Глава 44.0
ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ
Звук радостного, ликующего карканья затих, когда всё естество Феликса взорвалось от прилива мощи. Зелено-золотое сияние хлынуло в его каналы и пространство ядер, пронзая темную пустоту между вращающимися навыками, заливая всё своей густой, похожей на древесный сок субстанцией. Оно кружилось, растекаясь и неумолимо стягиваясь к центру, пока не приняло форму сферы из ослепительной, живой жидкости.
Пространство ядра Феликса содрогнулось, скрученное тупой болью, от которой вздрогнули и он, и его Спутник. Крик Пита слился с воплем Феликса.
Его голод, та жуткая бездна, что обитала между сложенными ядрами, взывала к силе Эйдолона. Звук скрежещущих зубов и урчание утробы наполнили пространство. Бездна вцепилась в нее, и ее инерцию было уже не остановить. Она метнулась вперед, пулей во тьму, уже растягиваясь и впиваясь в чернильный мальстрим в его центре. Сфера силы разлеталась на куски, одновременно слишком быстро и мучительно медленно, словно хищник, наслаждающийся трапезой.
«Нет! Только не это!»
Тьма тянула, но Феликс тянул в ответ. Стальные нити связи протянулись между его сознанием и сферой, ослепляя своим сиянием, и его ядра запели в какофонии диссонирующей гармонии. Как неистовствовал Феликс, так неистовствовали и они.
«Ты – мой! И ты! Будешь делать! Как я скажу!»
Титул: Тиран Выбора активирован!
Вы отвергли остаток мощи Эйдолона!
Бесконечный Ворон заинтригован!
КА-А-А!
Невидимые когти выпустили зелено-золотую силу, и то, что таилось в бездне, взвыло от бессильной ярости, которую Феликс больше не желал слушать. Вой оборвался так же легко, как захлопывается дверь в комнату; его Бастион Воли засиял неподалеку.
Бастион Воли достиг 71 уровня!
Обнаружен нимейский артефакт!
Найден заместитель для принесенного в жертву потенциала!
Поток мощи перенаправлен!
«Что?»
Над темной бездной похожая на корень ветвь Божественности завибрировала, словно ударенный камертон. Волны силы ударили в его [Ядро Грозового Пламени] и [Ядро Кардинального Зверя] и были поглощены ими, а затем выброшены обратно – на этот раз в виде сине-белой и красно-золотой стрелы, которая устремилась к Феликсу и его захваченной сфере.
Его самого и силу Эйдолона, его неприкаянную душу, выбросило из пространства ядра. Они неслись назад, пролетая по каналам с бешеной скоростью, пока не ударили и не вырвались из левой руки Феликса.
Той самой руки, что крепко сжимала Кресцианский клинок.
Статус Наследника подтвержден!
Магическая схема разблокирована!
Внезапно придя в себя, Феликс увидел, как его изогнутый меч вспыхнул в шторме зелено-золотого света и плещущейся жидкой Маны. Она закружилась вокруг эфеса и самого клинка, пока не покрыла его целиком; схема у гарды засветилась, а следом за ней – вторая, чуть выше. Новая. Она пела для чувств Феликса, почти оглушенного вибрациями Маны и собственных ядер.
Жидкая Мана впиталась в оружие и полностью исчезла.
Словно нити оборвались – Феликс обмяк, его руки бессильно упали. Часто моргая, он увидел, что его Выносливость, Мана и Здоровье упали ниже десяти процентов. Мигнувшее и тут же исчезнувшее Состояние статуса объяснило причину.
Состояние статуса: Истощение Аспектов (Сильное)
«Истощение аспектов?» Сказать, что это было тревожно – значит ничего не сказать. Феликс прислушался к своим Аспектам, но Тело, Разум и Дух казались здоровыми и неизменными. Его внутреннее ощущение состояния совпадало с реальностью. «Так что же тогда истощилось?»
Вспышка изумрудного сияния привлекла его внимание к Кресцианскому клинку. Там, над эфесом, на металле были вырезаны два сложных глифа. Они горели интенсивным светом еще несколько секунд, прежде чем сияние и сами знаки исчезли с лезвия.
«Прожорливое Око!»
Надеясь узнать хоть что-то о глифах, Феликс вместо этого был поражен целым блоком текста об оружии, которого никогда раньше не видел.
Название: Воля Наследника
Тип: Оружие (Длинный клинок) (Зачарованное)
Описание: Оружие, известное под многими именами; когда-то оно было инструментом самой Вестницы и служило для защиты Золотой Империи от тех, кто желал ей зла. Изготовлено из кресцианской бронзы – материала прочнее орихалка и мифрила, но легче обоих и лучше поддающегося зачарованию. Его функция как ключа для доступа в нимейские Храмы известна, но всё остальное остается загадкой.
Эфирное Разделение – первая из нескольких схем. Клинок может рассекать заклинания и формации Маны по воле Наследника, но возможности ограничены его развитием.
Эфирное Объединение – нимейская сила резонирует с клинком, притягивая к себе другие источники нимейского чародейства.
Помимо захватывающего фрагмента истории и странных чар, сама суть оружия в какой-то мере очистилась. Меч выглядел чище, острее. Почти как новый. В нем чувствовалась жизнь – едва заметный трепет, – а на навершии меча появилась кристаллическая форма: двулучевая звезда, похожая на вытянутый ромб.
«Двухзвездная погибель… – …Феликс огляделся по сторонам в разрушенном колодце. – …Неужели я поглотил силу всего поселения?»
Он проверил Местную Власть: она всё еще была при нем, оставались и серые недоступные команды, и закрытые подменю. Только теперь опция [Доступ в Свод] полностью отсутствовала. Пит издал любопытный чирик.
— Хм? Что значит «ты что-то чувствуешь»? — Спросил Феликс. Но тут он и сам почувствовал это – в высшей степени приятное и почти болезненное ощущение пробуждения после очень, очень долгого сна.
«Кто… где я?»
Голос Эйдолона был сильным и глубоким, пусть и не настолько, как внутри конструкта. Феликс замер: сначала он подумал, что обзавелся еще одним спутником в голове, новой, куда менее грозной Пастью… пока не понял, что голос доносится вовсе не из пространства ядра.
Он исходил от меча. Истощились не его Аспекты.
— Привет, Карис Тайв, — сказал Феликс и неуверенно улыбнулся своему тускло светящемуся мечу. — Как ты?
«Я… жив?»
— Технически говоря – нет, скорее всего, — ответил Феликс. Пит чирикнул в знак согласия. — Но ты и не мертв. И тебя не сожрала адская тварь, которая, возможно, живет у меня внутри.
«Ч-что?»
— Сейчас это не важно, — Феликс поднял меч – видимо, теперь Волю Наследника – на уровень глаз. — Каким-то образом твоё… всё перенеслось в мой меч. Крюк Вестницы, как ты его называл. Не знаю точно почему, хотя догадываюсь как.
Эйдолон замолчал. «Ты забрал всё. Нет… Нет, я помню голос, этот нелепый крик. Что-то вмешалось, когда я пытался даровать тебе свои Аспекты. Теперь я вижу. Ты… – …каким-то образом Феликс почувствовал, как древний воин смотрит на него с изумлением. – …Ты отверг мою силу, хотя она возвысила бы тебя еще больше. И Система нашла твой клинок. Это… Я слышал, что Несвязанные могут стать величайшими среди нас, но отказаться от такой мощи… Я преклоняюсь перед тобой, Феликс Неварр. Истинно».
Феликс невольно стиснул зубы, пока Эйдолон продолжал. Ну конечно, его попытка поступить по-человечески и не пожирать чужую душу привела к потере еще большей силы. Хотя это было не совсем так. Он помнил, как частицы мощи стража впитывались в него. Словно Система ждала, когда он осознает эту связь, пришло уведомление.
Вы поглотили часть Ликующего Эйдолона Кариса Тайва!
Вы получили следующее:
+5 уровней к любому навыку Разума.
+5 уровней к любому навыку Духа.
+5 уровней к любому навыку Тела.
Получен доступ к воспоминаниям!
Схема Эйдолона поглощена!
Вспышка чувственных образов затопила Разум и Дух Феликса, каждый из которых был словно сочный удар под дых. Прошедшие битвы и встреченные ужасы, один страшнее другого. Пока всё не закончилось, и он снова не обнаружил себя стоящим на коленях. Глаза Феликса полезли на лоб. «Как…? Что бы я получил, если бы забрал всю его силу?»
Меч завибрировал: Эйдолон – Карис – осознавал себя. «Я стал единым целым с Крюком Вестницы, с Волей Наследника. За то, что спас меня от забвения, которое… Побуждение… уготовило мне, я обещаю служить тебе так же, как когда-то служил своей императрице. Я даю тебе Клятву, скрепленную моим Разумом, Телом и Духом».
При этих словах возникли ослепительные серебряные нити. Невидимые для тех, у кого нет Сродства, они тем не менее были реальны и сковали Кариса незримыми цепями, прочно прикрепленными к самому сердцу Феликса. Он почувствовал внезапную тяжесть, куда большую, чем Клятвы его друзей, и Несвязанному потребовалось немало времени, чтобы стряхнуть это ощущение.
— Это… я польщен. Но ты меня даже не знаешь, — возразил Феликс.
«Я видел достаточно. Будучи привязанным к этому оружию, я также вижу часть его природы. Тебе понадобится моя помощь, чтобы овладеть его истинной силой».
Феликс не мог не заинтересоваться этим заявлением. В борьбе против Архонта ему пригодилась бы любая мощь. — В каком смысле?
«Воля Наследника испещрена отверстиями – местами, где кресцианская бронза может втягивать Ману извне. Они настолько малы, что даже твои чувства не могли их обнаружить. Теперь, когда я – часть меча, я чувствую эти борозды, – голос замолк. – …Это связано со схемой Эфирного Объединения. Он может поглощать силу, почти как ты сам. Поразительно».
Феликс окинул меч взглядом. Карис каким-то образом за время их пути обрел более полное понимание природы Феликса. — Любую силу?
Карис задумался. «Нет. Похоже, это ограничено источниками силы, над которыми ты обрел Власть».
Феликс хмыкнул. Значит, чтобы снова зарядить эту штуку, ему придется захватить еще какой-нибудь город. Это открывало… интересные возможности.
— Ладно, думаю, это проблема другого дня, — Феликс поднял взгляд, заметив, что винтовая лестница, по которой он спускался в колодец, была сорвана обвалом грота Духовного Древа. — Если ты твердо решил остаться, нам пора двигаться. Меня ждут друзья.
«Похоже, мы в ловушке».
— Вряд ли, — бросил Феликс.
* * *
Одинокая фигура выползла из груды тел. Ее ледяная броня растаяла, но покрытая металлическими пластинами плоть всё еще пульсировала мощью ее ужасного господина. Трупы защитили ее от невыносимого жара и смертоносного пламени, укрыли ее Живучесть от чувств того кошмарного существа. Она выжила.
Теперь нужно бежать. Добраться до города. Найти Магистра, своего грозного Отца.
«Нимеец был жив! Он шел! Он…» – гейзер жидкой земли и каскад молний стали последним, что она узнала.
* * *
Вы убили Перекованного!
Получен опыт!
«Ого! – …подумал Феликс, взлетая по застывшим связям к ночному небу. Молнии окутывали его, словно саван или крылья из наэлектризованной синевы. – …Не думал, что они еще остались».
Со вспышкой света Пит материализовался из его Духа, воплотившись под ним в полном бардинге и с седлом. Феликс отключил Непреклонный Диссонанс и вцепился в поводья.
«Замечательно! – …прокричал Карис в его сознании. Меч пульсировал зелено-золотым светом при каждом слове. – …Как ты это сделал?»
— А как же иначе? — Спросил Феликс, направляя Пита вперед. — Магия!
Они покинули долину в рекордно короткие сроки, паря над всё еще пылающим ландшафтом и используя мощные восходящие потоки воздуха. Учитывая размеры Пита, его полет был скорее магией, чем физикой, но теплые столбы воздуха всё равно неплохо помогали.
Сверху зоркие глаза Феликса и его Маназрение не обнаружили других живых существ, по крайней мере, никого явно враждебного. Ему повезло подловить последнего Перекованного, когда тот выбирался из подземного колодца. Хотелось верить, что Архонт до сих пор не знает о близости Феликса, хотя наличие его Метки заставляло в этом сомневаться.
— Карис, что ты знаешь о Метках? — Спросил Феликс, перекрывая шум ветра.
«Об их создании или об их природе в целом?»
Феликс удивленно поднял брови. — Об их создании?
«Это простая техника, хотя обычно требуется сила как минимум Ранга Магистра, чтобы сформировать основу Метки, – Карис помедлил. – …Несмотря на твою впечатляющую мощь, ты даже не Адепт. В мое время ребенку не позволяли выходить в большой мир, пока он не достигнет Ранга Магистра в выбранных навыках».
— Серьезно? — Феликс посмотрел вперед, на приближающиеся пики. — Большинство людей, которых я встречал, – либо Странники, либо ниже. Адептов и Магистров, которых я видел, можно пересчитать по пальцам одной руки.
«Это… это странная Эпоха для возвращения, – сказал Карис после короткой паузы. – …Впрочем, я и сам сейчас не сильнее Странника. Большая часть моей мощи ушла в твою Волю».
То есть в меч. — Значит ли это, что он стал сильнее?
«Полагаю, что так, да, – голос бывшего Парагона был сух. – …Сильнее, чем та дубина у тебя на боку и… это что, ланс?»
— Ну, в общем-то, да, — ответил Феликс. — Но расскажи мне, что ты знаешь о Метках.
«В общих чертах, это отпечаток твоих Аспектов на другом существе. Процесс нехитрый, хотя, как я уже сказал, Значимость, необходимая для этого, кристаллизуется не раньше Ранга Магистра».
— А как насчет того, чтобы сломать их? Удалить?
«Интересный вопрос. Это возможно, но цена велика. Поскольку Метка наложена на твои Аспекты, тебе придется повредить свои Аспекты, чтобы избавиться от нее. Это может привести к массе проблем, не последняя из которых – разрушенный фундамент, – меч на боку зажужжал. – …Я бы не советовал пытаться сделать это самостоятельно. Я лично видел результаты неумело наложенных и снятых Меток. Это… жуткое зрелище».
— Спасибо за предупреждение, — сказал Феликс. Он запустил руку в мягкую смесь меха и перьев Пита. — Придется искать другой путь.
«Самое верное решение – уничтожить того, кто посмел тебя пометить, – пояснил Карис. – …Кстати, у кого хватило наглости поставить Метку на Несвязанного?»
— Проще составить список тех, у кого ее не хватило, — пробормотал Феликс. — Я расскажу тебе о них позже.
Близнецы сияли в вышине синим светом, а желтушный свет Йеро падал косо с горизонта. Они перевалили через пики на вихре воздушной Маны под черно-малиновыми крыльями Пита, поднимаясь всё выше и выше в чистое ночное небо. И с азартным чириканьем они рухнули вниз.
Сердце Феликса подпрыгнуло к горлу, но он ликовал в этом падении. Он словно летел на американских горках, закладывая виражи влево и вправо вокруг верхушек особенно высоких деревьев, а в какой-то момент даже умудрился сделать бочку. Если бы Феликс не был так озабочен скрытностью, он бы вопил от восторга. В итоге их спуск был настолько стремительным, что вскоре они увидели нескольких разведчиков Хенаари.
А за ними виднелось странное кольцо монолитных статуй. Нимейских статуй.