Глава 73.0

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Зара ступала осторожно, стараясь не окунуть сапоги в зловонную воду. Изнанка Акестрии оказалась такой же разоренной, как она и слышала. Путь преграждали выбоины, сточные канавы были переполнены нечистотами, а жилье из добротных, пусть и скромных домов превращалось в покосившиеся лачуги. Люди здесь носили практичную одежду – крепкие туники и бриджи до середины икры, – но всё было покрыто слоем сажи, пыли и грязи. Каждая деталь свидетельствовала об их основном занятии: добыче кристаллов маны.

Мужчины и женщины, в большинстве своем не люди – и на удивление много иттинов, – шли тяжелой походкой с угрюмыми лицами. На эти нижние уровни проникало мало света, поэтому через равные промежутки были расставлены факелы. Копоть и жирный дым оседали в углах и на потолках, а вместо деревянных ставней на окнах висели лохмотья. Даже Пыльный Квартал в Харвотче не был таким нищим и запущенным, и на то имелась веская причина. Большая часть промышленности Харвотча держалась на рабочих Пыльного Квартала, и даже Гильдия не была настолько глупа, чтобы сбрасывать это со счетов.

«Здесь же глупость процветает», – подумала она. Эти люди были двигателем, вращавшим жернова индустрии Акестрии, поставляя сырье для всего их хваленого ремесла. Без кристаллической пыли и крупных осколков экономическое сердце города обратится в прах. Она заметила очередь людей, осторожно черпавших воду из запыленного колодца, который явно видел лучшие времена.

«Водопровод для знати, а для народа – это?» Часть её души негодовала при виде таких условий, воскрешая в памяти другие места и другие времена. Трудно прожить так долго, как она, и повидать столько страданий в стольких странах. Выживание во всем этом оставляет свой след, и Заре пришлось развить в себе контроль над эмоциями, доступный немногим. Как бы ей ни хотелось выплеснуть гнев, сейчас было не время. Она плотнее натянула капюшон на лицо и продолжила путь.

Количество «хвостов», которые ей пришлось стряхнуть, чтобы просто выбраться из их защищенного поместья, впечатляло – чего не скажешь об их навыках, но Зара не зря носила ранг Мастера. Она заставила их всех гоняться за тенями по Возвышенному Району. Теперь в своих поисках она спустилась довольно низко, и, если не считать ужасных условий, обилие вооруженных солдат в трущобах было красноречивым.

Шансов на то, что бедняки восстанут против верхних слоев, было мало, но очевидно, что кто-то всерьез опасался такой попытки. Между солдатами и простым людом чувствовалось ощутимое напряжение; последние старались обходить патрули по широкой дуге. Солдаты походили на камни в реке: даже когда они двигались, толпа обтекала их, не приближаясь.

«Хорошо, что Феликс не смог пойти со мной. Его сострадание похвально, но мальчик плохо контролирует свои порывы». Иттин, споткнувшись неподалеку, с плеском рухнул в одну из глубоких и зловонных луж. Солдаты лишь расхохотались. Зара раздула ноздри, но не остановилась. «Ему нужно научиться понимать, когда уместно проявлять свою Волю, а когда – выжидать».

Зара вздохнула и свернула за угол, спускаясь по наклонному пандусу вместе с группой забитых иттинов. Они переговаривались между собой сквозь повязки на лицах, но старались не встречаться с ней взглядом. Страх дрожал в их Духах, словно паразит, словно инфекционный кашель, сжимающий горло. Путь тянулся через открытые ярусы – Нижние Районы, как их называли; их было слишком много, чтобы давать каждому уникальное имя. Однако по мере продвижения её раздражение росло. На предыдущих уровнях не было ни следа Ислы. Единственной надеждой Зары оставалось продолжать спуск.

«Феликс и остальные, скорее всего, скоро встретятся с советом», – размышляла она, переходя по крошащемуся мосту. Обрыв был глубоким, а перил не было, так что иттины и гоблины рядом с ней семенили мелкими шажками. «Весс справится с политикой, если только Иви не вмешается».

Зара тихо напевала под нос. Иви стала гораздо более задумчивой с тех пор, как продвинула свое ядро. Вряд ли она доставит хлопот в ближайшее время. «Нет. Я беспокоюсь именно о Феликсе. Ему нужно вести себя с Советом крайне деликатно».

Она хотела бы быть там, но тихие поиски Несвязанного минотавра были в приоритете. Угроза паладинов всё еще маячила на горизонте, хотя Зара немного успокоилась, увидев эффективность городской обороны. Лишь немногие безумцы рискнули бы бросить вызов режущим ветрам личной песчаной бури Акестрии. Истинная, непосредственная опасность заключалась в том, чтобы убедить Совет Магистров и выиграть время для получения необходимого. Она говорила с Весс и Харном; они знали, что нужно сосредоточиться на доброй воле и обсуждении торговли.

Звуки траурной песни коснулись её ушей, когда она проходила мимо обветшалого многоквартирного дома. Зара замедлила шаг и остановилась, подошвы скрипнули по грязи и каменной крошке. Она вгляделась в темноту бокового переулка, и звук повторился. Размеренными шагами Зара вошла в тень… и обнаружила на стене знак. Очень знакомый знак.

«Исла. Наконец-то». Погребальная песнь затихла, как только Метка была найдена, и другая медленная мелодия повлекла её глубже в варрен переходов.

«След из хлебных крошек, настроенный на наш Порядок. Зачем? Она не могла ждать гостей так скоро». Зара шагнула с уступа и спрыгнула на пятнадцать метров вниз, на узкий выступ. Там была вторая Метка, вырезанная в щербатом камне. Она вспыхнула в её ушах звуком, а затем исчезла. Появилась следующая, далеко внизу, в расщелинах, прорезавших основание Акестрии.

«Должно быть, она зарылась глубоко в эти трущобы. Чтобы скрыться от внимания Побуждения? Или по какой-то другой причине?»

Заре не терпелось это выяснить.

* * *

— Представь пространство своего ядра, но не погружайся в него. Пока нет. Первая техника требует, чтобы ты разделил свой фокус между реальностью и визуализацией, — объясняла Весс. Её голос звучал мягко и мелодично, но в нем таилась сила, готовая сбить его с ног. — Овладей этим фокусом.

Феликс балансировал, его Разум опасно завис на краю, как она и просила. По мнению Феликса, это было неоправданно трудно. Он ожидал, что мгновенно освоит эту технику тренировки… хотя был рад, что никогда не заявлял об этом вслух. Этот странный баланс был лишь первым шагом к оттачиванию пространства ядра, и он только что сумел его достичь.

— У меня нет навыка Зондирование, Феликс, так что я не могу сказать, правильно ли ты настроен, — сказала Весс. Она была очень близко. Он чувствовал тепло её тела, так же как чувствовал хаотичный гул музыки в темном пространстве своего ядра. — Скажи мне: ты поймал равновесие?

— Д-да, — выдавил он. От неё пахло едва уловимым цветочным мылом, и этот аромат перекрывался клокочущим рыком бездны внутри его ядер. — Получилось.

— Идеально. Это гораздо быстрее, чем удалось мне, — сказала она с довольным удивлением в голосе. — Концентрироваться было очень трудно, когда мне было шесть лет.

Феликс издал удивленный, сокрушенный смешок. Его гордость рухнула, но он позволил ей уйти. Она ему всё равно была не нужна. — Зачем… мне… это делать?

— Удерживай состояние хотя бы четверть часа. Оттачивай Фокус. Это первая цель. После этого я расскажу больше.

Феликса хватило всего на пять минут, прежде чем входная дверь с грохотом распахнулась, вдребезги разбивая его концентрацию и впуская порыв раскаленного ветра. — Черт возьми, ну почему мы решили делать это в прихожей… — он осекся, когда его чувства зафиксировали фигуру Фиамметты и три десятка рыцарей, выстроившихся за её спиной. — А. Уже пора?

— Прошу прощения за вторжение, представитель Вейл, но да. Пора. — Фаун перевела взгляд с него на Весс. — Я что-то прервала?

Феликс взглянул на Весс и удивленно моргнул. Они были… очень близко. На Феликсе было его Облачение, которое он превратил в свободную хлопковую рубашку и штаны грифельно-серого цвета. Весс тоже была в легкой блузе с открытым воротником и какой-то многослойной юбке. Он заметил капельки пота на её шее, прежде чем отвести взгляд. «Она что, всё это время была так одета?»

— Просто тренировка, — ответила Весс, обращаясь к фауну. — Обычно, прежде чем войти в чужую обитель, стучат. Неужели в вашем храме не учат элементарной вежливости?

Хитрая улыбка Фиамметты превратилась в некое подобие гримасы. — Еще раз прошу прощения. Я не ожидала… доставить вам обоим неудобства.

— Никаких неудобств. — Весс едва заметно поправила блузку. — Доспехи через некоторое время становятся весьма неудобными, — добавила она, и её улыбка была острой, как у волчицы.

— Могу себе представить, — отозвалась женщина-олень. Она медленно перевела взгляд с Феликса на Весс. — Советую вам привести себя в более… презентабельный вид перед Советом.

Феликс нахмурился и хотел было встать, но рука Весс на его предплечье удержала его. Он посмотрел вниз, затем снова на неё, но её глаза всё еще были прикованы к Фиамметте. — Мы будем готовы через минуту. Пожалуйста, воспользуйтесь угощениями в гостиной.

Резко кивнув, Фиамметта повела своих рыцарей в одну из боковых комнат, где действительно были выставлены закуски, приготовленные слугами. Слугами, которых Феликс до сих пор не видел ни разу.

— Что это сейчас было? — Спросил он.

Весс просто встала. — Я найду Иви и надену доспехи. Пожалуйста, сообщи остальным, что пора.

— Э-э, да. Конечно, — ответил Феликс. У него было чувство, что он упустил что-то важное в этом обмене репликами, но он быстро переключился. — Я всех соберу.

* * *

Через несколько минут все они уже выходили за ворота поместья. Феликс (с Питом, уютно устроившимся в его Духе), Иви, Весс, Атар и Алистер шли под охраной рыцарей по широкому бульвару, пока солнце начинало садиться.

— Мне не нравится, что мы оставили Харна, — снова пожаловалась Иви.

— С ним всё будет в порядке, — заверил её Алистер. — К тому же, кто-то должен присматривать за Легионом.

— Дариус тоже там, и он быстро идет на поправку, — сказала Весс. — Я бы не стала беспокоиться о тех, кого мы оставили, Иви.

— Ох, я беспокоюсь вовсе не за них, — пробормотала та.

Фиамметта возглавляла их маленькую процессию, и они бодро шагали через Возвышенный Район. В это время на улицах было много народу, так как угасающий солнечный свет создавал гораздо более приятную атмосферу. Мужчины и женщины, сплошь люди, проходили мимо в робах и платьях, переговариваясь легкими, веселыми голосами. Смех доносился из многочисленных заведений, откуда ветерок приносил мягкий свет и звон бокалов и посуды. На востоке в наступающих сумерках мерцали звезды, а запад полыхал кроваво-красным светом, заливая район густыми тенями.

Короче говоря, это было красиво.

На улицах то и дело попадались кристаллические образования; их оранжевое свечение становилось всё ярче по мере того, как день угасал. Для Феликса это было странно: всякий раз, когда они проходили слишком близко, он слышал резкий звон в своих метафизических ушах. Мощь кристаллов маны была огромной, гораздо выше, чем у ослабленных кристаллов в хижине Дальнохода или даже у тех, что Архонт использовал против него. Феликс понял, что их плотность и твердость служат индикатором того, как много маны в них упаковано. «А Атар говорил, что люди не могут на них даже царапины оставить, поэтому они до сих пор стоят, а не разобраны на части давным-давно».

Здания продолжали радовать глаз своим видом: прекрасные формы и структуры, сверкающие вкраплениями кристаллов маны и резьбой, подчеркивающей их волнистые, органические очертания. Немало особняков и общественных зданий были округлыми и странно деформированными, что укрепило Феликса в мысли об осознанном художественном выборе. Теплу и пламени в Акестрии придавалось большое значение, это было очевидно. Возможно, на Земле такая архитектура не могла бы существовать, но здесь, несомненно, работали какие-то Навыки, делавшие здания функциональными, несмотря на их эксцентричные формы.

— Атар, приятно видеть тебя снова в городе, — сказала Фиамметта спустя некоторое время.

Феликс почувствовал, как удивление огненного мага рябью отозвалось в его Духе. — Приятно? Когда мы виделись в последний раз, ты проклинала… как там было? «Каждого демона, вышедшего из моих чресл»?

Фаун покраснела и замахала руками. — Это было… ну, я была не очень любезна, верно? Но ведь и ты тоже. Отказывался говорить, почему уходишь! Ты знал, что твой учитель отказался брать новых учеников? Ни одного с тех пор, как ты ушел.

— Правда? — Атар выглядел немного взволнованным. — Что ж, подвернулась возможность, предложившая мне знания, которых я жаждал. Я очень ценю наставления Грандмастера, но он всегда считал сигильдию костылем для слабых и умом немощных. Магия для него – это сила, которую нужно покорить… а не тайна, которую нужно исследовать.

Рука Алистера нашла руку Атара и сжала её.

— Сигильдия. Понятно. Я вступила в Храм вскоре после твоего ухода, у меня было мало вариантов. Но Матроны были добры ко мне, а обучение – основательным. — Фаун выпятила грудь, обтянутую робой и золотым нагрудником. — Я – самый молодой Дискрипл за последние полвека.

— Поздравляю, — сказал Атар. И это даже прозвучало искренне.

Феликс похлопал огненного мага по спине. — Атар скромничает. Он и сам многого добился, и в исследованиях, и на поле боя.

— В самом деле? — Спросила Фиамметта. — Я видела, как вы все сражались против тех неживых. Храм часто посылает своих рыцарей и Дискриплов в низины для тренировок, но мы никогда не сталкивались с таким количеством врагов. — Она содрогнулась. — Кошмар во плоти.

— Полагаю, твоя магия жара хорошо бы против них сработала, — заметил Атар.

— Возможно. — Она наклонила голову, словно впервые по-настоящему оценивая мага. — Знаешь, ты стал гораздо приятнее.

— А ты уже не такая невыносимая, — парировал он. А затем добавил более мягким тоном:

— И власть тебе к лицу.

Фиамметта ничего не ответила, но её веснушчатый нос покраснел. Повинуясь интуиции, Феликс активировал свое Сродство. Помимо непрекращающегося пронзительного гула различных кристаллов маны, он почувствовал, как натягиваются нити между Атаром и их проводницей. Он по-прежнему с подозрением относился к намерениям и преданности этой женщины, просто потому что обязан был это делать, но связь между ней и его другом обнадеживала. «Я не стану возражать против еще одного союзника», – подумал он. «Нам нужно всё, что мы можем получить».

Зара всё еще не вернулась, но Феликс старался не позволять этому беспокоить его. Он был вполне способен действовать без няньки. И всё же они входили в логово нескольких личностей ранга Грандмастера. Феликс не мог отрицать, что присутствие Мастера на их стороне добавило бы комфорта. Он не ожидал, что эта встреча пройдет плохо, но он уже ошибался раньше.

Когда они достигли здания Совета, оно нарушило стандарт, заданный всеми остальными. Это была купольная ротонда, относительно приземистая, окруженная множеством тонких колонн. Медный купол сиял в лучах заходящего солнца, в то время как территория вокруг него и выложенная камнем дорожка, ведущая к дверям, были залиты глубокими фиолетовыми тенями от стен. Вдоль тропы были установлены кристаллические светильники, а у огромных двустворчатых дверей кристаллы были в полтора раза больше и буквально вибрировали от мощи.

Феликс подавил гримасу, когда они подошли ближе. Это было похоже на то, как если бы ты стоял слишком близко к колонке на концерте. Фиамметта начала что-то говорить, но часть его сознания слышала лишь непрекращающиеся звуковые волны.

— Мы войдем в зал заседаний Совета вместе, представитель Вейл, — сказала она. Феликс закрыл свое Сродство и сосредоточился на её словах. — Мои люди подождут здесь. Прошу за мной.

— Веди, — ответил он.

Двери медленно и зловеще открылись, впуская их в полукруглый вестибюль с двумя изогнутыми лестницами по бокам и дверью поменьше, ведущей дальше внутрь.

— Что там наверху? — Спросила Иви.

— Балконы, — ответил Атар. — Собрания Совета иногда собирают толпу.

Феликс нахмурился, почувствовав движение наверху, но Фиамметта повела их дальше через следующий ряд дверей в огромный сводчатый зал. Он напомнил ему небольшой стадион с ярусами сидений, спускающимися к пониженной площадке в центре. Там значительная часть пола была выложена полированным камнем, а за ней возвышались пять скамей из темного, пористого камня. За ними стояли кресла из сияющего кристалла маны, в которых восседали трое мужчин и две женщины, все люди, оживленно переговаривавшиеся между собой.

Они медленно спускались по ковровым ступеням. Феликс заметил купол сигильдии, накрывавший скамьи советников и центральную зону. Он выглядел сложным, но через мгновение Феликс понял его суть: это был массив глушения, что объясняло, почему он не слышал ни звука от сидящих Мастеров. Он кивнул в ту сторону.

— Почему у меня такое чувство, будто мы под судом? — Спросил Феликс. — Неужели Магистры не встретятся с нами лицом к лицу?

Фиамметта нахмурилась, но не на него. — Мне сказали, что Совет провел большую часть дня, рассматривая предложения патрициев и купцов. Это самое раннее время, когда мы смогли втиснуть ваш визит.

— А я-то гадал, почему нас заставили ждать, — заметил Атар. — Встреча не в формате личной аудиенции… не идеальна, но для наших целей должна подойти.

Они пересекли линию сигильдии, и активная мана поползла по телу Феликса, словно он прошел сквозь тонкую пелену воды. Что-то в этом на мгновение зацепило его – короткая вспышка жара, – но она быстро исчезла, когда он отмахнулся от этого чувства. Внутри исписанного знаками пузыря стоял гул, который Феликс приписал роскошным кристаллическим креслам, но в остальном их приближение было безмолвным, как в могиле. Фиамметта вывела их на широкую открытую площадку и жестом велела остановиться.

— Кто предстал перед нами? — Потребовала женщина с серебристыми волосами и гладким лицом. В её голосе звучала ритуальность.

Фаун сделала шаг вперед и вскинула подбородок. — Дискрипл Фиамметта из Храма Всесожигающего Пламени.

— Зачем ты ищешь встречи с Советом Магистров? — Спросил другой, дородный мужчина с бородой лопатой и скучающим выражением лица.

— Я привела к вам тех, кто ищет мудрости и наставления, — провозгласила Фиамметта. — Представителя Сайласа Вейла из недавно основанного владения Нагаст.

Двое Мастеров обменялись короткими взглядами, но в остальном они просто смотрели. Феликс попытался прощупать их Духи, но каждый был для его чувств словно кирпичная стена. Не говоря уже о том, что всё здание было пропитано вибрациями. Кристаллы маны, сигилы, даже чары, вплетенные в скамьи и пол, которые Феликс едва мог различить. Защитные меры, без сомнения. Всё это было чересчур для анализа, даже с учетом впечатляющих чувств Феликса.

— Добрый вечер, советники. Магистры, — произнес Феликс, повторяя приветствие, которое Весс заставила его выучить. — Мы здесь как представители Нагаста на севере. Я полагал, что наша встреча пройдет в более неформальной обстановке, но тем не менее, мы здесь, чтобы установить отношения между нашими территориями.

Один из Мастеров, мужчина с красновато-коричневой кожей, оживился. — Вы говорите о торговле, мистер Вейл?

— Торговля – одна из наших целей, да. На самом деле… — Феликс попытался продолжить, но вперед неожиданно выступил Атар.

— Паладины стремятся уничтожить Акестрию! — Выпалил он. Глаза Атара расширились, и он посмотрел на остальных с потрясенным ужасом.

«Атар? Какого черта, парень?»

За возгласом Атара последовала тишина. Мужчина в центре наблюдал за ними поверх сомкнутых пальцев, и сила его взгляда ощущалась как физический вес. Он был совершенно лыс, кожа цвета базальта, а на тех немногих участках плоти, что не были скрыты грязно-белыми робами, виднелись татуировки с четкими линиями. Грандмастер, понял Феликс. Он почувствовал это, когда маг подался вперед на своем кристаллическом троне.

— Объясни.