Глава 60.0

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ.

Покинув сокровищницу, Гарокс повел их лодку вниз по нескольким рекам, каждая из которых текла поверх остатков величественных лестниц. Вода здесь двигалась куда спокойнее, чем на тех порогах, что Феликсу и его людям приходилось преодолевать раньше; течение больше напоминало ленивую реку, чем бурлящий поток. Это было… даже приятно.

Довольно скоро они спустились по этим искусственным рекам и прошли под высокой аркой в форме звезды, сплошь заросшей свисающими лианами. Лианы были усыпаны бледно-белыми цветами, чей резкий аромат наполнял влажный воздух; они покалывали кожу Феликса везде, где касались его.

Состояние статуса: Теплые Объятия

Длительность: 3 секунды

Теплые Объятия

Слой Маны тепла и жизни обволакивает ваше Тело, регулируя температуру вопреки внешним условиям.

Вслед за покалыванием пришло тепло, но для Феликса оно быстро иссякло и угасло. Он взглянул на друзей: на их лицах читалась смесь удивления, восторга и подозрения. Исла, проходя сквозь заросли, сердито косилась на лианы, а затем встряхнулась. Маназрение Феликса уловило, как от ее фигуры разлетелись слабые искры желтого и зелено-золотого света – та же Мана окутывала его Спутника и товарищей.

— Я была бы признательна за предупреждение, прежде чем вы начнете накладывать на нас Состояния статуса, — сказала Певчая их проводнику.

Гарокс повел плечами. — Это благословение, чтобы лучше защитить вас от холода глубин.

— Я и сама прекрасно справлюсь, благодарю.

Феликс нахмурился. Его Состояние статуса продлилось всего три секунды – не слишком-то полезно. Он повернулся к Бифу и Весс. — У вас сколько оно будет держаться?

— Шестнадцать склянок, — ответила Весс. — Весьма приличный срок.

Биф надулся. — У меня всего десять часов. У Хэллоу так же.

— Три часа! — Чирикнул Пит.

— Эффект ослабляется закалкой твоего Тела, — пояснила Исла, пока Гарокс вел их вглубь извилистого коридора. — Вот почему у Феликса он уже прекратился.

— Я бы не отказался от него, если это помогает, — признался Феликс. В конце концов, вода бывает очень холодной. — У меня есть Затонувший Оберег, он делает нечто похожее, но Теплые Объятия поверх него не помешали бы.

— Хм. — Исла окинула проводника взглядом из-под полуопущенных век.

Вскоре коридор вывел их в очередной зал, куда более скромный, чем Часовня Ока. Сводчатый и куполообразный, он стоял перекошенным, но далеко не так сильно, как некоторые другие части Храма.

Там их ждал отряд из двенадцати наг, и все они были сложены так же, как сам Гарокс. Гуманоидный торс на длинном змеином хвосте – но на этом сходство заканчивалось. В отличие от Гарокса, они были не духами-нага, а теми, кого называли боевыми нагами. Согласно Оку, это была Эволюция, черпающая мощь в самой битве – что бы это ни значило.

Густая чешуя покрывала их брови, головы и большую часть Тел, как человеческую, так и змеиную. Казалось, будто они облачены в доспехи; они были массивными, в то время как Гарокс выглядел изящным. Лица их были куда менее выразительны, чем у Гарокса, что само по себе показатель. В их Духах даже в покое сквозила агрессия, затмевающая любые другие эмоции. В руках они держали самое разное оружие: от зазубренных ножей до плотно сплетенных сетей. Каждый из двенадцати также сжимал витой металлический трезубец, сияющий темным светом. Между зубцами мерцала Мана тени и молнии.

Трезубцы выглядели грубо – мощные, но явно трофейные, как и все их ремесленные изделия, кроме сетей. Гарокс поймал взгляд Феликса и кивнул. — Отобраны у более развитых выводков, нападавших на Храм. Они сделаны топорно, но нестабильные чары на них весьма сильны.

— Разряд молнии и… что-то связанное с тенью? — Спросила Весс. — С ходу не разберу.

— У трезубцев два Навыка. Один называется Удар Левина и выпускает в цель одиночный заряд Маны молнии, другой – Чернильная Тень, он высвобождает скрывающее облако Маны тени. Оба эффективны, хоть и… опасны. — Гарокс качнул головой – чисто змеиное движение. — Как я и сказал. Нестабильны.

— Мягко сказано, — вставила Исла. — Оружие, которое оборачивается против владельца, следует отбросить.

— Или же мы просто используем то, что нам доступно, — отрезал Феликс, вложив в слова изрядную долю раздражения. Исла поджала губы, и он надеялся, что она поняла намек. — Познакомь нас, пожалуйста, Гарокс.

Боевые наги были немногословны, но вполне дружелюбны. К счастью, Острый Ум помог Феликсу запомнить их имена, хотя он сосредоточился лишь на троих лидерах: Тоа'уте, Роу'де и Лавиксе. Их можно было отличить по раскрашенным узорам на чешуе – глифам, которые, судя по всему, обозначали их командирские должности.

Пока его команда знакомилась с будущим конвоем, Феликс почувствовал, как его Сродство уловило некий гул. Он потянулся восприятием вовне, ощущая воздух, воду, камни вокруг. Это был сам Храм, вибрирующий на поверхности мира. Как и в том, что стоял в Туманных Землях, в стенах чувствовалась мощь, впечатанная в камень и просачивающаяся в воду.

Сколько же Эссенции и Значимости потребуется, чтобы восстановить всё это? Наверняка гораздо больше, чем у него есть сейчас. Он не хотел тратить ни тот, ни другой ресурс; Феликсу еще предстояло сплести остальные Столпы. В этом и был плюс грядущей большой битвы. Полно корма, чтобы напитать внутреннее пространство ядра и закончить закладку фундамента.

Со временем.

Внутреннее пространство Феликса всё еще не было готово к новым Столпам, и дело было не только в перфекционизме. Видение его ядер и его Голода теперь стало четким, цели – твердыми; Феликсу оставалось лишь воплотить их в жизнь. Он делал успехи, но процесс шел медленно. Феликс уже наметил несколько Навыков, которые нужно связать воедино, сформировав Массивы Навыков, подобные тому, что окружал его Бастион Воли.

— Одно это потребует времени и сил, которых у меня сейчас нет, — подумал он.

Тем не менее, планов он настроил предостаточно. Казалось, некое сочетание редкости и Ранга центрального Навыка влияло на то, сколько способностей он может включить в массив. В Бастионе их теперь было семь, хотя начинал он с пяти. И это при том, что редкость у него была всего лишь Эпическая.

Помимо высокого уровня, редкости и ранга, каждый Массив Навыков должен был иметь точки соприкосновения. Это напоминало объединение Навыков, где узоры света и музыки должны перетекать друг в друга, накладываясь в критических точках для сцепления. Разница между объединением и созданием массива заключалась в дистанции: при объединении Навыки сплавлялись в один, а Массив превращал их в подобие малых звездных систем, где каждая вторичная способность вращалась вокруг центральной.

Бастион Воли привлек его внимание. Навык выглядел как скопление пересекающихся вибрирующих линий, которые, если прищуриться, напоминали зеленоватую планету. Феликс работал над тем, чтобы закрепить этот образ, сохраняя его уникальный узор и одновременно развивая идею своих Навыков как небесных тел. Вокруг него парили другие части Массива Навыков, вращаясь вокруг Бастиона подобно лунам… вот только, в отличие от лун, все они были почти того же размера. А некоторые и крупнее. Легко, словно на выдохе, Феликс перечислил их все.

— Медитация, Глубинный Разум, Неумолимая Решимость, Пряжа Судьбы, Прожорливое Око, Ария Диких Дебрей и Хтоническая Дань.

Бастион Воли был Основным Навыком, узлом массива. Обычно он должен быть выше по редкости, уровню и рангу, чем остальные, но, по словам Кариса, это не было обязательным условием. Другие Навыки, привязанные к Бастиону, назывались Вторичными. В идеале Основной Навык должен передавать долю смысла и веса Вторичным, с которыми он связан. Смысл и вес во многом зависели от Значимости, а также от Эссенций, которыми люди закаляли себя. Это давало массиву множество преимуществ: от ускоренной прокачки до большей эффективности, мощи или даже дальности действия. Каждый из них, в свою очередь, отдавал часть собственной силы, но обычно гораздо меньше, чем Основной. Конкретные бонусы зависели от предназначения Основного Навыка.

Массивы Навыков – то, о чем никто не рассказывал ему до Кариса, – казались слишком хорошими, чтобы быть правдой. Так оно и было. Имелся подвох. Если какой-либо элемент получал повреждения или претерпевал значительные изменения, Массив мог потерять равновесие и распасться. Когда Связывание Клятвой превратилось в Пряжу Судьбы, это произошло под влиянием его титула Разрушителя Цепей, и, по мнению Кариса, именно поэтому он избежал серьезных последствий. Без такой защиты последствия подобного сбоя могли сломать один или несколько Навыков – или вовсе уничтожить их.

Это значило, что он медлил с созданием новых Массивов. Один у него был, но в остальных он обязан был быть уверен. Тем не менее, Феликс составил список, проверяя их все на сходство вибрационных узоров.

Первым шел Владыка Плоти в качестве Основного – Трансцендентный Навык Ранга Адепта, а значит, он мог удерживать на своей орбите около десяти других Навыков. Кардинальное Пламя, Формовка Зелени, Авроральная Кузня, Формовка Инея, Маназрение, Теург Восхода, Призыв, Двойное Колдовство и Пилот Мана-корабля отлично подходили. Каждый из них был связан с манипуляцией фундаментальными силами – общая нить, отчетливо слышная в их песне. В этом массиве он был уверен больше всего и, скорее всего, попробует создать его следующим.

Непреклонный Диссонанс тоже так и просился в массив, и Феликс был почти уверен, что Дикая Тренодия, Проявление Коронаха, Эфшемерное Пробуждение, Единение Потерянных, Последний Клич Хтонического Воинства и Эфирное Созвучие станут идеальными Вторичными Навыками. Он даже подозревал, что Пряжа Судьбы в таком массиве сработает еще лучше, но процесс извлечения ее из Бастиона и добавления в другой пугал. Карис намекал, что это возможно, но наверняка будет трудно и болезненно.

— А когда было иначе? — Подумал Феликс.

Далее шел Песнь Абсолюта как Основной, с Уклонением, Слепым Боем и Бронированной Кожей в качестве Вторичных. Технически он мог бы добавить больше, но у него не было других Навыков, которые звучали бы в унисон с Абсолютом.

Другие, такие как Бездонная Пряжа, Мантия Бесконечного Вращения, Дождь Катаклизма и Затонувший Оберег, были связаны с масштабным применением силы, влияющим на союзников и врагов. Феликс не был уверен, что этого сходства достаточно; общие черты в их узорах были одними из самых слабых. Совсем уж особняком стояли те, что он считал одиночными Навыками: Стрела Погибели, Теневой Хлыст, Облачный Шаг. Даже такие вещи, как Переговоры и Обман. Все они были полезны сами по себе, но не слишком подходили для Массива Навыков.

Разве что он начнет красть новые Навыки, чтобы подобрать им пары.

— Феликс? — Весс тронула его за плечо, и он моргнул, возвращаясь к реальности.

— А? — Он выпрямился, осознав, что боевой нага последние полминуты что-то ему говорил, подробно описывая путь, которым они пойдут. — О. Да, пожалуйста, расскажи поподробнее о местности.

Тоа'ут неловко качнул головой. — В Храме безопасно. Воины рыщут в этих каменных Гнездах, и мало кто из отродий Фатома осмелится напасть на короля. Как только мы покинем Храм и войдем в Заросли, станет куда труднее. Засады там случаются постоянно, и хотя выводки и мелкие отродья – противники пустяковые, в больших количествах они смертельно опасны.

— Это не должно стать проблемой, — сказал Феликс. Воины зашевелились, словно от нетерпения, но в их Духах разлилось одобрение. — Что потом?

— Заросли тянутся на много лиг, уходя всё глубже и глубже, пока не обрываются у края Зияющих Гор. За ними, за их воющими туннелями, мы увидим первый проблеск Хасмы. — Тоа'ут замолчал, его Дух затрепетал между страхом и болью. — Бездны.

Гарокс откашлялся. — Путешествие в глубины займет дни, максимум целую неделю, и то лишь в том случае, если Логова по пути изрыгнут еще больше своего гнусного приплода.

— Логова. Знаете, сколько их? — Спросила Весс. — И развилось ли какое-нибудь из них до формирования Гнезда?

— Я буду сильно удивлен, если нет, — признался Гарокс. — Фатом распространился широко, благодаря прибывающим водам, что позволило ему обойти нас. Когда-то наших сил хватало, чтобы сдерживать их, пусть и на пределе. Теперь – нет.

Среди двенадцати воинов пронесся ропот, который стих, едва хвост Гарокса хлестнул по воде. — Наша величайшая угроза – быть обнаруженными и раздавленными числом. Бог Грома и Пламени, я знаю, что ты могуч и, возможно, мог бы истребить их всех… но не без того, чтобы навлечь на себя сам Фатом. Я бы советовал… осторожность.

— Мудро, — согласилась Весс. Она подтолкнула Феликса локтем. — Тебе доводилось сходиться лицом к лицу с Изначальными и богами, но, пожалуй, тихий подход сейчас лучше всего.

— Погодите, а разве нам всё равно не придется пробиваться обратно с боем? — Спросил Биф. — Эти штуковины-отродья ведь не лягут лапками кверху сразу после того, как мы убьем дракона?

— В этом и заключается двусторонний характер драконьего Типа. Они патологически служат тем, в ком драконья природа сильнее, но когда эти хозяева умирают, их верность тоже меняется. В Анналах Кехлы говорилось о великой орде, которая распалась на десятки враждующих фракций в тот самый миг, когда ведший их Огненный Дрейк был повержен. — Весс поморщилась. — Это может породить кучу новых проблем, но даст нам отличную возможность уничтожить столько врагов, сколько сможем.

Боевые наги снова заворчали, но на этот раз одобрительно. — Мне нравится эта женщина, — объявил Лавикс. Весс усмехнулась.

— Природа Искажения Маны также может открыть другие возможности, — сказала Исла. — Весьма вероятно, что вся его порабощенная орда разлетится кто куда, а эта слизь распадется, что значительно уменьшит их силу.

— Будем на это надеяться, но планировать так, будто всё пойдет наперекосяк, — сказал Феликс. — Это правило меня еще ни разу не подводило.

— Потому что всё всегда идет наперекосяк, — добавил Пит.

— Да. Так и есть, верно?

Гарокс скользнул вперед, всё так же держась на поверхности воды, в отличие от боевых наг, которые были погружены наполовину. — Склонитесь, воины. — Они повиновались. — Отныне на вас возложена задача обеспечить успех миссии Возвращенного Бога, и вы должны повиноваться ему так, словно он сам Глубинный Король.

— Слышим и повинуемся, — ответили они в один голос.

«Странная формулировка, – подумал Феликс. – …Или, может, я просто удивлен тем, как сильно они любят своего короля. Трикси не из тех, кого легко полюбить, но он здесь, защищает их молодняк, пока они сражаются в своей бесконечной войне. Полагаю, мне бы тоже нравился парень, который так поступает».

— Встаньте, воины. Вы выступите, когда Возвращенному Богу будет угодно. — Гарокс указал на пол, где виднелся круглый лунный бассейн. Он находился футах в двадцати под водой, но стоило на него указать, как Феликс почувствовал оберег, закрывающий его открытую поверхность. — Мой Лорд, под вами – ваш путь наружу. Уходите, когда будете готовы.

— Спасибо, Гарокс. — Повернувшись к остальным, Феликс повысил голос:

— Еще раз проверьте всё снаряжение и припасы. Нас долго не будет.

Весс, Биф и Исла быстро осмотрели себя и сумки, а Пит уселся на задние лапы и принялся чистить клювом переднюю. Хэллоу – в обоих своих обличьях – сидела совершенно неподвижно, глядя куда-то вдаль.

Феликс и сам начал проверку, но не успел он дойти дальше своих новых магических предметов, как зазубренный меч на его поясе вспыхнул зелено-золотым светом. — Феликс?

— Карис, да. Я здесь. — Феликс сжал рукоять клинка и нахмурился. — Что случилось?

— Случилось то, что вас здесь нет, мой Лорд. Вот почему я вышел на связь. — Голос Кариса звучал более желчно, чем Феликс когда-либо слышал. — Зара и многие другие прибыли, а вы – нет. Что произошло?

Феликс хлопнул себя по лбу. Он совсем забыл связаться с Карисом и рассказать о ситуации. — Я всё объясню позже. А пока дай командам отдохнуть и пусть начинают строительство дополнительных мана-кораблей.

— …Как пожелаете, мой Лорд. Зара уже упоминала об этом. Не представляю, как это будет сделано, но я прослежу.

Феликс поморщился, ему не понравился подобострастный тон Кариса. — Я могу поговорить с Зарой?

— Разумеется. Здесь легко переключить фокус массива.

Раздались нисходящие тона, сменившиеся восходящими, и он услышал новый голос. — Феликс?

— Зара. Всё прошло хорошо?

— Прошло… как и ожидалось. Не обошлось без травм и некоторых осложнений, но в целом – путь проделан успешно.

— Травмы?

— Поскольку ты не вошел вместе с нами, Теневые Врата зацепились за один из моих Навыков Разума вместо твоего Бастиона. Мы прошли без потерь, а звери Пустоты оказались лишь незначительной помехой.

«Интересно, что за Навыки Разума у Певчей Ранга Магистра?» Феликсу хотелось задать еще десяток вопросов, но он сосредоточился на главном. — Китопасть?

— Не видели. Полагаю, массив подавления силы сработал куда эффективнее, когда тебя не было рядом.

Это были добрые вести. Китопасть уже нападала на Зару раньше, привлеченная тем, что, как он считал, было его связью с Певчей, и возможность повторения этого была нешуточной. Однако разработанный ими массив подавления сработал, а значит, в будущем им придется сделать больше таких для других групп, использующих Теневые Врата… при условии, что Феликса не будет с ними.

— Ладно, это хорошо. Прошло всего сорок минут с тех пор, как вы ушли, — сказал он, прежде чем поправиться:

— Э-э, примерно три четверти склянки.

— Время лучше, чем в прошлый раз, — отозвалась Зара, и в ее голосе проскользнуло одобрение.

— Сверим заметки о путешествии позже. А пока – присмотришь за строительством новых кораблей? У Кариса сейчас один мана-корабль в доке, но нам понадобится еще как минимум три, чтобы разместить всех наших… моих солдат.

— Я прослежу за этим, Феликс.

— И Зара.

— Да?

— Спасибо. Я буду там, как только смогу.

— Пожалуйста, — ответила она. — И лучше бы тебе поспешить.

Связь оборвалась, и Феликс повернулся к выжидающим лицам наг, минотавра и людей. Пит уже поднялся на лапы. — Пошли поплаваем.