Глава 98.0
ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ВОСЕМЬ
Вызов начат!
Формовка Инея!
Лед устремился вверх, воздвигая перед Феликсом вал трехфутовой толщины… и Грандмастер проломил его насквозь.
— Тебе придется постараться получше! — Выкрикнул он, и из пасти серокожего мага хлынуло пламя. — Гори!
Конус огня вырвался из лица Грандмастера, заставив Феликса на скорости уходить с траектории. Его Тело Закалки содрогалось в хаотичных спазмах, дико толкая Феликса головой вперед прямо сквозь огонь. Было больно: пламя пожирало и без того истерзанное Одеяние, обугливая кожу и мышцы до самых костей, но он не останавливался. Остановиться значило умереть.
Перенасыщенные энергией огненные стрелы летели следом, с воем рассекая воздух и детонируя в считаных дюймах за спиной безумно несущегося Феликса. Его Ловкость была высока, но преимущество в Титулах, Навыках и Характеристиках оставалось за магом. Удары ногами, джебы и жестокие выпады коленями так и сыпались от Грандмастера, и каждый следующий проходил всё ближе и ближе.
Феликс воздвигал ледяные барьеры, черпая собственную Ману, но призывать лед перед лицом пышущего жаром Грандмастера было неблагодарным делом. Даже несмотря на водную Ману, исходящую от кристаллов вокруг, это напоминало попытку пить густую глину через соломинку; за глазами Феликса стремительно разрасталась острая головная боль. В мага летели шипы и кружащиеся сети, но тот лишь ускорялся, прорываясь сквозь них без оглядки на собственное Тело.
— Ты не сможешь бегать вечно! — Проревел Кел'лив и нанес рубящий удар ребром ладони. Феликс вскрикнул, сбитый с ног последовавшим взрывом. Он кувыркнулся вперед, уходя в перекат и призывая вращающийся клинок изо льда.
Формовка Инея!
Клинок вращался вместе с ним, волочась по земле, пока не взметнулся вверх прямо на пути Грандмастера. Он был достаточно прочным, чтобы те две секунды, что маг потратил на его разрушение, дали Феликсу время подняться. Спина была обуглена и окровавлена, но раны понемногу затягивались. Это не шло ни в какое сравнение с тем уроном, который этот парень наносил ему раньше даже скользящим ударом. — Ты действительно слабее, — сказал Феликс. Он метнул взгляд на бронзовый меч в другом конце зала, прежде чем снова уставиться на мага. — Без мощи Первородного… что сталось с Высшим Пламенем?
Кел'лив оскалился:
— Беспокойся лучше о собственной шкуре, Автарх. Если ты падешь здесь, вся твоя Территория станет моей… и я с наслаждением разрушу всё, что ты создал, мальчишка.
Неумолимая Решимость!
Непреклонный Диссонанс!
Мантия Бесконечного Вращения!
Молния ударила вовне, столкнув Феликса с Грандмастером быстрее, чем кто-либо успел бы моргнуть. В тот же миг его Мана взметнулась и закружилась, расходясь широким и быстрым вихрем, пока воздух превращался в ледяной шторм. Лед с треском нарастал в мгновение ока, заставив Кел'лива широко распахнуть глаза от удивления.
Формовка Инея!
Дикая Тренодия!
Разъедающий Удар!
Сотворенный ледяной кулак рванулся вверх, сковывая руки Грандмастера как раз в тот момент, когда Феликс влетел в него ногой вперед.
Удар разбросал лед, камни и трупы во все стороны. Две тысячи четыреста единиц Силы обрушились прямо в грудь Грандмастера, усиленные льдом и кислотой, и серого мага отшвырнуло назад, на задницу, в ореоле брызнувшей крови.
Феликс тоже рухнул, что стало следствием неистовствующих энергий в его груди. Он один раз содрогнулся в конвульсии, прежде чем заставить себя подняться на ноющие ноги. Его Тело всё еще формировалось, а благодаря Владыке Плоти раны затягивались всё быстрее и быстрее. Он был почти уверен, что сломал ногу в нескольких местах этим ударом, но к тому времени, как он набрал воздуха, чтобы встать, кости уже срослись. Разорванная кожа дрожала и пульсировала, кости уплотнялись и переплетались крепче прежнего. Его Тело менялось, перековываясь в нечто более сильное, пока Эссенция принуждала его к Закалке.
Вот только этот процесс пожирал его запасы Эссенции, не оставляя ничего для активации чешуи или когтей. Он забрал уйму очищенной Эссенции у Первородного… но куда больше было отдано Питу и друзьям. Это решение теперь выходило ему боком. К счастью, он был окружен дымящимися трупами нежити.
Хтоническая Дань!
Феликс надавил на Навык, заставляя его активироваться, пока Грандмастер был дезориентирован, но едва сумел поглотить хоть искру Эссенции. Его Голод снова ответил отказом – это чувство было сродни раскаленной кочерге, вонзенной в нутро, – и Владыка Плоти тоже не мог до них дотянуться. В конце концов, проклятие плоти было снято, когда он разорвал Первородного.
«Работай, черт тебя дери!»
«ЕЩЕ», – непостижимо требовал его Голод.
«Я же пытаюсь, идиот!» – Агония пронзила пространство его ядра, и темная бездна превратилась в сплошную стену из судорожно сжимающихся зубьев.
Вспышка боли отвлекла его на роковое мгновение, и Грандмастер нанес удар точно в лицо. Перегретый воздух и взрыв огня пришлись прямо в череп, впечатав Феликса в землю и потащив волоком, словно плоский камешек по поверхности озера.
Прежде чем он успел врезаться в дальнюю стену, Грандмастер уже был там; пылающие руки вцепились Феликсу в загривок его Одеяния. — Ты сам навлек это на себя, Феликс. Помни об этом, пока будешь гореть.
Феликс закричал, когда мир окрасился пламенем. Его Одеяние обратилось в пепел, кожа трескалась и обугливалась, а окровавленная плоть вскипала под яростным натиском Грандмастера. Единственный сокрушительный удар в грудину отбросил Феликса назад, впечатав в стену из кристаллов. Кристаллы Маны треснули, но по большей части они лишь глубже впились в его обгоревшую плоть. Кел'лив остановился, чтобы сделать глубокий вдох… и потоки обжигающей Маны вокруг втянулись в него. Он засиял, когда энергия улеглась внутри, в точности как это делал Атар, и улыбнулся.
Дикая Тренодия!
Стрела Погибели!
— У тебя изрядный запас Маны, мальчик. — Кулаки Кел'лива вылетали лениво: одной рукой он небрежно отклонил атаку, а другой ударил Феликса в плечо. Феликс ахнул, мышцы рвались, а кости внутри него с треском лопались. — Глупец Атар так и не усвоил один фокус: Воспламенение Силы после достижения ранга Мастера означает, что ты больше не ограничен собственным запасом Маны.
Золотисто-лазурное сияние его Навыка дрогнуло и померкло, соскользнув с кулака и став отчетливо оранжевым. Энергия потянулась к сияющему Телу Грандмастера и впиталась в него. — М-м, да. Это весьма недурно. Теперь я заберу остальное.
Неумолимая Решимо…!
Прежде чем Феликс успел шевельнуться, Грандмастер обрушился на него. Град жестоких ударов впился в грудь и живот, ломая кости и превращая мышцы в кашу с невероятной силой. С запозданием Феликс пригнул голову и вскинул руки для блока, но кулаки мага вдребезги раздробили его предплечья. Кости лопались, кровь текла и закипала в огненном жару, и он не мог даже выдавить крик.
«Феликс!» – донесся голос Пита словно издалека. Здоровье Феликса падало всё ниже и ниже, регенерация не справлялась. Он не успевал исцеляться, а Грандмастер не останавливался.
Последний Клич Хтонического Воинства!
Последний Клич Хтонического Воинства достигает 2 уровня!
Энергия омыла тело Феликса; еще часть его Эссенции и огромный кусок Значимости исчезли. Его Здоровье и Выносливость взлетели до небес, восстановившись до максимума, пока каждая рана на теле бесследно исчезала.
Кел'лив помедлил, прищурившись:
— Навык исцеления, мальчик?
Феликс сглотнул, чувствуя, как Мана сворачивается кольцами в его каналах. — У каждого из нас есть свои фокусы.
Теневой Хлыст!
Непреклонный Диссонанс!
Черная тень и сине-белая молния хлестнули вперед, но Кел'лив поймал их обеих в сеть шипящего пламени. Их Мана была поглощена и вырвана из рук Феликса. — Фокусы бесполезны перед сокрушительной силой.
На этот раз ответный удар Грандмастера впечатал его на фут в кристаллическую стену. Кровь брызнула из горла Феликса, он почувствовал, как грудина и лопатки разлетаются вдребезги. Кристаллы Маны ломались и осыпались на них дождем, но маг не обращал на них внимания. Всё его ужасающее внимание было сосредоточено на убийстве Феликса, и частота его титанических, дробящих ударов достигла предела.
Мир Феликса превратился в боль.
Владыка Плоти пел внутри него, восстанавливая разорванные сосуды и восполняя кровь, которая текла реками из его груди, ног и уничтоженных рук. Но на каждую сросшуюся кость и приросшую мышцу приходился новый яростный удар, разрывающий их снова. И снова, пока не остались лишь жар, истерзанные нервные окончания и восстанавливающаяся плоть.
Владыка Плоти достигает 79 уровня!
Владыка Плоти достигает 80 уровня!
* * *
Биф открыл глаза, но всё вокруг плыло. Его Здоровье колебалось чуть выше нуля, но он был жив. Это было единственное, что имело значение.
«Хэллоу…?»
Ответа от подруги не последовало, и горло Бифа обожгло. Но времени на слезы не было. Нужно было вставать. Ноги не слушались, и только посмотрев вниз, Биф понял, что обе они раздроблены под трупом Голема Сумерек. Тварь медленно растворялась в воздухе, но он был в ловушке.
А Феликс был в беде.
Биф заглянул глубоко внутрь себя, зачерпнул пригоршню Маны и Выносливости и влил их в свой новейший Навык. «Это всё, что я могу, Феликс. Мне… мне жаль».
Сделав глубокий вдох, Биф открыл рот и закричал так громко, как только мог.
* * *
запутанное переплетение Гармонии и Диссонанса, пока Первородная Эссенция пропитывала их кольцевидные огни.
Владыка Плоти сиял и пульсировал, выкачивая живучесть в обмен на жизни врагов – власть над своей плотью… и своей душой. Эссенция Кардинального была здесь, затаившись внутри недавно Закаленного Навыка, и она резонировала с хаотичной песней его сердца. Неумолимая Решимость тоже вспыхнула – подавленная, вибрирующая ярость, что звенела подобно сонму огромных серебряных колоколов, и к ней быстро присоединился мерный, неумолимый ритм его Песни Абсолюта.
«Древняя Душа…»
«Стоять Крепко…»
«Превозмочь Конец…»
Эссенции бессмертной воли к битве, к борьбе. Они выли в хаосе боли, притягивая к себе и Диссонанс, и Гармонию. Каждый удар сердца и каждый вдох укрепляли их связь друг с другом, каждое мгновение резонанса проникало всё глубже и глубже в Тело, которое формировалось прямо в процессе умирания.
«Я!»
Обжигающий рубящий удар прошел сквозь локоть, пока только связки удерживали руку на месте.
«Не!»
Другой перебил бедренную кость, выжигая кусок плоти размером с обеденную тарелку.
«Остановлюсь!»
Удар за ударом, дробя ребра и превращая органы в труху.
Владыка Плоти достигает 81 уровня!
Неумолимая Решимость достигает 78 уровня!
Песнь Абсолюта достигает 87 уровня!
Он ломался, но плоть исцелялась. Его Формирование Тела бушевало, подпитываемое необычайной Силой Воли Феликса и дикой песней его Закаленных Эссенций. В этот миг он понял: Формирования Аспектов были не просто прокачкой Навыков и выбором редкой Эссенции для их Закалки – они были частицей Истины, эхом великого понимания, которое он выжигал в собственных костях. Его душа была Древней, вырванной у существа, что Превозмогло Конец самой смерти, и она взывала к его Телу: «Стоять Крепко».
Поток ослепительной системной энергии взревел в отдалении – цунами мощи, готовое обрушиться на ядра Феликса. Он принял его, приветствовал его, пока его плоть пересоздавалась. Удар за ударом, сокрушительный выпад за выпадом рвали кожу, мышцы и кости Феликса… но с каждым разом они срастались еще более крепкими. Мышцы становились плотнее, кости – толще, связки и суставы – более текучими и ловкими. Его внутренняя песнь неистовствовала, подпитываемая потоком Системы, и пламя ярости Грандмастера выжигало его прежнего, лишь чтобы явить нечто новое.
— Почему ты не дохнешь! — Взревел Кел'лив, обрушивая на плечо Феликса замок из двух рук. Кости заскрипели, мышцы разошлись, разбрызгивая еще больше крови по стенам. — Знай свое место! И! Пади!
— Отчаянная Провокация!
Крик прорезал зал, отозвавшись мощной вибрацией, которая дернула за края Силы Воли Феликса. Грандмастер, однако, был ослаблен сильнее, чем признавал – потому что внезапная Насмешка Бифа остановила его очередной замах в считаных дюймах от лица Феликса, прежде чем маг полностью развернулся.
— Биф! Нет! — Крикнул Феликс.
— Ты! Как ты смеешь вмешиваться! — Против своей воли Грандмастер метнулся через короткое расстояние; вращающийся хлыст из пламени и каменного крошева уже формировался в смертоносное орудие.
Неумолимая Решимость!
Непреклонный Диссонанс!
Феликс рванулся вперед, оставляя за собой шлейф из крови и ошметков плоти, пока песнь в его груди нарастала до яростного крещендо. Мощь закипела внутри него, взрываясь в пространстве ядра, прежде чем хлынуть через всё Тело. Молния затрещала, гром взревел, и рука Феликса сомкнулась на локте Грандмастера.
И остановила атаку мага намертво. Кел'лив вскрикнул от возмущенного удивления и встретил стремительный кулак Феликса.
Поздравляем!
Вы завершили Закалку своего Тела!
Вы сформировали: Тело Хтонического Восхождения!
+75 УКЛ.
+100 МЩЬ.
+75 ЖИВ.
+75 СИЛ.
+200 ЛОВ.
+100 ЛОВ.
Грандмастер попятился, его лицо было окровавлено, а огненная Мана вокруг него давала сбои. Он в неверии поднес руку к сломанному носу, почти забыв о Бифе. — Ты был… ты был сломлен. Я сломал тебя!
Феликс выпрямился и понял, что смотрит на серокожего мага сверху вниз. Он был покрыт кровью и клочьями сброшенной плоти, но чувствовал себя… потрясающе. Одним усилием Навыка была поглощена часть оставшейся Эссенции, и его кожа пошла рябью, превращаясь в твердую как алмаз чешую цвета полуночи. Из кончиков пальцев вырвались когти, а на коленях и локтях прорезались острые шипы. Он оскалился на мага:
— Ты пытался.
— Р-Р-А-А! — Кел'лив закричал и снова превратился в комету. Он ударил кулаком прямо в живот Феликса… и застыл как вкопанный.
— Хм, — произнес Феликс. — Почти не больно.
Прежде чем маг успел среагировать, Феликс полоснул когтями вверх по лицу Грандмастера. Кровь дугой брызнула в воздух, и мужчина, вскрикнув от боли, пошатнулся назад: три следа от когтей прочертили его щеку и лоб, ослепив перед мощным последующим ударом Феликса. Пинок пришелся с оглушительным грохотом; сама сила его Силы смела пыль и обломки вокруг них идеальным кругом. Кел'лива отшвырнуло на сорок футов назад, он перекувыркнулся в воздухе и приземлился так тяжело, что трупы Паладинов разлетелись во все стороны.
Феликс в недоумении уставился на свою ногу, а затем на руки. Помимо странного ощущения новых пропорций, он чувствовал себя невероятно, словно мог бежать неделями напролет или поднять Гору на голову. Что еще важнее, другая его часть чувствовала себя совершенно обновленной, и его Аспекты работали в унисон. Искусные Разум, Дух и Тело двигались как одно целое, пока формировался план. «Этот парень уже поднимается, и я не могу рассчитывать, что удивлю его снова». Он сглотнул, пока Разум обдумывал отчаянную затею. «Нужно попробовать».
Неумолимая Решимость!
Возросшая Ловкость позволила Феликсу рвануться вперед быстрее, чем когда-либо. Смазанной тенью он метнулся обратно к огромному мечу, к куче разбросанных зелий у его основания. На мгновение он почувствовал покалывающий зов от самого меча, побуждение схватить его… но проигнорировал. Вместо этого он подхватил крупный кристалл Маны, выпавший из седельной сумки Пита – тот самый, что он подобрал в Лабиринтах Путей. Это был самый большой кусок, который он видел, и у него было больше всего шансов сработать.
— Давай, Сродство, покажи, на что способно, — пробормотал он.
Смутно Феликс ощущал связь этого кристалла с другими ему подобными. На грани восприятия гудела частота, которая, как он чувствовал, уходила далеко в пустыню. Не просто туда, где он нашел эту вещь, а дальше. Не в одно место, а в сотни, тысячи. Поле вибрирующего света выгнулось дугой от его маленького кристалла – тонкие нити связи были столь многочисленны, что горизонт на мгновение окрасился синим. Феликс знал, чувствовал по тяге кристалла в руке, что их миллионы, даже миллиарды – всё это было порождением единого процесса, начавшегося Эпохи назад.
Грандмастер уже был на ногах, и жар его гнева заполнил зал. — Неварр! Сегодня ты умрешь!
«Была не была». Он сжал кристалл так сильно, что тот заскрипел. Хтоническая Дань!
Его Голод взревел, внезапно полностью готовый снова поглощать. «КОРМИ МЕНЯ!»
«Заткнись и слушай!» – Феликс обрушил свое Намерение и Силу Воли на тварь в своей бездне, загоняя ее в рамки того, что ему было нужно. «Слушай!»
В тот миг, когда его Тело сформировалось, Феликс понял: всё, что было нужно его Голоду, – это чтобы Тело догнало его, стало достаточно сильным, чтобы снова вместить этот ненасытный аппетит. Он достиг предела, но теперь планка была сдвинута, и он заставил свой Голод сосредоточиться на связях между кристаллами. «Там! Прямо там! Тяни!»
Он тоже изо всех сил потянул за эти связи, приложив свои усилия к усилиям Первородного Голода. Резонанс между кристаллами усилился, вибрируя до тех пор, пока зал вокруг них не начал стонать под его тяжестью, но одной Хтонической Дани было недостаточно.
Единение Потерянных!
Время замедлилось, рывок Грандмастера едва начался, но Феликс не мог этим насладиться. Каждая частица его внимания была внезапно захвачена Навыком.
Вся Значимость, которую он отобрал у Первородного Иссушающей Пыли, сорвалась с ветвей его Божественного Древа вниз, к перемалывающему прессу его двойных ядер. Она закружилась в них, прежде чем выплеснуться в Единение Потерянных. Погребальная песнь зазвучала в вихревых узорах навыка – песнь, что прорезала и дополнила хаотичную мелодию его ядра, прежде чем хлынуть по каналам Феликса и вырваться из его ладоней.
Феликс сосредоточился, обволакивая энергиями кристалл Маны в руке, пока одухотворенная мелодия продолжала пульсировать. Он давил, его Намерение придавало энергии направление, пока та не нашла связи кристалла. Затем она устремилась вовне, стремительно расширяясь и расходуя Значимость. Вокруг него стены отозвались этой песнью, окрашивая воздух в синий, пока скорбный, призрачный зов содрогал всё сущее.
«Это…» – Феликс осекся, когда мимо проплыла огромная тень. Размером с небоскреб, но по форме напоминающая змеевидного кита с массивными плавниками и неровным шипастым гребнем. Он узнал его по частям, хотя раньше видел только кости – это был левиафан. Феликс в благоговении уставился на то, как еще двое проплыли следом, быстрее любой машины, которую он когда-либо видел.
Вокруг него была вода. Океан, полный существ, больших и малых, а зал, в котором он находился, бесследно исчез.
«Воспоминание? Первородного?»
Снизу Феликса окутал рой пузырьков, а мощное течение ударило в тело, пока он парил в толще воды. Глубоко внизу, в темных безднах, находилось существо со множеством конечностей и яркими, горящими искрами пламени вокруг многочисленных ладоней. «Первородный Иссушающей Пыли во плоти». Он сражался против… чего-то. Чего-то огромного и ужасного, что Феликс не мог разглядеть. Чудовищная схватка, в которой Первородный явно проигрывал. В темноте Феликс видел, как он терпит поражение. Челюсти отрывали от него куски, пока вода не стала настолько мутной от нечистот, что он больше ничего не мог видеть.
Затем из этой непроглядной борьбы пробилось зловещее золотое сияние. Крик сотряс воду, взметнув ее вверх гейзером невообразимых мучений.
«Проклятие плоти?» – Там что-то произошло, что-то грандиозное, чего Феликс не мог увидеть или понять. Но его выбросило из Воспоминания, и он пошатнулся на твердых плитах зала. Ему хотелось задержаться, узнать больше, но это не было его задачей. Феликс сосредоточился и почувствовал, как его Единение Потерянных и Хтоническая Дань сближаются.
Кристаллы вокруг буквально содрогнулись, дрожа в огромном зале и повсюду за его пределами. Грандмастер несся вперед, снова став кометой насилия и пламени; его момент предельной концентрации подошел к концу.
«Сейчас!»
Хтоническая Дань достигает 86 уровня!
Единение Потерянных достигает 51 уровня!
В одно мгновение все огромные скопления синих кристаллов в зале превратились в жидкость. Громадный поток обрушился с небес – водопад, ревущий мощным голосом. Стена воды ударила по ним всем, впечатывая в землю, прежде чем полностью затопить зал. Феликс прыгнул в тот самый миг, когда вода ударила, поднимаясь на гребень волн, но даже тогда не смог избежать их хватки. Грандмастера сбило с ног, а инферно на его плечах погасло окончательно.
Формовка Инея!
Толстая, похожая на лодку платформа возникла под ногами Феликса, подняв его на вершину бушующих волн. Второй отросток устремился вовне, в глубину, чтобы подхватить его друга-минотавра. Однако прежде чем он успел почувствовать контакт, в его Разум ворвался жестокий золотой свет. Феликс закричал, когда рука чего-то безмерного дотянулась до всё еще поющих связей, которые он установил, и толкнула. Вибрации, которыми он манипулировал и которые поощрял в этом огромном зале, распространились, разошлись по миллиардам связей по всей Экспансии.
А затем оно высвободило их все.
— Нет, — прохрипел Феликс, пока волны вздымались вокруг него. — Нет! Что ты наделал?
Однако от того золотого присутствия он почувствовал лишь волну самодовольного торжества. А затем оно исчезло.
* * *
Акестрия содрогнулась, и Весс едва не рухнула под тяжестью раненых, которых несла. Здания вокруг трещали и ходили ходуном, словно весь город трясла чья-то исполинская рука. — Что это? — Спросила она.
Зара и Исла, побледнев, смотрели вдаль, пока вокруг начинали разноситься крики. В синем небе материализовались облака, клубясь и сверкая всполохами темных штормов.
— Это он…? — спросила Исла.
— Он. Не знаю как, но он. — Зара посмотрела на Весс, и наследница отшатнулась от интенсивности ее взгляда. — Мы должны спуститься вниз. Люди в опасности.
— Мы сами в опасности! Паладины еще даже не все улетели, — сказала Иви, указывая на Манолеты, всё еще висевшие в воздухе. Но стоило ей договорить, как из облаков ударила лазурная молния, разнеся двигатель одного из кораблей. Судно хаотично закружилось, прежде чем исчезнуть за краем города. — Ого.
Зара стиснула зубы:
— Море вернулось.
* * *
— Оно идет! — Закричал забинтованный иттин, стоя на вершине заключенного в камень черепа их Варрена. — Зверь идет!
Облака громоздились в небе, и повсюду вокруг него стоял непрекращающийся вой Конца. Нового Начала. Стена воды неслась на них, высотой в триста футов, сметая пески подобно самому искуплению.
Клзикс только рассмеялся, когда вода накрыла его.
* * *
— Проклятый Беспутный! — Крикнул Феликс. Теперь, оглядываясь назад, он узнал вкус этой силы. — Ты выпустил всё это только чтобы отыграться на мне? Ну ты и придурок!
Вода поднималась и поднималась, заполнив уже почти половину зала и не выказывая признаков того, что остановится. Количество воды, сконденсированное в одном кристалле Маны, было колоссальным, а теперь все они, повсюду, были высвобождены. Целый океан воды затапливал пустыню, и Феликс ничего не мог с этим поделать.
Феликс поднимался всё ближе и ближе к своду зала, балансируя на своей импровизированной ледяной лодке. Он озирался в поисках Бифа среди бушующих волн. Пит был в безопасности в его Духе, всё еще приходя в себя после Эволюции, но минотавра он так и не увидел. Он даже потерял свои мечи где-то в глубине, но в тот момент Феликсу было на них плевать.
— Автарх!
Рядом с ним волны расступились, мгновенно превратившись в пар, когда Грандмастер Кел'лив взмыл в воздух. Его одежды были превращены в лохмотья и пропитаны водой, аура огня потускнела, но он не колеблясь бросил в бой всё, что у него осталось. Сфера раскаленного пламени вспыхнула вокруг Грандмастера, испаряя воду быстрее, чем та успевала скапливаться вокруг него, отбрасывая Феликса и его лодку назад. Он врезался в массивный бронзовый меч, единственную константу в бушующем море, и тот отозвался электрическим покалыванием на коже. — Ты отнял у меня всё! И я увижу твою смерть!
Огненная сфера рванулась вперед, целя в Феликса… но с него было довольно. Феликс вскочил, хватаясь за рукоять массивного бронзового клинка рядом с собой, вкладывая всё свое Намерение и Силу Воли в странное оружие, и потянул со всей Силой, что у него была.
Обнаружена Воля Наследника!
Сила выше порога!
Живучесть выше порога!
Стойкость выше порога!
Доступ разрешен!
Ударная волна сине-золотого сияния вырвалась вовне, когда массивный меч из кресцианской бронзы уменьшился. Он поддался, ложась в руку Феликса как раз в тот момент, когда тот нанес выпад вперед. Ответ Скайслейна снова трансформировался, высасывая из Феликса почти всю его Ману, чтобы превратиться в стофутовый шип из кресцианской бронзы – шип, который пронзил Грандмастера насквозь, пригвоздив его к стене.
Под вечно падающими потоками воды.
Он бился, неистовствовал, но клинок было не сдвинуть. Катастрофический взрыв огня разорвал воду, на мгновение явив Феликсу кричащего Кел'лива… прежде чем взрыв схлопнулся внутрь, и с гулким грохотом вся стена обрушилась в воду.
Вы убили Сиг'ниха Кел'лива, Грандмастера Пустынного Огня!
Получен опыт!
Вызов завершен!
Другие уведомления пытались пробиться к нему, но Феликс пошатнулся: его Тело, Разум и Дух были внезапно и окончательно истощены. Он откладывал отдых, необходимый при Закалке, сжигая усталость энергией Первородного и Силой Воли, достаточной, чтобы тягаться с мелкими богами, но теперь Феликс едва стоял на ногах. Пришло время платить по счетам.
«Пит…? Биф…?»
Он упал в воду, и его затянуло в ледяную тьму.