Глава 18.0

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

«Панцирные туры, уровень 28, существа второго ранга», – отметил Феликс, когда две туши проломили оборонительную стену Невии. «Слишком сильны для них!»

Его Мана ушла в землю, готовая сформировать ряд шипов, чтобы остановить туров, но Весс опередила его. Она сорвалась с места – от силы ее прыжка треснула земля и дерево позади – и встретила двух врагов в лоб. Новое копье блеснуло в ее руках, обрушиваясь градом колющих ударов, выбивавших огромные куски из шкур быкоподобных монстров. Оба тура взревели и забились среди льдов, умерев еще до того, как рухнули на землю.

«Да, черт возьми!», – Феликс снова призвал свою Волю, пропуская сине-белую Ману сквозь вырезанные узоры в пространстве своего ядра. Она закружилась вовне, по его каналам, в мир, преобразуя камень под почвой и корнями по его приказу.

— Формовка Камня!

На этот раз он создал из камня толстые горизонтальные колонны, подпертые снизу и по бокам наклонными валами. Шесть широкогрудых таранов выдвинулись вперед, встретив грохот наступающих панцирных туров ответным ударом монолита. Зверей было много, но его творения остановили нескольких на месте, заставив остальных либо перепрыгивать через конструкции, либо обходить их.

— В строй! Маги в центр, бойцы ближнего боя на фланги! — Проревел Харн. Его парные топоры были наготове и одним мощным ударом рассекли ближайшего тура надвое. Словно валун в реке, основная масса зверей пронеслась мимо них и скрылась в лесу. — Маги! Бейте всем, что есть! Огонь!

Искристые разряды, Ледяные Стрелы, настоящие стрелы и сгустки кинетической силы вонзились в туров. Толстая шкура зверей – их каменный панцирь – мешала большинству ударов стать смертельными, но огромное количество атак все равно валило многих с ног. Огонь Атара был особенно эффективен, когда поджигал густую шерсть туров вокруг шеи и на брюхе. Удары силы Алистера тоже приносили пользу, часто раскалывая панцири и открывая уязвимые места для остальных.

Поначалу Феликс не понимал, почему они не сбились в глухую оборону. Ведь таков был его план, и именно для этого он создал укрепление. Его отряд в центре пока был в безопасности. А потом до него дошло.

Свободный опыт. Опыт, который в его случае был каплей в море.

Феликс сдерживался, позволяя друзьям и Страже Хаара атаковать. Учитывая штраф к опыту, под которым он находился, даже Харн мог извлечь из них больше пользы, чем он. Вместо этого он сосредоточился на том гнетущем чувстве, которое ощутил при появлении орды.

Оно несло в себе запах крови, совсем как та сила, что напугала пернатых монстров у Стены. Это было влияние Веллус, в этом Феликс был уверен – к несчастью, он не скоро забудет эту богиню. Его Врожденная Черта гарантировала, что воспоминание останется свежим и пугающе реальным в течение следующих трех недель, но даже после этого он сомневался, что избавится от ощущения парения в том темном месте, пока богиня бурь и крови пыталась… Феликс лихорадочно отпрянул от Памяти, которая грозила полностью перенести его обратно.

Бастион Воли достиг 70 уровня!

«Давненько такого не было», – он тяжело задышал. Он-то думал, что его Сила Воли и ментальная защита давно переросли власть случайного Воспоминания. С другой стороны, его Разум тоже окреп. Было бы логично, если бы этот клинок оказался обоюдоострым.

Тот Диссонанс, что он чувствовал, примешиваясь к Гармонии Туманных Земель:

В этом было зерно истины. Архонт использовал Кровавую Луну – редкое небесное явление, – чтобы усилить свои войска во время вторжения в Харвотч. Что мешало ему использовать ее как-то иначе? Например… — «Черт».

Например, чтобы сбежать.

* * *

Туры неслись на них, воплощая в себе чистую, бесчувственную мощь разрушения. Вайну стоило огромных усилий защитить себя, не говоря уже об остальных. Если бы он применил Насмешку хотя бы к одному из них, это стало бы концом Вайна Палласа.

И все же бой бодрил. Снова видеть Демона в деле, пусть это было всего одно заклинание… — какое заклинание! Каменные тараны, призванные из самой земли! Они фактически раскололи несущуюся орду надвое и дали всем достаточно пространства для боя. Одно мощное движение, определившее ход всего сражения. Вайн надеялся в будущем стать хоть вполовину таким же умелым.

Вы убили панцирного тура!

Получен опыт!

Вы получили новый уровень!

Ваш текущий уровень: 33!

Вы получаете 3 свободных очка характеристик!

Это мастерство приходило все быстрее теперь, когда они участвовали в битвах. Вайн не был атакующей мощью, в отличие от Давума или Невии, но удары молотом и щитом наносили хоть какой-то урон и давали ему право на долю опыта, даже если основную работу делал кто-то из спутников Демона. Его химера была особенно хороша в атаках по большим группам врагов одновременно своими клинками из воздушной Маны.

— Ложись!

Вайн пригнулся, пряча голову за ростовым щитом, когда град ледяных копий обрушился на раненого тура. Зверь взревел от боли и попытался повернуться к ним, но его тут же растоптали сородичи, даже не замедлив бега.

— Да! Еще уровень! — Вскричала Невия. Судя по ее возгласам, она извлекла из этого боя больше всех выгоды, но она была магом. А маги живут или умирают в зависимости от своей Маны.

— Но ты почти пуста, а? — С острой усмешкой заметила Кикри. — Буду иметь это в виду, когда первой достигну сорокового уровня.

— Послушай-ка ты, древесно-сопливая метательница веток… — начала было Невия, но внезапно потеряла равновесие. Вайн подался вперед и подхватил ее одной рукой.

— Полегче, Нев, — негромко сказал он. — Ты выжата досуха.

— Тьма, — выругалась дворф. — Твоя правда, морда молотоглавая. Но это не значит, что мне должно это нравиться.

— Справедливо.

Он помог ей встать и снова выставил перед собой щит. Кикри благоразумно двинулась дальше. Отчасти, как он подозревал, потому что она действительно заботилась о Невии, но также и для того, чтобы добраться до другого дерева.

— Формовка Зелени, — прошипела она, и из ствола ближайшего дерева показались идеальные, полностью готовые стрелы. Ее колчан наполнился ими, а дерево застонало, словно от боли. — Благодарю, — пробормотала она, прежде чем выхватить снаряд и пустить его в цель.

Стрелы были целиком из дерева, но какой-то процесс укреплял их. При наличии нужных Навыков они могли пробивать железную броню, а Кикри была мастером дальнего боя.

Стрела – и еще четыре, что она выпустила следом – вспыхнули вихрем сине-желтого пара. Внезапно они рванули вперед, светясь от неистового жара, и врезались в двух ближайших туров с такой силой, что пробили небольшие дыры в их панцирях.

— Еще один мой! — Провозгласила она, слегка запыхавшись, и выпустила еще шесть стрел. Как она стреляла так быстро, Вайн не понимал. Он полагал, что она накладывает несколько Навыков друг на друга, но это было трудно, и ее замедляющаяся реакция это подтверждала. Ее Выносливость начала падать, и это также нещадно сжигало Ману. И все же она продолжала, столь же неистово, как и остальные, стремясь проявить себя.

Давум обрушил свой великий топор в гущу схватки, позволяя отравленному лезвию вращаться в вихре токсинов, который он направлял в орду. Каждый вдох туров ослаблял их, и орк преследовал их с жаждой убийства в глазах. Он был одним из немногих, кто мог нанести значительный урон этому противнику благодаря своей специализации исключительно на Силе.

Кайлар тем временем сосредоточился на быстрых, точных атаках, обладающих ровно той мощью, чтобы нанести рану. Его стиль владения двумя мечами был популярен в Сетории, но куда меньше – в Харвотче. Это потому, что в Харвотче им приходилось иметь дело с подобными тварями, выходящими из Туманных Земель.

— Сдохните, будь вы прокляты! — Кричал он, и его мечи со звоном отскакивали от их каменных шкур. — Сдохните!

— Кайлар! Целься в глаза и пасти! — Крикнул Вайн, вскидывая щит на плечо и бросаясь на помощь товарищу.

— Я знаю свое дело, Вайн! Занимайся своим! — Проорал Кайлар, бросаясь на очередного тура, ни один из которых не стоял на месте достаточно долго. Его клинки высекали искры при каждой стремительной атаке – три-четыре удара за то время, что Вайну требовалось на один, – но количество ударов мало что значило, если они не могли пробить защиту. — Почему они не дохнут?

Щитоносец лишь закатил глаза и сделал один твердый шаг вперед. Ростовой щит Вайна, высотой с него самого, врезался в тура и заставил его отшатнуться в сторону. Этого было достаточно, чтобы замедлить зверя, и мечи Кайлара нашли лазейку в его шее. Тур издал болезненный рев, прежде чем вскинуть голову и отбросить воина от себя.

— А-а-а!

Кайлар рухнул кучей чуть поодаль от Вайна, и бронированный зверь повернулся к ним обоим, гневно фыркая.

— Слепые боги, — выругался Вайн, прежде чем вонзить щит в землю и начать активировать свои Навыки один за другим.

— Высокий Оплот!

— Стальной Панцирь!

— Каменные Жилы!

Мана и Выносливость утекали из Тела и Духа Вайна, в то время как Мана металла и земли жгла каналы. Пар закружился и осел в его Теле и вокруг него, превращая кожу в зернистый камень, а синюю броню – в тускло-серый металл.

— Кайлар! За меня!

Тур пошел в атаку.

* * *

Когда стало ясно, что непосредственная опасность миновала, Весс использовала буйство этих созданий как возможность испытать себя.

— Поступь Драгуна!

Она порхала между огромными зверями; ее ноги и копье находились в постоянном движении, пока она расчетливо колола и резала шеи и глаза туров. Один за другим они падали перед ней, их тела тут же затаптывались напиравшими сородичами, что лишь увеличивало сложность задачи. И все же Весс продолжала.

Стражники Хаара проводили собственные атаки, но она с легкостью уклонялась от них. Каждый ее шаг был обманом, ложным восприятием, закручивающимся вокруг рогов тура или вспышки жара от зачарованной стрелы. Огонь по своим всегда был проблемой на поле боя, и драгуны должны были уметь вступать в схватку вопреки всему. Весс подстегивала себя, двигаясь все быстрее и быстрее; с каждым шагом она отталкивалась от земли, камней и стволов, исполняя жестоко-грациозную кату.

Она думала об отце, о его разочаровании. Она верила, что это он приказал ей вернуться; он с самого начала не хотел, чтобы она тренировалась так далеко от дома. Его Избранная Десница был лишь продолжением этого чувства – хоть он и был грубияном, – и Весс могла признаться себе, что тоже тосковала по залитым солнцем улицам Пакс'Врелла. Вернуться домой… это был зов сирены, которому она не могла поддаться. Здесь у нее был долг, ответственность. Друзья.

Отец всегда твердил, что семья – это самое важное. Чтить семью – высшее призвание, и исполнение долга его наследницы составляло большую часть ее жизни. Матушка же часто повторяла иное:

— Нет семьи лучше той, которую выковываешь сама, Весси.

Вскоре к ней в этом танце присоединилась Иви. Если техники Весс делали ее непредсказуемой и использовали Силу и Ловкость, чтобы запутать противников, то Иви полагалась на саму скорость. Ее Ловкость была высока, перевалив за пятьсот очков, а Сноровка была развита столь же сильно. Подруга скользила между зверями с хмурым видом; ее цепь обвивалась вокруг руки, плеча, шеи, и при этом с весомой окончательностью вонзалась в бронированную шкуру.

Весс знала, что эта хмурость вызвана не только сосредоточенностью. Они обе чувствовали то острие Намерения, что висело над зверями, словно зловоние. Оно раз за разом сбивало концентрацию Весс, обрушиваясь на их Сродство. Но это была лишь очередная помеха, еще один враг на поле боя.

Она одолеет и это.

Поступь Драгуна достигла 66 уровня!

Грация достигла 58 уровня!

— Авумы!

Весс развернулась на голос, ловко уклонившись от мычащего зверя, и увидела разбегающихся животных. Она почувствовала их слабые Духи, краткие вспышки дикого страха, прежде чем птиц растоптал нахлынувший поток туров. Закричавшая стражница, Невия, оказалась на земле после попытки удержать хотя бы одного из них. Весс прыгнула к ней, помогая дворфу подняться.

— Ты в порядке? — Спросила она.

Невия резко вдохнула, баюкая руку. — Жить буду, но… Вайн!

Весс проследила за взглядом дворфа, наткнувшись на двух стражников, которые были похожи друг на друга больше всех. Мечник и Щитоносец, и обезумевший тур, несущийся на них.

— Пронзить Небеса!

Весс буквально взмыла в воздух: ее мощные ноги и Врожденная Черта отправили ее в полет к ветвям высоких деревьев. Она извернулась, сгруппировав тело и копье так, чтобы ни один листок не коснулся ее, а затем обрушилась вниз по направляемой дуге.

— Спуск Дракона!

Весс приземлилась копьем вперед прямо на атакующего зверя, пронзив его мощную голову и впечатав в грязь. С такой высоты ее копье – Партизана Голубоглазого Дракона – пробило укрепленный магией земли панцирь тура без малейшей заминки. Для верности она рванула оружие на себя и провернула его, разворачивая тушу монстра к съежившемуся стражнику.

«Ну, пожалуй, „съежившийся“, – это я преуменьшила», – подумала она.

Щитоносец, Вайн, судя по всему, задействовал все доступные ему защитные силы и твердо стоял на своем. Его щит был установлен правильно, даже под нужным углом, чтобы отклонить удар, а не встречать его в лоб. Мечник, Кайлар, выглядел куда менее впечатляюще.

— Идиот! Это бы нас убило! А ты просто стоял? — Кайлар вскочил на ноги и подобрал один из своих мечей. Каким-то образом его отбросило в сторону. — Ты никчемен, кузен!

— Довольно, — отрезала Весс и вырвала партизану. Следом хлынула бледно-желтая кровь, и мечник побледнел. — Возвращайтесь в центр. Вы оба слишком слабы, чтобы сражаться с ними напрямую.

Вайн вздохнул с явным облегчением. — Как я и подозревал. Благодарю за спасение, ваша светлость. — Он склонил голову.

Весс ответила тем же, лишь слегка кивнув. — Не стоит благодарности. А теперь…

— Кайлар!

Кикри спрыгнула сверху, успев в какой-то момент укрыться на деревьях, и приземлилась с кошачьей грацией. Она выпрямилась и посмотрела на мечника и, с опозданием, на щитоносца. — Ты цел?

— Я в порядке, — огрызнулся Кайлар, и к его лицу начал возвращаться цвет. От смущения, как почувствовала Весс. — Нас… нас спасла леди Дейн.

Над ними пронесся Пит, обрушив на туров град ледяных копий и отгоняя их подальше от группы. Весс подняла руку в знак признательности, и Пит радостно закричал.

Внезапно кровавое Намерение, витавшее вокруг туров, рассыпалось. Иной звук вытеснил его, пронзив саму суть и развеяв по ветру.

Песнь Феликса.

Она была… манящей и опасной, торжественностью, скрывающей клыки. Весс вздрогнула и обернулась – мужчина стоял на созданном им каменном постаменте, взирая на все еще несущихся монстров. Его лицо было напряжено от концентрации, но расслабилось, когда гнетущее кровавое ощущение исчезло.

— Ого, — выдохнула Кикри с широко раскрытыми глазами и слегка отвисшей челюстью. — Он прекрасен. — Весс посмотрела на эльфийку свысока, отчего Кикри густо покраснела. — Никакого неуважения, ваша светлость.

— …Разумеется. Сосредоточься на помощи друзьям, — велела Весс, отправляя эльфийку обратно к ее отряду. — И найдите этих авумов.