Глава 10.0

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Я была удивлена, когда вы попросили нас о разговоре, — произнесла Старейшина Реджис, входя в гостиную Феликса. Она была миниатюрной, едва выше пяти футов, и, несмотря на гладкое, без единой морщинки лицо, годы округлили её фигуру. Её глаза быстро осмотрели комнату, после чего снова остановились на Феликсе. — Я была уверена, что вы не слишком жалуете Гильдию.

— Ха! А с чего бы ему её жаловать? — Хольт, стоявший подле неё, коротко хохотнул. Он был выше Феликса дюймов на шесть или семь, а его длинные рыжевато-каштановые волосы были стянуты в хвост. Длинную бороду прорезали пять четких седых полос. Смех не был веселым, хотя Хольт и пытался придать ему добродушия. — Что именно сделала Гильдия, чтобы он проникся к ней симпатией?

Феликс жестом предложил им занять кресла – единственное украшение комнаты. Его покои состояли из трех помещений: гостиной, спальни и личной ванной. Он пригласил двух бывших Старейшин именно из-за их прошлого; как руководители Гильдии Защитников, они наверняка имели доступ к колоссальным объемам информации.

— «К ней», значит? — Переспросил Феликс. — Звучит так, будто вы оба официально разорвали связи с Гильдией Защитников.

— Именно так, — отрезал Хольт, и его усы дернулись от тяжелого хмурого взгляда. — Я больше не намерен иметь дел с организацией, которая ставит власть выше своих людей. То, что мы натворили… вся эта история с Доменом? От этого разило за версту. Знай я тогда…

— Но ты не знал, как не знала и я, пока не стало слишком поздно, — мягко перебила его Реджис, печально приподняв брови. Она накрыла своей маленькой ладонью руку старого соратника, а затем посмотрела на Феликса. В её глазах блеснула сталь. — Мы не идеальны. Мы гнались за силой, как и все остальные, но всегда лишь для того, чтобы возвысить наш народ. Гильдия Защитников называлась так не без причины, — она вздохнула. — Когда-то давно.

— А теперь мы искупаем вину в новом правительстве леди Калески, — пробасил Хольт. Он высвободил руку и поправил свои темные одежды. Как и Атар, они оба были облачены в укрепленную и зачарованную ткань, готовясь к возможной битве. — Что возвращает нас к причине вашего приглашения. Чего же хочет прославленный Демон от двух безвластных экс-Старейшин?

Феликс усмехнулся, ощутив их Дух: смесь черного юмора, смирения и неподдельного любопытства. Ни один из них не пытался скрыть свои чувства, и Феликс сомневался, что они вообще на это способны. Оба пострадали от прикосновения Первородного Отродья, хотя и в меньшей степени, чем хористы Йеро или Сивы. У бывших Старейшин был поврежден фундамент, что ограничило их развитие рангом Грандмастера, возможно, навсегда.

— Я хотел бы расспросить вас по трем вопросам. Начну с самого насущного, — Феликс скрестил руки на груди. — Что вам известно о Первородных?

Он почувствовал вспышку паники в их Духах, прежде чем они сумели совладать с эмоциями. Первым заговорил Хольт:

— Зачем вам знать о них больше? Разве мы не навидались их сородичей на целую жизнь вперед?

— Сделайте одолжение, — ответил Феликс.

— Зара, как бывший Архивариус, подошла бы для этого куда лучше…

— Зара сейчас занята другим делом, Реджис. Я буду признателен, если вы расскажете всё, что знаете, пока я жду её, — Феликс улыбнулся.

Обман достиг 23 уровня!

— Ох. Конечно, — Реджис откашлялась. — Согласно легендам, Первородные родились на заре Первой Эпохи. Они существуют дольше, чем вся задокументированная история. Любая история: эльфийская, гномья или чья-либо еще. Как вы видели на примере того драконоподобного зверя, что напал на Гнездо, они – колоссальные силы природы, и, кажется, у них нет иной цели, кроме как уничтожать жизнь везде, где они её находят.

— Уничтожать или заражать, — добавил Хольт. — Мы сомневались в последнем, но ревенанты и им подобные доказали обратное. Первородный распространяется подобно болезни, и каждый пораженный – уже мертвец, даже если сам об этом еще не догадывается. — Он посмотрел на Феликса, и на этот раз взгляд его был оценивающим. — Но не здесь. Все следы заражения исчезли, будто их и не было, а тела ревенантов, что нам попадаются, теперь обозначаются как «Искаженные маной люди» и тому подобное.

— Нам повезло, — сказал Феликс, игнорируя пристальный взгляд Хольта. — Значит, есть и другие Первородные? Харн рассказывал мне об одном, обитающем в море где-то к востоку отсюда.

— Да, это еще одна странная деталь в появлении Первородного среди нас. Считается, что они – морские существа, ведь только безбрежные океаны способны вместить их туши. Те немногие, что выходили на берег, остались в ужасающих легендах; одно их присутствие стирало королевства с лица земли за считанные дни. Нападение, о котором говорил Харн, было последним известным случаем появления Первородного, насколько мне известно, и это случилось на другом конце света. — Реджис замолчала, выравнивая дыхание. В её Духе расцвел гнев. — Те мужчины и женщины, которых мы отправили покорять Туманные Земли, должно быть, столкнулись там с чем-то… с затаившимся Первородным, который принес заразу в наш город. Если бы Тейн поделился со мной своими открытиями, возможно, всего этого удалось бы избежать.

— Гильдия встала на темный путь задолго до того, как Тейн потерял контроль над своим экспериментом, — грубо бросил Хольт. — Нам следовало вмешаться еще годы назад, но мы были ослеплены тем благом, которое могли совершить. — Старик – крупный и крепкий – на глазах у Феликса будто увял и уменьшился. — Я считаю благословением уже то, что мы вообще живы, когда все остальные пали.

Реджис замолчала, и Феликс дал им минуту прийти в себя. Ему не было дела до главы местного отделения Гильдии. В его Разуме проносилось всё, что ему говорили и что он узнал сам.

— Каковы их силы? Они все одинаковы? — Спросил Феликс.

— Вы снова спрашиваете о легендах так, будто надеетесь услышать факты, — со вздохом ответила Реджис. — Если список сил Первородных и существует, я его никогда не видела. Рискну предположить, что ни один из ныне живущих не сталкивался с Мощью Первородного и не выжил, чтобы об этом поведать.

— До этого момента, — вставил Хольт. — Первородный, с которым вы сражались в небе, обладал огненным дыханием и способностью к полету, несмотря на свои нелепые размеры. Вам его возможности известны лучше, чем нам.

— Хм, — хмыкнул Феликс. Скорее всего, каждый Первородный обладал разными способностями, а Король Опустошителей был искаженной амальгамой Пасти и того, чем являлось Ядро Домена. Он не был хорошим примером их истинной силы. С другой стороны, Пасть… — Феликс моргнул, когда его осенила мысль. — Если Первородные так опасны, если они заражают всех вокруг, почему Инквизиция ничего не предприняла?

— Хороший вопрос, и он меня тоже беспокоит, — признала Реджис. — В большинстве стран действует приказ: уничтожать всё живое, что контактировало с Первородным. Людей, животных, растения. Всё. То, что Инквизиция этого не сделала – свидетельство некомпетентности их руководства.

Хольт фыркнул:

— Неудивительно, учитывая, что заправляла всем Дюфон. Она всегда была жадной до власти тварью. Настолько одержимой, что наверняка проигнорировала все тревожные знаки. Если прибудет истинное руководство Непогрешимого Ордена, они не станут церемониться, как Дюфон. Они выжгут город огнем и льдом и не остановятся, пока не истребят нас всех.

Феликс почувствовал укол в груди, вспомнив о фанатиках, которые сейчас мчались к Сетории. Было ясно, что угроза достаточно велика, раз Грандмастер решила явиться лично.

— Они действительно на это пойдут?

— Без колебаний, — ответил Хольт. Он снова рассмеялся, но на этот раз в его смехе было больше иронии, чем горечи. — Единственное, чего в мире боятся больше, чем Первородного – это Демон Пустоты.

— Демон…?

— Неужели об этом больше не рассказывают? В моем детстве только об этом и говорили, — Хольт удивленно посмотрел на Феликса. — Полагаю, имена меняются. Темные Ужасы, Демоны Пустоты, Несвязанные. Если бы один из них появился, весь Континент пошел бы войной.

Обман достиг 24 уровня!

«Он знает?», – Феликс старался сохранять лицо абсолютно бесстрастным, а Дух – спокойным. — «Как он мог узнать?» Однако Дух бывшего Старейшины ничем его не выдал. Самый большой секрет Феликса был в безопасности… пока что.

— Демон призвал нас сюда не для того, чтобы болтать о чепухе, Хольт, — с легким раздражением в голосе произнесла Реджис. — Первородные, к моему глубочайшему сожалению, не детская сказка. Но это всё, что я знаю по данному вопросу. Каковы были другие темы?

Феликс снова зашагал по комнате, упорядочивая мысли.

— Что вам известно о Ключах Знамения?

Оба внезапно выпрямились в креслах, словно от удара током. Их Духи затрепетали от странного сочетания возбуждения и тревоги. Феликс не был удивлен. Этот предмет – полученный им в награду за выполнение безумно сложного скрытого Поиска – был связан с его Знамением, своего рода классовым обозначением, которое давало бонусы к характеристикам при повышении уровня и, по слухам, было неразрывно связано с судьбой.

Феликс открыл свое Знамение вскоре после прибытия на Континент – Маг – и оно сослужило ему добрую службу, увеличивая Силу Воли, Интеллект и Восприятие с каждым новым уровнем. Сам же Ключ оставался загадкой, хотя описание предмета намекало на его могущественную природу.

Наименование: Ключ Знамения

Тип: Путь (Усиление)

Описание: Знамения – это наши явленные судьбы, намеки на грядущее будущее и еще не раскрытую мощь. Не все достигают своего предназначения, но каждый встречает свою избранную Судьбу. Это Ключ к твоему Пути. Ступай смело или не делай ни шага.

— Вижу, термин вам знаком, — медленно проговорил Феликс.

— Как он может быть нам не знаком? — Вполголоса отозвалась Реджис. — Мы всё-таки возглавляли отделение Гильдии. Нашей главной заботой всегда были развитие и тренировки. Ключ Знамения… почему вы ищете это знание?

— Полагаю, это мое личное дело, — отрезал Феликс, прежде чем повторить вопрос. — Что вы знаете?

Хольт жестом указал на Реджис, которая явно собиралась надавить на Феликса:

— Мальчик спас наши жизни как минимум дважды. Я не пожалею для него информации, Оливия. Ключ Знамения – это первый шаг после Откровения, тот, что открывает твой Путь.

— Мой Путь, — повторил Феликс. — Что это значит?

— Твой Путь уникален для тебя, и его нужно пройти, чтобы раскрыть истинную силу внутри твоего Знамения, — добавила Реджис.

— Удивительно, но это всё еще не ответ, — Феликс начал терять терпение. — Знамения ведь не уникальны, верно? Их всего двадцать два, так к чему столько таинственности вокруг них?

— В этом и заключается важность Пути. Он возвышает Знамение над стандартными двадцатью двумя, толкая обладателя к величайшим вершинам мощи, — сказала она.

— Ладно, больше силы. Больше характеристик? Навыков? — Допытывался Феликс.

Хольт подался вперед:

— Путь – вещь личная, им не делятся ни с кем, даже с близкими. То, кто ты есть, формирует его, направляет и ведет, а судьба, которую ты обретешь – та, что под силу лишь тебе одному.

Феликс вздохнул:

— Слишком туманно.

— В Системе многое туманно, Феликс, — произнес Хольт, но его улыбка и Дух выражали сочувствие. — Она не водит нас за руку в погоне за силой, не предупреждает и не защищает от последствий наших собственных поступков.

Феликс шумно выдохнул через нос и кивнул. Это было похоже на ту Систему, которую он знал. Бесплатных обедов не бывает. — Хорошо, Ключ Знамения усиливает Знамение. Если, чисто гипотетически, кто-то получил такой предмет, что с ним следует делать?

— Его следует использовать как можно скорее, но только если вы готовы к вызову, который он бросает, — сказала Реджис. Феликс слышал, как участилось её сердцебиение, а Дух заплясал от предвкушения. — В случае неудачи второго шанса не будет.

— Вызов? Какого рода вызов?

— Мы сказали, что он открывает Путь, верно? Это не метафора. Это Ключ, а Ключи открывают Двери. В этом их предназначение, их собственная судьба. Ты открываешь свой Путь и идешь по нему, — пробасил Хольт. — А вызов внутри целиком и полностью зависит от тебя.

— То есть, что-то вроде сражения со своей тенью? — Пробормотал Феликс себе под нос.

— Что?

— Неважно, — он отмахнулся, хотя понимал, что они прекрасно его слышали. Позже ему нужно будет сверить это с данными Зары, чтобы убедиться, что его не вводят в заблуждение, но интуиция подсказывала, что они говорят правду. — Благодарю за информацию.

— Мы ценим вашу признательность, — с полуулыбкой ответила Реджис. — Было ведь что-то еще?

— Ах да. Под городом были руины Ним, и вы сказали любопытную вещь: город Харвотч был построен нимейцами. Это правда?

— Согласно всем нашим древнейшим записям – да, — подтвердила Реджис. — Фундамент Харвотча заложен на месте древнего нимейского города, и самые глубокие части канализации соприкасаются с их руинами. Как вы сами видели.

— Это странно. Я думал, они – Потерянная Раса, — сказал Феликс. — Разве информация о Потерянных Расах не исчезает?

— Вы правы. Когда Погибель забирает что-то, все письменные упоминания о них стираются. Как и в случае с Несвязанными, я подозреваю, что Погибель – лишь имя, придуманное историей для обозначения народов, сгинувших во времени, от болезней или чудовищного насилия. — Реджис покачала головой, на её лице отразилось легкое недовольство. — Тем не менее, существует множество нимейских руин, в основном на севере Континента. Все они, без исключения, полны опасной магии и ловушек, предназначенных для слабых или неосторожных. Большинство из них давно разграблено, так что та камера под городом была настоящей находкой. Я была крайне огорчена, узнав, что Кристалл Белайс и статуи уничтожены.

— И я тоже, — буркнул Феликс. В конце концов, всё это взорвалось прямо на нем. — Я видел ловушки под городом, но мне любопытно, было ли в этих руинах что-то еще. Особая магия, возможно? Двери, отмеченные звездами?

— Мне знакомо общее правило нимейских руин: считай звезды. Они есть во всех руинах, и чем больше лучей у звезды, тем опаснее ловушки, — сказала Реджис. — Но на этом мои знания исчерпаны.

— Я видел такие двери, — добавил Хольт. — Я был тогда совсем мальчишкой, и те времена давно прошли. Помню, глубоко в руинах близ Левантира была дверь. К ней вела полоса ловушек, способная погубить десятки людей. Мы были молоды и глупы, и продолжали идти, несмотря на потери. Обещание богатств кружило голову.

Хольт оперся локтями о колени, сцепив пальцы в замок, и уставился в голый каменный пол. — Мы добрались до двери, отмеченной десятиконечной звездой. Мы знали, что это значит, знали, как опасно внутри. Я понимал, что открывать её не стоит, но мы только что выжили там, где пали многие другие. Мы были пьяны бессмертием юности. Мы открыли её.

Хольт сделал долгий, неожиданно прерывистый вдох. Феликс почувствовал, как дрогнул его Дух.

— Что-то выбралось наружу, что-то… оно убило троих из нас прежде, чем мы успели сорваться с места. Оно было быстрым, настолько быстрым, что мы его не видели. Я выжил лишь потому, что наш лидер вышвырнул меня из руин на солнечный свет, которого эта тварь не выносила. — Мужчина сжал челюсти, его борода дернулась. — Это всё, что я знаю о Ним. Может, вы и найдете сокровища в их руинах, но это лишь случайность. Ним не копили золото за своими дверями, Демон. Они копили монстров.

Вдалеке зазвонили колокола. Один, затем второй, и всё больше голосов вплеталось в этот звон, который становился всё ближе. Все трое вскочили на ноги.

— Нападение, — выдохнула Реджис.

— На Стену, — прорычал Феликс.