Глава 33.0

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Солнце зашло уже несколько часов назад, когда ноги Элизы Дюфон коснулись мостовой Квартала Рассвета. Толпы, которые в других частях города все еще были редкими и напуганными недавним Разломом, здесь казались плотными и шумными. Опасность так и не добралась до Квартала Рассвета – возможно, потому, что он находился дальше всего от Стены, и монстры гибли задолго до того, как успевали достичь этого района. А может, потому, что украшенные резьбой стены между Пыльным кварталом и Кварталом Ремесленников охранялись десятками отрядов частных наемников.

За время своего пути Элиза миновала немало таких бойцов; их уровни обычно колебались в районе тридцатых, но изредка попадались и выше. Ее опытные чувства безошибочно улавливали характерные признаки Первой Закалки, хотя встретить кого-то, кто хотя бы приближался ко второй, удавалось редко.

«Сильны, до определенной степени», – размышляла она, глядя, как еще трое нанятых наемников сопровождают дородного мужчину в шелковой парче. Все они были облачены в куртки и робы, скрывая свою зачарованную броню под обычной одеждой. Богатые обитатели Квартала Рассвета редко обладали такой же мощью, как рядовой член Гильдии в ранге Железа или Бронзы, и то же самое касалось их охраны.

«Будь они хоть немного сильнее, наемники стали бы слишком дорогими для найма. Или же мы сами бы их прибрали к рукам». Она сделала мысленную пометку, чтобы Вера или Тера отправили в Квартал вербовочный отряд. Сила, которую она ощущала, бездарно растрачивалась на караульную службу.

Гильдия правила Харвотчем прежде всего благодаря своей силе, но во вторую очередь – благодаря численности. Всем способным бойцам позволялось вступить в их ряды и принести Присягу; это даже предлагалось в качестве акта милосердия, когда гильдийцы ловили бандитов или разбойников, обладающих хоть каплей мастерства. На данный момент у них было добрых полторы тысячи обладателей ранга Олова, около шестисот – Железа, и вполовину меньше – Бронзы. Серебряный Ранг, лидеры их подразделений, насчитывал всего два десятка человек.

Старейшины, разумеется, имели Золотой Ранг в силу своего положения, но редко кто из них действительно обладал мощью, способной это подтвердить. Сама Элиза, к примеру, до своего повышения была лишь крепким Серебряным Рангом. Она поднялась в Гильдии благодаря политике и безупречному послужному списку; она заслужила свое место, и в этом не было никаких сомнений. К сожалению, именно это убеждение ей частенько приходилось отстаивать.

«Проклятые Старейшины». Она нахмурилась, и толпа расступилась перед ней, почуяв использование Духа. Люди инстинктивно отодвигались от тонкой женщины, сами не понимая почему. Это был эффективный и быстрый способ передвижения по городу, хотя он и оставлял за собой шлейф смутной эмоциональной тревоги. «Проклятые крестьяне. Горящий, невыносимый город!»

Жизнь на вершине кучи в Харвотче, вероятно, была так же полна интриг, как и везде, с той лишь разницей, что здесь сражались за кучу мусора. Она приложила столько усилий, чтобы разработать и провести ту первую операцию в Туманных Землях, а когда всё взорвалось ей прямо в лицо, ей пришлось лихорадочно собирать осколки. Гильдия выкарабкалась, не слишком потеряв лицо, но прибытие Инквизиции стало ударом, которого они не ожидали. Или, по крайней мере, Элиза не ожидала.

Махинации внутри махинаций. Колеса обмана и амбиций неистово вращались внутри Шпиля, и Элиза не доверяла – не могла доверять – ни одному другому Старейшине. Слишком много заговоров и секретов, личных проектов и тихих одержимостей составляли жизни остальных «золотых», пусть и в самых разных пропорциях. Хайд и Реджис были жестоки, но достаточно прямолинейны, в то время как Латвир был слишком верным псом Фэрбенкса, чтобы интриговать без разрешения. Больше всех она сомневалась в Тейне. Его прошлые… эксперименты всегда были странными и неуправляемыми, но только после спасения экспедиции его проекты стали приоритетом для Верховного Старейшины.

«Над чем они работают? Что происходит с Доменом?» Она пыталась выяснить это, вклиниться в его планы и найти слабые места, но потерпела неудачу. В городе что-то менялось, и Элиза сомневалась, что к лучшему. В конце концов, теперь на чашу весов легла и рука Магистра-инквизитора.

«А теперь еще и девчонка Дейн в это ввязывается». Элиза не упустила из виду маневры девушки в соборе. Та явно метила в Домен, несмотря на все свои слова о диких землях или охоте на того убийцу. Тейн занервничал после ее ухода и быстро откланялся, несмотря на предложения Элизы о помощи; а ведь Дюфон знала, что Старейшина Духа нуждается в ресурсах для продолжения своих опытов. Ублюдок что-то затеял, скорее всего, что-то незаконное или, того хуже, кощунственное. Если Вессилия, этот образец добродетели и приверженка Беспутного, узнала то, чего не должна была, дела у старейшины Тейна могут пойти очень скверно.

Элиза ухмыльнулась, и мысль о сладкой возможности шантажа отозвалась приятным теплом в груди. Она прибавила шагу.

Дюфон держала свои мысли при себе, шагая по широким, гладким дорожкам Рассвета. Ее путь почти всё время пролегал параллельно реке Ианус, но следующий поворот вывел ее прямо к самому берегу. Перед ней высилось внушительное, искусно выстроенное поместье, возведенное прямо над рекой и служившее частным мостом.

Над его высокими стенами парили огни, органично порхая вокруг безупречного строения. Навык Анализ Элизы с привычной легкостью определил материалы и конструкцию стены и поместья; малая часть ее впечатляющего Интеллекта каталогизировала и оценивала всё увиденное. Это был заученный рефлекс, который сослужил ей отличную службу. Например, она видела, что стены густо усеяны скрытыми сигилами, вырезанными, скорее всего, на внутренней стороне барьера толщиной в пролет, чтобы уберечь их от повреждений или осквернения. Тип камня также говорил о том, что он не слишком восприимчив к Мане, а значит, обереги не были атакующими или даже строго защитными. Прыгни она через стену, ничто не помешало бы ей пройти невредимой. Однако знание этого места подсказывало, чем обереги являлись на самом деле: экраном конфиденциальности.

Перед ней была «Водяная Лилия», джентльменский клуб с дурной славой, который, тем не менее, часто посещали представители высшего общества. Элиза презрительно скривилась. «Джентльменов здесь нет».

Несмотря на это, она прошла через круглую арку во внутренний двор. У нее были дела, требующие решения.

Здание действительно висело над Ианусом, построенное с таким изяществом, что не было видно ни одной опорной балки, что позволяло беспрепятственно проходить любым судам, курсирующим по реке. Это было чудо инженерной мысли, и Элиза не могла не заметить иронии. Харвотч мог превозносить Стену и Гильдию как свои величайшие достижения, но она была уверена, что в этот проклятый дворец наслаждений вбухали больше денег, чем во всё Гнездо.

Она всколыхнула свою Силу Воли, заглушая хаотичные мысли и эмоции. Снизошла ясность, и вместе с ней она начала действовать. Внутренний двор был огромен, не менее ста футов в диаметре; в центре высился вычурный фонтан, изображающий двух людей, застывших в нежных объятиях. Вода, выкачиваемая из реки, непристойно изливалась из их переплетенных ртов, стекая по телам, покрытым патиной. Главный вход в «Водяную Лилию» был украшен безвкусными, кричащими занавесками и позолотой, но Элиза шла не туда. Она повернула направо, огибая само поместье и проходя через несколько искусно сработанных каменных арок.

Тропа вела дальше, прямо на реку, к невероятно массивному каменному сооружению, казавшемуся еще более невозможным из-за пышного сада, раскинувшегося вокруг. Густая зелень и хрупкие декоративные деревья ярких пурпурных, оранжевых и маджентовых оттенков заполняли пространство, умело разделенное широкими дорожками. Здесь было довольно красиво, но этот факт ничуть не унимал ее глубокого отвращения. Заведения вроде «Водяной Лилии» были ей не по душе, и будь она действительно во главе города, каждый бордель сгорел бы дотла уже к утру. Даже здесь, в этих безобидных садах, у нее по коже ползали мурашки.

«Наверное, именно поэтому эта сука выбрала такое место для встречи».

Элиза похлопала себя по бедру, лаская уязвленное самолюбие слабым обещанием насилия. На ней всё еще были зачарованные перчатки – она редко их снимала – но они были настолько тонкой работы, что она чувствовала каждый изгиб и грань клинка у своего бока. Меч был странным, надо признать, хотя это лишь подогревало ее интерес. Когда она увидела его у того дурака, охотника за сокровищами, Старейшина Снабжения поняла: он должен быть ее.

«Кресцианская бронза в Туманных Землях?» Если бы другие узнали о происхождении клинка, борьба за контроль, несомненно, возросла бы десятикратно. Вот почему она держала детали в секрете, особенно от Катана и его псов. Кресцианская бронза стоила вдвое больше своего веса в золоте, куда больше, чем даже зачарованный стальной клинок III ранга, и это без учета всяких дополнений. Лезвие никогда не затупится, поверхность никогда не заржавеет и не покроется пятнами. Что еще важнее, материал был чрезвычайно реактивен к Мане, что делало его идеальным для нанесения надписей. Массивов. Чар.

Элиза снова скользнула взглядом по поверхности меча, но так и не нашла на нем ни единой метки. Ее навык Анализ был на Ранге Адепта, но она всё равно ничего не могла от него добиться, кроме слабейших ощущений, оставленных прошлыми владельцами. Элиза еще не до конца понимала этот новый аспект своего навыка, но с достижением Ранга Адепта он начал… почти воспевать ей происхождение неодушевленных предметов.

Она ласково коснулась эфеса меча, как делала это многие ночи напролет в последние месяцы. В причудливой памяти оружия сохранилось недавнее прикосновение, весьма ощутимое. Странный привкус их Маны больше всего напоминал чувство… стремления. Амбиций, возможно. Старейшина еще не знала всех глубин навыка Адепта, но каждая попытка успокаивала ее, давая Разуму задачу, над которой стоило поразмыслить.

Это было впечатляющее оружие, достойное ее коллекции, но, в конечном счете, оно оставалось лишь этим. Хобби. Отвлечением. Тем временем другие Старейшины в тени работали над куда более значимыми проектами.

Тихий звук шагов по камню вывел Элизу из раздумий. Ее мощное Восприятие мгновенно зафиксировало присутствие молодой женщины. С нарочитой медлительностью Элиза повернулась к ней и улыбнулась.

— Ты определенно не торопилась, Илия.

Присягнувшая пожала плечами, обтянутыми темной тканью, но единственный светлый глаз под маской подмигнул:

— Надо же когда-то развлекаться, верно? К тому же, эта встреча не была запланированной.

Улыбка Элизы стала холодной:

— И то верно. Нам никто не помешает?

— Разумеется.

— Отлично. Я столкнулась с потенциальной проблемой, и мне нужно установить за ней наблюдение. — Элиза еще раз коснулась изогнутого лезвия, прежде чем убрать руку. — Возьмешься за контракт?

— Этот клинок, — сказала Илия, глядя на пояс Старейшины. — Откуда он у тебя?

— Какое это имеет значение? — Элиза вскинула идеально очерченную бровь. — Если тебе так важно знать, он из Туманных Земель. Военные трофеи, можно сказать.

— Я видела его раньше, — произнесла Илия, вскинув взгляд на Элизу. — У одного из членов группы Магды.

— Это не сюрприз, — хмыкнула Элиза. — Я сама забрала его у Калески.

— Нет, не у нее. У другого. У мальчишки с химерой.

— Химера? Ах, да. Тот, что погиб вместе с Ведьмой Щита. — Элиза погладила клинок на бедре.

— Погиб? Ты уверена?

Элиза с любопытством посмотрела на Присягнувшую. Тон агента ничего не выдавал и был совершенно нейтральным, но что-то в ее словах, в ее интересе, разбудило подозрения Старейшины. — Согласно отчетам, на него и Ведьму Щита напали ледяные великаны. Змеиное гнездо, кажется, ты так их называла? Никто не выжил.

Илия нахмурилась и выпрямилась.

Старейшина спросила:

— Чем тебя так заинтересовал этот мальчишка?

— Никакого интереса, — плавно заверила Присягнувшая, и ее хмурость исчезла. — Он пережил столкновение со мной. Взамен я натравила армию ледяных великанов на него и его союзников.

— Свирепая месть, — произнесла Элиза с одобрительной улыбкой. — Я должна поблагодарить тебя за то, что мы получили хотя бы одну победу на том поле. Ведьма Щита приносила больше хлопот, чем пользы.

Илия слегка склонила голову. Ровно настолько, насколько требовали приличия при общении с вышестоящим лицом. — Конечно. В конце концов, Присягнувшие дорожат своей репутацией.

— Жаль мальчишку, впрочем, — вздохнула Элиза. — Мне было бы крайне интересно узнать, как он умудрился приручить химеру. Так ты возьмешься за контракт? — Снова спросила Элиза, на этот раз придав голосу резкости. Илия замешкалась, и улыбка Элизы померкла. — Что не так?

Присягнувшая не переминалась с ноги на ногу и не напрягала плечи – она была слишком искусна в притворстве для этого. Однако у Элизы сложилось четкое впечатление, что та обеспокоена. — Ты уже выплатила Порядку весьма кругленькую сумму. «Невмешательство в дела гильдийцев», – сказала ты. Чтобы твои коллеги не использовали нас. Почему всё изменилось?

Элиза закатила глаза:

— Условия того соглашения этого не касаются, так что не пытайся их переиначивать. Это для другой цели. Никаких убийств, никаких похищений.

Илия сделала шаг ближе, выходя из тени в тусклый свет трех самых маленьких лун. На ней была та же черненая броня и арсенал ножей, что и раньше, хотя некоторые из них были новее и покрыты надписями впечатляющего мастерства. Она посмотрела на Элизу, которая была почти на целую ладонь выше ее. — Знаешь, если бы я знала, сколько дерьма на меня выльется после того, как я приведу ту девчонку, я бы отказалась от твоего предложения. Ты знала, что Инквизиция присылала людей в наш Дом Главы? Сказали, ищут подтверждение нашего участия в делах Туманных Земель. — Челюсть Илии сжалась. — Обет едва не лишил меня головы только за это.

Элиза слегка отшатнулась. Этого она не знала. — Фанатики смелеют, — пробормотала она и поморщилась. Туманные Земли не принесли удачи никому, по ее мнению. Она махнула рукой. — Это совсем другое дело. Как я уже сказала, никаких похищений. Мне просто нужны твои таланты для слежки.

— Ладно. Я выслушаю условия, — сказала Илия.

— Ты будешь следовать за Вессилией Дейн, наблюдать и докладывать мне о каждом ее шаге. — Элиза постучала пальцем в металлической перчатке по губе. — Срок – в течение следующего месяца.

— Наследница? Снова? — Илия вскинула бровь под темной маской, что было заметно по тому, как расширился ее бледный левый глаз. — Почему? С кем она связалась на этот раз?

— Если бы я это знала, я бы не нанимала тебя. — Элиза нахмурилась. — У тебя есть претензии к условиям?

— Да нет. Просто скучно это, вот и всё. — Голос Илии стал плоским и невыразительным. Ее правая рука скользнула по рукоятям многочисленных клинков. — Я думала, Гильдия уже давно прибрала ее к рукам.

Элиза сдержалась, чтобы не огрызнуться на намек, будто Гильдия не может контролировать своих членов. Сила Воли охладила ее эмоции и помогла искусно сплести ответ:

— Гильдия дает своим людям свободу в поисках силы, но она не стремится к полному господству над своими членами. По правде говоря, попытки ограничить свободу наших людей ни к чему хорошему не приведут.

— Ты хочешь сказать, что вы боитесь Герцога, да? — Илия ухмыльнулась. Элиза ответила лишь задумчивым взглядом и коротким кивком. — Оплата?

— Тысяча крон, полная выплата сегодня вечером, если примешь контракт.

Илия присвистнула, долго и протяжно:

— Только за то, чтобы присматривать за девчонкой? Даже с учетом красноплащников, дышащих мне в затылок, это вдвое больше обычной ставки. Почему так много?

— Ты того стоишь, как и твоя скрытность. Твоя помощь в прежних делах избавила Гильдию от огромных проблем. — Элиза улыбнулась, на этот раз добродушно. — К тому же, тебя ждет вызов: ее охраняет Десница Герцога.

— Хм, — хмыкнула Илия с грубым одобрением, и улыбка Элизы стала острее.

«Попалась. Такая фанатка битв, как она, не откажется помериться силами с Десницей и Инквизицией одновременно».

— Мне нужно, чтобы это началось немедленно, если возможно. Никто не должен знать, как и прежде. — В руках Элизы внезапно оказался большой кожаный мешок, из которого донесся приглушенный звон металла. — Мы договорились?

Илия смачно сплюнула в сторону. Слюна ударила в брусчатку с неожиданно громким, мокрым шлепком.

— Если это так всполошило вас, гильдийцев, то во что бы ни влипла эта девчонка, звучит как неплохое развлечение. — Илия оскалилась, и ее зубы практически засветились в лунном свете. — Авет свидетель, мне не помешает немного веселья. Согласна.

Она протянула руку, уже мерцающую концентрированной Маной.

— Договорились.