Глава 17.0

ГЛАВА СЕМНАДЦАТЬ

Оседлав Пита, Феликс наконец-то оказался наедине со своими мыслями. Тэнку легко обгонял тяжеловозов-авумов, так что мужчина вырвался вперед, держась как минимум в половине квартала от остальной группы. Их общие чувства служили отличной системой раннего предупреждения. Ему нужно было время подумать – подальше от людей и особенно от этой Алхимички.

События на руднике открыли ему глаза на многое. Феликс коснулся обугленного края своей льняной туники; от рукавов почти ничего не осталось, а передняя часть наполовину сгорела в той ловушке с огненной стеной. Но на левом боку красовалась длинная рана. Кожа под ней все еще была стянута рубцом – этот порез не смогла затянуть даже его усиленная Эссенцией регенерация. Оставалось надеяться, что скоро заживет.

«Этот инициат был невероятно быстр», – размышлял он. Но дело было не только в Ловкости; его навык Уклонения или что-то подобное явно был на высоте. Не говоря уже о мастерстве владения длинным мечом. «Словно пытаешься ударить ветер».

Эта стычка лишний раз подтвердила правоту Харна: характеристики не заменят Навык. Феликс часто выезжал за счет своего превосходства в статах, что позволяло ему игнорировать разницу в уровнях с противниками. А сильные Аспекты Ранга Ученика, которые он сформировал, лишь закрепили его «стиль» боя: нестись вперед, бить кулаками и использовать заклинание, если в голову придет какая-нибудь хитрость. Он понимал, что не сможет драться так вечно, а их командная работа в Домене показала, насколько эффективнее иметь союзников в пылу сражения.

«Власть Веллус!»

Шум вдребезги разбил его шаткое спокойствие, когда Навык вырвался из каналов, озарив улицу лазурью. Лишь обломки глиняной черепицы разлетелись по ветру – одна из многих, сорвавшихся с запущенных зданий вокруг. Вытянутая рука Феликса потрескивала от остаточного разряда, грудь тяжело вздымалась. Его Навык не просто разнес черепицу – булыжники под ней тоже были уничтожены. Он пробил выбоину в два фута шириной, достаточно глубокую, чтобы распороть брюхо повозке.

«Всего лишь черепица, – отчитал он себя. – …Соберись, парень. А если бы там был случайный прохожий?»

Эмоции превратились в… сплошной хаос. Прошел почти час после последнего боя, а сердце Феликса все еще пускалось вскач при малейшем шорохе. Его накрывали волны гнева на красноплащников и мучительной боли из-за смертей, которые он причинил – и тех, что не смог предотвратить. Над всем этим бурлила ненависть, кипящее варево, подтачивающее самообладание. Нужно было взять себя в руки.

«Это из-за Пасти? Моя дурацкая новая Раса влияет на меня?» Феликс был бы идиотом, если бы не видел связи, но он был уверен, что здесь кроется нечто большее. Он убивал и раньше, но сегодня это казалось… нормальным. Обыденным. И когда он раз за разом бросался на инициата, мысль об отступлении ни разу не посетила его голову. «Если бы Тэнгл и Весс не использовали свои Навыки, чтобы помочь мне прогнать его, я мог бы быть уже мертв».

Ненасытная Десятина оказалась полезнее, чем он ожидал. Благодаря друзьям он смог превратить её в оружие, но они не всегда будут рядом, чтобы подготовить такую комбинацию. Честно говоря, ему нужно было разобраться со всеми своими способностями, затронутыми Пастью. Владыка Плоти обладал огромным потенциалом, не считая создания брони и когтей или повышения регенерации Здоровья и Выносливости; но предстояло еще многое узнать, практиковаться и доводить до совершенства.

Использование требовало Эссенции, но пока у него были враги, было и топливо, а если они закончатся – он всегда мог снова приняться за мебель. Прожорливое Око было единственным Навыком Пасти, который пока не проявил потенциала сверх очевидного. Впрочем, навык Анализа, не имеющий ограничений по дальности и способный игнорировать большинство скрывающих статусов, был крайне полезен сам по себе.

После боя с тем инициатом ему нужно было использовать каждое преимущество. К тому же Ненасытная Десятина могла поглощать следы Пасти, которые множились по всему городу. Глупая Алхимичка была права. Он действовал небрежно и был плохо обучен. Ему нужно стать лучше – стать чем-то большим – и быстро.

— Что это было? — Спросила Иви, когда её повозка подъехала ближе. Правил упряжкой один из рудокопов, но девушка восседала на козлах, словно капитан на мостике корабля. В её голосе звучал азарт. — Кто-то напал?

— Нет, ничего. Просто… — Феликс махнул рукой. — Ничего.

Иви откинулась назад с недовольной гримасой.

— Тьфу. Скукотища. — Она пару раз поерзала, прежде чем снова встать, безуспешно пытаясь поудобнее устроить меч, пристегнутый за спиной. — И эта проклятая штуковина сводит меня с ума. Не можешь её подержать?

На украденной перевязи висел богато украшенный длинный меч первого поверженного ими инициата. Трупы остальных были обчищены до того, как они покинули рудники – вероятно, постарался тот сообразительный инициат, который также освободил всех аколитов. Клинок был украшен пламенным мотивом, как и все подобные мечи, а в центре эфеса красовался святой символ Беспутного. Феликс несколько раз поглядывал на этот меч с тех пор, как они его нашли, отмечая, что тот каким-то образом зачарован на создание пламени, но наотрез отказался к нему прикасаться. Точнее, не мог. Его Мастерство владения длинным мечом все еще было сломано, как и большинство других навыков, которые он успел изучить. Он не смог бы даже поднять меч инициата, чтобы не забиться в судорогах.

— Ты же знаешь, что я не могу. Пока нет, — ответил Феликс. — К тому же я смыслю в мечах меньше большинства. Почему бы тебе самой им не пользоваться?

— Мечом? Пф-а! Он даже не гнется! Мечи не сравнятся с цепями, Феликс. — Иви рассмеялась. Сидящий рядом рудокоп лишь в замешательстве уставился на неё. Она указала на меч:

— Хочешь его? Наверное, им удобно разжигать горн или типа того?

— Ох, э-э, нет, госпожа. Нет, — отозвался рудокоп и уставился прямо перед собой. — Мечи не для таких, как я.

— Что? Любой идиот может пользоваться мечом. У меня есть сведения из достоверного источника – от меня самой, – что его прошлый владелец был тем еще козлом.

— Я даже не Закаленный, госпожа, — запротестовал рудокоп. Его голос слегка дрожал. — Когда пришли монстры, мы… мы прятались. Люди гибли, а мы прятались. Я знаю только шахту и руду, и всё.

— Всегда можно всё изменить. Город теперь другой. Нам нужно больше рук, чтобы дать отпор монстрам. Демон в одиночку со всем не справится, — сказала Иви, кивнув на хмурого Феликса.

— Я бы никогда, я не…

— Зато оправданий у тебя куча, а? — Иви рассмеялась. — Вот что я тебе скажу: когда вернемся в лагерь, спросишь Боди или Харна, не возьмутся ли они тебя натаскать. У них глаз наметан. Если скажут, что ты годишься – значит, так и есть. Если нет – вернешься в шахту, и никто не скажет, что ты не пытался. Идет?

Феликс с ироничной улыбкой наблюдал, как Иви буквально заставляет мужчину поговорить с Боди. И все же, несмотря на нежелание рудокопа, Феликс почувствовал, как в духе этого человека вплетается та же яркая нить надежды. «Она твердит, что не умеет ладить с людьми, но что это было сейчас?»

Пит повернул голову и посмотрел на Феликса своим огромным глазом цвета жидкого золота. Отголоски агрессии и ненависти, все еще бурлившие в душе Феликса, передались химере, но тот лишь ответил успокаивающей трелью. Он прошел долгий путь от бездумной ярости их первой встречи, и это понимание распространилось между ними. У Спутников почти не было секретов друг от друга.

«Думаю, это потому, что ты такой большой. Слишком ленив, чтобы злиться». Пит в ответ лишь фыркнул. «Как ты вообще это делаешь, ментально?»

Пит лишь издал в ответ певучий, похожий на смех клекот.

* * *

До лагеря они добрались без приключений, несмотря на наступившую ночь. Феликс не мог объяснить почему, но отсутствие нападений нервировало его сильнее, чем засада. По крайней мере, засада разрядила бы обстановку. Вместо этого Феликс въехал в лагерь верхом на Пите, натянутый как струна и готовый в любой момент лопнуть. Громкий скрежет открываемых самодельных ворот и крики стражников Оловянного Ранга – всё раздражало его чувства. Когда толпа бросилась к ним, Феликсу стоило огромных усилий не заставить Пита прокладывать путь силой.

Это было несправедливо. Жители лагеря радовались их возвращению, но что важнее – у десятков семей на рудниках работали родные, и все они жаждали добрых вестей. Приехавшие с ними рудокопы спрыгнули на землю, включая их нового потенциального «Оловянного», и каждого тут же окружила толпа. Поднялся шум: шахтеры выкрикивали имена пропавших близких, а люди из толпы наперебой расспрашивали о своих любимых.

Это был хаос, и Феликс не мог его выносить.

— ТАК, ТИХО! — Благодаря усиленной Стойкости голос Феликса прозвучал подобно мегафону, так громко, что он сам едва не вздрогнул. — Эти люди через многое прошли! Дайте им устроиться, прежде чем разорвете на части!

Над толпой повисла тишина; многие смотрели на него с тревогой. Феликс чувствовал, как его глаза снова начинают светиться – это случалось всё чаще. Тишина затянулась, пока рудокопы проталкивались сквозь толпу, и, к счастью, Весс спасла положение.

— У нас есть список всех, кого нашли на руднике, живых и мертвых. Он будет вывешен на главной доске через четверть часа! — Весс подняла над головой свиток для убедительности, и толпа, замершая после окрика Феликса, начала неохотно расходиться.

— Отличная работа, леди Дейн, — сказала Кэл. Она появилась из толпы, словно призрачный дым, будто людская масса была для неё не плотнее занавеса из бусин. — Мудрое решение – собрать их имена. Я прослежу, чтобы список вывесили.

Весс с улыбкой передала свиток Кэл. Это была одна из её «политических» улыбок – лишь легкий оскал зубов и тепло в глазах.

— Я сочла благоразумным составить список тех, кто работал в шахте, учитывая их беспокойство о семьях.

— Ого, Весс. Я и не знал, что ты это сделала, — сказал Феликс, все еще сидя на Пите. Тэнку одобрительно курлыкнул, хотя Феликс не был уверен, передался ли смысл. — Это… я рад, что ты в команде.

Весс снова улыбнулась, на этот раз шире. Теперь улыбка казалась искренней.

— Прости, что не упомянула об этом раньше. В то время ты был занят другими делами.

— О, э-э, не бери в голову. Но спасибо.

— Снимите меня с этой чертовой куриной повозки! — Закричал Рори неподалеку, и ухмылка, промелькнувшая на лице Кэл, превратилась в сияющую улыбку.

— Это ты, Рори? — Она подошла к телеге и помогла раненому дворфу спуститься на землю. — Ух! А ты прибавил в весе, старик!

— Кто-то же должен! Посмотри на себя! Кожа да кости! — Рори крепко обнял охотницу за сокровищами. — Я скучал по тебе, Кэлли. Прошла всего неделя, а кажется, что целая жизнь.

— Знакомое чувство, — пропыхтела Кэл в сокрушительных объятиях дворфа. — О, у тебя гости. Как некрасиво с твоей стороны не представить их.

Энея с мужем тихо спустились следом за Рори, пока те беседовали, хотя Кэл явно их заметила. Феликс был уверен, что она просто проявляет вежливость. Энея слегка склонила голову перед Кэл.

— Калеска.

— Энея, — парировала Кэл. — Ищешь работу?

— Я ищу свою семью. На этом пока всё. Если позволите. — Алхимичка не то чтобы фыркнула, но была к этому близка.

Кэл отпустила её, но Феликс заметил в её глазах блеск, которого не видел раньше. Будь она персонажем мультфильма, в её зрачках наверняка загорелись бы значки доллара.

— Рори, какой чудесный сюрприз.

— А то нет? — Рори усмехнулся в бороду. — Но ты поосторожнее, Кэлли. Эта женщина гордая. Может, она и осталась не у дел, но на кого попало работать не станет.

Кэл отмахнулась от опасений дворфа.

— Я поведу себя как истинная леди.

— А кто она вообще такая? Я не особо следила, когда она появилась. — Иви наблюдала, как Кэл и Рори уходят вглубь толпы. Она прислонилась к крупу Пита и шумно ела какой-то бежевый фрукт. — Очередная ремесленница?

— Алхимичка, как говорит Рори. — Феликс пожал плечами. — Не моя забота, если честно.

— Алхимичка? В смысле, та, кто варит Напитки Эссенции? — Иви выплюнула кусочки фрукта. Внутри он оказался ярко-оранжевым. — Клянусь Ноктис, это было бы просто спасением.

— И то верно, — произнес другой голос. Феликс обернулся и увидел двух женщин-дворфов, идущих к ним: одну светлокожую, другую смуглую. — Мне было бы очень интересно посмотреть, что она сможет сделать для моей кузни, если пожелает.

— Рафни, Элль, — сказала Иви, откашливая кусочек оранжевой мякоти. — Так и знала, что вы примчитесь.

— Как харнок на свежую добычу. — Рафни осклабилась, обнажив слишком много зубов. Она посмотрела на Феликса:

— Привет, Демон. Не соизволишь ли спуститься к нам, смертным?

Феликс приподнял бровь и спрыгнул со спины Пита. Он приземлился в нескольких футах от кузнецов и изобразил легкий поклон.

— Так лучше?

— Намного. А теперь показывай всю руду, что ты нам привез. — Рафни потерла руки, но жена положила ладонь ей на плечо.

— Раф, не будь грубой. Мы всё еще должны этому человеку подгонку доспехов, не так ли? — Лицо Элль светилось теплотой, несмотря на заметную усталость. Судя по количеству простого оружия и брони на новых «Оловянных», последние два дня они трудились не покладая рук. — Кажется, мы говорили тебе подождать лучших материалов. Верно?

Феликс кивнул.

— Да. Так и было. Но с тех пор… в общем, всё закрутилось.

— Это уж точно, — печально, как показалось Феликсу, произнесла Элль. — Но ты привез нам отличную руду. Простую и обычную, но качество выдающееся. Хватит, чтобы наделать вдоволь оружия и брони Ранга Ученика для наших новых стражей.

— Не нашел в той шахте немного орихалка, а? — Спросила Рафни, уже заглядывая в кузов одной из повозок. — Или мифрила, или веридия?

— Да тише ты, — осадила её Элль. — Это железо очень поможет всем нам. Но я думаю, у меня найдется кое-что, что мы могли бы приспособить для тебя, Феликс Неварр, если ты позволишь.

— О, да, конечно, — улыбнулся Феликс. — До сих пор я обходился, ну… ничем.

— А как насчет оружия? — Вставила Рафни, раздобыв кусок руды и прикидывая его вес на глаз. — Я никогда не видела у тебя ничего, кроме поясного кинжала. Это из-за твоих способностей Демона?

— Моих чего? Нет. Я просто никогда не учился им пользоваться, — смутился Феликс. — Приходилось обходиться кулаками.

— Угу, угу, а что будет, если враг окажется вне пределов досягаемости?

— Магия?

Рафни одарила его суровым взглядом.

— Мана рано или поздно заканчивается, ясно? Зайди к нам завтра.

— Завтра он будет занят, — плавно вмешался другой голос. Зара, облаченная в многослойные одежды оранжевого и кремового цветов, появилась словно из ниоткуда. — Простите, что прерываю, Рафни, Элль.

— Зара, конечно. Присылай его к нам, когда освободится, если тебе будет угодно. — Элль ослепительно улыбнулась Феликсу и Заре, после чего повела жену к повозкам, вокруг которых уже копошились два десятка женщин, описывая руду.

— Я сделаю это приоритетом, Адепт-кузнец.

— Ого, сегодня прямо вечер перебиваний, да? — Сказала Иви, снова вгрызаясь во фрукт. — Как-то грубовато.

— Кто это тут грубый? — Спросила подошедшая Весс. Она с кряхтением потянулась. Её искусно сделанная броня выглядела побитой, но всё еще облегала фигуру, двигаясь вместе с ней, словно была сделана из ткани, а не из металла. — Подозреваю, что Иви.

— Эй!

— Дети, — урезонила их Зара, окинув каждого оценивающим взглядом. Она прицокнула языком. — Я планировала обучить вас кое-чему из того, что вам отчаянно необходимо знать, прежде чем вы ляжете спать, но вижу, что день выдался… непростым.

— Всех нас? — Спросила Иви. — Будешь учить меня петь?

— Если пожелаешь, то да. Ты соприкоснулась с Гармониками, так что сможешь научиться, — ответила Зара. — Завтра. А сейчас – все отдыхать.

— Что? Да я еще несколько дней продержусь, — с явным недоумением сказал Феликс. Он не чувствовал настоящей усталости с самого раннего утра, и Пит разделял это чувство.

— Ты сражался? — Спросила Зара, глядя ему прямо в глаза. Её глаза были ярко-голубыми, словно осколки льда.

— Да, мы только что…

— Ты убивал? — Надавила она.

Феликс замялся, хотя сам не понимал почему.

— Да.

Зара кивнула, будто это всё объясняло.

— Тогда иди отдыхай. Не хочу видеть никого из вас как минимум шесть часов.

Феликс поискал поддержки у окружающих, но Кэл лишь пожала плечами и продолжила раздавать приказы «Оловянным». Иви хлопнула его по спине.

— Пошли, крутой парень. Провожу тебя до комнаты. Мы все тут рядышком.

Феликс бросил растерянный взгляд на Хористку, но выражение лица Зары было стальным.

— Ладно. Спать так спать.