Глава 18.0
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ.
Молнии били с небес, раз за разом ударяя в крыши и вдребезги разнося глиняную черепицу, но окутанный покровом Присягнувший уклонялся от каждой. Разряды были мощными, но и в подметки не годились тому, что уничтожил его укрытие.
«У этого монстра есть власть и над Грозовым Оберегом? Как?», – Михаил скользил по черепице: маслянистая пленка маны на сапогах позволяла ему двигаться словно по льду. Очередной росчерк молнии вонзился в крышу, но нашел лишь пустой камень. — «Реллест, ублюдок! Ты мне не всё договорил!»
Влияние Сородичей в Акестрии было призрачным, но Михаила наняли несколько нервных, вечно заламывающих руки дворян. Задача была проста: выследить и убить того, кого Автарх выберет Канцлером. Весь фокус заключался в том, чтобы успеть до того, как кандидат будет наделен Властью. Никто не знал, какой силой обладает Автарх, было лишь известно, что он каким-то образом одолел Грандмастера и захватил Территорию. Скорее всего, с помощью какой-то хитрости, а не силы.
Не он уничтожил Побуждение и весь Совет Магистров. Судя по сведениям, что собрал Михаил, Автарха тогда вообще не было поблизости. И все же, если Михаил ударит слишком поздно, когда Канцлер уже вступит в права, успех не гарантирован. Защита Власти, особенно здесь, где несомненно находится Престол, испоганит всё дело.
Его решением стал отравленный клинок, нанесенный из теней. Автарх, при всей своей хваленой мощи, не сумел разглядеть его сквозь Покров, так что слежка за ним оказалась делом нехитрым. А затем он привел Михаила прямиком к будущему Канцлеру. Все складывалось идеально. Бросок был точным и сильным – он должен был проскользнуть мимо внимания Автарха и пробить горло этого иттина насквозь.
Михаил зашипел от боли, когда очередная молния задела его. Он откатился от места взрыва, а за ним потянулись обрывки искаженного Покрова. — «Задница Йеро!», — Разряд обуглил внешнюю сторону левого предплечья. — «Проклятая буря!»
То, что Автарх остановил клинок Михаила, это одно, но затем он и его мерзкая маленькая химера выследили и поймали его Манекен? Вот это уже тревожило. Пришлось взорвать его раньше времени, но даже этого не хватило, чтобы ранить человека. Но это? Принятая Власть и управление штормом в тот самый момент, когда он ловит стрелы Михаила Ранга Магистра? Этот человек был силен. Могуществен.
Поэтому Михаил бежал.
Огромный лук в руках тянул его вниз, несмотря на Тело Ранга Магистра, но Присягнувший не желал бросать оружие. На бегу он прицелился, вливая Ману через ладони в лук: на тетиве сформировалась стрела из тени и яда. Он выстрелил, но не стал проверять, попал ли. Прицел был безупречен… истинной проблемой были защитные способности Автарха.
— Отстань от меня! — Михаил махнул рукой на пламя над головой, но лишь обжегся. Огонь отказывался гаснуть, следуя за ним по пятам, словно верный лютый пес, выдавая его местоположение всем и каждому. У Михаила, как у одного из Присягнувших, было немало способов избежать подобной магии выслеживания, но ни один из них не был приятным или легким в исполнении. Он послал импульс Воли и Намерения по своим активным Навыкам. — «Прочь с крыши. В атаку на цель!»
Михаил почувствовал, как Манекены пришли в движение, выпустив последний залп в иттина-шамана, прежде чем половина из них спрыгнула вниз, в хаос толпы. Молнии преследовали их всех, но Михаил не мог беспокоиться об их сохранности. Замена обойдется дорого и займет время, но сейчас ему нужно было отвлечь внимание. Он…
Цепь хлестнула наперерез, взметнувшись прямо перед лицом Присягнувшего. Михаил нырнул и извернулся, уходя в кувырок в воздухе и одновременно вскидывая лук. Он выстрелил, но серебряный топор отразил сотворенную стрелу в ближайшую трубу, которая взорвалась и рухнула от удара.
— Черт, а в этой темноте скрываются нехилые мускулы, а? — Грубый голос донесся из-под массивных доспехов с причудливым вытянутым шлемом. — Чуть топор из рук не вырвал.
— Следи за ним, Харн, — отозвалась вторая фигура, лениво покручивая цепь в руке. Она выглядела гибкой – из тех, кого Михаил обычно старался обходить стороной; его набор способностей лучше всего работал против медлительных врагов. Вот только… одна из них едва переступила порог Ранга Адепта, а второй и вовсе был «свежеиспеченным». Михаил практически чуял запах Настоя Эссенции в его дыхании.
— Вы думаете, вас двоих достаточно? — Спросил Михаил, позволяя Покрову исказить звуковые волны. Голос вышел настолько густым и глубоким, что заставил подпрыгнуть мелкие камни на крыше. Он отбросил свой лук. — Я – Высший Адепт. Вы не сможете мне навредить.
Присягнувший не стал ждать ответа и сорвался с места. Его клинок, Шёпот, прыгнул в руку и полоснул воздух как раз вовремя, чтобы встретить волну серебряного огня от бронированного громилы. Михаил рванулся сквозь них, Шёпот кромсал пламя в клочья, а затем встретил воина мощным ударом колена. Удар пришелся в грудь и опрокинул воина на спину, оставив того беззащитным перед вихрем уколов Шёпота.
ЛЯЗГ!
Клинок встретил цепь – нет, щит, сплетенный из цепей. Восприятие горело, Михаил отпрянул назад в тот самый миг, когда щит взорвался веером клинковых отростков… но увернуться от всех не успел. Два зацепились за его меч и руку, запутавшись в Покрове и впиваясь в лакированную броню.
— Но-но, — сказала девчонка, погрозив ему пальцем. — Сначала мы потанцуем, ладно?
— Хорошо, дитя. — Михаил выплюнул эти слова и заставил Покров вспыхнуть. Нити теневой Маны сгустились и стали скользкими, раздвигая зазубренные звенья и освобождая руку и клинок. Цепи метнулись назад, возвращаясь к парящему щиту. — Ты умрешь первой.
«Мрачная Транспозиция!»
Под их ногами из черепицы просочились тени, наползая друг на друга, пока не сформировали подобие человека. Манекен. Целых три, каждый ростом с Присягнувшего и обладающий значительной долей его характеристик. Он оскалился, хотя будущие трупы перед ним не могли этого видеть. Он всегда обожал этот момент. — Разберитесь с громилой. Девчонка на мне.
Биф ударом ноги проломил грудную клетку Паладина, наслаждаясь хрустом и грохотом доспехов о землю. — Выкуси, задрот!
[Вы убили Паладина Беспутного!]
[Получен опыт!]
«Круто. Еще парочка, и я снова подниму уровень». — Биф окинул взглядом поле боя – задача несложная при его двухметровом росте – но видел лишь хаос. Около сорока Паладинов выстроились на площади, держа щиты, сияющие золотым светом, и длинные копья из закаленного света. Их окружили члены Когтя в черных плащах и несколько воинов-иттинов в синем, завязалась общая свалка. Магия вспыхивала и взрывалась, вспыхивали Навыки Выносливости, звенело оружие. А в это время знать и простолюдины жались к краям площади, молясь, чтобы их не пришибло случайным Навыком.
«Черт. Надо завязывать. Нельзя, чтобы они пострадали из-за этих придурков». — Биф покрепче перехватил свой огромный молот и крутанул им. Некротический, иссиня-черный зеленый свет вспыхнул, когда он впечатал еще одного Паладина в камни мостовой. — Думал, я тебя не вижу, да? — Бросил Биф барахтающемуся фанатику, проходя мимо. — У меня глаза на затылке… на спине. Хэллоу!
Целый рой бритвенно-острых кристаллических дротиков вылетел из его поясницы, располосовав Паладину лицо и шею.
[Ваш гомункул убил Паладина Беспутного!]
[Получен опыт!]
— Ого, метко, — сказал он через плечо. Странная каменистая форма Хэллоу плотно прижалась к животу Бифа, а затем отделилась с тяжелым толчком. — Уф, ну ты и тяжелая.
— Я сделана из камня и кристалла, Майкл, — отозвался женский голос Хэллоу, когда она приземлилась. — Берегись. Простые люди в опасности.
— Что? О черт!
Впереди два Паладина Ранга Адепта обрушили на толпу потоки сверкающего огня. Биф бросился вперед, расталкивая по пути парочку несчастных дворян, и на ходу черпал остатки своей Маны. — Хитиновая Конструкция!
Щит из инсектоидной брони возник из ниоткуда, достаточно большой, чтобы закрыть всё Тело Бифа, и он подставил его под пламя. Битва принимала другой оборот, и Паладины попытались отступить.
— Руак ту фалла! — Взревел громовой голос, и Биф рассмеялся. — Воины! Щиты!
Шесть ледяных великанов, каждый вдвое выше него, вышли из схватки и вонзили огромные черные щиты на пути Паладинов-Адептов. Ледяная Мана вздулась и с треском побежала по земле в сторону фанатиков Беспутного. Их пламя захлебнулось, и несколько человек вскрикнули от внезапной боли обморожения.
— Щиты из кости левиафана? — Спросил Биф у ближайшего великана. — Впечатляет!
— Сделаны самим Командором Харном, — ответил великан и обнажил огромный боевой молот из кости.
— Ох, как же это круто, — пробормотал Биф. Он не завидовал. В конце концов, он и сам мог мастерить вещи. — Устроим им жару!
— Вперед! — Выкрикнул другой великан-воин, и они двинулись как один.
Стена огня и копья света обрушились на их строй, но великаны выстояли. Биф оглянулся и заметил, что сотни простолюдинов и дворян хлынули в их тень, укрываясь в безопасной зоне за щитами. У многих глаза расширились от ужаса, лишь немногие были ранены, но они притягивали взгляд Бифа как магнит. — Хэллоу?
— Да, Майкл?
— Я хочу, чтобы ты попробовала ту штуку с обстрелом. — Очередной взрыв огня заставил его крякнуть и пошатнуться, вся линия щитов слегка прогнулась. — Сейчас, пожалуйста!
— Разумеется. — Его подруга-дух покатилась вперед, превращаясь в сегментированный шар из грубого камня и гладкого кристалла, достаточно маленький, чтобы проскочить между щитами. Она выскочила с той стороны. — Начинаю огонь. Силикатный Обстрел.
Раздались крики, за которыми последовало внезапное ослабление атак. Перед глазами Бифа всплыло окно уведомления.
[Ваш гомункул убил Паладина Беспутного (х12)!]
[Получен опыт!]
[Ваш гомункул получил 3 уровня!]
[+21 Стойкость]
[+15 Сила]
[+12 Живучесть]
— О, мне это нравится! — Радостно закричал Биф и всем весом навалился на щит, идя в наступление. Великаны поддержали рывок. — Размажь их!
— Ха! — Михаил раздраженно выдохнул. — А ты быстрая, девчонка.
— Это ты просто медленный, — огрызнулась она, хотя ее лицо превратилось в месиво из порезов и крови. Девчонка и так показала на что способна, но теперь она хромала и баюкала как минимум два Сломанных Ребра. Он стоял, оценивая ситуацию, пока она продолжала атаку очередным залпом ледяных цепей. Те попытались зацепиться за его Покров, но безуспешно. — Тьфу. Твой плащ – это читерство, ассасин.
— Тактическое преимущество, дитя. — Михаил смазался в движении, его гибкий клинок обогнул щит из цепей. Тот снова попытался схватить его, но он уже выучил тайминг. Присягнувший выдал последний рывок скорости и почувствовал, как Шёпот вошел в плоть. Он провернул меч.
— А-а! — Вскрикнула она и упала.
На другом конце крыши его Манекены навалились на бронированного воина, прижимая его руки к земле, несмотря на сияние серебряного пламени. — Иви! — Закричал тот.
— О себе беспокойся, — прошипел Михаил через ближайшего к воину Манекена, и в руке того материализовался Шёпот. Он нанес удар, пробивая дыру в доспехах. Вести два боя одновременно было непросто, но вполне возможно. Он замахнулся для последнего удара…
— Ра-а! — Вскрикнул Присягнувший, когда осколок льда вонзился ему в лицо. Он не мог пробить кожу, даже синяка не оставил, но пронизывающего холода хватило, чтобы сбить концентрацию. — Ах ты, настырный младенец!
— Снизошествие Звериного Варвара! Испепеляющее Разорение! — Бронированный воин внезапно вспыхнул новой мощью, вырываясь из ослабшей хватки отвлеченных Манекенов. В считанные секунды один из них был разрублен пополам сияющим серебряным топором, а другой лишился руки.
— Похоже, ты сдаешь позиции, ассасин, — сказала девчонка из-за не одного, а сразу трех парящих щитов. Она едва стояла на ногах, но ее основное оружие кружило в воздухе над ней, словно жало, готовое к удару. — Я думала, ты почти Ранга Магистра?
— Ладно. Никто из вас не был моей целью, и я с вами миндальничал. С меня хватит. Я покажу вам, что такое бо… — Речь Михаила оборвалась, когда его взгляд приковало к небу. Там, где грозовые тучи сошлись в пугающем танце, появилось нечто новое и ужасающее.
Гигантская волна размером и массой едва ли не с целый город вздыбилась к небесам. Она поднималась всё выше и выше, пока, казалось, не коснулась облаков, порождая в своей толще неистовую бурю молний. Сердце Михаила сжали тиски неверия… и ужаса. Волна замерла, частично свернувшись гребнем, словно угроза. Смертоносное обещание.
— Сложите оружие.
Слова сотрясли воздух, заставив его дрожать и разогнав даже непрекращающийся дождь. Всё стихло. Присягнувший оторвал взгляд от надвигающейся катастрофы и посмотрел на двери Храма. Там стоял Автарх с поднятой рукой; в ней он держал скипетр, сияющий лентами Маны, словно он поймал солнце и удерживал его в ладони.
«Это не Власть», – подумал он. Его разум отказывался осознавать масштаб демонстрируемой Маны. Чтобы управлять таким объемом воды, потребовались бы ресурсы целых Территорий! — «Что это? Что это такое!»
— Сложите оружие, — повторил он. Его лицо было спокойным, но глаза горели ярче артефакта в руках. От этих слов посыпалась пыль и крошка со стропил и арок, а те, кто был послабее, рухнули на колени. Дух человека вторил его словам, и даже Михаил почувствовал, как слабеют ноги. — Я обладаю Властью над этой Территорией, и она абсолютна. Сдавайтесь, или всё закончится прямо сейчас. Мне, знаете ли, не обязательно владеть двумя Территориями.
«Он блефует», – решил Михаил. — «Должен блефовать. Он бы никогда…»
Щелчок.
В груди Присягнувшего разверзлась холодная пустота, когда он почувствовал на шее не менее холодный металл ошейника-элизии. Он ахнул, содрогаясь всем телом: его внутреннее пространство восстало против оков, а Аспекты отпрянули от мерзких знаков на ошейнике. Разум и Тело дрогнули, и на этот раз он действительно упал на колени. — «Нет!»
— Баиньки, козел, — прорычала девчонка, прежде чем ее тяжелый щит-цепь врезался ему в лицо.
Бой прекратился, но Феликс был чертовски зол.
В его руке Скипетр Приливов гудел, как его старый седан, когда он выжимал из него больше девяноста миль в час. Он раскалился от напряжения, удерживая массивную волну, и сам Феликс чувствовал себя опустошенным. Потребовалась каждая крупица его Маны, чтобы сотворить эту махину, и, к счастью, Скипетр сработал как мощнейший фокус, усилив эффект, иначе угроза бы просто не подействовала.
Паладины были окружены, многие из них погибли, но не все. Над площадью, на крышах, Харн подал ему знак рукой, подтверждая, что Присягнувший тоже схвачен. Феликс так и думал, ведь странные теневые двойники ассасина лопнули за несколько секунд до этого. Они победили.
Но когда взгляд Феликса скользнул по площади, когда он заметил тела невинных прохожих, в груди вспыхнула ярость. Кровь всё еще капала с его когтей, когда он сменил позу и перевел пылающий взор на выживших дворян и простолюдинов. Он чувствовал, как в их Духах эхом отдается ужас, но Феликсу было плевать. Скипетр погас, и волна отступила… но не из их памяти, на что он надеялся. Дворяне смотрели то на Феликса, то на небо с одинаковым ужасом.
Он поднял руки, призывая к тишине, и она обрушилась на площадь, как топор палача. Кто-то всхлипнул.
— Я отношусь к покушениям на жизни моих людей со всей серьезностью, — произнес он в тишине. Дождь возобновился, и его мягкий шелест стал единственным звуком. — Я не позволю угрозе существовать. Я могу догадываться «почему», могу догадываться «кто», но мне это не нужно. Потому что я всё выясню. И все виновные узнают, что на свете есть много вещей гораздо хуже смерти.
Феликс жестом велел открыть двери Храма. Зара в сопровождении кольца гвардейцев-иттинов вывела шамана к Феликсу. Все были на взводе, шаман – больше всех. — Своей Властью я назначаю тебя Канцлером и дарую тебе поместье бывшего Грандмастера Кел'лива. Ты принимаешь это?
— Я… я принимаю, мой Лорд.
Перед глазами Феликса всплыло уведомление, подтверждающее выбор; он принял его и продолжил. Толпа замерла.
— Я дарую тебе право использовать эти артефакты, Облачение королевского рода Акестрии – дар, который ты сам преподнес мне. Корону Моря и Камня, которая даст тебе великую Власть над этой Территорией от моего имени. — Он возложил корону из переплетенных кораллов и кристаллов воды на голову Клзикса и увидел, как медные глаза иттина вспыхнули от внезапного осознания.
Феликс достал из поясной сумки кристальную сферу и тоже протянул ее. — Я даю тебе Сферу Изобилия, чтобы укрепить твою Власть над тем, что обитает в глубинах твоей Территории. И я даю тебе Скипетр Приливов. — На этот раз толпа ахнула, как Феликс и ожидал. Артефакт, который только что повелевал горной волной, грозившей стереть город с лица земли, был передан другому. Вот так просто. — С ним сами моря будут в твоем подчинении.
— Благодарю вас, мой Лорд. Я буду охранять эти сокровища ценой своей жизни, — произнес его новый Канцлер.
— Ты будешь ими пользоваться, — поправил Феликс, стараясь, чтобы его слова услышал каждый. Воздух снова задрожал от силы его голоса, хотя он и не переходил на крик. — Как Канцлер, ты будешь использовать эти артефакты, чтобы беречь эту Территорию. Для всех.
— Да, мой Лорд, — сказал Клзикс и опустился на одно колено, как это начали делать его солдаты.
Феликс улыбнулся, но улыбка вышла натянутой. — Встань и повернись к ним, — наставил он шамана, прежде чем в последний раз обратиться к толпе. С Клзиксом по правую руку он окинул их всех взглядом. Простолюдины замерли в осторожном восторге, в то время как дворяне смотрели на него с приклеенными улыбками и испариной на лбах. — Жители Акестрии! Приветствуйте вашего нового Канцлера, графа Клзикса, шамана иттинов и мою Десницу в Акестрии и во всех Левиафановых Глубинах!
Приветственные крики были не слишком дружными, но этого хватило. Феликс отпустил контроль над Грозовым Оберегом, и над городом прокатился оглушительный гром, а с небес хлынул ливень.