Глава 48.0
ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ
Феликс обнаружил два отряда, сражающихся с совершенно иным типом врага. Высшие крысеныши, каждый размером с тигра и столь же свирепый, нападали в сопровождении целого роя своих меньших собратьев. Кости и Клинки сдерживали их натиск, а Хенаари использовали свои древковые копья, чтобы наносить удары через плечи товарищей. Несколько Кулаков сновали в гуще мелких противников, быстро расправляясь с ними тяжелыми латными рукавицами, в то время как маги Дуги Света обрушивали с неба искрящиеся разряды прямо на спины высших крысенышей. Весс, это чудо во плоти, стояла на двух собственных парящих Копьях и выкрикивала приказы, направляя бойцов.
Он активировал Непреклонный Диссонанс и замер, потянув пространство сразу в нескольких направлениях, так что завис в сотне футов над землей. Удерживать так собственное тело было непросто, но для навыка это ощущалось как полезная тренировка. Феликс прикинул, что если будет время, стоит начать таскать в небо валуны, чтобы повысить выносливость к аспектарной нагрузке.
В любом случае он испытал облегчение от того, что эта группа, казалось, справлялась. Почти. Он заметил, что довольно много бойцов не слушали приказов Весс, создавая бреши в боевых порядках, из-за чего не менее шести легионеров Клинка оказались в окружении. Высшие крысеныши прыгали на них, полосуя передними когтями, словно ножами, и впиваясь острыми, как бритва, резцами. Феликс уже готов был броситься в схватку, но Весс оказалась быстрее – ее Копья метнулись вперед, прошивая высших крысенышей насквозь через грудь или разинутую пасть. Тела монстров отбросило назад силой удара – ровно настолько, чтобы, когда она детонировала их, вихрь маны воздуха и металла уничтожил тварей, не задев ни единого легионера.
«Черт. А она хороша», – Феликс ухмыльнулся, наблюдая за боем подруги. Наследница впечатляла, как и всегда: в своей покрытой белой эмалью полубронзе, с изящными наплечниками, украшенными гравировкой в виде драконов под стать ее партизане. Лицо ее, несмотря на бешеный темп битвы, было светлым, выражая одновременно умиротворение и азарт. «Черт возьми, она еще и красавица. Тьфу». — Он тряхнул головой. — «Не веди себя странно».
Не имело значения, что благодаря магии Закалки он выглядел ее ровесником. Это ощущалось… Неважно. В любом случае у него не было времени на отношения. Феликсу нужно было разобраться с целой чертовой Территорией. Ему нужны были союзники… «друзья», прежде всего остального.
С битвой против крысенышей все было в порядке. Вспышкой сине-белой молнии он двинулся дальше.
Феликс маневрировал над оазисом, словно искрящийся призрак, вглядываясь в одну стычку за другой вокруг лагеря. Монстров было в избытке – они появлялись будто из ниоткуда, стоило солнцу подняться над горизонтом. Отряды сражались на всех фронтах, и не везде дела шли так же гладко, как у команды Весс или даже в бою со скорпионами.
Все больше отрядов терпели неудачу, получали тяжкие травмы или просто выдыхались, теряя Ману или Выносливость и падая там, где стояли. Эти идиоты едва использовали зелья, которые он приготовил специально для восполнения ресурсов, и лишь вмешательство Рассветной Стражи спасало этих людей от резни. И все же Рассветная Стража, хоть и обладала лучшей дисциплиной, не была обучена сражаться бок о бок с Легионом, а ледяные великаны… Хенаари и Риси, казалось, избегали друг друга при любой возможности.
Это был полный кавардак.
Никто из них не работал сообща, будь то связки навыков или просто тактическое мышление. Феликсу не следовало соглашаться на участие Легиона, если они собирались поубивать себя в первом же настоящем бою. Против народа наг или паладинов ранее они почти не внесли вклада, и это было нормально. Феликс и не ждал от них многого, как не ждал и того, что они смогут что-то изменить против таких врагов.
Но подавляющее большинство нынешних противников были II Ранга, и лишь изредка попадались звери III Ранга, в то время как легионеры находились в середине Ранга Ученика. Каждый отряд должен был более чем успешно справляться сам. Вместо этого он раз за разом видел, как его друзья впрягаются во все дыры, чтобы не дать всему развалиться. Атар, Алистер, Иви, Весс, даже Харн и Дариус носились среди них, разбрасывая навыки и заклинания, чтобы орды не захлестнули отряды окончательно.
Феликс делал что мог: замедлял напор низших крысенышей или спутывал ноги целой стае лозных волков Кардинальным Пламенем и Формовкой Инея соответственно. Благодаря этому монстры не могли задавить отряды числом, просачиваясь вперед группами по десять-двадцать вместо пятидесяти. Он мог бы убить их всех, вероятно, просто залив все джунгли Дождем Катаклизма и выжег дотла… но это не только погубило бы место, но и означало бы потерю ценного опыта и возможности для тренировки.
«Ты не сможешь нянчиться с ними вечно, Феликс», – сказала ему Зара много месяцев назад. Он начинал понимать, что она была права.
И все же камень, лозы и лед подталкивали зелья к окровавленным ртам раненых или подставляли подножки атакующим высшим крысенышам. Красно-золотое пламя окутывало зверя ровно на столько, чтобы отряд успел окружить его и снести голову с плеч. Никогда не делая слишком многого и, надеясь, действуя достаточно скрытно, Феликс не мог просто стоять в стороне. Не стал бы.
Формовка Инея достигает 25 уровня!
…
Формовка Инея достигает 27 уровня!
Ранг Ученика!
Вы получаете:
+5 ИНТ.
+5 ВОЛ.
+5 ЛОВ.
Формовка Зелени достигает 26 уровня!
Ранг Ученика!
Вы получаете:
+5 ИНТ.
+5 ВОЛ.
+5 ПЕР.
Упрямство имело и побочную выгоду: по крайней мере, оно заставляло его низкоуровневые навыки работать на пределе.
В какой-то момент его досадного облета к нему присоединился Пит, взмыв из клочка джунглей, опустошенного ледяными копьями и иссеченными деревьями. Он издал высокий радостный щебет, который никак не вязался с кровью на его клюве и когтях.
— Развлекаешься? — Спросил Феликс, стараясь говорить непринужденно.
«Да!»
Феликс фыркнул и приземлился среди великанов и Хенаари, стоявших ближе всего к лагерю и с тревогой вглядывавшихся в небо. Пит приземлился следом с глухим стуком. По рядам собравшихся бойцов пронеслась волна облегчения, когда они заметили его, но он отметил, что здесь не было ни раненых, ни убитых. Также он заметил всего четырех легионеров, что, возможно, и объясняло ситуацию. Как бы то ни было, он проигнорировал их всех, высматривая того, у кого на шее был повязан зеленый шарф. Харн, видимо, использовал их для обозначения рангов. Тот, кто носил косынку лидера отряда, был… он поморщился.
— Какова обстановка, Ифри?
— Птицы, мой Лорд, — ответила Ифри. Капитан Рассветной Стражи отправилась в экспедицию по просьбе Дальнохода, но до сих пор избегала Феликса. Он был не против ее присутствия, как и ее подчиненного Исика; в конце концов, она решила пойти против приказа убить его. Это должно было чего-то стоить. Ифри, вероятно, не чувствовала взаимного комфорта – она не смела встретиться с ним взглядом. — Очень большие птицы.
— Птицы? — Переспросил он.
— Грифы Мрачного Покрова, — подал голос боевой лорд Ари. Он и еще шесть великанов стояли, сжимая в мясистых руках выкованное изо льда оружие. Ари поморщился, глядя на безоблачное небо, которое сияло почти ослепительно ярко, отчего его борода на контрасте казалась тусклой. — Стая в два десятка.
— Мы видели их раньше, они не родня Ворону и не заслуживают уважения, — продолжила Ифри. Она облизнула губы. — Но мне говорили, что на вкус они очень хороши.
Ари согласно пророкотал, а Пит вскинул голову к небу. Через их связь просочились азарт и голод, и Феликс нежно улыбнулся своему Спутнику. Не помешало бы раздобыть свежего мяса для трапезы.
— Они возвращаются! — Крикнул кто-то.
Птицы налетели быстрее, чем ожидал Феликс. Хотя они не могли сравниться с ним в Ловкости, а его Восприятие легко отслеживало их движения, монстры все же были удивительно стремительны. Размером в половину авума, они обладали жестокими крючковатыми клювами и железно-серыми когтями, которыми пытались полосовать и терзать собравшийся отряд. Несмотря на данные себе обещания, Феликс в открытую помешал двум из них врезаться в стражника Рассветной Стражи, а третьего выбил из неба ударом кулака, убив на месте. Но затем грифы навалились на них, и воцарился хаос.
Феликс отступил, не желая больше вмешиваться, позволив Питу присоединиться к схватке, но в остальном предоставив дело своей зарождающейся армии. Звуки повышения уровней и прогресса навыков звенели в его Сродстве, становясь буквально музыкой для ушей, пока его люди становились сильнее на глазах. Стресс, вызов и возможность – три критических фактора, необходимых для роста мощи на Континенте. «Сколько бы они получили, если бы меня здесь не было?», – Он цокнул языком, лениво уклоняясь от режущего удара грифа. — «Эх, лидерство – штука сложная».
Он медленно отступал, прогуливаясь по неистовому полю боя среди льда, клинков и летящих перьев. Когда спикировал гриф сильнее обычного, на этот раз странного синего цвета, он все еще сдерживал руку.
Но Пит не стал.
Химера прыгнула в воздух, немедленно бросая вызов напитанному маной грифу в небесном бою. Крылья и когти мелькали и щелкали, а клювастые пасти исступленно визжали и наносили удары. Клинки Крыла и Ледяные Копья разбивались об укрепленные перья и шею, которая, казалось, была сделана из стали, в то время как с крыльев грифа дождем сыпались металлические иглы. Пит нырнул, подставляя свое бронированное тело под атаку, чтобы не рисковать союзниками внизу. Бардинг Ранга Магистра, теперь закрывавший и внешнюю сторону его крыльев, отражал снаряды, словно дождь по жестяной крыше.
«Надери ему зад, Пит!», – послал мысль Феликс.
Пит повиновался.
Гриф снова сцепился с Питом, полосуя брюхо химеры своими дикими когтями. Феликс видел, как падает Здоровье Пита, когда на его груди прорезались кровавые борозды, но тот и не думал отталкивать грифа. Вместо этого огромные крылья тэнку обернулись вокруг них обоих, и перед глазами Феликса взметнулась пронзительная волна маны воздуха. Гриф в ужасе заверещал, пытаясь вырваться, но Пит был слишком силен. Раздался импульс – влажный, вязкий хлопок – и грифа не стало.
Ваш Спутник убил напитанного маной грифа!
Получен опыт!
Клинок Крыла Пита достигает 73 уровня!
Пит пронзительно возвестил о своей победе в утреннем воздухе.
* * *
Так прошел день. Феликс и Пит носились от места к месту, всего их было шесть, каждый раз наблюдая и вмешиваясь лишь в том случае, если объявлялась тварь, слишком сильная для остальных. Пит раз за разом бросался в гущу событий, часто в одиночку противостоя наплыву территориальных монстров. Он все еще стремился к своей первой эволюции, какой бы она ни была, и ему нужно было дойти до предела возможностей. Феликс был не против. Пит больше не был слабым щенком.
Снова и снова Феликс слышал хор бесчисленных повышений уровней и прогресса навыков среди отряда. Это воодушевляло, даже несмотря на то, что его собственные навыки застряли на верхнем пределе Ранга Адепта. Но истребление целых джунглей существ III Ранга едва ли сдвинуло бы его прогресс, необходимый для продвижения. Феликсу тоже требовались более сильные противники, чтобы испытать себя, как и Питу.
К сожалению, этому не суждено было случиться. Самым сильным существом оказался напитанный маной скорпион, а гриф занял почетное второе место. Для отрядов это было к лучшему, особенно учитывая, что все они уперлись в стену гораздо раньше, чем ожидал Феликс. Выносливость, Мана и Здоровье падали стремительно, а их зелья и настойки были лишь временными заплатами на фоне общей проблемы. Отряды сменяли друг друга, получая возможность отдохнуть в лагере пару часов перед возвращением в густые джунгли. Они хотели тренировать Стойкость и расход Выносливости, а не истощать их полностью. В конце концов, впереди были мили марша.
К полудню волны тварей замедлились. Крысеныши, в частности, проявили больше интеллекта, чем ожидал Феликс, и разбились на мелкие группы. Они нападали из засады при любой возможности, а двум высшим крысенышам почти удалось окончательно свалить одного из ледяных великанов.
Оазис в светлое время суток был опасен, это стало предельно ясно.
Затем по джунглям поползли длинные ночные тени. Задолго до того, как небо окрасилось в цвета заката, окружающие хребты погрузили скрытый оазис в сумерки, и монстры бежали. В одну минуту крысеныши, скорпионы и грифы Мрачного Покрова атаковали, а в следующую – уже скрылись или улетели. Как и предполагала Настоятельница, наступление ночи означало, что существа пустыни просто… ушли.
Это породило немало вопросов, так как то же самое, вероятно, касалось и самой пустыни, учитывая, что в песках они не видели ни монстров, ни какой-либо жизни вообще. Отбивая волны монстров, несколько отрядов обнаружили логова под рощами и у песчаных утесов, так что, когда твари бежали, Рассветная Стража последовала за ними. Их жилища отметили на карте, и был составлен план. Но сначала – отдых.
Им выделили несколько часов, прежде чем на Просторы опустилась истинная тьма. Только тогда, как подтвердил Атар, можно было безопасно продолжать путь к Акестрии. Готовилась еда, разворачивались спальники, обрабатывались раны, а мертвых… мертвых сжигали и оплакивали. Эта часть была для Феликса самой тяжелой, хотя и другим было не легче. У кромки озера сложили погребальные костры, и восемь павших воинов были возложены сверху под взглядами всего отряда. Феликс чувствовал, что должен что-то сказать, но он не знал их, только их имена, заученные вскользь еще до выступления.
«Тетра. Чиами. Невин. Лесаан. Джиоф. Вердан. Ми-альд. Табант. И Джейдон в Теневых Вратах».
Тишину ночи нарушали лишь плеск воды и треск пламени. Все было мрачно и милосердно быстро. Атар зажег костры, и его затронутое Изначальным пламя превратило все восемь штабелей в ослепительные столпы света и дыма… дыма, который Дариус и Весс поспешили рассеять, прежде чем он успел покинуть чашу оазиса.
«Восемь погибших. Девять с тех пор, как мы покинули Цитадель». — Это число давило на Разум Феликса, когда он ушел с похорон и побрел к месту, где Пит сидел, свернувшись калачиком у центрального костра. Сгущались тени, становилось холоднее, и хотя погода давно его не беспокоила, Феликс был благодарен за свет и тепло. — «Девять мертвецов, и я ничего не могу с этим поделать. И умрет еще больше. Это была всего лишь стычка с монстрами в лесу. Что будет, если мы сразимся с паладинами по-настоящему?»
— Сразимся? — Спросил Пит, уминая миску жареного мяса.
— Нет. Не сейчас, — Феликс погладил друга и устроился поудобнее, вытянув ноги к огню. Он отозвал сапоги и поножи, позволив им сжаться в плотные кольца вокруг щиколоток, просто чтобы чуть больше насладиться теплом пламени. — Я просто думаю. Нам нужно пересечь пустыню, избежать встречи с паладинами и найти минотавра посреди всего этого.
— Это много, — послал Пит, снова утыкаясь мордой в миску. — Опасно.
Феликс усмехнулся:
— Так и есть. Наверное, к лучшему, что мы сначала направляемся в Акестрию.
— Только если паладины еще не сровняли ее с землей, — сказала Иви, неся в руках пару мисок. — На. Ешь.
Феликс взял из ее рук грубую деревянную миску. В ней горой лежало жареное мясо и какое-то ароматное рагу. Сверху лежал ломоть темного грубого хлеба – и ложка, и углеводы в одном флаконе. — Спасибо. Не заметил, чтобы кто-то готовил рагу.
— Серьезно? Запах на весь лагерь стоит. — Иви окинула его взглядом. — Эти смерти тебя реально подкосили, да? Я слышала, как Зара и Весс спорили из-за того, что ты ничего не сказал у костров. Старая Острозубка злилась. Весс велела ей оставить тебя в покое.
Феликс нахмурился:
— И чего именно она от меня ждала? Фраза «простите, что я притащил вас в пустыню умирать» звучит как-то не очень.
Иви хмыкнула. Она слишком много времени проводила с Харном. — Они сами выбрали этот путь. Мы все выбрали. То, что они погибли, не значит, что выбор был плохим. «Хорошо» или «плохо» тут ни при чем, по крайней мере, так говорит Колдунья, и я, пожалуй, с ней согласна.
— Я мог бы не пускать их.
— Мог бы, ага. Но ты тоже сделал выбор, верно? — Иви пожала плечами. — И что ты собираешься с этим делать?
Морщина на лбу Феликса стала еще глубже. Слова Иви зацепили его так, как он не ожидал. Его Разум заработал, он так погрузился в свои мысли, что не заметил, как Иви растворилась в ночи, а его еда остыла и подернулась жиром. Пит уснул рядом с ним, но Феликс смотрел на огонь, пока тот не прогорел дотла.
Думая.
Планируя.