Глава 32.0
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ
«Вдох. Фокус».
Феликс позволил своему Восприятию просочиться внутрь, окутать кожу, мышцы, кровь и кости. Он чувствовал сердце – теперь оно билось сильнее, чем когда-либо в жизни, словно неутомимый двигатель в груди. Он ощутил ту часть своего физического тела, где располагались каналы и ядро – нечто чужеродное, что, тем не менее, казалось более естественным, чем всё, что он знал на Земле. Но Восприятие проникало лишь до определённого предела; чтобы почувствовать остальное, он отстранился от Тела и высвободил Сродство. Он устремился вглубь своего Духа.
Его ядро и каналы принадлежали Телу, но в то же время существовали вне его, над ним, в чертогах Духа. Граница между ними была отчётливой и в то же время размытой десятью тысячами нитей общности. Феликс прослеживал их, его Сродство перебирало каждую струну, каждую связь между Телом и Духом. Вдоль этих струн, в самом ядре, ждала его сила. Закрученная в кольцо из плотного пламени, она гудела в многообещающей тьме – полая звезда в его странной солнечной системе. Феликс методично осматривал ядро, свои Навыки, их вращение вокруг ложного солнца, музыку, которую они рождали, вибрируя друг подле друга. Всё это.
«Намерение. Сродство. Направляй и Слушай».
Феликс не стал воплощать свой образ внутри ядра. Ему говорили, что в этом нет нужды, что это лишь замедлит его. Вместо этого он использовал Намерение, чтобы захватить Ману и направить её бурным потоком по каналам, придавая ей форму в такт выбранному Навыку. Это было похоже на попытку сдвинуть патоку, дуя на неё через соломинку. Расширив Сродство, он прощупал паттерн Навыка, мучительно имитируя уникальные вибрации, запечатлённые в ядре. Мана в его кольцевых путях зажужжала и преобразилась, сменив оттенок с бело-голубого на ядовито-зелёный. Он отпустил её.
Сфера потемневшей Маны рванулась вперёд, но лишь безвредно разбилась о деревянного голема. Голем, в свою очередь, лишь слегка качнулся назад.
— Успех! — Вскричал Феликс. Он победно вскинул кулак вверх. — Получай, Пиноккио!
Удар был слабым и почти бесполезным, но он сработал! После того позорного провала в бою против гуля это был первый раз, когда ему вообще удалось проявить хоть что-то за пределами своих каналов. Такая версия Краха и Погибели не остановила бы и несущуюся мышь, но это был шаг вперёд. И без вмешательства Эха Пасти всё давалось куда легче. Хотя всё равно чертовски тяжело.
— Открывайте ворота! Открывайте ворота!
До слуха Феликса донеслись крики из-за стен. Его Восприятие развилось достаточно, чтобы это не составляло труда, хотя он часто держал его в узде, дабы избежать перегрузки чувств. Но крики – особенно такие – прорезали любой шум. Этот человек был в ужасе.
Позвав Пита, Феликс бросился к выходу и распахнул дверь склада. Снаружи, во внутреннем дворе, в панике метались сотни людей. Крики становились всё громче, а звуки ожесточённой битвы уже проникали в их лагерь.
— Открывайте ворота!
— Ревенанты приближаются! — Крикнул стражник, поднимая большой, тяжело сконструированный лук. — Пли!
Волна стрел с громоподобным свистом прорезала воздух, и теперь Феликс мог различить визг отродий Первородной. Но помимо них были и другие.
— Пит!
Спикировав сверху, тёмный тэнку подхватил Феликса с мостовой и мощным взмахом расправил крылья. Ветер ударил по камням – силы рывка хватило, чтобы опрокинуть нескольких незакаленных на задницы, но Феликсу было не до жалости. Пока они взмывали над стеной, он сосредоточился на волне ржаво-красной чешуи, которая обрушилась на группу из пятидесяти мужчин и женщин. Все они были оборваны и окровавлены – скопище отчаяния, ставшее удручающе привычным зрелищем.
— Бросай меня, приятель!
Они были почти в пятидесяти футах над землёй, но Пит не стал оспаривать приказ: он просто разжал когти, и Феликс камнем полетел вниз.
«Владыка Плоти!»
«Власть Веллус!»
Болезненная волна трансформированной плоти на кратчайшее мгновение поглотила его сознание, прояснившись лишь тогда, когда вниз ударил разряд трескучей бело-голубой энергии. Импульс кинетической мощи в сочетании с испепеляющей молнией обрушился на авангард ревенантов подобно приливной волне. Краснокожие твари полетели кувырком, и лишь немногим удалось сразу подняться на ноги. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Феликс врезается в мостовую, словно метеор.
Ревенанты зашипели от ненависти и голода; их Намерение было для Феликса столь же ясным, как если бы они выкрикивали его вслух.
«Крах и Погибель!»
«Крах и Погибель!»
«Влияние Искры!»
Бело-голубой блуждающий огонь замелькал среди десятков ревенантов, сковывая их на месте – сработало состояние статуса Пленение. Ещё больше врагов было скошено парными сферами шипящей кислоты, «старшими братьями» той бесхитростной попытки, что он предпринял ранее. Магия кислоты пожирала одного ревенанта за другим, без труда отрывая конечности и прожирая дыры в телах. Тем не менее, ревенанты продолжали наступать, ослеплённые яростью, и Феликс оглянулся.
Изнурённая группа добралась до ворот лагеря, но они были слишком близко. Стража не откроет ворота, когда орда дышит в спину. Нужно было это исправить.
— Хотите меня? Ну давайте! — В каждой руке Феликса сформировалось по идентичному кнуту из тени; он взмахнул ими влево, затем вправо. Каждый удар сбивал с ног нескольких монстров и наносил хоть какой-то урон.
«Формовка Камня!»
Вдоль траектории ударов кнутов выросла стена каменных шипов, развеивая их тёмную Ману и пронзая ещё дюжину мерзостей. Чёрная сукровица потекла рекой. Посыпались уведомления о Вкладе.
— Осталось всего сорок, — он снова бросил взгляд на ворота, которые как раз начали открываться. — Я справлюсь.
«Ненасытная Десятина!»
Трупы врагов взорвались сальным чёрным смогом, густо пронизанным рубиновым свечением. Дым устремился к Феликсу, но тот уже был в движении.
Ревенанты продержались недолго.
Вскоре ворота открылись вновь, чтобы впустить Феликса и Пита. Они были покрыты чёрной кровью и взъерошены после боя, но ни один из них не получил серьёзных ран. Феликс отвлекал орду на себя, пока беженцы укрывались в лагере, сражаясь достаточно близко, чтобы бойцы ранга Олово могли достать врагов стрелами и дистанционными навыками Маны. Ревенанты ни разу не оставили его, буквально приклеившись к нему. Пит осыпал их Морозными Копьями и Крыльями-Клинками, раз за разом кромсая на куски.
— Ох, изжога, — пробормотал Феликс, потирая грудь. Пит курлыкнул и ткнулся в него своей гигантской головой. — Всё в порядке. Просто ещё больше силы Пасти. Нужно её отсечь.
«Бастион Воли!»
Вокруг его ядра дрейфовали прозрачные нити багровой силы, похожие на ищущих добычу змей. Усилием Навыка он отсёк им головы, заставив отпрянуть, пока они не замерли в безвредном ожидании над ядром. Сверху трескучая туманность Эссенции выпустила ещё две рубиново-красные капли мерцающего света; они закружились вместе с остальными, вторя вращению его кольцевого ядра.
«Сойдёт, пожалуй». Сила скользила сквозь него, покалывая в груди и конечностях. «Изжога» была лишь шуткой – это больше походило на боль в истерзанных мышцах, доведённых до предела. Но была ли это неминуемая Травма, или же эта боль обещала прилив новой мощи?
И доверял ли он этой мощи вообще?
Когда ворота за его спиной с грохотом захлопнулись, Феликс ожидал увидеть толпу зевак. Вместо этого он увидел кольцо бронированных солдат, направивших копья на двадцать два беженца. Впервые Феликс смог рассмотреть их как следует, позволив Прожорливому Оку сделать своё дело. Большинство были Людьми, незакаленными и тяжело раненными, но одна женщина привлекла его внимание: она почти безжизненно висела на руках у дюжего мужчины. С её губ и из ушей капала кровь – чёрная, смешанная с красной.
Имя: Аслей Танн.
Уровень: 42.
Раса: Человек.
ОШИБКА?@//
Обнаружена Скверна.
Это была Хористка Сивы. Её серебряные одежды были разорваны и окровавлены, местами почернели от пятен. Её состояние было куда хуже, чем у сопровождающих, которые то и дело переводили взгляд с гвардейцев на хористку, полные страха и тревоги. — Пожалуйста, — тяжело дышала она. — Помогите нам. Мы нашли Гнездо.
— Что? — Спросила Кэл, пробираясь сквозь толпу. — Где?
— Пожалуйста… — выдохнула Аслей. Из её носа и глаз потекло ещё больше чёрной крови. — Они все умирают.
* * *
— Она до краёв набита этой Первородной Эссенцией, — заявила Порция. Хористку и её людей перенесли в одну из небольших построек неподалёку. В здании было всего четыре тесные каморки, примыкающие к основному залу, – меньше полутора сотен квадратных метров, – но этого хватило. Людей разделили на две группы и взяли под присмотр. Хористку тем временем уложили на койку, которую раздобыли где-то поблизости. Порция беспомощно указала на окровавленный нос, уши и рот женщины. — Видите чешую на шее и руках? И её проклятая кровь чернеет. Это самая запущенная стадия из всех, что я видела.
— Как всё дошло до такого? — Спросила Иви. Вся компания была в сборе, отчего в помещении стало ещё теснее, чем обычно. Атар, Иви, Весс, Десница, Харн, Кэл, Порция – привели даже Энею. Все, кроме Зары. — Я думала, закаленных это не берет?
— Это не влияет на вас так сильно, — уточнила Порция. — Или мне напомнить, что ваш друг здесь тоже пострадал?
Иви отмахнулась. — Я к тому, что она пострадала куда сильнее, чем я или Атар. А эта жрица как минимум Адепт.
— Справедливое замечание, — согласилась Весс. Стоявший рядом с ней Десница неловко переступил с ноги на ногу – Феликсу показалось, что тот чувствует себя не в своей тарелке. — Что могло так подействовать на столь сильного человека?
Феликс опустился на колени, оказавшись лицом к лицу с находящейся в беспамятстве женщиной. Он чувствовал силу, витавшую вокруг неё, разъедающую её Разум и Дух так же, как она пожирала её Тело. Эта сила… она пела ему. — Она впустила её в себя.
— Что? — Спросила Кэл. — В каком смысле?
— Не знаю как, но в ней бурлит больше Эссенции, чем я видел в любом из ревенантов. Либо она сама это сделала, либо в Гнезде настолько высокая концентрация, что она заразилась. — Феликс покачал головой и протянул руку, держа её над грудью женщины. — Она долго не протянет. Я чувствую это.
— И что? Ты просто заберёшь это в себя? — Прорычал Харн. — Это глупо. Ты же сам сдохнешь, парень. Кэл, скажи ему, что это глупость.
Кэл смотрела на Феликса, и её взгляд был твёрд. — Энея? Ты можешь приготовить что-нибудь, чтобы спасти её?
— Я… я так не думаю, — призналась та. Её голос звучал немного подавленно. — Не успею. Я никогда раньше такого не видела, и мальчик прав. Она умирает.
— А вместе с ней и Знание о Гнезде. — Десница закатил глаза. — Как удобно.
— Прошу прощения? — Холодно бросила Кэл.
— Вам не кажется странным, что никто из её людей не знает, где находится Гнездо? Что всё сосредоточено в этой одной больной хористке? И что она добралась именно сюда – в единственное место, где её недуг могут исцелить? — Десница обвёл всех взглядом и усмехнулся. — Не говорите мне, что вы все настолько наивны.
— Пффф, — красноречиво отозвалась Иви.
— Как… ожидаемо, — протянул Десница.
— Какая разница? — Сказал Феликс. Он снова протянул руку, ощущая исходящее от груди хористки тепло Эссенции. — Я могу спасти её. И я сделаю это.
«Ненасытная Десятина!»
Подобное тянулось к подобному, и Феликс потянул за её Свойства. Проводник – Путь Между. Он был путём, громоотводом для багровых молний Эссенции, ищущих воссоединения. Потому что даже по сравнению с хористкой существо Феликса было переполнено Первородной Эссенцией; она была частью его, и он заявил на неё свои права.
В тесной комнате завыл ветер, воздух перемещался с такой силой, что стены из гофрированного металла яростно затряслись. Он чувствовал беспокойство союзников, едкий привкус их тревоги и даже вспышку неприязни, готовую перерасти в ненависть. Но он не касался этих чувств, не крал их из воздуха. Его Разум и Дух были сосредоточены лишь на Эссенции. Он вырывал её из хористки, из окружающего воздуха, из луж чёрной сукровицы. Она принадлежала ему, и только ему.
«Моё».
Ненасытная Десятина достигла 57 уровня!
Ненасытная Десятина достигла 58 уровня!
Раскалённая докрасна и вопящая, мощь Эссенции обжигала каналы Феликса, вторгаясь в него. Но его Голод тянул всё на себя, выкачивая из женщины каждую каплю в потоке кровавого пара. Сдавленно вскрикнув, хористка очнулась. И тут же выплеснула поток зловонной крови прямо на сапоги Феликса.
— Фу-у.
Весс помогла женщине сесть, а Энея шагнула вперёд с набором странных инструментов из металла и стекла. Усмехнувшись, Иви протянула Феликсу засаленную тряпку. — Спасибо, — иронично поблагодарил он.
Что бы ни делала Алхимик, к тому времени, как Феликс закончил чистить сапоги, Аслей выглядела куда бодрее, а на её щеках появился румянец. У неё были светлые волосы и глаза, хотя в полумраке было трудно разобрать точный цвет, да Феликса это и не особо заботило. «Главное, что у неё нет пены у рта и не растёт чешуя, остальное мелочи».
— Хористка Танн, — начала Весс. — Нам нужно, чтобы вы рассказали о Гнезде.
Лицо Аслей… как-то странно дрогнуло. Это длилось лишь миг, но Феликсу не почудилось. Благодаря идеальной памяти он всё ещё видел это перед глазами. Словно что-то быстро и резко шевельнулось под кожей её лица. Растерянное выражение сменилось мучительным отчаянием, и её Дух отозвался тем же.
— Где мои люди?
— Те, с кем вы пришли, в безопасности, но под охраной. — Кэл шагнула вперёд и скрестила руки на груди. — Но прежде чем мы поговорим о них, нам нужно обсудить Гнездо. Вы сказали, что знаете, где оно. Говорите.
— Да, да, я знаю, где оно, — прошептала хористка. Она огляделась, встречая устремлённые на неё взгляды. — Пожалуйста, если я скажу, вы должны спасти их. Они умирают. Мы все умираем.
— Мы никого не сможем спасти, если не будем знать место, — прорычала Кэл. — Где. Находится. Гнездо?
— Оно было… оно и есть под главной насосной станцией, у подножия Гнезда. Но вы должны понять! Их там тысячи, тысячи! И не только звери. Там гигантские мерзости и поджарые гончие. Они меняются, быстрее, чем мы могли представить! — Хористка выплевывала слова, её измождённое лицо становилось всё более суровым. — Мы пытались! Пытались их остановить! Но воздух – это яд, и наши благословения бессильны.
Она коснулась лица и посмотрела на алую кровь на пальцах. Её глаза расширились. — Почему… почему она не чёрная? Почему я не мертва?
Феликс наклонился вперёд и встретился с женщиной взглядом. Она отпрянула. Он этого не ожидал. — Что произошло?
— Мы не смогли сдержать прилив. Мерзости нашли наш редут, последнюю цитадель верных против красноплащников и всех, кто искал… — она запнулась, и её язык коснулся уголка рта. Там была кровь, и она поморщилась. — Они пришли за нами. Мы были в отчаянии. Хористы… мы… все мы использовали их, — призналась она. — Могучие осколки силы, оброненные зверем. Такие… такие невероятно мощные! Если бы мы только могли заполучить такую силу!
— И она разорвала вас изнутри, — в ужасе прошептала Весс.
Феликс слышал истории о людях, губивших свои основы поглощением ядер монстров: содержащиеся в них примеси создавали изъяны и трещины в Формациях. Но на это уходили месяцы и годы, а не дни, и внимание присутствующих в комнате обострилось ещё сильнее.
Хористка имела совесть устыдиться. — Да. Другие Хористы… они изменились. Те из наших людей, кто был слабее, погибли. Это было ужасное зрелище.
— Как именно изменились? — Спросила Порция, прижимая руку ко рту. Она видела больше многих.
— Они стали мерзкими тварями… уже не люди, но больше, чем монстры, — Аслей содрогнулась, и на мгновение Феликс снова увидел это. Ту самую… рябь на её лице. — Они… я верю, что их можно спасти.
Феликс нахмурился. Дух женщины дрогнул при этих словах – мучительное угасание, переходящее в отрывистые всплески… чего-то. Она лгала. «Себе или нам?»
— Как они назывались? — Спросила Кэл. — Эти осколки?
— Чешуя Разорителя, хотя любая другая информация была от нас скрыта. — Хористка нервно сглотнула.
«Чешуя Разорителя». Феликс простонал про себя. «Этот козёл… Не мог просто исчезнуть, да?»
— И вы… поглотили один из них? — Харн посмотрел на неё с недоверием. — Разве вы не чувствовали коррозию в воздухе? Что вообще могло заставить вас сделать такое?
— Вы не сталкивались с тем, что таится внизу. Не вам утверждать, что вы поступили бы иначе. — Аслей вздрогнула и обхватила ноги руками. — Я приняла его силу в себя, и… она сломала меня. Моё ядро осквернено, я чувствую это теперь. Что бы вы со мной ни сделали, это не исцелить. — Она снова подняла взгляд, на этот раз встретившись глазами с Феликсом. — Но если вы найдёте моих друзей, мою семью, возможно, вы сможете вернуть их с края пропасти.
Её рука метнулась, чтобы коснуться его, но Феликс отпрянул. Что-то в ней было не так…
— Нужно выдвигаться. Я знаю, о чём она говорит, отсюда добрых два часа ходу. Меньше, если поторопимся, — Кэл хлопнула в ладоши и начала раздавать приказы. — Харн, собирай отряды и скажи Боди готовить силы обороны. Атар, бери начертателей и начинающих магов. Иви, свяжись с Хладными Огнями, скажи, что я их ищу, ясно? Энея…
Распоряжения продолжались, и Феликс чувствовал нарастающее возбуждение, пока люди выбегали из комнаты. Алхимик помогла раненой хористке подняться и напоила её несколькими Исцеляющими Тониками. Эссенция в его ядре бурлила – то ли от беспокойства, то ли от нетерпения; Феликс не был уверен. В чём он был уверен точно, так это в том, что не доверяет хористке.
«Прожорливое Око».
Имя: Аслей Танн.
Уровень: 47.
Раса: @>>#$
ОШИБКА?@//
Скверна Очищена!
ОШИ$КА!!@
Обнаружена Аномалия.
Она что-то скрывала.