Глава 26.0
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Ревенанты бросились вперед, и Феликс выхватил свою дубину.
Название: Исписанная Бедренная Кость Посланника.
Тип: Оружие (Зачарованное)
Описание: Взятая из тела безумного конструкта, эта дубина покрыта письменами скверной магии, которая когда-то оживляла её. Из-за преобладания Оскверненной Сигильдии она полагается в работе на Эссенцию, а не на Ману.
Прочность VII – Оскверненная Сигильдия наделила кость эфирной долговечностью.
Самовосстановление X – Оскверненная Сигильдия со временем исцеляет кость подобно плоти.
Это дробящее оружие уменьшилось вскоре после того, как попало к нему в руки, – не более двенадцати дюймов в длину, слишком короткое, чтобы быть полезным. Рафни не смогла сделать ничего, кроме как обмотать кожей узкий конец синей металлической кости. Задача оказалась выше её Ранга Навыка. Она не могла даже незначительно изменить предмет или сдвинуть начертанные на нем символы, не говоря уже о том, чтобы понять: это оружие не принимает Ману, как обычные зачарованные вещи. Феликс не стал тратить время на объяснения. Мана здесь была ни к чему. Нужна была Эссенция.
Монстры ворвались в поле зрения, и Феликс влил порцию их собственной Эссенции в дубину, а затем нанес удар. Бедренная кость вытянулась более чем на шесть футов и снесла целый ряд наступающих ревенантов.
Внимание! Квест Территории!
Вы получили Вклад!
— ХА! — Торжествующе выкрикнул Феликс. Каждый раз, когда они убивали ревенантов, им начислялось загадочное количество Вклада. Он уже заработал немного, но здесь не было ни таблицы лидеров, ни заполняющейся полоски прогресса. — Сосредоточьте огонь на тех, кого я уроню! Иви, Весс – держите фланги. Тэнгл – защита для Оловянных Рангов! Пошли!
«Стрела Погибели!»
«Стрела Погибели!»
Феликс обрушил разряды сине-золотого света в ближайших ревенантов, целя точно в их ядра. Оба монстра рухнули на землю с воплями. Внутри них что-то лопнуло – раздался пронзительный звук, словно разом оборвались натянутые струны. Его Мана резко упала, осталось меньше трети от максимума. Болезненно. Он не использовал этот навык с тех пор, как улучшил ядро; Стрелы били мощно, но пожирали слишком много Маны.
Серебряные копья и огненные сферы испепеляли чудовищ по обе стороны от Феликса, пока он продвигался вперед, ныряя под замах очередной твари. Перекрыв поток Эссенции к дубине, он заставил её мгновенно сжаться до размеров футового жезла, которым тут же проломил череп ближайшему Первородному отродью. Дубина, однако, была жадной и сожрала изрядный кусок его запасов Эссенции, поэтому Феликс перехватил едва живого ревенанта и резко вдохнул.
«Ненасытная Десятина!»
Тварь разорвало на жирный дым, который втянулся Феликсу в глотку. Смрад едва успел рассеяться, как на него набросились еще трое монстров.
«Хм, нет», – Феликс нахмурился, отбиваясь от их когтей своим синим металлическим жезлом. — «В таком темпе я убью слишком многих».
«Ненасытная Десятина!»
На этот раз Феликс сосредоточился на самом воздухе, заявляя на него права. Окружающая Мана и Первородная энергия хлынули в него потоком, и вся орда дрогнула. По рядам врагов прошла волна замешательства, и этого мгновения хватило. Феликс пронесся сквозь ближайших к нему тварей, словно жнец сквозь пшеницу. Другим он подрезал сухожилия своими когтями и отправлял их, спотыкающихся, в сторону своей группы. В конце концов, им нужно было учиться сражаться даже больше, чем ему самому. Феликс бросил взгляд назад.
Внимание! Квест Территории!
Вы получили Вклад!
Все шло по плану.
Весс была в самом центре; она скорее отбрасывала ревенантов назад, чем убивала, но её взрывающиеся снаряды не отличались хирургической точностью. Дикие штормы воздушной Маны вспыхивали и гасли вокруг неё, разрывая в клочья попавших в них монстров. Искристые разряды Атара продолжали сыпаться градом, вылетая из магической короны, что парила над его головой. Он действовал куда точнее, но при этом стал значительно могущественнее, чем раньше. Его сила выросла со времен Домена, несмотря на недавнюю болезнь. Он казался… другим. Более необузданным, что ли, а его пламя приобрело более густой красный оттенок.
Феликс сделал пометку приглядывать за ним на всякий случай.
Оловянные Ранги сбились в кучу в тылу, а Иви и Тэнгл обеспечивали им защиту и поддержку. Цепь Иви так и летала, хлестая плывущих в воде ревенантов и окуная их с головой силой своего усиленного оружия. Тэнгла… ну, его нигде не было видно, но в этом и заключалась его фишка. Когда несколько бестий полезли на стену набережной, их тут же окутала фиолетовая дымка, и они принялись яростно атаковать пустоту. Как и договаривались, Оловянные Ранги бросились вперед, чтобы добить их.
— Катящийся Валун! — Стеллис орудовала своей новой мейсой с меньшим изяществом и Силой, чем остальные, но когда она нанесла удар, головку оружия окутал шлейф пыльно-коричневого пара, и силы удара хватило, чтобы заставить ревенанта пошатнуться. Она значительно прибавила с тех пор, как он видел её в бою в последний раз, да и оружие Ранга Ученика было не шуткой.
— Тлеющая Плеть! — Полоса сжатой огненной Маны хлестнула наружу, став уменьшенным отражением цепи Иви, и Хева обвила её вокруг шеи того же ревенанта. Шипение плоти, слышное даже с такого расстояния, было жутким. Тварь вырвалась из иллюзии фиолетовой Маны, но у неё не осталось времени ни на крик, ни на ответный удар. Яркая зелено-золотая сигила размером с дыню врезалась ей в грудь и вспорола кожу с похожим, но все же иным шипением.
— Попала! — Закричала Мерк, победно вскидывая в воздух свой стилус для начертания сигил.
Тяжелый меч сверкнул и одним взмахом снес голову монстра, обрывая его жизнь. Кейд прорычала:
— Не заносись!
На них шли новые монстры, но отряд был в надежных руках. Феликс повернулся к своим противникам, которые как раз поднимались на ноги. — «Пора заработать еще немного Вклада».
Дальше бой шел предсказуемо. Феликс зачищал тех, кто оказывался в пределах досягаемости, а Атар или Иви добивали беглецов. Вклад рос, но он по-прежнему понятия не имел, насколько, и его беспокоило отсутствие видимого прогресса. Как далеко продвинулась Инквизиция? У Кэл были разведчики, приглядывающие за ними, но лишь немногие обладали подходящими Навыками, и одним из них была сама Кэл. А она была занята управлением лагерем.
Все донесения сходились на одном: красноплащники неуклонно продвигались вглубь города, захватывая Квартал Рассвета по мере продвижения. Это не сулило ничего хорошего.
Феликс как-то спросил Зару, почему она просто не… не уничтожит их всех и не заберет Власть себе. Она заявила, что не может. Зара могла убивать ревенантов, но не без разрушения города, и даже тогда заслуга за убийство не досталась бы ей. Будучи Певчей, она, по-видимому, была в какой-то степени изолирована от Системы. Власть не могла лечь на её плечи – во всяком случае, та, что даруется Системой. Когда-то те, кто погружался в тайны Великой Гармонии, были почитаемы; но Беспутный как-то все это изменил. Теперь они были практически исключены из глобальных функций Системы, включая и Власть.
В конечном счете это означало, что её роль сводилась к поддержке. К обучению их своим путям и укреплению их народа. В противном случае её вмешательство рисковало полностью испортить Поиск.
— Погоди, значит ли это, что у меня не будет проблем? Или у Весс и Иви? — Спросил тогда Феликс.
— Вы все слишком новички в Песни, чтобы накопить достаточно Значимости, которая закрыла бы вам доступ к подобным вещам, — ответила Зара, отмахиваясь от его опасений. — К тому же статус Несвязанного означает, что ты, в частности, свободен от многих ограничений. Вот почему ваш брат так опасен.
«Опасен», – размышлял Феликс, когда последний из ревенантов пал под ударом его дубины. Он воспользуется любым преимуществом, какое только сможет добыть. Жизнь на Континенте была не сахар, и, похоже, становилась только суровее.
— Р-Р-РИ-И-И-А-А-А-Р-К!
— «Что и требовалось доказать».
На той стороне моста рухнуло полуразрушенное здание. Из-под обломков появилось массивное чудовище. Оно было вдвое больше обычного ревенанта, футов тринадцать ростом, если бы выпрямилось, хотя и было создано по тому же подобию. Две руки, две ноги, и те, и другие – толщиной с древесные стволы.
«Прожорливое Око!»
Название: Искаженный маной гуль.
Тип: Первородное отродье.
Уровень: 42.
ОЗ: 3045/3045.
ОВ: 1818/1864.
ОМ: 34876/0.
Описание: Эволюционировавшая версия искаженного маной ревенанта. Гуль вкусил Первородной Эссенции и использовал её для собственного развития.
Сильные стороны: Исключительно высокие Сила и Стойкость.
Слабость: Низкое Восприятие.
Внимание! Квест Территории!
Убейте искаженного маной гуля для получения дополнительного Вклада!
— Вот дерьмо, — вырвалось у Феликса. Гуль повернулся и уставился на них своим единственным сине-зеленым глазом. Он взревел, бросая очередной вызов, и сорвался на бег, опустившись на все четыре конечности для скорости. Земля содрогалась под его поступью.
— Вот же дерьмо.
* * *
— Но! Но!
— Да заставь ты их бежать быстрее, тупой, бесполезный сукин сын! — Вопила Хартл, её жидкие волосы хлестали на ветру. Гнокл одарил её уничтожающим взглядом, не выпуская поводьев, пока они спасали свои жизни.
— Если можешь выжать из этих птиц больше, милости прошу, пробуй! — Гнокл всучил ей поводья и вскинул руки. — Они нас все равно догонят! О, мое прекрасное лицо! Сгинет в ужасах смерти!
Позади них, грохоча на собственных авумах, скакали шестеро аколитов-красноплащников. Тот, что был впереди, вскинул кулак, и Гнокл пригнулся с придушенным воплем. Сгусток света прошил край их повозки, осыпав их щепками. Хартл закричала, Гнокл закричал, даже авумы закричали, но повозка продолжала катиться. Они промахнулись.
Гнокл услышал ругательства преследующих их аколитов. Он приподнял голову и показал им такой гнусный жест, какого ни одно светлое, Беспутное существо и знать не должно… Еще одно резкое уклонение, и второй световой разряд раздробил дерево совсем рядом с ним.
— «Не все то золото!», — Гнокл пригнулся и пополз среди своих бесчувственных спутников, большинство из которых он и в толпе бы не узнал. Почти все они истратили свою скудную Ману, чтобы подгонять повозку или огрызаться редкими выстрелами в красноплащников; теперь они часто дышали, глядя в пространство ошеломленными, но открытыми глазами. В сознании, но не здесь – классический перебор по Мане. — «Чертовы слабаки с дырявыми ядрами! Я бы уже давно выбрался!»
— Все будет хорошо, Гнокл, — проговорила Лотр мечтательным голосом. Её взгляд был почти таким же затуманенным, как у остальных, но она держалась. — Мы выберемся.
Гнокл фыркнул и отпрянул от её безвольной хватки. Она всегда была тугодумкой. Слабая тень хмурости промелькнула на её веснушчатом гоблинском лице, но ему было плевать. Лотр потратила большую часть своих сил, чтобы спасти остальных в повозке. Тех, кто не был гоблином. — «Предательница».
— Пфе, да что ты понимаешь? — Гнокл перелез через последних: еще нескольких гоблинов, хобгоблина и орка. Не многим людям удалось выбраться из трактира «Барабан-Танк», когда эти ублюдки его захватили, но торговца это мало заботило.
Пригнув голову, Гнокл заглянул вглубь себя, всматриваясь в свое ядро. Это была хилая штука, жалкая, похожая на кучку корон. Когда-то там было больше, но он все проторговал; потеря Навыков и слабая Закалка ранили его сильнее, чем Гнокл готов был признать. Его Навыки валялись по всему хранилищу, словно тусклые монеты на полу. Вместо этого он взглянул на свои резервы и отметил, что Выносливость на нуле, а Маны осталось разве что на один последний Навык.
— «Даже наскрести не на что», — заныл он. В прошлом, когда он мечтал о хранилище, лопающемся от монет, оно никогда не было ему так нужно, как сейчас. Гнокл провел острым языком по острым зубьям. — «Проклятые боги и проклятые люди!»
— Ты не можешь еще раз поколдовать?! — Прорычал Гнокл, обернувшись назад, где пристроилась крошечная гномка, размером еще меньше него. У неё были бледные волосы и бледные, бесцветные глаза за толстыми стеклами очков. Пара изящных, орехово-коричневых рук была окутана короткой, тусклой вспышкой фиолетовой Маны… прежде чем та растаяла.
— Я… я не могу, — выдохнула бывшая повариха. — Я потратила… слишком много. Нужно хотя бы… песочные часы, прежде чем я смогу хоть… что-то.
— Да мы к тому времени уже сдохнем!
— Мы сейчас умрем! — Закричала Хартл. Гнокл резко развернулся и увидел дорогу впереди; она круто уходила вправо, слишком резко для их повозки. Он едва успел осознать это, как все накренилось, а его желудок подпрыгнул куда-то к бровям.
А дальше – полный хаос.
Он отключился. Буквально на мгновение. Очнулся он, обнаружив себя вперемешку с другими пассажирами, а перед глазами плыла череда Статусов. Несмотря на пренеприятный удар по голове, он чувствовал себя нормально, если не считать того, что в голове… все плавало. Его защитили массивные тела остальных. Гнокл выдохнул благодарность своему великому богу, тому, что на самом деле движет миром, и огляделся. В ушах все еще звенело, так что он не был уверен, окружают их красноплащники или нет; он слышал только бешеный стук собственного сердца. И тут он увидел её.
Хартл.
Она лежала всего в нескольких шагах, её выбросило из повозки. Её грубое лицо почему-то казалось мягче, а редкие волосы – гуще. Она не двигалась. Он не видел дыхания. — Х-Хартл… — выдавил он. Но она не ответила.
— Нет, — прошептал-прокричал гоблин. Его голос был хриплым и надтреснутым, а слезы размером с медные камни катились из широко раскрытых глаз. — Она же была мне должна денег!
— ОХ, ДЕРЬМО!
Сквозь какофонию, столь мощную, что она пробилась даже сквозь звон в ушах, Гнокл схватил тело Хартл как раз вовремя, чтобы его не раздавило рухнувшей рядом лачугой. Он закричал, прижимая её к себе, словно талисман против обрушившегося безумия. Раздался треск, резкий удар грома, и Гнокл увидел огромную борозду прямо посреди улицы. Облако пыли и обломков взметнулось в небо. Голос, звучавший почти радостно, выкрикнул что-то из самой гущи этого облака.
Молния рванула вперед – луч столь сфокусированный и яркий, что мог поспорить с солнцем! Он охнул и зажмурился, но было поздно – свет выжег след на сетчатке.
— Р-Р-РИ-И-И-А-А-А-Р-К-К!
Огромный монстр, вдвое больше человека, был с силой протащен сквозь лачугу впереди. Его конечности скребли по земле в поисках опоры, но синий свет, окутавший его тело, не отпускал. Тварь впечатали в фундамент здания.
— Лежать! Смирно!
Гнокл обернулся и увидел молодого… человека? Тот вышел из пыли, разминая свои пугающие, покрытые чешуей руки. С его когтей капала черная кровь, шипевшая на камнях мостовой. Было в нем что-то знакомое, но эти когти… Человек посмотрел на Гнокла и остальных на дороге, и по тому, как он склонил голову, гоблин понял: тот оценивает даже приближающихся красноплащников.
— Никогда не бывает чего-то одного, — пробормотал он, прежде чем оскалиться в резкой улыбке. — Двигаться можете? Или… — Обломки зашевелились. — Проклятье. Ладно, просто… просто держитесь. Я разберусь.
Человек пригнулся и рванул через дорогу, да так, что уцелевшие булыжники разлетались в пыль под его ногами. Гнокл уставился на него в полнейшем замешательстве и ужасе. — «Что вообще происходит?»
Он огляделся, посмотрел назад на повозку и увидел, как красноплащники вылетают из-за поворота. Лотр, привалившись к гномке-поварихе, была едва в сознании, но улыбалась ему. Она прошептала, достаточно громко, чтобы он услышал:
— Мы выберемся.