Глава 11.0

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Ночь тянулась бесконечно.

Феликс не был уверен, ночь ли это вообще, но даже его высокая Стойкость подходила к пределу. Веселье продолжалось: разносили выпивку, гремели крики, вовсю ревела музыка. Столы для игры в кости и прочих азартных забав множились – всё больше пиратов искали в них утешения, в то время как другие члены команды исчезали в задних комнатах. Вероятно, за иными удовольствиями.

Он продолжал делать вид, будто прихлёбывает из своей кружки, однако глаза капитана было не так-то просто обмануть. Чтобы не вызвать подозрений, Феликсу пришлось сделать несколько настоящих глотков. Его Сопротивление Яду даже поднялось до 42-го уровня, что было весьма примечательно. Он проверил Состояние статуса.

Состояние статуса: Отравлен.

— 25% к Ловкости и Сноровке на 10 минут

— 35% к Интеллекту и Силе Воли на 10 минут

Где-то рядом визжали служанки, а бывалые моряки и морячки гоготали над удачным броском костей или хитрым ходом. Феликс поймал себя на мысли, что атмосфера в Кулаке Десяти Рук была на удивление… уютной. Это чувство не раз всплывало в его голове за ту ночь, пока он вёл путаные беседы с капитаном, а лукавый никси то и дело подливал ему выпивку.

Время действия яда истекало, но Феликс определённо ощущал на себе последствия Бурды. Зрение расплывалось, а желание поддаться бесхитростному гедонизму и щедрости капитана Нокка было пугающе сильным. К счастью, Сила Воли оставалась самой высокой характеристикой Феликса, и он отмахивался от этого наваждения всякий раз, когда чувствовал, как оно подкрадывается.

Феликс встряхнулся, сосредоточившись на том, чтобы выжечь последние следы яда из организма. Его действие ощущалось в каналах – не в крови или плоти, а в виде марева, похожего на Ману. Он всё ещё помнил то чувство, когда выжигал яд, заработав свой первый Закалённый Навык, хотя тогда он действовал вслепую. Теперь же он видел переплетённые вены и пульсации сине-белого света, бегущие по ним. Когда ядро запульсировало и сине-белый пар пришёл в движение, Феликс ухватился за зелёную дымку и потянул её за собой. С каждым ударом всё больше яда попадало в трескучее пламя его ядра, где он и сгорал.

Работа шла медленно, и всё усложнялось тем, что ядро было буквально забито под завязку. В нём всё ещё томились останки Терзателя, которые медленно расщепляла Ненасытная Десятина. Феликс гадал, сколько это ещё продлится. С той битвы прошло уже несколько дней.

— Да! Сюда! — Нокк окликнул кого-то в толпе, затаскивая на помост к Феликсу. Ним поднял взгляд от своей кружки и увидел трёх полуобнажённых фигур, ластящихся к капитану. — Феликс, мальчик мой, ты слишком напряжён! Пора расслабиться! Возьми одного из моих прелестных найдёнышей и отправляйся отдыхать. Не пожалеешь, уж поверь мне!

Феликс моргнул, разглядывая троицу, прильнувшую к Нокку. Все они были эльфами – две женщины и один мужчина, и все одеты одинаково вызывающе. Однако острый глаз Феликса заметил спрятанное оружие: в волосах, на бёдрах и даже в прозрачных на вид корсажах женщин. У него не было ни малейшего желания тащить в постель того, кто может вонзить нож в спину.

— Это очень… щедро, капитан Нокк. Но мне придётся отказаться. — Феликс беспомощно развёл руками. — Уже поздно, а день выдался долгим и тяжёлым. Так что я воспользуюсь вашим предложением насчёт комнаты, если вы не против.

Нокк нахмурился, и его клыки скрылись в недовольной гримасе.

— Ну что ж. Комнаты этажом выше. Отдыхай, а утром поговорим. Хочу видеть тебя пораньше. У меня есть к тебе дело, весьма срочное. — Он улыбнулся, и в свете магических огней блеснули акульи зубы. — Вопрос жизни или смерти, можно сказать.

Попрощавшись, Феликс покинул стол и скрылся в толпе. Последним, что он увидел, были блуждающие руки капитана, властно сжимающие всех трёх эльфов. Покачав головой, он нырнул в людской водоворот.

Суетливый гоблин в грязном белом фартуке стоял на ближайшем столе, озирая огромный зал. Его взгляд остановился на Феликсе, и коротышка вздрогнул, словно от неожиданности. Око Феликса опознало в нём Снурла Щенка.

— Эй, Снурл, — Феликс помахал гоблину и подошёл ближе. — Не знаешь, где тут жилые комнаты? Хочу прилечь на ночь.

Снурл одарил его странным взглядом и указал налево, где тёмная ниша переходила в коридор.

Феликс улыбнулся:

— Спасибо! Ты что-то ищешь?

Снурл снова подпрыгнул и решительно затряс головой:

— Нет-нет-нет. Ничего! Уходи!

Сбитый с толку, Феликс поднял руки и отступил. Вскоре странный гоблин затерялся в толпе, а Феликс нашёл вход в боковой коридор. Здесь сразу стало тише и прохладнее; удушливый жар тел доносился лишь слабым отголоском. Пол был устлан поношенным ковром, который тянулся на несколько десятков футов и упирался в глухую стену. По обе стороны виднелось несколько дверей, а справа была лестница, ведущая вверх и вниз. В тёмном коридоре никого не было, и Феликс окинул толпу взглядом и чувствами, всё ещё надеясь найти Пита.

— Где же ты, дружище?

Движение сбоку заставило Феликса вздрогнуть, он вскинул руки, прикрывая голову. Но увидел лишь Пасть, которая стояла в паре дюймов и разглядывала одну из стен.

— Где ты была? — Феликс только сейчас осознал, что Пасть хранила странное молчание с тех пор, как они оказались у Стены. Она (оно, напомнил он себе) не заговаривала с ним несколько часов.

Она не ответила, лишь метнула на Феликса полный ненависти взгляд, проводя рукой по гладким тёмно-серым стенам. Они тоже были сделаны из костей, как и говорил Нокк. Внезапно Пасть презрительно фыркнула:

«Попробовал их ядовитое варево, да? Глупый мальчишка».

Феликс нахмурился, желая ответить что-нибудь едкое, но она была права. Он слишком уверился в своём Сопротивлении Яду – не стоило пить ничего из того, что подсовывали эти пираты. К счастью, с мясом они ничего не сделали, каким бы отвратительным оно ни было, но из-за Бурды любой бой превратился бы в кошмар. Да и вообще, помимо того что они были пиратами, в этих людях чувствовалось что-то неладное; Феликс упускал нечто, скрытое под их маской доброжелательности.

Словно дожидаясь этого признания, дебафф от яда развеялся. Сознание Феликса мгновенно прояснилось, будто с мыслей сняли глухую завесу. Ум стал чётким, а тело – куда более послушным. Не желая признавать правоту Пасти, он посмотрел на её руку, всё ещё скользящую по стене.

— Что ты делаешь? — Спросил Феликс.

«Ты хоть знаешь, из чего сделаны эти стены, дитя?», – Феликс пожал плечами и кивнул. — «Тогда не задавай глупых вопросов. В эти стены вплавлено нечто, чего я раньше не видела. Оно…», — Она (да чёрт возьми, оно!) замолчала, и её сине-зелёные глаза подернулись дымкой.

— Да что с тобой? Всё ещё боишься того щита?

Пасть одарила его оскорблённым взглядом:

«Я ничего не боюсь, Несвязанный. Бояться должен ты. Здесь что-то происходит. Что-то, чего я…»

Пасть оборвала себя на полуслове, внезапно резко посмотрев вниз. И, не проронив больше ни слова, исчезла.

Феликс хмыкнул и покачал головой. Он не был уверен, что когда-нибудь поймёт Пасть, и чем скорее он доберётся до цивилизации и избавится от неё, тем лучше. Раз магия реальна, на Континенте должен быть кто-то, способный на это.

«Может, отец Вессилии справится? У герцога должно быть много связей. Если смогу убедить её попросить… и если вообще выберусь отсюда». — Феликс вздохнул и поплёлся вверх по лестнице. Определённо пора было отдохнуть и привести мысли в порядок. Утром они уйдут, нравится это Нокку или нет.

Но где же Пит?

* * *

Пит дышал как можно тише. Его маленький птичий клюв был приоткрыт, а язык высунут набок, пока он прятался под очередным навесом. Мимо пробегали обутые в сапоги ноги, голоса неистово перекрикивали друг друга. Пит не был уверен, но боялся, что большие люди ищут именно его. Он прижимался к самой земле и держался теней весь путь от большого причала (так они его называли) и теперь снова оказался прямо у кухни.

Скрадывание достигло уровня 28!

Дверь на кухню то и дело открывалась и закрывалась – большие и маленькие люди сновали туда-сюда. От всех них веяло суетой; одни несли подносы с едой, от других же исходило то самое зловоние, что липло к телам. Из нижних ярусов. Однако путь заканчивался здесь, и если Пит хотел вернуться к Феликсу, ему нужно было снова пробраться через кухню.

Он выждал какое-то время, напрягая чувства в поисках любой зацепки. Наконец ему удалось юркнуть внутрь и забиться под ближайшую столешницу.

Скрадывание достигло уровня 29!

«Хорошо. Никто не видит».

Пит ступал осторожно, плотно прижав крылья к телу и поджав хвост. Он остро жалел о том времени, когда был меньше – несколько уровней назад вся эта затея прошла бы куда проще. Он видел мелькавшие взад-вперед ноги, суетившиеся на кухне ради чего-то, что источало целое море восхитительных запахов. Пит был сыт, но ему потребовалась вся Сила Воли, чтобы не попытаться стащить ещё еды. И вот, когда он почти добрался до края первой столешницы, в комнату кто-то ворвался.

— Далия! — Раздался пронзительный голос человека, который явно обожал кричать. — Далия, чёрт тебя дери! Где этот недопёсок?

— Что? — Послышался лязг металла – кто-то бросил сковороду или кастрюлю. Затем раздался знакомый звук: тумп-тик – шаги смуглой женщины. Пит склонил голову, когда она прошла мимо. — Чего тебе?

— Мне нужна та крылатая тварь, которую притащил новичок. Капитан ищет её. — Обладатель пронзительного голоса носил мягкие кожаные туфли с загнутыми носками. Он нетерпеливо притопнул. — Я знаю, что она была здесь.

— Ну да, была. Какое-то время назад. С тех пор не видела. — Далия развернулась и пошла прочь.

— Ах ты… Да как ты смеешь! — Визгливый гость снова топнул ногой и вылетел из кухни. Далия просто вернулась к плите и взялась за утварь. Воздух наполнился шипением масла.

Пит довольно ухнул про себя. «Добрая».

Таких здесь было немного.

Снова прибегнув к скрытности, Пит покинул кухню и начал свой долгий путь через главный зал. Он жался к теням, не попадаясь никому на глаза. Он был очень осторожен.

* * *

Коридор второго этажа оказался длиннее первого и, судя по всему, тянулся параллельно главному залу. На стенах через каждые десять футов висели магические огни, оставляя между собой пятна густой тени.

«Мне просто… выбрать любую комнату?», – Их было много, примерно через каждые двадцать футов – крепкие двери, вставленные в проёмы не совсем правильной формы. Первые несколько оказались заперты, а следующая – занята. Об этом можно было догадаться по тому, насколько… шумно там было. Феликс миновал её как можно быстрее.

Чуть дальше по коридору он заметил груду тряпья, брошенную у порога. Грязные, засаленные лохмотья – из тех, которыми моют пол, а потом выбрасывают. Логично, что здесь стирают подобные вещи; в Пустоте, надо полагать, с чистой тканью туго. Феликс прошёл бы мимо, сосредоточившись на поисках незапертой комнаты, если бы эта куча тряпок вдруг не вцепилась ему в запястье.

— Призрак!

Феликс вывернул руку, перехватил тряпье и швырнул весь этот ком через коридор. Лохмотья дико взметнулись в воздухе, с глухим стуком ударились о дальнюю стену и сползли к ногам.

«Ногам?»

У кучи тряпья были ноги в сапогах, хотя сапогами это можно было назвать лишь условно. Куда более потрёпанные, чем у него самого, они были все в трещинах и дырах, держась буквально на честном слове. Но что важнее, над ними возвышался плащ из рваных лоскутов, настолько грязных и выцветших, что в них нельзя было разобрать ни одного конкретного цвета. Какая-то мешанина грязно-бежевого. Из такого же облезлого капюшона каскадом ниспадала всклокоченная борода, а над огромным крючковатым носом на Феликса уставились водянистые серые глаза.

Это был… человек.

«Прожорливое Око…»

Имя: Дедал Мангл IV, Мудрец Веллуса (бывший)

Раса: Человек.

Уровень: 64.

ОЗ: 254/254 (3446)

ОС: 94/132 (2243)

ОМ: 189/189 (5784)

Сила: Недостаточно данных.

Слабость: Недостаточно данных.

Феликс разглядывал странного старика, который и сейчас выставлял перед собой дрожащую руку, словно отгоняя нима. «Что ещё за Мудрец… там написано Веллуса? Как мой навык?»

— Назад, призрак! Я отрекаюсь от тебя! Тебе здесь не место!

— Мангл… старик Мангл? — Феликсу имя показалось знакомым. Капитан упоминал о ком-то, у кого были теории о природе Пустоты. — Вас так зовут?

— Я отрекаюсь от тебя! — Завыл старик, вжимаясь в стену с такой силой, что Феликс испугался, как бы не сломался либо человек, либо стена. — Я отрицаю твоё присутствие, фантом!

— Эй, эй, полегче. Я не призрак. Я из плоти и крови, видишь? — Феликс медленно поднял руку и ткнул себя в лицо, сминая щеку. — А кто такой Мудрец?

Человек захлопал глазами, как сова; его водянистые глаза были широко распахнуты, но в них не читалось понимания. Феликс сделал осторожный шаг назад, прочь по коридору. Жаль, но с этим парнем каши не сваришь. — Я, пожалуй, пойду. Ладно?

Феликс повернулся, чтобы проверить засов одной из дверей, но почувствовал, как на плечо легла рука. Он резко обернулся: старик Мангл стоял вплотную, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. Его заросшее, морщинистое лицо было усеяно оспинами, а неопрятная борода коснулась подбородка Феликса, когда старик заговорил.

— У тебя есть вопросы о Пустоте?

Его голос стал глубже, в нём прорезались благородные нотки. Почти изысканный акцент. Феликс моргнул и попытался отступить от двери и стены. Старик Мангл шагнул следом, не разрывая дистанции.

— Э-э, ну да. Что это такое?

— Это место между Разумами, — последовал ответ – в точности то, что цитировал Нокк.

— И что это значит? Чьими Разумами? Моим и вашим?

— Нет, нет, призрак. Даже твой Разум, каким бы великим он ни был, не вместит бесконечную Пустоту. — Его смех был тихим и мягким, а изо рта пахнуло мятой. — Думай шире. Величественнее. Божественнее.

— Божественнее? Пустота – это пространство между Разумами богов? — Феликс не смог скрыть скепсиса. Он уже навидался всякого, но настоящие, живые боги – это было уже слишком.

— Шёпот между ушедшими божествами! Эхо, разворачивающееся в вечность, лишённое всего, что присуще жизни, кроме тех теней, что оно исказило для неведомых целей! — Голос старика Мангла разнёсся по коридору так громко, что ритмичный стук изголовья за одной из дверей на пару секунд стих… а затем возобновился.

— Ушедшие божества… Что это значит? Вы имеете в виду «слепых богов», о которых говорят люди? Вроде Веллуса? — Спросил Феликс. Он пытался нащупать смысл в бреднях безумца, но стоило ему произнести последнее имя, как старик будто преобразился, словно ему в лицо плеснули водой.

— Потерянные! Потерянные для крови, моря и бури! — Взвыл Мангл, и в его голосе было столько горя, что он рухнул на пол.

— Э-э, да. Сочувствую. Я, пожалуй, пойду спать. Извините, что побеспокоил. — Феликс попытался отстраниться, но Мангл вскочил на ноги и схватил его за плечи. Его пальцы больно впились в кожу.

Бронированная Кожа достигла уровня 40!

— Задай свой вопрос! Тот самый, настоящий, что я вижу в твоём Разуме. Вопрос с Зубьями. — Он придвинул своё лицо почти вплотную к Феликсу. — Спрашивай!

Феликс поморщился от крика и вырвался из его хватки. — Ладно, ладно! Вы знаете, как выбраться из Пустоты?

Глаза Мангла странно остекленели, словно он смотрел куда-то вдаль и одновременно – в самую глубину души Феликса. Его голос снова обрёл ту глубокую, отточенную интонацию:

— Ищи нагромождение скал, Храм на Краю. Зависший над пропастью Опустошения. Мой былой дом вдали от дома, ныне затерянный в межмирье.

— Храм? Вроде Нимейского Храма? — Спросил он. Когда Мангл не ответил, Феликс попробовал зайти с другой стороны:

— Храм чего?

— Храм «кого», ты хотел сказать. Кого, ты, тупой мёртвый ублюдок. И ты знаешь кого. Ты обязан знать! — В глазах старика снова вспыхнул безумный блеск, и он улыбнулся, обнажив почерневшие, выкрошенные зубы. — Я узнал тебя, призрак. Священная Власть твоего Духа – это проклятие. И для меня, и для тебя. Она всё ещё плетёт свои козни, хоть и числится среди Потерянных. Ушла. Потеряна так давно.

Он снова пал на колени, потянувшись к обтрёпанным штанинам Феликса:

— Пожалуйста, призрак, забери меня отсюда. Забери меня домой, за врата Госпожи!

— Врата?

Но старик Мангл уже зашёлся в безумных, клокочущих рыданиях. С трудом он отполз в угол коридора и заскулил.

— Мангл! Какие врата? Кто эта Госпожа? Это Веллус? — Всё было бесполезно. Старик окончательно «отключился», и Феликсу оставалось лишь печально смотреть на него. При всей своей новообретённой мощи, он не умел исцелять ни тело, ни разум, и даже не знал бы, с чего начать.

Короткий чирик, а следом – удар головой, от которого подогнулись колени. Феликс едва не растянулся на полу, но успел выставить ногу и обернулся: Пит ластился к нему.

— Пит! Ты вернулся! Где ты был? — С облегчением выдохнул Феликс. — Нет, постой. Заходи в комнату. Нам надо поговорить.

Он выбрал комнату наугад, зашёл и задвинул засов. Замок был простейшим – такая щеколда не остановит того, кто всерьёз решит войти. Особенно если этот кто-то способен крушить камни голыми руками, а таких в этом пиратском замке было большинство. Комната оказалась крохотной, десять на десять футов: кровать-одиночка, сундук, похожий на армейский, да маленький стол со стулом. Скромно, но лучше, чем он надеялся. Феликс взял стул и подпёр им засов на всякий случай.

Обернувшись, он активировал Маназрение, чтобы видеть в темноте. Хотя в Пустоте, казалось, всегда присутствовал некий рассеянный свет, внутрь предметов он почему-то не проникал. Физика этого мира не поддавалась логике, но это лишь значило, что для обзора нужно приложить чуть больше усилий. К счастью, фоновой Маны от костяных стен и пола было более чем достаточно. Питу же с его великолепным зрением хватало и тех крох света, что пробивались из коридора под дверью.

— Так, дружище. Время подвести итоги. Я… — Пит поднял лапу, будто говоря… — Тебе есть чем поделиться?

Пит кивнул, и его маленькие ушки навострились. Феликс поразился уровню интеллекта своего Спутника. Он и раньше рос, но это… к чему же всё придёт в итоге?

Пока он размышлял, Пит, казалось, сосредоточился. В груди Феликса зародилось смутное тепло – поначалу это встревожило, пока он не понял, что это их связь, их Эфирное Созвучие. Это был его единственный навык Легендарного ранга, и он был способен на странные вещи. Вроде Конвергенции, позволявшей им двоим делить одно тело. Тепло в груди нарастало секунд тридцать, став настолько сильным, что Феликс вспотел. И вдруг, без предупреждения, в голове у него стало пусто… — и его захлестнул поток сенсорных впечатлений: запахи, прикосновения, вкусы, звуки и образы. Это длилось всего несколько секунд, но навсегда врезалось в память. Его сильному Разуму Ранга Ученика потребовались мгновения, чтобы всё осознать, прокручивая увиденное на огромной скорости.

— Охренеть, — выдохнул Феликс, глядя на тэнку. — Я рад, что ты в порядке, дружище. Это просто какая-то дичь. Ты уверен, что они тебя не заметили?

Пит кивнул. Через их связь волной прошла абсолютная уверенность. Феликс запустил руку в волосы и устало выдохнул. — М-да, дела. Они… выкачивают из людей силы? Для кораблей? Нокк говорил, что их судам нужна Мана, но я и представить не мог…

Он начал прокручивать в голове их разговоры на тройной скорости. Слова Нокка всплыли сами собой:

— А вот ты, — он щелкнул пальцами и указал на Феликса. — У тебя есть эта молния. Мощная штука, и ты можешь жахнуть ей, ну, сколько? Раза два в день? Три?

— Вроде того, — ответил тогда Феликс.

— Чёрт. Чёрт! Он знает, что моя регенерация выше нормы. Он выцедит меня досуха и будет использовать как батарейку или вроде того. — Феликс сел рядом с Питом, машинально почесывая друга за ухом. Одно крыло тэнку наполовину раскрылось и непроизвольно дрогнуло. — И что нам делать? Бежать? — Он смертельно устал и нуждался в сне, но перспектива стать буквально «мёртвым» привлекала куда меньше. Он снова встал и хлопнул в ладоши.

— Ладно, Пит. Надо убираться. Сначала вниз, на кух – на кухню…

Вы завершили поглощение Маны вашей цели!

Вы получили воспоминание Терзателя!

Желаете просмотреть его сейчас?

Да / Да.

Последним, что он увидел перед тем как провалиться в забытье, были тёмные крылья Пита, метнувшиеся к нему.

* * *

Тьма.

Весь мир расстилался перед ним и его семьёй. Бесконечный, вечный. Уютный саван, который он носил как вторую кожу, мерцающая иллюзия, скрывающая плоть. Плоть их всех.

В безопасности, во тьме.

Внизу мелькнуло что-то яркое, полное Маны, и с почти беззвучным криком его семья ринулась в погоню.

Сегодня ужин будет свежим.

* * *

Феликс резко пришёл в себя; его глаза распахнулись в абсолютной темноте комнаты. Маназрение отключилось. Он ничего не видел. Совсем ничего!

Новый Навык!

Тёмная Мимикрия (Необычный), уровень 1!

Мимикрируйте под окружающую среду для маскировки. Длительность растёт с уровнем Навыка, детализация растёт с уровнем Навыка.

Внимание!

Обнаружена синергия между Скрытностью (уровень 25), Контролем Дыхания (уровень 22) и Тёмной Мимикрией!

Желаете создать новый Навык?

Внимание!

Скрытность (Ранг Ученика) 25-го уровня будет утрачена.

Контроль Дыхания 22-го уровня будет утрачен.

Продолжить?

Да / Нет.

С облегчением поняв, что не ослеп, Феликс даже не раздумывал – он выбрал «Да».

Откуда-то издалека до его чувств донеслись звуки струнного квартета. Громкость стремительно нарастала, давя на невидимый барьер. Раздался оглушительный треск, и на его Разум, Тело и Дух, словно конец всего сущего, обрушилась лавина аккордов и нот. Она пала на него горой звука, и тело Феликса забилось в конвульсиях. Где-то на периферии сознания он отметил, что его рука сломала ножку стола, а нога разнесла изножье кровати, но это происходило с кем-то другим, отделённым от звуковой кавалькады, пульсирующей сквозь всё его существо.

В какой-то момент всплыло уведомление, но прочитал он его лишь спустя долгое время.

Новый Навык!

Бездонная Пряжа (Редкий), уровень 1!

Вбирайте Пустоту в себя, становясь единым целым с окружением. Расходует Ману. Длительность зависит от задержки дыхания. Длительность растёт с уровнем Навыка, детализация растёт с уровнем Навыка. Благодаря слиянию со Скрытностью, каждый новый уровень также немного снижает любые сенсорные признаки вашего присутствия для противников.

Феликс моргнул, глядя на яркое уведомление в тёмной комнате, не веря своим глазам.

«Ого. Магическая скрытность? Да, чёрт возьми!»