Глава 41.0
ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ
Целительница буквально взлетела по ступеням впереди него, подобрав полы рясы. Она была немолода, но весьма бодра и, судя по Маназрению, тоже находилась где-то на уровне Странника.
— Пожалуйста, сюда.
Она провела его еще через один лестничный пролет, вьющийся внутри башни, пока тот не вывел их в узкий коридор, тянущийся вдоль всего здания обители. Посередине коридор расширялся, переходя в просторный сводчатый зал; Феликс успел заметить ряды маленьких скамей далеко внизу. Они пересекли это пространство и вскоре вошли в массивную дверь на противоположной стороне, оказавшись в череде куда более широких коридоров. В конце концов Феликс остановился перед большими двустворчатыми дверями из искусно обработанного темного дерева, отполированного до зеркального блеска.
Целительница замялась перед входом, положив руки на засов. — То, что вы увидите, должно остаться между нами. Вы понимаете?
— Разумеется, — ответил Феликс. Его любопытство разгоралось все сильнее. Женщина коротко кивнула и отворила дверь.
Внутри оказалась скудно обставленная комната: два простых кресла, коврик и большая кровать с балдахином. Две другие целительницы, обе люди, резко обернулись на шум. Пит закурлыкал – его внимание привлекло происходящее в комнате и что-то еще.
[Опасность], – прислал он мысленный сигнал.
— Дария, что это значит? — Потребовала объяснений одна из женщин.
— Как она? — Спросила его провожатая. — Я привела помощь.
Женщины окинули Феликса оценивающим взглядом, но ему было плевать на их досмотр. Все его внимание было приковано к фигуре на кровати, укрытой промокшими простынями. Это была гномка, ростом не выше четырех футов; длинные белые волосы прилипли ко лбу, перепачканные смесью пота и крови. Глаза ее были плотно закрыты, брови сдвинуты, а зубы оскалены от невыносимой боли – и на то была причина. Ее торс рассекали уродливые почерневшие раны, источавшие кровь и гной. Комнату наполняло зловоние, которое показалось Феликсу до ужаса знакомым.
Пит брезгливо чирикнул.
— Что это сделало? — Спросил Феликс. Его Маназрение отслеживало потоки черно-зеленой некротической Маны, поднимавшейся от ран, словно дым от костра. — Это… монстр?
— Да, — сухо ответила одна из помощниц. — Вы можете ей помочь или нет?
Феликс уже доставал флаконы из сумки, перебирая зелья Маны, Выносливости и Здоровья. Там были и другие вещи – настойки и растворы, которые, как он полагал, могли пригодиться в путешествии, но сейчас ни одно из них не подходило. По крайней мере, на первый взгляд.
«Прожорливое Око!»
Имя: Алесса Картез, Настоятельница Благословенной Топи.
Раса: гном.
Уровень: 63.
Здоровье: 322/1268.
Выносливость: 22/435.
Мана: 14/874.
…
Он отсек остальную информацию. — Ее Здоровье упало до четверти от максимума, а Выносливость и Мана почти на нуле. У нее есть какое-то Состояние статуса? — Спросил он.
Целительницы обменялись взглядами. — Пылерожденный, — наконец ответили они.
— Что это? Никогда о таком не слышал. — Он выбрал по одному основному зелью каждого типа и первым откупорил ману.
— Ее плоть будет терять влагу, пока не превратится в пыль, — объяснила Дария.
— Боже. Ладно. — Он влил Зелье маны в рот Настоятельницы. Она жадно глотала, хотя глаз так и не открыла. Феликс следил за ней Оком, видя, как показатель Маны подскочил на двести единиц. Следом он откупорил желтое Зелье Выносливости. Только когда оба показателя уверенно перевалили за две сотни, он решился на Зелье Здоровья. Оно ушло так же, как и остальные, подняв Здоровье почти до пятисот пунктов. Он даже увидел, как затягиваются мелкие порезы и ссадины… но рваные раны на груди остались прежними.
Внезапно ее тело забилось в конвульсиях.
— Воу! Эй! — Феликс подался вперед, удерживая гномку одной рукой. Ее голова моталась из стороны в сторону, пока целительницы не подскочили и не зафиксировали ее плечи и череп. — Что происходит?
— Это хуже всего, что я видела раньше! — Проскрежетала одна из них, из последних сил удерживая женщину.
— Пыль сопротивляется! — Почти закричала Дария. — Прошу! У вас есть что-нибудь еще?
Феликс ошарашенно смотрел на них, лихорадочно соображая. В голове вспыхивали идеи, медицинские концепции с Земли, которые он едва понимал, и знания, почерпнутые на Континенте, но ничего из этого не подходило. Он облизнул губы, почти чувствуя на вкус гнилостный запах из ран женщины, и тут…
«Этот запах». Его ядра затрепетали от осознания, а тьма внутри него взревела от голода. «О боже. Я знаю этот запах. Этот вкус. Но этого не может быть… как?»
Пит вскрикнул, выражая ярость и протест. Он слишком хорошо знал это ощущение гнили.
Феликс протянул руку и накрыл сочащиеся раны гномки, чувствуя, как Мана обжигает кожу, а черная гниль впивается в его плоть.
— Что вы делаете! Вы заразитесь ее гнусным Навыком! — Крикнул кто-то, но он не обратил внимания.
— Это не просто какой-то навык монстра, — произнес он. Гниль поползла вверх по руке, растекаясь чернотой по венам – Феликс стиснул зубы.
«Хтоническая Дань!»
Феликс перехватил гниль, ползущую по руке, вырывая ее из своей плоти и прослеживая путь обратно к источнику. Она засела глубоко внутри Настоятельницы, укоренившись настолько прочно, что он почти испугался вырывать ее… но Дань не знала пощады. Скверна потянулась из ее Тела и Духа – вязкая сеть гнилостных черно-зеленых нитей и пульсирующей коричневой Маны, видимая даже обычным глазом. Целительницы в ужасе зашипели, увидев алую кровь, хлынувшую вслед за выходящей скверной. Они склонились над ней, пытаясь удержать этот прилив.
Феликс не мог обращать на них внимания, так как скверна насильно втягивалась в его каналы.
Она с визгом ворвалась в пространство его ядра – узел извивающейся Эссенции, который бросался на все вокруг. В ней чувствовалось злобное Намерение, до боли похожее на то, с чем он сталкивался раньше, но в то же время иное – словно дальние, кровожадные родичи. Воля Феликса обрушилась на нее, удерживая на месте и направляя вниз, в бездну между вращающимися ядрами. Тьма взревела от возбуждения – вибрация алчного восторга почти заставила Феликса остановиться… но альтернативой было позволить скверне укорениться в его собственном ядре. Этого он допустить не мог.
Он скормил ее бездне, слушая, как скверна завывает, пока ее окончательно не поглотили.
Спазм прошел через его ядра, расходясь волнами от бездны. Затем поток мощи хлынул во всех направлениях, заставляя его красно-золотые и сине-белые кольца вспыхнуть, и посылая струи света вверх, в Божественное Древо, венчавшее всю конструкцию. Эссенция расцвела на ветвях Древа, дополняя и без того густую «листву» еще более плотным и опаловым сиянием.
Вы поглотили Эссенцию Первородного!
Обнаружена родословная Первородного!
Обнаружена Божественность!
Вы защищены от его проклятия: Пылерожденный!
Вы поглотили небольшое количество его Эссенции и Значимости!
Хтоническая Дань достигла 83 уровня!
Феликс рывком вернулся в сознание. Он все еще склонялся над Настоятельницей, а целительницы смотрели на него в ужасе и замешательстве. Он моргнул, отстранился и окинул гномку взглядом Ока.
— Она… теперь она в порядке, — сказал он, сбившимся дыханием. Мощь прикосновения Первородного все еще жгла его внутренности, словно тяжелый приступ изжоги. Он вытащил еще одно Зелье Здоровья. — Дайте ей еще одно, и она поправится.
Дария взяла флакон дрожащими руками, словно боясь, что он… что? Нападет на нее? Феликс нахмурился и отпустил контроль над своим Сродством, позволяя чувствам разойтись вокруг, подобно вихрю. В воздухе висел страх, но когда целительницы увидели, как возвращается здоровый цвет лица гномки и как выравнивается ее дыхание, сквозь него пробилась надежда.
— Что… что ты сделал, мальчик? — Спросила Дария.
— Спас ей жизнь, — ответил он. «Даже больше. То, как распространялась эта скверна, напомнило мне о Ревенантах». Пит издал в его душе тошнотворный звук при мысли о «них».
— Но как? Ты вырвал болезнь из нее, словно… я никогда не видела ничего подобного, — продолжала Дария. — Ты очистил ее от проклятия.
— У меня была практика, — рассеянно бросил Феликс. «Откуда взялся Первородный? Из пустыни?», — Как она оказалась в таком состоянии? Это важно.
— На укреплениях. Перевал Калеф. Мы, целители, отправились туда, чтобы лечить рыцарей и паладинов после недавнего всплеска монстров, — объяснила она. — Вторая атака произошла, когда мы еще были там.
Одна из других целительниц подала голос:
— Рыцари и паладины носят доспехи, защищающие их от нежити, но у нас их нет. Они мешают подвижности и… и некоторые из нас не успели сбежать. Нежить наводнила стены, а во главе их была тварь покрупнее. Человекоподобная, слишком тощая, чтобы быть живой – настоящий ужас. — Она посмотрела на Настоятельницу. — Наша Госпожа бросилась наперерез ее страшной атаке, приняв на себя основной удар и отогнав тварь своей силой.
— Она спасла всех нас, — добавила другая.
— А та тварь? Это худое нечто? — Спросил Феликс.
— Оно бежало обратно в пустоши. А мы отступили сюда, сосредоточившись на лечении Настоятельницы и остальных, — сказала Дария.
— Постойте. — У Феликса все внутри екнуло. — Остальных?
* * *
Феликса повели по коридору к закрытому помещению, куда отправляли раненых на стене. Это было отделенное от остальной обители место, обитель восстановительного покоя, как выразилась Дария.
— Не все раненые на укреплениях были в таком тяжелом состоянии, как Настоятельница, — объясняла она, пока он спешил по коридору. Она с трудом поспевала за ним, а он притормаживал лишь настолько, чтобы она могла указывать дорогу. — Никто из них не пострадал так сильно. У большинства лишь сломанные кости да потеря крови. Почему вы так спешите?
Феликс не ответил. Они подошли к массивной двери, на деревянной поверхности которой виднелись знаки звукоизоляции. Он дернул дверь, чувствуя сопротивление. Ему пришлось приложить всю свою силу, буквально вырывая полотно из рамы и отбрасывая его назад. Запах крови тут же ударил в нос – гнилостный металлический привкус, сравнимый лишь с раздавшимися криками.
— Дверь…! Слепые боги! — Воскликнула Дария.
Койки были перевернуты, кровь залила почти все поверхности, повсюду лежали трупы. Человек десять мужчин и женщин ломились из дальнего угла, только сейчас заметив открывшийся выход. Окровавленные, хромающие, охваченные ужасом. Эта волна Сродства захлестнула и его, вместе с бездумной, агрессивной Потребностью.
— Помогите! Они убивают нас!
— Остальные! Они изменились!
Позади немногих выживших стояли шесть фигур, каждая из которых была искажена и скелетно истощена. Их лица наполовину покрывали костяные пластины, похожие на чешую, а руки оканчивались длинными, свирепыми когтями.
«Прожорливое Око!»
Название: Пылерожденные Призраки.
Тип: Отродье Первородного (Низшее)
Уровень: 47.
Здоровье: 2344/2344.
Выносливость: 3225/3289.
Мана: 0/5632.
Описание: Поддавшись проклятию Пылерожденных, этот несчастный стал порождением древней Воли Первородного. Они беспричинно жестоки и одержимы побуждением уничтожать все живое на своем пути.
Сила: Требуется больше данных.
Слабость: Требуется больше данных.
Его Око выдавало одинаковую информацию по всем, хотя их уровни и показатели Здоровья различались. Рядом с ним Дария ахнула.
— Они выглядят так же, как та тварь на стенах! — Прошептала она.
Феликс шагнул в комнату, переводя взгляд Ока на выживших. — Вы видите на них состояние Пылерожденного?
Дария покачала головой. — Они в порядке, только ранены. Я должна им помочь!
— Нет, — отрезал он. — Оставайся здесь.
— Их слишком много, тебе не справиться одному! Ты погибнешь!
«Неумолимая Решимость!»
Феликс сорвался с места в спринт, в мгновение ока преодолев расстояние до выживших. Он лавировал между ними, и его Око полыхало. — Все вы! К двери! Живо!
Он затормозил среди опрокинутых и разбитых коек. Ударом ноги он сбросил поножи и наручи, позволяя им втянуться в серебряные кольца на лодыжках и запястьях. Его Одеяние потекло и изменилось, растворяя плащ на плечах и тунику на груди, пока на нем не остались лишь свободные штаны.
Призраки засуетились, их конечности изгибались под странными углами. Позади он чувствовал, что выжившие уже у двери, но не все еще успели выйти.
«Формовка Камня!»
Намерение и Сродство отозвались на его Навык, и каменная стена с грохотом рухнула в десяти футах перед дверью, отрезая выход для него и Призраков. Выжившие были в безопасности.
— Наконец-то. Побудем наедине.
«Владыка Плоти!»
Чешуя пошла рябью по коже, мышцы вздулись и выросли, а кости начали ломаться с тошнотворным хрустом. Во рту выросли клыки; Феликс сплюнул свои обычные плоские зубы на пол и размял новообретенные когти. Призраков это не смутило, они лишь с еще большей яростью бросились на него.
С ревом Феликс кинулся вперед.
* * *
— Феликс! — Крикнула Весс в открытых галереях обители. Отсюда все еще был виден внутренний двор, но, к счастью, стоны умирающих сменились тревожным сном выздоравливающих. В основном. Людей все еще прибывало много, но целительницы держали ситуацию под контролем. Насколько это было возможно в данных обстоятельствах. — Куда он делся?
Она отошла в сторону, когда количество раненых превысило ее возможности помочь, и решила найти друга. Он таскал воду для целителей, но хотя воды было в избытке, Феликса нигде не было видно.
— О, Зара! Ты не видела Феликса? — Спросила она, заметив наяду.
Женщина покачала головой, и морщинки на ее лице лишь подчеркивали ее эфирную красоту. — Нет.
Раздражение, исходившее от наяды, было почти ощутимым, и Весс пришлось подавить улыбку. «Не так-то просто, когда не можешь просто Отметить нас, чтобы следить, верно?»
Возможно, эта мысль была недоброй, но Весс испытала нешуточное отвращение, когда узнала, что и Феликс, и она сама были Отмечены Зарой. Колдунья утверждала, что это ради их безопасности, но это все равно было нарушением границ.
Впрочем, Весс лишь слегка беспокоилась из-за исчезновения Феликса. Он был взрослым мужчиной с изрядной долей здравого смысла. Не станет же он разносить обитель по кирпичику. — Уверена, с ним все будет в порядке, — сказала Весс.
Зара поджала губы. — Не сомневаюсь.
— Эй!
Они обе обернулись и посмотрели через двор. К ним бежала Иви – в своей кожаной броне, с ножами и цепью через плечо; она двигалась быстро, но тяжело дышала. Девушка затормозила, едва не упав. — Нашла вас. Боги, ну и забег выдался.
— Иви? Что случилось? — Спросила Зара, отмахнувшись от целительницы, которая направлялась к ним со свитком в руках.
— Искала, — она сглотнула, пытаясь отдышаться. — Искала ваши кислые мины по всему городу.
— Что-то произошло? — Спросила Весс, глядя поверх подруги на двустворчатые двери. Город казался таким же, как и несколько часов назад.
— Нет-нет. Все нормально. Наверное. Мы почти закончили, раздобыли еды и прочего, и собираемся что-то решить с выходом отсюда… — Она нахмурилась, прервав поток слов. — А где Феликс?
— Мы как раз его искали, — ответила Весс. — Помоги нам, пока рассказываешь. Что значит «что-то решить»?
Иви слегка покраснела и открыла рот, чтобы объяснить – и в этот момент башня обители взорвалась.