Глава 26.0

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ.

— …е-е-е-еликс? Что происходит?

Мир вновь обрел четкость прежде всего в глазах. Феликс стоял, вытянув руку, и пальцы его все еще сжимали угасающую иссиня-золотую нить. Биф застыл в той же позе, что и мгновение назад, заканчивая свою фразу.

— Видение, — объяснил Феликс, когда нить окончательно исчезла. Он потер пальцы друг о друга. К нему вернулся шум моря, скрип снастей и хлопанье парусов.

Биф застыл с открытым ртом. — Видение? Как у пророка?

— Нет, не совсем, — Феликс опустил руку. — То же самое, что я делал, когда видел тебя. И то же самое, что делал ты, когда я тебе снился.

— Обалдеть, ты можешь это контролировать? — Биф мгновенно воодушевился, и вся его тревога по поводу Регалии, подавляющей разум, как не бывало. — А меня научишь?

Феликс пожал плечами. — Понятия не имею. Но сначала нам нужно поговорить с Зарой.

— С Зарой? Зачем? Что ты видел? Кого ты видел?

— Проблему.

Зара находилась не на флагмане, в отличие от Бифа и Весс. Она предпочла плыть на следующем корабле в строю – вероятно, потому, что Феликс наотрез отказался брать Ислу с собой и Бифом. Перед уходом он попытался найти Весс – формально, чтобы посвятить ее в курс дела, но на самом деле просто хотел повидаться. Она была у себя, но на стук не ответила.

Феликс и Биф отправились вдвоем.

Море все еще бушевало, дождь лил не переставая, но после битвы стихия немного утихла. По крайней мере, поездка верхом на хитиновом панцире Хэллоу стала куда приятнее, хотя удержаться на подвижных пластинах Твари требовало лишь небольшого усилия Силы и Ловкости. Многоножка вскарабкалась по борту следующего судна, едва не до смерти напугав матроса-иттина, и оба они сошли на палубу.

— Прошу прощения. Вы не знаете, где Зара? — Спросил Феликс у тяжело дышащей женщины-иттина. Та быстро опустилась на колено, но ответить не успела. Как оказалось, в этом и не было нужды.

— Сама тебя ищу, — сказала Зара. Она легко шла по палубе, и качка ничуть не мешала ее походке. — Я видела, как Пит промчался мимо нас сразу после того светового шоу, что вы устроили. Он не пожелал остановиться и ответить на мои вопросы, так что спрошу тебя: что произошло?

Биф поморщился, а Феликс просто прошел мимо Певчей. — Нам всем нужно поговорить.

Спустя несколько мгновений они втроем уединились в капитанской каюте. Она была меньше, чем у Феликса на самом большом мана-корабле, и так же лишена мебели. У Зары не было даже комода – ей приходилось обходиться странными стеллажами, в которых крепились стянутые обручами ящики. Феликс чувствовал усталость, поэтому он ухватил разлитую в воздухе Ману воды и подчинил ее своей воле.

«Формовка Инея!»

Ледяной стул вырос прямо из щелей в половицах, подставившись под его опускающийся зад. Феликс облегченно вздохнул. — Стойкость и Сила выше крыши, а посидеть все равно приятно.

Зара вскинула бровь, а Биф посмотрел на него с завистью, так что Феликс быстро соорудил стулья и для них. Попутно он изложил подробности схватки с Фатомом и того, что случилось после – включая детали, касающиеся Регалии.

— И в ней до сих пор теплится искра Божественного? — Спросила Зара. — Могу я взглянуть?

Феликс лишь на миг замешкался, но Восприятие Зары было не обмануть. Ее губы сжались, даже когда он расстегнул карман и протянул ей обрывок ткани. — Осторожно, она…

— Ой! — Наяда отдернула пальцы и поднесла их к губам: от Регалии проскочил золотистый разряд. — Она защищается?

— Ага. Полагаю, не хочет, чтобы мы ее трогали. Особенно я.

— А тебе она не причиняет боли? — Спросила Зара. Она видела, как золотые искры бьют по его покрытым чешуей пальцам. — Или она не может пробить твои новые руки?

— Причиняет. Мне просто плевать, — Феликс пожал плечами. — Меня калечили вещи куда похуже, чем статическое электричество от половой тряпки.

Нахмуренный лоб Зары разгладился, а выражение лица стало странно мягким. — Хочешь поговорить об этом?

— Что? Нет. Я в порядке, — Феликс снова протянул Регалию. — Забирай.

Вместо того чтобы взять ее руками, Зара издала заливистый свист, который прозвучал куда громче, чем должен был. Гармонии, не слышимые обычным ухом, разошлись от ее горла, и рука из призрачного сине-зеленого света потянулась вперед, бережно приняв Регалию в огромную ладонь.

— Крутотень, — прошептал Биф.

Зара с помощью наколдованной руки вертела и наклоняла ткань так и этак. — Она сама источает частицу песни. Искушающая вибрация, от которой зубы ноют. Ты ведь чувствовал ее Намерение?

— Чувствовали, — подтвердил Феликс. — Все, что я понял: она хочет убраться от меня подальше.

— О да. В ней чувствуется слой… брезгливости. Странно, все страннее и страннее. Похоже, ты произвел впечатление на Беспутного.

— Это весь я – завожу друзей, куда бы ни пошел.

— И то верно, — призрачная рука снова повернулась, демонстрируя вышитые узоры на грязно-белой ткани. — Судя по тому, что я узнала за эти годы, когда-то это было частью верхнего облачения Беспутного. Жречество носит одежды похожего покроя – в знак почтения, как они утверждают, — она покачала головой, словно ее беспокоило что-то еще. — Однако тут есть нечто большее. Вибрация, которую она испускает, притягивает вещи. Людей. Существ. А я-то гадала, почему Фатомы напали на нас.

— Значит, Фатомов тянет к ней? — Спросил Феликс.

— Весьма вероятно, — отозвалась Зара.

— Через мили и мили пустыни, гор и всего такого? — Уточнил Биф. Он взглянул на Феликса. — Ты же говорил, что она ослаблена?

— Ритуал, который пытались провести паладины, прозвучал в Гармониях мира громче чего бы то ни было. Тот объем Диссонанса, что вырвался при пробуждении Изначального и из-за прерванного плетения Беспутного, был слышен во многих Территориях, — объяснила Зара. — Уверена, это привлечет и других.

— Значит ли это, что Акестрия в безопасности? — Спросил Феликс. Вдоль позвоночника пробежал укол тревоги. — Или придут новые отродья Фатома?

— Вряд ли. Феликс не солгал, Биф; Регалия ослаблена, но она все еще остается точкой Значимости, которая тянет за собой Великую Гармонию. Любой, кто обладает должными чувствами, ощутит ее на определенном расстоянии. Теперь, когда она не может спрятаться внутри твоего Духа, ее ни с чем не спутать.

— Спрятаться в моем Духе? — Бычье лицо Бифа стало таким бледным, каким Феликс его еще не видел, приобретя странный серовато-коричневый оттенок.

— Регалия зарывалась в твои Дух и Разум, и только Тело оставила напоследок, когда Феликс попытался ее забрать.

— Зарывалась? — Тихим голосом переспросил Биф.

— М-хм. Ты уже уловил ее намерения в своем Разуме, но, похоже, она также маскировалась в шумах твоего Духа. Ты… уникально подходишь на роль носителя артефакта, — Зара коснулась губ безупречно ухоженным пальцем, после чего подошла к одному из закрепленных ящиков у стены. — Но я полагаю, что смогу найти кое-что получше.

— Что это значит? — Спросил Феликс. — «Уникально подходит». Потому что он из Несвязанных? Или потому что минотавр?

— Потому что его Дух пуст, — дверь распахнулась с грохотом. Внутренние замки скользнули в стороны так легко, будто у вошедшей был ключ. В проеме, на фоне вспышки молнии, стояла Исла. Она вошла, закрыв за собой дверь легким всплеском зелено-золотой жидкой Маны. — Такая конференция, и меня не пригласили? Как не стыдно, Зара.

— Ты была занята, выслеживая отродий Фатома, — холодно ответила Зара, ничуть не смущенная резким тоном гостьи. — Я бы не стала беспокоить тебя по таким пустякам.

— Все, что касается моего подопечного из Несвязанных, касается и меня, — почти выплюнула Исла. Она заметно смягчилась, увидев встревоженное лицо Бифа. — Ты в порядке, Майкл?

— Это… да, — ответил Биф, внезапно зазвучав изнуренно. Его рука почти зажила, и краска вернулась к лицу. — Я буду в норме.

— Тц, — она склонилась к огромному минотавру, проверяя его глаза, уши и даже рот. Что именно она искала, Феликс не имел ни малейшего понятия, но Исла, похоже, осталась довольна. — Тебе не следует находиться на другом корабле без меня, Майкл. Ты можешь влипнуть в неприятности, из которых не выберешься. Вот, например, «это», — она указала на ткань, которую Зара все еще держала своей фантомной рукой. — Это никогда бы не нашло тебя, останься ты под моим присмотром.

— Но ты ушла помогать Заре и остальным. А Феликс хотел увидеть Гробницу, и если бы мы этого не сделали, все бы погибли. Верно? — Биф посмотрел на Феликса, словно человек, ищущий спасательный круг. — Верно ведь, Феликс?

— Конечно, ты прав, — Феликс ободряюще похлопал друга по плечу. Однако Исле достался куда более суровый взгляд. — Он и сам отлично справляется, Исла.

Миниатюрная женщина поджала губы. — Мне было поручено найти его и стать его наставницей, Феликс. Я не могу этого делать, если меня отсылают на другое судно.

— Ты прекрасно справишься и там, где находишься.

— Но…

— Хватит, — отрезал он, высвободив лишь малую толику своего Духа. Тот вырвался наружу подобно двери, которую она распахнула навстречу шторму. Феликс быстро приструнил силу, но впечатление осталось.

Исла натянуто и неохотно кивнула. — Как пожелаешь.

Зара вернулась к группе, неся несколько толстых кристаллических пластин, каждая своего оттенка. — Это позволит нам скрыть значимость этого фрагмента Регалии. Помнится, ты говорил, что паладины использовали похожий метод для ее удержания?

— О да. У них был небольшой кристаллический контейнер. Когда он был закрыт, я даже не чувствовал ее присутствия, — сказал Феликс. — Ты сможешь это воссоздать?

— Не совсем. Скорее всего, они использовали божественную сигильдию, чтобы подстроиться под специфические вибрации Регалии. У меня нет таких инструментов. — Она разложила кристаллы в воздухе, и от эфемерной руки, державшей искрящуюся ткань, ответвилась еще одна. Разместив четыре части, Зара взмахнула стилусом. — Но я могу создать нечто подобное с помощью старой доброй сигильдии и Песни.

Биф и Феликс подались вперед, с любопытством наблюдая за работой. Исла же стояла в стороне, вне их круга, и нетерпеливо постукивала ногой.

Рука Зары была тверда; она вполголоса напевала мягкую, настойчивую мелодию. Первые две кристаллические пластины прижались друг к другу, и в месте стыка вспыхнула Мана, сплавляя их воедино. Но не окончательно. Зара сопроводила это действие серией перекрещивающихся надписей – скорее линий, чем сигилов или глифов, каждая из которых образовывала идеальный круг над местом соединения. Она повторяла это снова и снова, пока все кристаллические детали, кроме последней, не были скреплены между собой.

Ловкими движениями и под переливчатую песню Зара сместила всю конструкцию, а ее фантомная рука опустила Регалию в полую середину. Та дико заискрилась при падении, золотые ветви света стали похожи на когти, но она легко скользнула внутрь кристаллического контейнера.

Феликс поймал себя на том, что задерживает дыхание, и выдохнул, чувствуя себя немного глупо. «А чего ты ожидал? Нет. Ты знаешь, чего ты ожидал. Взрыва, атаки монстра. Чего-нибудь». Эфемерные руки подняли крышку и приставили к последнему отверстию. «Но это работает. Я ее почти не слышу».

На самом деле, весь шум прекратился.

Феликс встал, но пол исчез, как исчезли стены и потолок. Он был один в бескрайней тьме, которая была слишком знакома. Пустота простиралась во всех направлениях, бесконечная и безликая, и единственным звуком был его учащенный пульс.

Но и это изменилось.

Грохот несущейся воды заполнил уши Феликса, и на мгновение он не мог понять, откуда он исходит. Звук был везде и ниоткуда, словно черные небеса разверзлись над ним, обрушивая на голову неистовую какофонию. Это была не вода, а чистый звук. Гармония, прошитая лязгающими, атональными потоками Диссонанса. Это напоминало то, как его ядра порождали свои песни, но было куда более несбалансированным и хаотичным, будто кто-то просто бил по всем инструментам разом, проверяя, сколько шума можно извлечь.

Перед ним возникла дверь в выжженное, почерневшее небо – врата размером с гору и не больше соринки одновременно. Ревущий шум несся к ним, с криком влетая в их створ, точно река воющих порогов, летящая в пропасть. Феликс чувствовал, как их внимание смещается – они еще не осознали его присутствия, но их безмерная непостижимость причиняла боль, даже когда он смотрел вскользь. За вратами их формы менялись и рокотали, превращаясь в луны, прикованные к черным небесам, и каждая была переполнена сюрреалистичными эмоциями, слишком сложными для понимания Феликса.

Титул: Зов Неповиновения активен!

+25% к Силе Воли при противостоянии врагу Божественного или более высокого ранга!

Собрав всю свою Силу Воли, он боролся с притяжением этой реки, пока врата не померкли. Пока их рокот не превратился в обычный гром над головой, а перед ними всеми не оказалась кристаллическая трубка, идеально запечатанная и испещренная по граням головокружительным набором глифов и сигилов.

Навык «Теург Восхода» достиг 83 уровня!

Он сидел в своем ледяном кресле, окруженный союзниками, и никто из них не выглядел хоть сколько-нибудь обеспокоенным. У Феликса возникло чувство, что никто из «них» не оказывался на пороге у богов второй раз за неделю.

Зара откинулась назад, стилус безвольно лежал в ее руке, лицо было мокрым от пота. — Регалия запечатана, и мы в безопасности от ее влияния, по крайней мере, на время. Все кончено.

Однако у Феликса было отчетливое предчувствие, что все только начинается.