться. Линии сине-белого пламени прочертили пространство над отверстием жерла, образуя массивную сеть из плотно начертанных сигилов. Мана лилась из Феликса с невероятной скоростью. Она должна была иссякнуть за считанные секунды.
«Давай же, ты, большая тупая скотина! Быстрее!», – Он выбросил щупальце Теневого Хлыста в самый центр массива, позволив ему болтаться на ветру, который начал дуть вверх.
Земля содрогнулась, и из дыры вырвался трубный рев, едва не сбивший с ног самых легких из них. В небо взметнулись шквальные ветры, а следом из жерла мелькнула и вылетела тень. Сине-белые линии силы зацепились за ее форму, впиваясь в нее.
«Да!», – Феликс оскалился в улыбке, прежде чем его Теневой Хлыст тоже зацепился за шкуру зверя, и его самого оторвало от земли. «А-А-А-А-А-А-А, ТВОЮ Ж МАТЬ!»
Навык «То, что таится внутри» достиг 38 уровня!
…
Навык «То, что таится внутри» достиг 42 уровня!
Навык «Теневой Хлыст» достиг 34 уровня!
Навык «Теневой Хлыст» достиг 35 уровня!
Сам воздух терзал его, пока Феликс держался за свою темную спасительную нить. Существо неслось вверх с непостижимой скоростью, и только его усиленная, монструозная Сила позволяла ему не сорваться.
Навык «То, что таится внутри» достиг 43 уровня!
Навык «То, что таится внутри» достиг 44 уровня!
Запас Маны таял всё быстрее и быстрее. Феликс стиснул зубы и пошел на просчитанный риск.
— Власть Веллус!
Вспышка кинетической молнии подбросила Феликса достаточно высоко, чтобы он коснулся тела самого Короля Опустошителей. Сжигая изрядную часть плотной эссенции внутри себя, он едва зацепился когтями за шкуру, чтобы взобраться на спину. Втиснувшись между двумя огромными чешуйками, Феликс получил возможность перевести дух, когда подъем твари начал выравниваться.
— Прожорливое Око!
Имя: Король Опустошителей.
Тип: Изначальный.
Уровень: 1.
Здоровье:??/??
Выносливость:??/??
Мана:??/??
Описание: Новорожденный Изначальный, возникший благодаря вмешательству темной силы и пагубного Намерения. Несет на себе клеймо Бесконечной Пасти, хотя и не является тем же существом.
Сила: Требуется больше данных.
Слабость: Требуется больше данных.
«Изначальный 1-го уровня? Великолепно. Просто блеск». — Феликс уперся рукой в чешую перед собой, всё еще боясь свалиться. С такого расстояния он видел лабиринт желто-красных массивов, усеивавших Короля, мешанину сигилов, которые раз за разом пытались затопить его разум агрессией и ненавистью. Напрягая Волю, Феликс подавил эти импульсы и осторожно выглянул за край. «Может, это и значит, что он слабее Пасти, но у него всё равно пятизначное число в графе Здоровья».
Домен остался далеко внизу, так далеко, что он почти видел место их старта. Они находились у верхней границы Домена, и казалось, будто они смотрят в совершенно другой мир. Или в другую часть Континента. Домен не просто заканчивался, а, казалось, тянулся бесконечно.
И всё же, в пределах того, что он считал Доменом, всё превратилось в пыль. Или, возможно, в пепел. Просто груды обесцвеченных частиц, лишенных жизни или Маны. Феликс побледнел и вцепился в чешую под собой.
«Сработай. Пожалуйста, сработай».
Крылья размером с небольшие пруды с громоподобным треском распахнулись, и зверь рванулся вверх. Феликс, застигнутый врасплох, едва успел удержаться, чтобы не впечататься лицом в твердую, как железо, чешую.
— Сосуд, ты пришел за Ней?
Голос был огромен и вибрировал в каждой клеточке его тела, соприкасавшейся с новым Изначальным. Феликс поднял взгляд и обнаружил, что Король Опустошителей каким-то образом выгнул спину и смотрит на него. Он вывернул шею еще сильнее, развернув ее полностью, и уставил на него огромный сине-зеленый глаз. Морда была ящероподобной и угловатой, с массивными клыками и гребнем из толстой жесткой чешуи на лбу и шее.
Это был чертов дракон.
— Простите, что? — Крикнул Феликс, перекрывая ветер.
— Если ты пришел за Матерью, ты опоздал. Теперь Она с Нами, — Король Опустошителей моргнул половиной своих лишенных зрачков сфер, ржаво-красная плоть разгладилась, а затем снова собралась складками. — Мы Едины.
— Отлично! — Заорал Феликс, пытаясь выиграть время. — Это просто, э-э, замечательно! Я очень рад за вас обоих!
— Мы чувствовали твои шаги в Нашем Домене, Сосуд, — произнес Король, и остальное его тело повернулось, чтобы не выпускать Феликса из виду. — Хоть Мы и спали глубоко, Нам снились чудесные вещи за пределами Нашего царства. Одной из них была частица Матери, величайшая из частиц, что подходила всё ближе и ближе к Нам. Домой.
Феликс содрогнулся и использовал это движение, чтобы незаметно переставить руки.
Навык «Обман» достиг 22 уровня!
— Мы благодарим тебя, Сосуд, за то, что ты нес Ее. Ты сослужил Нам великую службу. — Чешуя дракона засияла желтым светом в зазорах. — Вместе Мы стали чем-то большим, чем когда-либо были порознь. Теперь, когда Мы вырвемся из этого мира, Мы покажем Нашему Отцу Нашу истинную ценность.
«Где же ты?», – Чувства Феликса прощупывали Короля Опустошителей, пока тот говорил с ним, несомые потоками сине-белого массива, который он развернул ранее. Поисковая Матрица – так их называли, относительно простой массив, предназначенный для поиска определенных объектов. Она проникала глубоко внутрь, исследуя недра Тела исполинского дракона. Он лишь надеялся, что это сработает.
Внутри Опустошителя что-то шевельнулось, и с приливом страха и надежды он ощутил нечто до боли знакомое.
— Не хочешь ли и ты присоединиться к Нам, Сосуд? — Спросил Король Опустошителей. — Твои услуги не могут остаться неоцененными Нами. Ты можешь влиться в Наше великое существо и выжить, чтобы увидеть, как Мы восстановим должный порядок в твоем мире. Ты не заслуживаешь участи жалкой добычи.
— Добычи? — Спросил Феликс, отнюдь не из праздного любопытства. — Кого ты считаешь добычей?
— Всех, Сосуд. Всех.
Феликс побледнел и глянул через бок Опустошителя.
— Да, — пророкотал тот, словно довольная голодная гора. — Их тоже. Первых из многих, благодаря моему Отцу. И тебе.
«Чудесно». — Феликс сглотнул, а затем поморщился, почувствовав резкий рывок в своем Духе, словно рыба на крючке. Поисковая Матрица послала ответную вибрацию, отозвавшуюся в его чувствах визгом, когда некое присутствие вцепилось в нее.
«Ничего не выйдет… Феликс Неварр», – прошептал ему знакомый голос. Он звучал тонко и слабо, как у женщины, заблудившейся в пустыне. «Он… разорвал меня на куски… и почти… поглотил. Тебе не вырвать зубы этому зверю… не… в одиночку. Позволь мне помочь тебе».
Он чувствовал, как Воля Пасти противостоит его собственной, как ее коварный Разум пытается зарыться в него, словно жук. Все его страхи, гнев, ненависть хлынули на передний план, раздутые ее прикосновением. Феликс подавил все эти эмоции, отсекая влияние Пасти, словно обрубая конечность. Он почувствовал, как она взвыла от боли.
«Я не верю твоей помощи», – прошипел Феликс. «И нуждаюсь в ней еще меньше».
Не теряя ни секунды, Феликс почувствовал, как Пасть потянулась вдоль его конструкта – острое, зубастое копье, нацеленное в его ядро. Из всех покушений на него это было, безусловно, самым слабым и медленным. Феликс остановил этот выпад одной лишь Волей, и массив начал схлопываться вокруг остатков Разума Пасти.
— Ненасытная Десятина!
Красный свет, настолько густой, что напоминал жидкую кровь, просочился между чешуйками Опустошителя. Он ударил прямо в Феликса, прошел сквозь его ядро и влился в потрескивающее пламя. Сила вспыхнула и разгорелась, свет стал мучительно ярким. Феликс ахнул.
Вы поглотили Разум Бесконечной Пасти.
Прогресс Родословной: 100%
Ожидайте.