Глава 32.0

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

— Ты… хочешь это? — Спросил Феликс, держа в руке Ключ Знамения.

Пит возмущенно заверещал. «Не твое!»

Массивное Побуждение лишь склонило голову набок и вскрикнуло голосом десяти миллионов птиц:

ПОЧЕМУ?

— Что… почему? — Не понял Феликс.

ПОЧЕМУ ТЫ ПРЕДЛАГАЕШЬ КЛЮЧ ЗНАМЕНИЯ?

Феликс растерялся. Он сжал полупрозрачный ключ – как ему показалось, слишком сильно, но Сила, способная гнуть сталь, не оставила на нем и следа. — У меня… больше нечего предложить, — медленно произнес он. По крайней мере, ничего такого, с чем он готов был расстаться. Потерять Ключ Знамения было бы больно, но если Ворон действительно его не хочет…

ИНТЕРЕСНО. — Ворон запрыгал, перескакивая с титанических валов под ним прямо на выступ утеса. Он приземлился с оглушительным гулким ударом и хриплым карканьем. — КЛЮЧ ЗНАМЕНИЯ ДЛЯ НАС – НИЧТО.

— Ничто? — Феликс взглянул на ключ. — Разве он не ценен?

ДЛЯ НАС НЕТ ПУТИ. У ПОБУЖДЕНИЙ НЕ БЫВАЕТ ЗНАМЕНИЙ. МЫ НЕ СМОГЛИ БЫ ДАЖЕ УВИДЕТЬ ДВЕРЬ, КОТОРУЮ МОЖЕТ ОТКРЫТЬ ПОДОБНАЯ ВЕЩЬ.

Феликс с благодарностью убрал Ключ Знамения обратно в сумку. — Значит, вы берете только то, что полезно вам? Это не совсем вяжется с моим пониманием вашей… мотивации.

МЫ ИЩЕМ ТО, ЧТО СКРЫТО ИЛИ ПОТЕРЯНО, ХОТЯ ТО, ЧТО МЕРЦАЕТ, ВЕСЬМА НАС ПРИТЯГИВАЕТ. ТВОЙ КЛЮЧ ЗНАМЕНИЯ НЕ БЫЛ СКРЫТ ИЛИ ПОТЕРЯН… ОН БЫЛ СОЗДАН СИСТЕМОЙ НЕПОСРЕДСТВЕННО ДЛЯ ТЕБЯ. РЕДКИЙ СЛУЧАЙ, НО ЭТО НЕ ТО, ЧТО МЫ ИЩЕМ. НЕ ТО, ЧТО НАМ НУЖНО. — Ворон снова наклонился ближе, и его огромный клюв опять указал на бок Феликса. Коготь, сотканный из десяти тысяч перьев, прочертил дугу в небе, и Феликсу потребовалась вся его Сила Воли, чтобы не вздрогнуть. Вместо того чтобы разрубить его пополам, коготь лишь легонько коснулся рукояти Кресцианского клинка, висевшего рядом с сумкой. — ЭТО – СОВСЕМ ДРУГОЕ. ПОТЕРЯНО ТАК ДОЛГО. ТЫ НАШЕЛ ЭТО, ПРИСВОИЛ. МЫ ЧУВСТВУЕМ… СМЕРТЬ.

Это звучало ничуть не лучше. Феликс приложил немало усилий, чтобы вернуть этот меч, к тому же тот был связан с Храмом. Он не мог его отдать. Феликс не стал говорить этого вслух, лишь крепче сжал рукоять. — Да, я убил им кое-кого.

КА-А-А! ЗНАКОМАЯ СМЕРТЬ. ДА.

В памяти Феликса вспыхнул образ трупа Хенаари, который он нашел. Меч лежал под костями, запутавшись в полевых цветах и стеблях травы. Ворон повернул голову так, что смотрел на Феликса почти вверх ногами.

ДА. НАША ЛЮБИМАЯ ДОЧЬ. ПОТЕРЯННАЯ ДЛЯ НАС. ТЫ НАШЕЛ ЕЕ?

— Полагаю, что так, — признал Феликс. Он следил за этими когтями, крыльями и клювом. Один удар мог и не убить его на месте, но последствия были бы плачевными. Пит, легко почувствовав напряжение Феликса, покрепче уперся лапами в землю.

ХМ-М. ТЫ НАШЕЛ ЕЕ. ТЫ СМОТРЕЛ. ТЫ ВЫСЛЕДИЛ ХИЩНИКА, ЧТО УБИЛ ЕЕ. ЭТО ХОРОШО.

Феликс медленно кивнул. Он нашел Хенаари и похоронил ее, когда представилась возможность, но он не помнил, чтобы сражался с ее убийцей. Вокруг Храма Водопада было столько монстров. Как бы он узнал? Если только…

— Это Орит убил ее? — Спросил он.

Ворон закаркал, и его многоголосый крик перекрыл рев прибоя внизу. — ИСКАЖЕННЫЙ. МЫ ЧУВСТВУЕМ ЕГО КРОВЬ НА ТЕБЕ, ПРОЛИТУЮ В БОЮ. И НЕ ТОЛЬКО.

— Ну, я убил Орита и двух Оскверненных Кровью Стражей, — сказал Феликс. Ворон не выглядел впечатленным, скорее… отстраненным.

МЫ ЧУВСТВУЕМ, КАК ДРЕВНИЕ ВЕЩИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ В ГНЕЗДО. ТВОЯ КРОВЬ. ОНА ПАХНЕТ… ПОТЕРЯННЫМ.

Голова Ворона выпрямилась, и он подпрыгнул ближе. Почти на пятьдесят футов ближе. Пит зарычал, и Ворон окинул тэнку своим пустым взором.

ЗВЕРЬ-СТРАЖ. ВТОРОЙ, КОТОРОГО МЫ ВИДИМ. НАМ ЭТО НЕИНТЕРЕСНО. — Он шмыгнул носом, издав звук, похожий на работу кузнечных мехов. — НАМ НУЖНО БОЛЬШЕ. РАССКАЖИ НАМ.

РАССКАЖИ НАМ.

Феликса охватила уверенность, что Ворон не отпустит его без нового подношения. По привычке он попытался прощупать Дух Побуждения, но тут же отпрянул от кричащего мальстрима из черных перьев. Он не чувствовал ни эмоций, ни Намерения в том, что составляло суть этого полубога – лишь оглушительный «шум». Феликс резко отшатнулся, разрывая связь, и обнажил Кресцианский клинок. Он поднял бронзовое лезвие вверх, позволяя тусклому свету собраться на кромке. Ворон снова склонил голову.

Феликс опустил меч и полоснул себя по ладони.

О-О-ОХ.

Кровь заструилась – более густая и вязкая, чем Феликс помнил. Он сжал кулак, и капли упали на землю. Ворон метнулся вперед и вонзил кончик своего гигантского клюва в камень и почву, подбирая кровь вместе с чавкающей глиной. Он так же быстро вскинул голову, и его горло запульсировало, пока месиво из грязи, листьев и камней не скользнуло в глотку.

КА-А-А-АУ! КАУ!

Феликс едва удержался на ногах, когда Ворон закричал. Гигантская птица задрожала, прибой взревел, а гром ударил так сильно, что усыпанная листьями земля содрогнулась. Ворон взмахнул крыльями – раз, другой, поднимая ветер шквальной силы, против которого Феликсу пришлось упираться всем телом, чтобы не упасть.

НЕСВЯЗАННЫЙ! НИМ! ПЕРВОЗДАННЫЙ!

Его голос снова превратился в миллионоголосый крик черных птиц, а шторм над ними усилился. Ветер не утихал, и деревья вокруг начали валиться. В воздух взметнулись мокрые, полусгнившие листья, но Феликс не сводил глаз с Ворона. Его клюв был широко раскрыт в крике, как и пылающие пасти тысяч других птиц в темноте его груди. По их связи вспыхнул страх, но вместе с ним и решимость. Ни Феликс, ни Пит не собирались сдаваться без боя.

А потом все исчезло.

Шторм утих, ветер стих, и даже прибой замолчал. Феликсу показалось, что он оглох; он уже собрался проверить свои Статусные Эффекты, если бы не заметил, что Ворон снова подошел ближе, негромко воркуя. Его глаза были спокойны, и в них не читалось ничего, кроме животного интеллекта.

ЗНАЕШЬ ЛИ ТЫ СВОЮ РОЛЬ, НЕСВЯЗАННЫЙ?

— Мою роль? — Феликс прищурился, держа клинок между собой и Побуждением. — Я не… о чем ты?

МЫ ПОДНЯЛИСЬ ИЗ ПОБУЖДЕНИЯ, ЧТОБЫ ИСКАТЬ, НАХОДИТЬ, РАСКРЫВАТЬ И ДАВАТЬ СИЯТЬ. МЫ МОГУЩЕСТВЕННЫ, НО НЕ ВСЕСИЛЬНЫ. У НАС ЕСТЬ РОЛЬ В ТВОРЕНИИ, КАК И У ВСЕХ.

Слышать это было любопытно, но Феликс не мог избавиться от ощущения эмоциональной встряски. Он не знал, чего ожидать от этого существа. В нем чувствовалось подобие разума, даже если оно состояло из кучи сваленных в кучу птиц. — У меня нет роли. Я просто… я здесь. Выживаю.

— У ВСЕХ ЕСТЬ РОЛЬ, ОТ ПЕРВОЗДАННЫХ ДО БОГОВ. ДАЖЕ У ПОГИБЕЛИ.

Это привлекло его внимание. — Погибель, — повторил Феликс. — Я слышал об этом раньше. Сила, что кладет конец цивилизациям, стирает целые Расы, уничтожая даже память о них. Как?

ТВОРЕНИЕ НАПОЛНЕНО ВЕЛИКИМИ И МОГУЧИМИ ВЕЩАМИ. УЖАСНЫМИ ВЕЩАМИ. ПОГИБЕЛЬ ОГРАНИЧИВАЕТ, ИБО В ЭТОМ ЕЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ. ЕЕ РОЛЬ. ЭТО САМОЕ ПЕРВОЗДАННОЕ ИЗ ПОБУЖДЕНИЙ. ПОБУЖДЕНИЕ СТРАХА. ЗАВИСТИ.

Никто и никогда не давал ему столько информации. Феликс надавил:

— Не разрушения? Разве не этим она занимается?

РАЗРУШЕНИЕ! КАУ! РАЗРУШ… ЗНАЕШЬ ЛИ ТЫ ПОСЛЕДСТВИЯ ВЛАСТИ?

— Чего?

ПУТЬ К МАСТЕРСТВУ. ЗАКАЛКА ТВОЕЙ СМЕРТНОЙ ФОРМЫ.

— Мне говорили, это что-то вроде поиска бессмертия, — рискнул предположить Феликс. Пасть говорила нечто подобное.

КА-ХАУ! КАУ! БЕССМЕРТИЕ! ДА. ЗНАЧИМОСТЬ, ВСТРАИВАЕМАЯ В ТВОЕ СУЩЕСТВО С КАЖДОЙ НОВОЙ ЗАКАЛКОЙ. ТВЕРДОСТЬ, ЖЕСТКОСТЬ, КОТОРУЮ В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ НЕВОЗМОЖНО ОТРИЦАТЬ. ВРЕМЯ И ВОЗРАСТ БОЛЬШЕ НЕ КОСНУТСЯ ТЕХ, КТО ВСТАЛ НА ПУТЬ ВЛАСТИ, НО ЭТО ЛИШЬ ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ! — Ворон снова подпрыгнул. — СУТЬ В ТОМ, ЧТОБЫ НАЙТИ СВОЮ РОЛЬ! ПОБУЖДЕНИЕ, ЧТО ДВИЖЕТ ТОБОЙ! КОГДА ОНО НАЙДЕНО, ТЫ ПИТАЕШЬ ЕГО ЗНАЧИМОСТЬЮ!

Феликс почти физически ощущал, как эти понятия в речи Ворона выделяются заглавными буквами. — Побуждение, что движет мной? Погоди, значимость. Я слышал это раньше. — Зара объясняла это как твердость, как… фиксацию самого себя по мере роста силы. Результат Закалок и выборов, сделанных на пути, как и сказал Ворон. — Что это такое, если конкретно?

ЭТО ПРЕКРАЩЕНИЕ ТОГО, ЧТО МОГЛО БЫ БЫТЬ, И ЗАТВЕРДЕВАНИЕ ТОГО, ЧТО БЫЛО И БУДЕТ ВСЕГДА, – прокаркал Ворон. — ЭТО СМЫСЛ, ПРЕВРАЩЕННЫЙ В МОЩЬ, ЗАКРЕПЛЯЮЩИЙ ВСЕ, ЧЕМ ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ, И ДЕЛАЮЩИЙ ТЕБЯ ЧЕМ-ТО БОЛЬШИМ. БОЛЬШЕ НЕ СМЕРТНЫМ. НОВЫМ ТОБОЙ, ИЗМЕНЕННЫМ, ПРЕОБРАЖЕННЫМ. — Он дважды каркнул почти оглушительно в наступившей тишине мира. — ТОЛЬКО ВЕЛИЧАЙШИЕ ДОСТИГАЮТ ТАКИХ ВЫСОТ.

ТОЛЬКО БОГИ.

Если бы в этот момент драматично ударила молния, Феликс бы не удивился. «Я всегда это подозревал. Веллус называла меня восходящим, идущим по Сломанному Пути… так вот откуда взялись боги? Они просто достигли вершины горы?»

— А как же ты? Многие называют тебя богом, — сказал Феликс. Он все еще не понимал, чего Ворон хочет от него, но, возможно, он сможет вытянуть из этой твари больше ответов.

МЫ ВСЕГО ЛИШЬ ПОБУЖДЕНИЕ. МОГУЩЕСТВЕННОЕ, ДА. ДОСТАТОЧНО СИЛЬНОЕ, ЧТОБЫ ПРИКОНЧИТЬ ТЕБЯ, НЕСВЯЗАННЫЙ. ПЕРВОЗДАННЫЙ. НО МЫ НИКОГДА НЕ СТАНЕМ БОЛЬШИМ, ЧЕМ МЫ ЕСТЬ. В ЭТОМ ПРЕИМУЩЕСТВО СМЕРТНОСТИ, КАК БЫ ТЫ НИ БЫЛ СЛАБ. — Огромная птица встряхнулась, и маленькие фигурки взлетели с ее спины, скрываясь в темном небе. — МЫ СЛЕДУЕМ СВОЕЙ РОЛИ. ЭТОГО ПУТИ ДОСТАТОЧНО.

КАК НЕСВЯЗАННЫЙ, ТЫ НЕ ПРИВЯЗАН К ЭТОМУ МИРУ. ТЫ СЛОВНО СНЯТ С ЯКОРЯ САМОГО ТВОРЕНИЯ. ЭТО ЛЮБОПЫТНО. БЕЛОЕ ПЯТНО В ПЛЕТЕНИИ ВЛАСТИ. РОЛЬ ПЕРВОЗДАННОГО СОВСЕМ ИНАЯ. КОГО-ТО ИЗ НЕЗРИМОГО ПРИЛИВА НЕ ВИДЕЛИ УЖЕ МНОГО-МНОГО ДОЛГИХ ЛЕТ.

— Что тебе известно, Ворон? — Спросил Феликс.

ЧУВСТВУЕШЬ ЛИ ТЫ НИТИ, НЕСВЯЗАННЫЙ? — спросил Ворон. — ЭТО ПРИЛИВЫ НЕВИДИМОГО МОРЯ, ЧТО ОКРУЖАЕТ ТЕБЯ. В ДРЕВНЮЮ ЭПОХУ – ЕЩЕ ДО ПОЯВЛЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА ИЛИ ЭЛЬФОВ, ЕЩЕ ДО НИМ – ПЕРВОЗДАННЫЕ СВОБОДНО БРОДИЛИ ПОВСЮДУ. У ВСЕХ НИХ ЕСТЬ СВОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ, РОЛЬ, ДАЖЕ У ТЕХ, КТО СОШЕЛ С УМА.

— Разве они не все безумны?

А ТЫ?

«Хороший вопрос», – подумал Феликс.

ПОДУМАЙ О СВОЕЙ РОЛИ, ФЕЛИКС НЕВАРР. МОЖЕТ НАСТАТЬ ВРЕМЯ, КОГДА ОТВЕТ СПАСЕТ ТЕБЕ ЖИЗНЬ.

— Ты не можешь просто сказать мне?

КАУ! КА-КА-АУ! КАУ!

Феликс наблюдал за ним добрых полминуты, прежде чем до него дошло, что тот смеется. Над ним.

МЫ ДОВОЛЬНЫ, ФЕЛИКС НЕВАРР.

— Что? — Спросил он. — Почему?

ТЫ ПРИНОСИШЬ НАМ ТАЙНЫ. ТЫ НОСИШЬ В СЕБЕ КРОВЬ ВЕЩЕЙ, КОГДА-ТО ПОТЕРЯННЫХ. ЭТО КУДА БОЛЬШЕ ТОГО, ЧТО МЫ ТРЕБУЕМ ОТ ТЕХ, КТО ИЩЕТ НАШЕГО БЛАГОСЛОВЕНИЯ. КТО СЛЕДУЕТ НАШЕЙ РОЛИ.

Феликс хотел промолчать, но не сдержался:

— Я не следую за тобой или твоей ролью. Как ты и сказал, я еще не знаю своей, но она будет моей собственной. Ничьей больше.

КАУ! КА-А-АУ! ХОРОШО!

— Хорошо?

ТЕ, КТО ПРОКЛАДЫВАЕТ СВОЙ ПУТЬ, ЛИБО ПОГИБНУТ, ЛИБО САМИМ СВОИМ ПРОХОЖДЕНИЕМ ОТКРОЮТ ТО, ЧЕГО МЫ ЖЕЛАЕМ. ЧТО НАМ НУЖНО. — Ворон встряхнулся, и его лохматые перья на горле заколыхались. — МЫ ЧУВСТВУЕМ МНОЖЕСТВО ВЕЛИКИХ ПОТРЯСЕНИЙ В ТВОЕМ БУДУЩЕМ, НЕСВЯЗАННЫЙ. ФЕЛИКС НЕВАРР, ТОТ, КТО ПОТЕРЯН, МЫ ДОВОЛЬНЫ.

Без предупреждения Бесконечный Ворон бросился на него.

«Неудержимая Воля!»

Феликс смазался в движении, двигаясь так быстро, что воздух и земля вокруг него затрещали. Он вскинул клинок, принимая Вторую Форму Меча, а свободной рукой сделал выпад, пытаясь остановить атаку. Однако Ворон проскользнул сквозь все его защиты и почти мгновенно вонзил клюв Феликсу в грудь.

Вместо того чтобы быть пронзенным, Феликс отлетел назад, подхваченный вновь поднявшимся от крыльев ветром. Пит тревожно вскрикнул.

НЕ БУДЬ БОЛЬШЕ ПОТЕРЯННЫМ.

Тьма поглотила их обоих.

* * *

Он услышал щебетание птиц.

Феликс вскочил на ноги, по его рукам затрещали искры молний. Зрение вернулось вскоре после слуха, но свет был слишком ярким. Золотистое утреннее солнце светило сбоку сквозь проломы в каменной кладке прямо ему в глаза. Он застонал и часто замигал, пытаясь привыкнуть. Птицы замолкли – возможно, испугались, – но теперь Феликс видел ясно. Он больше не был в Царстве Ворона. Он вернулся в башню.

И наступил рассвет.

— Пит? — Феликс обернулся раз, другой. Сердце бешено колотилось, пока он не нашел своего друга, тихо похрапывающего в темном углу. — Боже. Ты меня напугал. Эй! Вставай!

Пит сонно что-то пробормотал, но поднялся на лапы.

— Да, я знаю, что ты устал. — Феликс потер лицо ладонями. — Я и сам вымотался как никогда. Что бы эта большая птица с нами ни сделала, меня это знатно приложило.

Боль в Аспектах стала еще сильнее. Феликсу казалось, что он мог бы проспать несколько дней, если бы позволил себе, но времени не было. Они и так потеряли его слишком много.

«Кто знает, что они сделали с нашей командой, пока меня не было». Феликс надеялся, что Хенаари не нападут на его людей во время всей этой заварухи, но Матриарху он решительно не доверял. «Будь готов к бою, Пит».

На этот раз тэнку издал чириканье, которое прозвучало почти угрожающе. Феликс был впечатлен.

Когда они выбрались из небольшого лабиринта башни – теперь, при утреннем свете, ориентироваться стало куда проще, – Феликсу открылась иная картина. Толпа, заполнявшая лагерь, разошлась, вероятно, еще несколько часов назад, и поблизости остались лишь восемь стражей Хенаари и трое его друзей. Все трое спали: Атар и Иви прислонились друг к другу, а Весс положила голову на колени Иви. Это выглядело бы почти мило, если бы над ними, словно палачи, не возвышались вооруженные охранники.

— Ты вернулся!

Голос застал Феликса врасплох: Пит испуганно пискнул, а сам он вздрогнул. Это был Дальноход, чье лицо все еще скрывала густая тень, несмотря на восходящее солнце. Он сидел в своей примитивной инвалидной коляске, а позади него стояла Вайвора. Оба выглядели бодрыми и свежими.

— По ощущениям прошло меньше времени, чем на самом деле, — сказал Феликс, опуская сжатые кулаки. Вайвора вздрогнула, только сейчас заметив, что он резко развернулся к ним. Он догадался, что двигался слишком быстро, чтобы она успела уследить. «Ха, это вам за то, что подкрадываетесь». — Этот большой… Ворон оказался тем еще любителем поговорить.

— Она говорила с тобой? — Спросила Вайвора. Ее широко расставленные глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. — Прямо… словами? Я…

— Где он?!

В стороне послышалось кряхтение и шум – его друзья начали просыпаться, а перед Феликсом из большого богато украшенного здания вышла Матриарх. Несмотря на изысканные одежды, она выглядела изможденной, будто не спала вовсе. Ее сопровождал Синод, а также несколько вооруженных стражей; все они направились к башне и Феликсу.

— Ты уже проснулась, Тава, — произнес Дальноход. Он наклонил голову в капюшоне в их сторону. — Надеюсь, тебе хорошо спалось?

— Довольно твоих банальных любезностей. Мы здесь, чтобы вынести приговор твоему… гостю, — с нескрываемым презрением бросила Матриарх. — Он вошел в башню и отправился на встречу с Бесконечным Вороном. Что этот мальчишка может нам показать, если вообще что-то принес?

— Феликс? — Голос Весс прорезал общий гул. Он обернулся и увидел, что все трое уже на ногах и пытаются подойти ближе, хотя стражники преградили им путь копьями. Весс выглядела облегченной. — Ты не ранен.

— Видите? Я же говорила, что они выживут, — уверенно заявила Иви.

— Ты сказала: «Спорим, он сожрет эту птицу в два счета», — вставил Атар.

Иви пожала плечами:

— Ну, это была беспроигрышная ставка.

— Сожрет… — лицо Матриарха потемнело, как грозовая туча, а члены Синода выглядели в ужасе. — Как вы смеете шутить о таких вещах!

— Это не совсем шутка, — пробормотала Иви, в упор глядя на нее.

Феликс тем временем заметил кое-что важное. — Я действительно видел Бесконечного Ворона. Мы немного поговорили, и он отправил меня назад. — Он поднял руку. — С этим.

Все повернулись к Феликсу, когда он показал перо длиной в фут. Оно было темным, глянцевым и излучало одновременно мягкое любопытство и живой интерес. Хенаари ахнули.

— Перо Ворона!

— Он принес такое сокровище!

— Чужак…!

— Невозможно! — Вскричала Матриарх. Диадемы в ее заплетенных волосах задрожали, когда она шагнула к нему. — Это… ты…!

— Вот, — сказал Феликс, протягивая перо. — Проведи Анализ сама. — Он знал, что она увидит.

Название: Перо Бесконечного Ворона

Тип: Благосклонность (Побуждение)

Описание: Даруется лишь тем, кого одобряет Ворон; Перо является видимым знаком расположения Бесконечного Ворона. Иные цели, если таковые имеются, неизвестны.

— Это правда, — прошептала она. Казалось, у нее выбили почву из-под ног, она буквально сдулась. — Как?

— И не только Перо, — добавил Дальноход. Вайвора подкатила его ближе к Феликсу, и он протянул морщинистую, но твердую руку. — Позволишь?

— Что позволишь?

— Показать им, что ты заслужил, — сказал он. — Это безвредно.

Заинтригованный, Феликс кивнул. Дальноход коснулся груди Феликса, и вверх брызнули искры. Целый поток ярких звезд вырвался из груди Феликса, каждая сопровождалась отрывистыми вспышками сине-белого и красно-золотого света. Вокруг них и его друзья, и Хенаари пошатнулись под внезапным, неопределимым давлением. Даже Вайвора и Матриарх резко напряглись под невидимым весом, хотя сам Феликс не чувствовал ничего, кроме тяжести в груди. Дальноход же лишь изумленно посмотрел на это, прежде чем что-то сделал и прекратил это ощущение.

— Это было…

— …Дух зверя!

Над ними звезды, вырвавшиеся на волю, сложились в серию фигур. Узоры света, одновременно похожие и непохожие на Навыки Феликса, застыли в воздухе – все они были незнакомы. Однако один из них вырвался вперед, и он больше всего напоминал пару диких, широко распростертых крыльев.

— Метка Ворона, — зашептали члены Синода.

— Невозможно, — повторила Матриарх. Феликс начал подозревать, что это ее любимое слово. Ее усталое лицо побледнело, а унизанные кольцами руки дрожали, закрывая рот.

— Он достоин Права Скитаний, — провозгласил Дальноход. В его голосе появился легкий резонанс, который, Феликс был уверен, разнесся до самых окраин лагеря. — Феликс Неварр и его спутник Пит находятся под защитой Бесконечного Ворона.

Все Хенаари склонили головы.

— Как велит Ворон, — произнесли они в один голос.

— Черт, это жутко, — сказала Иви достаточно громко, чтобы он услышал. Атар снова пихнул ее локтем, на этот раз попав в мягкое место под мышкой. Она зашипела от боли, а Атар выглядел необычайно гордым собой.

— Думаю, пришло время поговорить, — уже обычным голосом сказал Дальноход.

Иконки в поле зрения Феликса начали мигать и пульсировать, и он кивнул:

— Да-а-а. Нам определенно есть что обсудить.

«Но сначала, – отправил Феликс своему спутнику, – похоже, у нас есть уведомления, Пит».

Пит довольно затрещал.