Глава 42.0

НЕСКОЛЬКИМИ ЧАСАМИ РАНЕЕ:

Получив контракт от Дюфона, Илия провела следующие несколько дней, осторожно выслеживая девчонку. Это оказалось так же скучно, как она и опасалась. Побуждение не делало ничего, кроме тренировки Навыков и Тела, причем самым заурядным образом. Она изнуряла себя в схватках с глиняными големами или со своей угрюмой Надзирательницей – обладательницей Бронзового Ранга из Гильдии, которую Илия не знала. Так или иначе, девочка, казалось, выполняла все действия скорее по инерции, чем по доброй воле. Присягнувшая чувствовала сильный дух скуки и разочарования, исходящий от цели.

Неужели она уперлась в потолок развития? Это объяснило бы ее настроение и то, с какой яростью она терзала этих големов своим тренировочным копьем. Но нет, Илия не думала, что проблема в этом. Она вздохнула и продолжила наблюдение.

Установить контакт с Наследницей было трудно, по крайней мере, поначалу. Ее передвижения ограничивал верховный опекун, бесстрастная Десница Герцога. Илие пока не выпало несчастье столкнуться с ним, и это везение она считала исключительным. Властный телохранитель держал Вессилию либо на тренировках во Внутреннем Районе, либо в ее неприлично просторных покоях.

К сожалению, на первых порах она не могла подобраться близко ни к одному из этих мест. Магические щиты Гильдии не пускали посторонних – по крайней мере, физически. Те проклятые медальоны, что носили все гильдейцы, были настроены на эти щиты, и их невозможно было украсть.

К счастью, залы Гнезда контролировались не так строго. Здесь ожидали гостей и сановников – тех немногих, кто соизволил заехать так далеко на запад. Более того, у Илии был Отрешенный Дух – один из двух эпических Навыков, полученных ею в качестве компенсации за катастрофу в Туманных Землях. На низких уровнях он доказывал свою грозную силу, позволяя ее Восприятию распространяться вдвое дальше от физической оболочки, чем обычно.

Как только она достигла с ним Ранга Ученика, Навык в корне изменился. Теперь она могла привязать два своих чувства к цели и просто следовать за ней какое-то время. Это оставляло ее собственное тело без зрения и слуха, но Присягнувшие научили ее использовать все чувства. Илия была более чем способна сражаться, будучи слепой и глухой. Хотя, если бы противник смог обнаружить ее под Саваном, он, скорее всего, оказался бы куда более серьезной проблемой, чем она могла потянуть.

Так или иначе, она привязала свое Зрение к девчонке в один из моментов, когда та решилась выйти из своих апартаментов. Вессилия часто обходила Гнездо, иногда по два раза в день, прогуливаясь по залам и издавая восхищенные звуки при виде различных произведений искусства. Все это было крайне… заурядно с ее стороны, к тому же она часто любезно разговаривала со слугами, когда те проходили мимо или чистили те самые предметы искусства.

«Какая странная аристократка», – подумала Илия уже не в первый раз.

Замаскироваться под служанку для Присягнувшей было детской забавой – причем в буквальном смысле. Эссери часто распределяли между ними роли среди домочадцев и ставили простую задачу: например, коснуться цели обнаженным клинком в переполненной комнате. Первый ребенок, выполнивший задание, побеждал. Остальные подвергались… исправлению.

Илия отмахнулась от этого воспоминания. В конце концов, она не всегда побеждала.

Всего одно касание – и Навык Илии привязался к Духу Наследницы. И что это был за Дух! Илия была в тихом изумлении, хотя и раньше оценивала девушку. Наследница каким-то образом преобразила себя, развив свой Дух так, что Илия не могла до конца отследить этот путь, но определенно его чувствовала. Весьма впечатляюще для Оловянного Ранга, хотя Илия подозревала, что скоро ту возвысят до Железа.

На это ушел целый день, и с тех пор все шло по кругу: тренировка, тренировка, тренировка, прерываемая приступами бесед со слугами – единственным людом, который бродил так высоко в Гнезде. По крайней мере, единственными, кто не избегал ее активно. Илия догадалась, что неразбериха в Туманных Землях и последовавший за ней Трибунал навлекли гнев Герцога на их головы; теперь гильдейцы демонстративно оставляли ее в покое, обеспечивая при этом любым комфортом, какой она могла пожелать.

«Бесхребетные».

Илия смела надеяться, что Наследница выдает слугам важные секреты, но эти мечты быстро разбились. Вместо этого они говорили о своей жизни, домах и семьях. Вессилия была сострадательной и заботливой, и выглядела так, будто ей искренне важна каждая мелочь, которую выплескивали слуги. Присягнувшая находила это до одури скучным и пришла к выводу, что девчонка просто прокачивает какой-то Навык. Никто не может так сильно заботиться о кучке случайных людей, не говоря уже о Незакаленных, без скрытого мотива.

Оказалось, она была права лишь наполовину.

На третье утро своего контракта Илия наблюдала, как Наследница снова завязала привычный разговор с горничной, несущей стопку белья. В какой-то момент беседы девушка склонила голову набок и улыбнулась. В это мгновение Илия поняла, что была права насчет Навыка: девчонка только что повысила его уровень. Вероятно, это была какая-то социальная способность, которые, как известно, прокачиваются с огромным трудом.

Губы Илии растянулись в улыбке в полумиле оттуда. Она затаилась на стропилах собора Беспутного, самого близкого и высокого здания в округе. На таком расстоянии Присягнувшая не смогла бы долго поддерживать Отрешенный Дух, но она чувствовала огромное удовлетворение от того, что нашла причину постоянного, приторного сострадания Наследницы.

«Все дело в гринде Навыка, – презрительно подумала она. – …Пока она качается, заставляет всех верить, будто она добрая душа, пекущаяся лишь о благополучии окружающих. Пф! Я была бы почти впечатлена этим обманом, если бы он не был таким… банальным».

Она надеялась на какую-нибудь мрачную тайну или умысел, на что-то, что очернило бы образ идеальной будущей герцогини. Илия не понимала, что именно так раздражало ее в этой идиотке, но… нет. Она знала. Вессилии Дейн все досталось на серебряном блюдечке: от ресурсов для тренировок до жилья. Она не знала ни лишений, ни выживания в холодную зиму и палящее лето, ни сражений с монстрами ради того, чтобы прожить еще несколько часов. Все было так легко, что Побуждение просто изнывало от скуки!

Этого было достаточно, чтобы разжечь жгучую ярость в сердце Присягнувшей, но она подавила ее усилием своей немалой Воли. Как одна из Присягнувших, она не позволяла эмоциям брать верх. Она была холодом. Она была льдом.

Затем появился другой слуга, мальчик, которого она раньше не видела. Это было странно. У Илии был отличный глаз на лица, а слуги на верхних уровнях Гнезда менялись редко. Тем не менее, этот странный новый слуга, судя по всему, курьер, подошел к Наследнице с уверенностью то ли друга, то ли убийцы.

«Хм, надеюсь, это убийца. Было бы весело».

Одним взглядом мальчик легко увел ее от горничной с бельем. Почти как тайный любовник, если бы парень не был так молод. Ему было не больше тринадцати лет. Заинтригованная, Илия направила Отрешенный Дух ближе к ним, достаточно близко, чтобы разобрать слова.

— …хочет встретиться с вами, — говорил мальчик.

— Что? Правда? — Наследница ахнула, впервые с тех пор, как Илия начала следить за ней, придя в возбуждение. — Когда? Где?

— Сегодня. В сумерках. Мы идем в Квартал Ремесленников, на углу Са… жной и Ткац… го П… ти…

С головокружительным щелчком Навык Присягнувшей утратил целостность, время вышло. Илия обнаружила себя снова в соборе, сидящей со скрещенными ногами на пыльном дощатом полу.

— Нет!

Она снова активировала Навык, вычерпывая ментальные резервы. Несмотря на легкость активации, ментальная цена, которую брал Навык, была значительной. К тому времени, как Присягнувшая вернула зрение и слух к месту событий, Наследница уже уходила от курьера с восторженной улыбкой на лице.

Отрешенный Дух достиг 32 уровня!

«Зубья Близнецов! Проклятая девчонка! – …Илия злилась на себя. – …Если бы эта идиотка не была такой скучной, я бы лучше следила за Навыком!» Теперь ей придется таскаться за этой двуличной дурой еще полдня.

«Надеюсь, вечер окажется интересным».

* * *

— Идемте, ваша милость, — сказал Меттиас, протягивая свою тонкую руку. — Осталось совсем немного.

Весс помедлила, прежде чем взять мальчика за руку и взобраться на выступ. Мальчик оказался удивительно находчивым в этот вечер, куда более находчивым, чем Весс могла предположить. На вид ему было не больше пятнадцати, а из-за худощавого телосложения, возможно, и меньше, и было поразительно, что он вообще сумел организовать эту встречу.

Весс начала подозревать, что с этим мальчиком все не так просто, как кажется. Она встретила его несколько месяцев назад во время своих обычных вылазок в залы Гильдии, когда пыталась повысить уровень Навыка Ораторство. Прокачивать его было неимоверно трудно, часто для продвижения требовалось долго говорить о чем угодно.

К ее великому раздражению, мастерство росло не от самого процесса общения, а скорее от провозглашений и пространных рассуждений. Это было очень жаль, ведь у слуг были такие захватывающие судьбы и истории. Через некоторое время Весс бросила попытки активно тренировать Навык и просто использовала «социальную подготовку» как предлог, чтобы получить возможность откровенно поговорить со слугами. Изредка она видела прогресс, как сегодня, но это случалось само собой.

Именно во время одной из таких вылазок она столкнулась с курьером, который разносил записки между Бронзовыми Рангами в Гнезде. Он был смышленым парнем, к тому же довольно забавным, и знал интереснейшие истории. Самыми захватывающими из них были рассказы о странной магии и вероломных мастерах – обе темы находили в ней отклик. Магия всегда очаровывала ее в детстве, пока ее не отложили ради более понятного пути Драгуна, когда она стала достаточно высокой, чтобы управляться с копьем. А в сказках мальчика, когда ей удавалось вытянуть из него хоть одну, часто фигурировали юные герои, побеждавшие своих темных учителей с помощью смекалки и Навыков Маны.

Это была отдушина, в которой она отчаянно нуждалась, пусть даже на несколько минут. Поскольку у нее не было возможности связаться с друзьями, вся остальная жизнь была посвящена тренировкам. Хотя мысль о том, что она становится сильнее, поддерживала ее и заставляла двигаться вперед, тьма и почти полная уверенность в коррумпированности Старейшин вбивали клин в ее разум. Она давно решила выведать секреты Старейшин, но не имела ни малейшего представления, как это сделать. Когда Меттиас предложил магические ремесла, она ухватилась за эту идею, как утопающий за соломинку.

И это сработало! Скрипты-шифры оказались чрезвычайно успешными, без проблем преодолевая щиты Гильдии. Где бы мальчик их ни взял, они были мощным инструментом. И она хотела большего. Это было именно то, что нужно, чтобы взломать скорлупу, скрывающую мрачные тайны Гильдии.

Весс не знала, как ей выбраться из Гнезда. Все ее предыдущие попытки провалились. Слишком много щитов, слишком много патрулей Гильдии. Не говоря уже о Деснице. Он рыскал по ее апартаментам, словно угловатый призрак, переходя из комнаты в комнату, вечно чем-то занятый, но никогда не заговаривающий с ней по-настоящему. Несмотря на то что он был старше ее лет на десять, Дариус Рид практически вырос в том же доме, что и Весс, но она очень мало знала о нем как о человеке. Только о его способностях в бою, да и то в общих чертах – лишь то, что он весьма силен. И чересчур наблюдателен.

Затем Десница получил срочное послание от Совета Старейшин, доставленное прямо к их двери очень знакомым лицом. Сначала Наследница подумала, что Меттиас пытается обмануть Десницу, и прокляла мальчика за безрассудство. Но потом она увидела само письмо. Весс не смогла выяснить причину вызова, но на нем стояла подлинная печать Старейшины Фэрбенкса. Судя по реакции Десницы, дело было важным.

Каким-то образом Меттиас сумел доставить настоящий вызов ее опекуну в самый подходящий момент. У Весс возникли подозрения.

Перед уходом Десница снова оставил Лиандру в ее апартаментах, велев Наследнице не скрываться из виду Бронзового гильдейца. Весс просто рано легла спать и заперла двери. Открытое окно и Бег по стенам (теперь уже 15 уровня) довершили дело.

Выскользнуть из Гнезда в прошлом было почти невозможно, но Меттиас дал ей ливрею слуги и провел по переходам, по которым обычно не ходили гильдейцы и уж тем более заезжая знать. Двери были оставлены открытыми, а стража у ворот отсутствовала. Все выглядело так, будто Весс должна была уйти этой ночью.

«Или происходит что-то другое».

Они довольно быстро добрались до Квартала Ремесленников. Меттиас вел их с уверенностью человека, исходившего город тысячи раз, и Вессилия полагалась на компетентность мальчика. Она вполне комфортно чувствовала себя, сталкиваясь с ужасами в глуши, но дикая вакханалия Квартала Ремесленников после наступления темноты была совсем другим делом. Слуга ловко вел их, толпа часто не обращала на них внимания, и Весс все больше убеждалась, что это связано с каким-то Навыком.

Спустя почти час они вышли на угол Сапожной и Ткацкого Пути и свернули в проход между зданиями. Изящные кованые Железные Врата возвышались над зевом широкой арки, сложенной из мелкого кирпича. Хорошо, что Меттиас знал, где их искать, потому что для чувств Весс они были практически невидимы. Даже когда они прошли через врата, ей все еще было трудно выделить их на фоне окружения.

«Магия, – подумала она с трепетом. – …Совсем не похожа на Навыки Маны, которыми пользуются люди моего отца. Это ощущается… это почти неуловимо».

Они спустились под улицы, следуя по не отмеченной тропе в сложную систему канализации под Харвотчем. Весс лишь вскользь знала о ее существовании; это было особенностью большинства городов, хотя в Харвотче за ней плохо следили. Стены крошились и проседали, а вода и нечистоты скапливались вокруг засоров и проломов. Запах был, мягко говоря, неприятным, и Меттиас, похоже, был с этим согласен. Он торопливо шагал по тропе, сворачивая так быстро, как только могли двигаться его маленькие ножки.

Он вывел их на узкий карниз и провел вокруг какого-то резервуара – задача, легкая для Весс с ее Закаленным Телом, но настоящий сеанс эквилибристики для того, кто не обладал должным развитием. Что интересно, Меттиас преодолел карниз без усилий, двигаясь даже быстрее Наследницы. Весс отметила это про себя и продолжила путь, стараясь, чтобы подозрения не отразились на ее лице. После бесчисленных лет балов и светских раутов дома это было легко, почти естественно.

Сразу за резервуаром была ровная стена, но Меттиас жестом и рывком активировал скрытую защелку. Секция кирпичной кладки распахнулась внутрь.

«Дверь, – улыбнулась Весс. – …Потайная дверь».

Они переступили порог, и дверь за ними аккуратно закрылась. Их встретил короткий темный коридор, но за стрельчатой трилистниковой аркой ярко горели теплые огни. По ту сторону Весс увидела кавернозную залу. Тишина пройденного пути сменилась какофонией религиозного рвения. На сцене в дальнем конце стояла женщина в темно-красной робе и что-то выкрикивала. Пространство заполняла огромная толпа, состоящая из грубых лиц чернорабочих и других простых трудящихся.

«Все Незакаленные, судя по их Телам». Те, кто перешагнул за Ранг Ученика, гораздо дольше сохраняли молодость и жизненную силу, но было ясно, что большинство присутствующих этого не достигли. Она наблюдала, как женщина в робе – судя по всему, Хористка – заговорила с еще большим ожесточением. — «Что это такое?»

— Сюда, ваша милость, — сказал Меттиас, ведя ее вдоль края залы к нише в задней части. Когда они подошли ближе, Хористка в красном выкрикнула что-то о ком-то, кого называли Голубоглазым Демоном.

«Кто-то бросил вызов Гильдии? И Инквизиции?» Как много она пропустила, запертая в своей башне?

Раздался резкий вскрик, и Меттиас замялся в дверях. Он выглядел совсем ребенком, когда его голос дрогнул:

— Э-э, госпожа? — Он с широко раскрытыми глазами оглянулся на шум толпы, и Весс почувствовала укол сочувствия, прежде чем ее подозрения начали оформляться окончательно.

«Это игра, – сглотнула Весс. – …Куда я попала?»

— Ах, да. Входи, мальчик. — Голос был гладким, как шелк, зрелым и женским, но сильным. Властным. В чем-то он напомнил Весс ее матушку. Меттиас прошел вперед и жестом пригласил ее следовать за ним. Осторожно, готовая в любой момент призвать копье, Весс шагнула в арку.

Внутри был стол и три человека. С одного края сидела наяда в черном одеянии Хористки. На ее плечах, как ни странно, сидели две птицы, и она одарила Весс довольной улыбкой. Однако напротив нее сидел тот, кого Весс никак не ожидала увидеть.

— Иви! Феликс!

Двигаясь со скоростью, которую Весс едва успела заметить, Иви набросилась на нее с объятиями. Наследница почувствовала, как ребра затрещали от силы девушки, но сжала ее так же крепко. Булькающий смех поднялся откуда-то из живота, грозя вырваться из груди, если бы только Иви ослабила хватку. На глазах выступили слезы, размывая фигуру Феликса, который наблюдал за ней из другого конца комнаты. Он тоже встал, хотя и не бросился обниматься.

«Не то чтобы я была против», – призналась она себе, покраснев. Он был таким же широкоплечим, как и прежде, но, казалось, стал еще мощнее в своей куда более приличной одежде. Затем его открытая улыбка сменилась хмурым взглядом, когда красная Хористка выкрикнула что-то еще.

— КА-БУМ!

Комната содрогнулась, всех их подбросило, словно сама земля пыталась их скинуть. Весс выскользнула из объятий Иви, но удержалась на ногах, как и остальные. Меттиас же выглядел потрясенным.

— Что ты наделал? — Наяда указала на курьера охристым пальцем. — Они выследили тебя?

— Нет! Клянусь! — Голос Меттиаса был высоким и резким, само воплощение паники.

Весс пробралась к арке и выглянула наружу. Краем глаза она заметила, что Феликс сделал то же самое. Зал был заполнен пылью и обломками, многие из толпы пытались подняться на ноги. Взрыв, судя по всему, произошел у стены, рядом с тем местом, где вошли Весс и Меттиас. В воздухе висело облако дыма, густое и скрывающее все на таком расстоянии.

— Бегите, друзья мои! — Донесся нежный голос с центральной сцены. Женщина в серой робе Хористки подняла руку и призвала трепещущую искру, закружившуюся над ней. Серебристое огненное колесо метнулось к дальней стене. — Они пришли за нами!

Серебристый огонь разбился о купол оранжевого света; сила их столкновения в мгновение ока разогнала пыль и дым. Под этим куполом стояли десятки бронированных солдат в ярко-красных плащах.

— Проклятье, — прошептал Феликс.

Кто-то закричал, и начался сущий ад. Толпа бросилась врассыпную от солдат Инквизиции к различным выходам из огромного зала. Сапоги мерно зашагали вперед, их поступь была громкой; оранжевый купол сверху держался, принимая на себя удар за ударом магической бомбардировки Хористов.

— Это похоже на римскую стену щитов, только… — Феликс жестикулировал. — …магическую.

«Римскую? Это такой Навык?»

— Что нам делать? — Спросила Иви, и Весс вздрогнула. Она и не заметила, что подруга наклонилась над ее плечом. Воительница отстранилась и размотала свою шипастую цепь. Та с глухим стуком упала на землю, словно тяжелая смертоносная змея. — Будем драться?

— Что? Конечно нет! Бежим! — Меттиас, каков бы ни был его набор навыков, все еще был ребенком. — Идемте, ваша милость! Мы должны вывести вас отсюда!

— Ребенок прав, — сказала наяда. Она властно оглядела их всех, ее ярко-голубые глаза были куда суровее, чем у Феликса. — Вы все должны бежать. Инквизиторы не должны найти вас здесь.

— А как же вы? — Спросил Феликс, скрестив руки на груди. — Вас поджарят так же, как и нас, если найдут здесь.

Вспышка силы осветила залу снаружи их ниши, золотые и оранжевые сполохи отмечали разряды Навыков. Крики становились громче, но это не было просто паническое бегство. Откуда-то появились мужчины и женщины разных Рас, с заклинаниями и клинками в руках встретившие красноплащников.

— Я должна помочь Хористам, — сказала наяда. — Меттиас. Уводи их, иди по северному проходу. Понял?

Курьер кивнул, его лицо стало серьезным.

— Я встречусь с вами, когда вы выберетесь отсюда. Ты знаешь, куда их вести, Меттиас. Не подведи меня. — С этими словами наяда выбежала из арки.

— Черт подери, — выругался Феликс на свой странный манер. Он повернулся к остальным, ища кого-то взглядом, пока его глаза не остановились на Меттиасе. — Пацан, пора валить. Веди.

На мгновение Весс могла бы поклясться, что курьер презрительно скривился в сторону Феликса, прежде чем склонить голову в поклоне. — Конечно, молодой господин. За мной!

Трое друзей последовали за посланником. С их стороны зала все было завалено каменными обломками и телами нескольких несчастных, которые упали или были растоптаны толпой. Феликс замешкался, когда они пробегали мимо людей, которые больше не шевелились. Мягким толчком Весс погнала его вперед. Он бросил на нее болезненный взгляд и сорвался с места.

Несмотря на то что им приходилось продираться сквозь толпу, они быстро пересекли залу. Меттиас вел их к неприметному участку кирпичной стены, который напомнил Весс место, где они вошли. Незакаленные рабочие толкались и пихались, все они вливались в разрозненные боковые проходы дальше по пути. Воздух наполняли крики и лязг стали о сталь, а фоном служили вспышки и шипение активируемых Навыков.

— Почему мы не идем за ними? — Прокричала Иви сквозь шум, указывая на массы Незакаленных.

— Хочешь попасться? — Огрызнулся Меттиас. — «Огрызнулся?», — – Ты думаешь, красноплащники просто случайно нас тут нашли? Как думаешь, кто ждет снаружи тех выходов?

Глаза Весс расширились, когда люди проносились мимо них, сломя голову бежа навстречу своей гибели.

— И мы просто позволим им бежать прямо в руки Инквизиции? — Спросил Феликс. Меттиас был впереди него и пробирался сквозь поток людей к стене. Он оглянулся на юношу с раздраженным видом.

— Хочешь сразиться с целой фалангой инквизиторов – милости прошу, незнакомец, — хмыкнул курьер. — А я? Я сваливаю отсюда к чертям собачьим.

Очередной взрыв сотряс комнату, за которым последовала вспышка ярко-оранжевого и красного. Воздух раскалялся, и дым начал заполнять залу быстрее, чем когда-либо. Люди вокруг начали кашлять и задыхаться, так как воздух стал невыносимо горячим.

— Бегите, еретики!

Весс обернулась и увидела, что несколько красноплащников прорвали линию воинов, но они держались поодаль, обстреливая всех своими Навыками Маны, основанными на огне. Искрящиеся болты были обычным делом, хотя некоторые из более крупных ударов ей были не знакомы; впрочем, ни один из них не поражал бегущих харвотчцев. Они били в землю или над головами. Людей загоняли, как стадо.

Особенно мощный взрыв охватил стену впереди них, обдав ее потоком желтого пламени. Субстанция Навыка прилипла к стене, словно липкая паста, и горела жарко. Иви выругалась, а Феликс отступил на шаг, в его глазах читалась тревога.

— Задница Йеро! — Выругался Меттиас; его голос звучал грубее и глубже, так как он кашлял. Дым теперь валил в комнату клубами. — Я не могу ее открыть!

— Отойди, — сказал Феликс. Он все еще выглядел обеспокоенным, но брови его были сурово сдвинуты, когда он вытянул обе руки вперед. Вспышка пыльного света промелькнула по его кистям и предплечьям, едва заметная для ее Элементального Ока. Затем он резко выбросил руки вперед.

Стена перед ними стала жидкой и под яростным жестом Феликса начала расступаться. В залу немедленно ворвался воздух, и пожары вокруг вспыхнули с новой, взрывной силой.

— А-А-А-А-Г-Х-Х!! — Закричал Феликс, когда испепеляющий жар охватил их на кратчайшее мгновение, но огонь впереди тут же начал стихать. Весс удивленно моргнула: кирпичная стена начала складываться сама в себя, гася пламя.

— Идите! — Выдохнул он.

Все они прыгнули в образовавшуюся дыру, включая Весс. В тот момент, когда она приземлилась на спасительно прохладную дорожку над чистой проточной водой, она обернулась. Феликс с трудом пробирался вперед, хотя и не выглядел раненым. Сзади раздался зычный голос:

— Взять его! Не дайте им уйти!

С последним криком Феликс бросился вперед через пролом. Он с плеском приземлился на мелководье, после чего развернулся и снова свел руки вместе. Стена закрылась почти мгновенно: камень тек, пока не застыл новой, гораздо более грубой поверхностью.

Затем стена содрогнулась от удара, и посыпалась каменная крошка.

— Нужно бежать дальше! — Крикнул Меттиас, срываясь с места по дорожке. — Вставайте, если хотите жить!

Весс в неверии смотрела, как курьер исчезает в тусклом сумраке, а Иви спрыгнула вниз и помогла Феликсу подняться. Юноша промок насквозь, но, похоже, испытывал меньше боли, чем раньше. — Ты в порядке, Феликс? Эта вода ледяная!

— Куда лучше, да, — прохрипел Феликс. — Холод полезен для моего бр-у-ух…

Он осекся, встретившись взглядом с Весс, и отвел глаза. Иви почему-то закатила глаза. Он вскарабкался наверх, истекая водой, пока звуки ударов продолжались. Они участились, и каменная крошка начала отлетать уже в нескольких местах.

— Надо уходить, быстро, — сказал он. — Я немного укрепил стену, но она не вечна.

— Куда делся этот мелкий засранец? Сбежал? — Иви огляделась, заметив тусклый свет на дорожке. Казалось, от самой воды исходит зеленовато-голубое свечение. Весс кивнула, и все трое пустились в бег трусцой.

— Он… — она покачала головой. — Я не думаю, что он был тем, кем казался. Странная выдалась ночь.

— Ха! — Иви коротко хохотнула. — И у тебя тоже? С тех пор как появился этот парень, одно странное событие следует за другим.

Она хлопнула Феликса по плечу, и тот сделал вид, что не заметил. Вместо этого Феликс всматривался вперед и, кажется… прислушивался? Они прибавили ходу, несясь во весь опор, и вскоре достигли развилки. Четыре трубы расходились в четырех разных направлениях. Феликс на мгновение остановился, и да, Весс была права. Он действительно слушал.

Феликс прорычал себе под нос:

— Потерял его. Слишком много эха здесь внизу. Не могу понять, куда делся пацан.

— Я тоже. А я знаю, что мое Восприятие и близко не стоит к твоему. — Иви покачала головой. — И что, просто гадаем?

Весс перевела взгляд с одного на другую и прикусила губу, а затем активировала собственный Навык выслеживания.

— Взор Незримого Охотника!

Мир сменил цвета, превратившись в высококонтрастную тепловую карту окружения. Это превращало обычное передвижение в муку, но дезориентация того стоила. Ясно как день она видела очертания детских пяток, ярко выделявшихся на холодном камне. Она зашагала вперед.

— За мной.