Глава 27.0
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Навык «То, что таится внутри» достиг 3-го уровня!
Навык «То, что таится внутри» достиг 4-го уровня!
Феликс пришел в себя, как ему показалось, лишь мгновение спустя. Он стоял, ссутулившись над пустым участком грязной воды, тяжело и прерывисто дыша. Выпрямившись, он огляделся: его окружали трупы, изрешеченные глубокими порезами, а в некоторых торчали ледяные копья.
Как долго он пребывал в беспамятстве? Тела еще не начали разлагаться, значит, прошло совсем немного времени. Впрочем, он не был уверен, происходит ли это с теми, кто не относится к монстрам… И в чем вообще разница между монстром и обычным человеком? Риси считались монстрами, их тела спустя несколько минут после смерти превращались в сальный дым. У монстров был Тип, в то время как у прочих – Раса, хотя причины такого разделения оставались для него загадкой.
Сдерживая подступающую панику, Феликс вызвал Статус. К счастью, там по-прежнему значилась Раса.
«Не монстр», – он взглянул на свои загорелые, с виду человеческие руки. — «Пока еще нет».
Напротив Расы все так же стояла звездочка, и, когда он присмотрелся, процентное значение снова увеличилось.
*Обнаружены дополнительные родословные. Обработка: 32%
Его ядро казалось переполненным, готовым лопнуть, как и дважды до этого. Полуогр… Феликс не мог поверить, что сожрал его. Он был так зол. Так «голоден». Ускорит ли поглощение маны Клода изменения в его Расе? Весьма вероятно. А когда счетчик дойдет до ста процентов? Что тогда?
Шум дождя заглушал многое, но Феликс начал различать звуки, доносящиеся из окрестных зданий. Люди понемногу справлялись со страхом и выходили разузнать, что произошло. Времени оставалось в обрез. Феликс наклонился и подобрал зачарованную булаву Мерена. Труп того выглядел скверно – скорее обугленный манекен, чем человеческое существо. Его «Влияние Искры» стало по-настоящему жутким… Раньше он никогда не применял его против столь слабого противника.
Он также нашел еще немного денег – в основном медные камни, но попалось и несколько серебряных мечей. Наверняка краденые, но вернуть их Феликс никак не мог. Он сунул кошель в сумку.
В грязи валялось немало оружия, но у Феликса не было ни места, ни желания его забирать. Он прекрасно справлялся и без него. Он намеренно старался не смотреть на свои пальцы.
Он сам «был» оружием.
Наконец оставив бандитов в покое, Феликс повернулся к первому трупу. К самой первой жертве. Теперь, подойдя ближе, он заметил, что у тела не хватает нескольких органов. Сердца, само собой, но исчезли и другие серые мясистые мешочки. Он все еще видел тяжи кишок эльфа, хотя от них были отхвачены целые куски – рваные раны выглядели так, будто здесь поработал зверь.
«Когти и зубы».
Он старался не вглядываться в них слишком пристально. До него все еще доносился далекий атональный гул, исходящий от символов, и, честно говоря, они пугали Феликса. Здесь действовала магия, с которой он совершенно не знал, как совладать. Однако Атар был прав: знаки пугающе походили на те, что использовал сам Архонт. Феликс обвел взглядом место происшествия, запечатлевая всю сцену в своей впечатляющей памяти – он твердо решил рассказать об этом Атару. Возможно, это поможет убедить того провести отряд в Домен. Но важнее было другое: кто бы ни сотворил это, кто бы ни начертал эти похабные знаки – его нужно остановить.
«Никто не заслуживает такой смерти».
Треугольные уши Пита внезапно дернулись, и он повернул голову в сторону бокового переулка, по которому они еще не проходили. Феликс проследил за его взглядом и сосредоточил чувства.
«Шлеп. Всплеск. Шлеп».
«Шаги. Кто-то идет». Пит посмотрел на него и встряхнул своей иллюзорной шерстью, разбрызгивая воду. Феликс кивнул.
«Конвергенция!»
«Бездонная Пряжа!»
Пит исчез во вспышке света, снова сливаясь с Феликсом, пока тот тянулся к Пустоте. Ощущение чего-то маслянистого скользнуло по коже, вызвав невольную дрожь отвращения. Сбросив это оцепенение, он начал карабкаться по стене ближайшего доходного дома. Это было легко: в каменных блоках и деревянных балках старого здания хватало выступов. Он поднялся почти до самого верха – добрых четыре этажа, – когда сверху донесся приглушенный скрежет.
Феликс замер, слегка повернув голову. Он вцепился в стену между двумя окнами, всего в двадцати футах от крыши и свободы. Спустя почти десять секунд на противоположной кровле показалась фигура в легкой кожаной броне и с оловянным медальоном.
Тот самый худощавый гильдиец. Его звали Лейф. Подросток осторожно перегнулся через край крыши и посмотрел вниз. Взгляд Лейфа прошел прямо по Феликсу и замер на земле.
— Беспутный упаси… — прошептал Лейф.
С любопытством Феликс наблюдал, как юный гильдиец спустился по стене и принялся осматриваться. В переулке послышались всплески воды, и вскоре к нему присоединились еще четверо – все в плащах с характерными перевязями. У четверых они были зелеными, у одного – синей.
Возглавлял их Арик, волевой мужчина с квадратной челюстью, красивый той особой красотой, которую обретают после Первого Формирования. На нем было привычное для Гильдии снаряжение: кожаный доспех с металлическими накладками на руках и груди. На поясе висела пара мечей – один короткий, другой длинный.
Следом шла Дима, смуглая девушка с мечом и посохом. Она и еще один человек были в мантиях, но под одеждой Димы он заметил проблеск кольчуги. Вторую звали Уна, и она явно была наядой: ее охристая кожа резко выделялась на фоне унылой серости переулка. В руках она тоже держала посох, но более тонкий, верхняя треть которого была испещрена плотными письменами. Последним был Келвин, парень с бородкой и избытком мускулов. На нем была обычная кожаная броня, но с заметно большим количеством латных пластин. В руках он сжимал топор и большой щит.
«Классический состав группы искателей приключений. Разведчик, бойцы, маги поддержки. Железный Ранг во главе, Олово на подхвате». Они двинулись к телам: Арик решительно, остальные за ним.
«Они говорили, что ищут следы нападения, случившегося прошлой ночью. Значит, тогда и были начертаны эти знаки?» Феликс потер подбородок, глядя, как гильдийцы изучают трупы вышибал. Несколько тел были пронзены ледяными копьями, но большинство покрывали ожоги от электричества и многочисленные порезы. Пит агрессивно чирикнул в его сознании. «Да-да, спасибо за помощь, дружище».
Навык «Бездонная Пряжа» достиг 12-го уровня!
Феликс вздрогнул от уведомления. В окне неподалеку, разбитом взрывом огненного шара, показались двое маленьких хобгоблинов. На их лицах читался страх, смешанный с любопытством, пока они глазели на гильдийцев внизу. Кажется, они совсем не замечали Феликса, хотя тот находился в считаных дюймах от них.
Навык «Бездонная Пряжа» достиг 13-го уровня!
Его внимание привлекло едва заметное движение в окнах домов вокруг «дворика». Все больше жителей осторожно прижимались к стеклам, многие из которых пострадали от атаки Мерена. В основном это были хобгоблины, гоблины и орки, хотя он заметил и пару дварфов. Все они выглядели напуганными.
«Но кого именно они боятся?» Видели ли они бой? Видели ли его самого?
— Уходите отсюда, дети. Живо, — произнес кто-то, скрытый в глубине комнаты.
— Но мама! Там внизу гильдийцы, — пожаловалась девочка. Ее брат надулся и прижался к окну еще плотнее.
— Хочу видеть гидицев! — Возбужденно закричал мальчик.
— Ты же знаешь, Бева, они опасны. Им нельзя доверять!
— Мама… — начала девочка плаксивым голосом, но ее брат вдруг взвизгнул.
— Красные! Красные!
Феликс обернулся и посмотрел вниз: действительно, на площадку тяжело ступили трое в ярко-красных плащах.
«Инквизиторы».
— Уходите. Сейчас же. — В голосе матери страх стал отчетливым, как вибрирующая струна, натянутая до предела. Дети отпрянули.
Феликс глянул вверх. Крыша была близко, но он не был уверен, справится ли «Бездонная Пряжа». Каковы шансы, что у инициата или Железного Ранга есть мощный навык восприятия… Феликс не имел ни малейшего понятия. Но они явно были больше нуля. Теперь, когда ярость утихла, осторожность велела ему затаиться.
А любопытство – слушать.
— Вы, — прорычал инициат. Его красный плащ взметнулся, когда они вошли в переулок. — Убирайтесь. Теперь это дело Инквизиции.
— Полегче, красноплащник. — Обладатель Железного Ранга поднял руки. Согласно «Глазу» Феликса, его звали Арик Ветне. Мужчина сделал пару шагов навстречу инициату, не опуская ладоней. — У Гильдии есть Хартия в этом городе, а это значит, что мы расследуем убийства наших граждан.
Инициат рассмеялся. Феликс осмотрел его «Глазом», отметив 34-й уровень – далеко за пределами Первого Формирования. — Ваша Хартия ничего не значит. Как я уже говорил, Инквизиция держит вашу Гильдию за горло. Либо вы делаете, что я велю, либо ваши Старейшины сами снимут с вас головы. Так что, пожалуйста, попробуй сопротивляться.
Даже сверху Феликс видел, как перекосило лицо Арика. Тот оглянулся на своих подопечных Оловянного Ранга, выстроившихся за его спиной перевернутым клином, во главе с Келвином и его щитом.
Активировав «Маназрение», он увидел клочья их аур – разноцветные, пронизанные зелено-золотыми нитями маны жизни. Каждый человек внизу – по крайней мере, живой – так и брызгал эмоциями. Феликс почти физически ощущал вкус упрямого разочарования и самодовольного превосходства, словно они примешивались к их мане.
Навык «Маназрение» достиг 41-го уровня!
«Ого. Серьезно?» Это откровение отвлекло его настолько, что он едва не пропустил продолжение разговора.
— …вы думаете, здесь произошло? Просто скажите мне это, и мы уйдем, — говорил Арик.
Инициат Нел ухмыльнулся двоим аколитам за своей спиной, после чего картинно вздохнул. — Что ж, «искатель приключений». Я думаю, здесь произошло нечто очень и очень опасное. Что-то нашло этих несчастных и вырвало из них жизнь. С особой жестокостью.
— По мне, так это обычное убийство, — возразил Арик.
— Как часто ты видишь семерых людей, вырезанных подобным образом?
— Справедливо. И все же похоже на бандитскую разборку.
Инициат указал не на ближайшие тела с ледяными копьями и не на обугленные останки Мерена, а на пустое пятно воды. Именно туда, где стоял на коленях Клод… перед тем как Феликс его сожрал.
— Здесь было совершено Чародейство, — провозгласил Нел. Дождь хлестал не переставая, небо содрогалось от грома. — Его песнь ни с чем не спутать.
«Песнь?»
— Капитан!
Арик обернулся и увидел, что Дима указывает на дальнюю стену.
«Нашли эльфа». В полумраке и прибывающей воде они его, скорее всего, поначалу не заметили.
— Беспутный, защити нас, — прошептал один из аколитов, достаточно громко, чтобы Феликс услышал это сквозь шум дождя.
— Чародейство, — выдохнул инициат. — Мерзость. Теперь это наше, гильдиец. Проваливай.
Арик сжал кулаки, на мгновение замешкавшись. Феликс почти подумал, что тот затеет драку, но мужчина сдержался. Железный Ранг подал своей команде какой-то знак жестами, и они побрели прочь.
— Еще увидимся, Нел, — голос Арика звучал глухо и ровно. Он был в ярости.
— Угу, — отозвался инициат с резкой улыбкой. — Уверен, что скоро.
— Я сообщу об этом Старейшинам, — пообещал Арик.
— Чего же ты тогда ждешь, гильдиец? — Инициат небрежно махнул рукой, словно прогоняя муху. — Ваша Башня в той стороне.
Феликс чуть ли не наяву услышал, как тот заскрежетал зубами, но вместо атаки Арик круто развернулся и зашагал прочь по грязи.
Инициат презрительно фыркнул:
— Слабаки, лишенные убеждений.
Он приказал аколитам осмотреть остальные тела, а сам решительно направился к изуродованному трупу эльфа. Феликс не видел его лица с такого ракурса, но вся поза Инквизитора выражала брезгливость. Руки в перчатках задвигались над трупом, оставляя за собой слабые струйки бесцветной маны. Неатрибутированная мана. Почти такая же, как радужные следы, что оставляли твари в Пустоте, но все же иная. Если у Нарпустотника это было чем-то вроде отходов жизнедеятельности, то здесь чувствовалась цель, наполненная отточенным Намерением.
Внезапный всплеск гармоничных аккордов прорезал воздух, ударив Феликса по чувствам. От неожиданности он едва не сорвался с карниза, и только тревожное чириканье Пита помогло ему удержаться.
«Что за…»
Внизу над трупом заплясали блики, пока из него не поднялась зеленая прозрачная фигура. Она была гуманоидной и, если Восприятие не обманывало Феликса, выглядела в точности как мертвый эльф, только более-менее целая.
«Призрак? Призраки существуют на самом деле?»
Видение встало и начало осторожно, с опаской двигаться вперед. Оно перемещалось странными рывками, и только когда фигура прыгнула из стороны в сторону, Феликс понял, что видит своего рода запись. И она проигрывалась задом наперед.
Инициат стоял в стороне, позволяя призрачному эльфу идти куда вздумается. Аколиты никак не реагировали, даже когда сущность проходила прямо сквозь них. Либо для них это было самым обычным делом, либо они вообще ничего не чувствовали.
Феликс поставил бы на второе.
Становилось все яснее, что призрак сражается с кем-то или с «чем-то». Слабые светящиеся отметины на его теле были ранами. Сначала они были тяжелыми, но постепенно исчезали группами по три-четыре штуки. Явные следы когтей. Призрак метался по тесному пространству кривого переулка, демонстрируя завидную Ловкость, пока наконец не закончил свой путь у входа в дальний проход. Там он замедлился и обернулся, словно спокойно глядя на кого-то. Затем замер, снова замерцав, будто поставленный на паузу.
Инициат кряхтел, его лицо покрылось потом. Он сделал два коротких пасса пальцами, но казалось, будто он поднимает валун. Вены на его шее вздулись, как канаты, конечности задрожали. Затем воздух прорезала погребальная песнь, медленная и печальная. Призрак снова пришел в движение. На этот раз – вперед.
— Не бойся, — заговорил призрак, и его голос прозвучал так отчетливо, будто Феликс слышал его прямо у себя в голове. — Я не причиню тебе вреда. Ты можешь… слепые боги, что они с тобой сделали? Что… нет! Нет!
С хриплым вздохом инициат рухнул на колени, и призрак исчез.
— Сэр, вы в порядке?
— Я в «норме», аколит. Исполняй свой долг, — огрызнулся инициат на подчиненного, который тут же вернулся к обыску мертвых вышибал.
Феликс облизнул губы и сглотнул, но во рту и горле все пересохло. Он понимал, что больше нельзя здесь оставаться, как бы сильно ему ни хотелось разузнать, на «что» еще способен этот парень. За время ожидания он уже дважды обновлял «Бездонную Пряжу» и чувствовал, как это изматывает разум. Теперь, когда инициат был явно отвлечен своим восстановлением, Феликс медленно преодолел оставшиеся двадцать футов и перемахнул через край крыши. Мгновение спустя он исчез.