Глава 6.0

ГЛАВА ШЕСТАЯ.

— Хэллоу? Это ты там? — Спросил Феликс.

Глыба из кристаллов и камня подняла массивную, похожую на дубину руку, и там, где должен был находиться большой палец, вырос единственный светящийся кристалл. — Да.

— Тебе нравится? Этот кусок скалы и кристаллов затесался среди моих вещей, когда меня вымыло из Гробницы, — объяснил Биф, опускаясь на колени рядом с гомункулом. Тварь была маленькой, едва ли в три фута ростом, но при этом выглядела громоздкой и довольно тяжелой. Основу ее тела составлял цельный столп сияющего кристалла, к которому, словно плоть к костям, льнули обломки темного камня. Голова представляла собой полусферический нарост из породы и ветвистых кристаллов, но в целом сохраняла очертания человека. В какой-то степени. — Когда я коснулся его, всё это дело заискрило и высосало часть моей магии. Ну, я и подумал: почему бы не дать еще? Оказалось, идея была стоящей – активировалось мое Восхождение Хэллоу, и в этот камень отделился кусок… ну, «хэллоуности» самой Хэллоу.

— Большая часть меня теперь здесь, — произнесла Хэллоу своим едва слышным, отдающимся эхом женским голосом. — Куда большая, чем в других моих Восставших. Впрочем, это… удобно.

Биф наклонился поближе к Феликсу и прошептал:

— Она никогда раньше такого не говорила. Странная стала, будто растет. — Он ухмыльнулся, и Феликс заметил, что на месте нескольких выбитых зубов уже прорезаются новые. — Словно какой-то магический ИИ.

— Раньше ты могла призывать одновременно от тридцати до сорока Восставших. Сколько ты потянешь сейчас, поддерживая это Тело? — Спросил Феликс у гомункула.

Хэллоу наклонила голову, и камни заскрежетали друг о друга. — Возможно, десять. Нет. Девять Восставших.

Пит свистнул. — Дорогая цена, — сказал он.

— Эх, оно того стоит, — настаивал Биф. — У нее теперь есть ядро. В трупах такого никогда не было, даже в той многоножке. Всё дело в этом кристалле, что проходит через центр, и он может Эволюционировать. Вот, глянь. — Он щелкнул пальцами в сторону Феликса, и перед тем развернулось синее системное окно.

Имя: Хэллоу

Тип: Гомункул

Эволюция: Ранг 0

Описание: Гомункулы – редкие существа, рожденные в Слиянии факторов, результатом которых становится Сосуд такой Чистоты, что в нем может обитать Дух истинной мощи. Рождаясь лишь как ядро в твердой защитной оболочке, гомункул сохраняет способность к росту при должном уходе.

— Сейчас Тело еще довольно слабое, но после первого же Восхождения Хэллоу у нее выросли ноги, руки и что-то вроде головы, — объяснил Биф. — Думаю, если я продолжу сражаться вместе с этой штукой, выступать против монстров или Паладинов, она станет сильнее.

— В такой форме сражаться трудно, — добавила Хэллоу, приподнимая свои короткие обрубки рук. Внезапно из ее каменного панциря вырвались кинжалоподобные иглы светящегося кристалла, превратив ее в подобие кошмарного дикобраза. — Но кристалл оказывается весьма острым и прочным.

Она взмахнула рукой, и несколько снарядов вылетели вперед, вонзившись в каменную колонну в тридцати футах от них.

— Впечатляет, — сказала Весс, разглядывая результаты атаки. — Они ушли на несколько дюймов в камень второго ранга. Большинство Адептов не смогли бы добиться такого одним ударом.

— Видали? Силища! — Биф самодовольно похлопал себя по бицепсу.

Феликс присел и внимательнее всмотрелся в гомункула. — Ты не против? — Спросил он.

— Не против, — ответила Хэллоу. Феликс не мог до конца прочувствовать ее эмоции, но она казалась… скучающей.

Пока Биф продолжал расписывать возможности гомункула, Феликс прошелся чувствами по конструкту. Он полагал, что это именно конструкт, вроде голема, оживленный какими-то продвинутыми надписями и погребенный в глубинах Гробницы. Должно быть, прибывающая вода вымыла его, и он попал в руки Бифа. Простое и понятное объяснение… которое никак не учитывало тот факт, что в существе не было ни йоты Сигильдии.

«Что? Это невозможно. Как оно функционирует? Оно же состоит из кристаллов Маны и камня». Феликс провел пальцами по неровной поверхности, скользя по острым, как бритва, выступам светящегося кристалла, пока его чувства проникали глубже. Его обширное Восприятие позволяло различить отдельные песчинки, прилипшие к каменному панцирю, и расслышать тихий стук – что-то внутри гомункула ритмично расширялось и сжималось. Звук напоминал сердцебиение, созданное не из плоти и крови, а из кремния и чего-то еще. В Теле ощущался Резонанс – знакомый Диссонанс, скрытый под черно-зеленой магией Бифа и Маной земли, которой был окутан гомункул.

Память Феликса была слишком совершенной, чтобы он мог ошибиться: этот ритм был подписью Первородного Иссушающей Пыли. Был ли он одним из тех «факторов Слияния», что создали гомункула? Сердце Феликса забилось чаще, словно готовя его к бою, но гомункул не отрастил внезапно клыки и когти, чтобы напасть. Напротив, когда он до предела напряг свое Сродство и Восприятие, то не обнаружил в Хэллоу ни малейшего следа проклятия плоти. Видимо, когда он уничтожал проклятие в прошлый раз, работа была сделана на совесть.

Он выпрямился с облегченным вздохом. «Удивительно магическая и странная штука, но она не собирается чудесным образом заражать всех вокруг. Безопасно».

— Весьма удивительная находка, не правда ли? — Раздался новый голос. Феликс поднял глаза и увидел приближающуюся невысокую блондинку. Ее бледно-голубое платье было прикрыто испачканным, когда-то белым халатом. Волосы всё еще были уложены безупречно и стянуты серебряным обручем на лбу, словно она была принцессой из сказки. — Когда Майкл принес его мне, я сразу поняла, что это нужно развивать. Полагаю, такой… человек, как он, сможет в полной мере воспользоваться его сильными сторонами.

— Леди Исла. Кажется, вы в добром расположении духа, — сказала Весс, слегка наклонив голову.

— Если бы. Поток раненых, кажется, никогда не иссякнет. С нижних ярусов приносят всё больше и больше людей с поистине ужасными увечьями. — Певчая покачала головой, обводя взглядом море коек и фигур в мантиях, снующих вокруг. — Перебежчики из Высшего Пламени оказались весьма полезны. Полагаю, чувство вины заставляет их проявлять чрезмерное рвение.

Феликс видел их – в белых одеждах, расшитых золотыми и оранжевыми нитями. Многие из них спороли вышивку пламени, занимавшую почти всю спину, так что теперь там красовалось бесформенное месиво из желтых и золотых линий. Они склонялись над больными и немощными, накладывая мази и раздавая флаконы с различными зельями.

Пит, отошедший немного в сторону, обнюхал липкую припарку, которую только что наложил один из них. Он фыркнул и потер нос лапой, когда едкий запах ударил в ноздри. Феликс готов был признать: приятно видеть, что не все приверженцы Храма так же слепы, как их лидеры, хотя он по-прежнему не слишком им доверял. Судя по тому, как Исла следила за их работой, она тоже не обольщалась.

— А ты, Феликс? Как твое восстановление? — Спросила Исла. — Насколько мне известно, ты был во власти довольно сильного отката Системы.

— Я в порядке, — ответил он.

— Ты уверен? Возможно, мне стоит осмотреть твои каналы, для безопасности, — предложила Исла, протягивая к нему руки.

В груди Феликса вспыхнуло жгучее раздражение, и Певчая замерла, побледнев еще сильнее обычного. — Я в порядке, — повторил он.

Женщина облизала губы и опустила руки с неловкой улыбкой. — Конечно. Как глупо с моей стороны.

— Я ей то же самое твержу, — вставил Биф, а затем громко прошептал Феликсу:

— По-моему, она лучше слушала, когда была Наосом.

Исла отвесила ему подзатыльник. — Ты, Майкл, кажешься вполне здоровым. Твой мазохизм уже исчерпал себя?

Весс вскинула бровь. — Это еще что такое?

Биф покраснел, хотя сквозь его толстую кожу это было трудно заметить. — Да просто экспериментировал с новой формой Хэллоу. Она может немного менять очертания, так что я подумал: почему бы ей не стать еще и броней? Тогда я смогу прятать Тело гомункула, пока оно не понадобится, и – бам! — Он с такой силой хлопнул в ладоши, что воздушная волна отбросила койки вокруг него. Люди вскрикнули. — Ох, проклятье, простите! Простите! — Уже гораздо тише он повторил:

— Бам. Сюрприз от Хэллоу.

— И она тебя режет? Отсюда и твои раны? — Спросила Весс. Когда Биф виновато кивнул, она рассмеялась. — Вы двое очень похожи. Я как-то видела, как Феликс совал руки в чан с кислотой только для того, чтобы поднять навык сопротивления.

— Ты это видела? — Феликс думал, что в тот момент никто еще не проснулся.

— Запах было трудно игнорировать.

Биф упер руки в бока, с гордостью глядя на Феликса. — Крутая же идея, а? Живая броня и скрытое оружие!

Феликс кивнул. Отрицать это было невозможно. — Это «очень» круто. Только не калечь себя слишком сильно.

— Э, да я теперь по-дурацки крепкий. После той штуки со Связью большинство моих Аспектов подобрались к рангу Странника. Я даже Закалку Тела провел.

— Провел? Это случилось после битвы? — Спросил Феликс, и его хорошее настроение начало улетучиваться. Он кожей чувствовал, как внимание Ислы обостряется с каждым их словом. — Откуда ты взял Настой Эссенции?

— Пит дал мне один из твоих, — сказал Биф. — Мы были на том корабле иттинов, и я просто больше не мог сдерживаться. Парень меня спас, это уж точно. Хотя гадость была редкостная.

— Один из… моих? — Переспросил Феликс. Единственные Настои Эссенции, которые были у него с собой, – это неадаптированные. Те, что не подходили никому, кроме него самого. — И как всё прошло?

— О чувак, это было жестко. Я как-то раз залез в отцовский бар и выпил его любимый виски. Так вот, это было похоже, но только в десять тысяч раз хуже. Будто битое стекло в горле и в груди. — Биф содрогнулся. — И накрыло меня знатно. После четырех штук я чувствовал себя выжатым как лимон, но зато получил новое Тело. Называется Тело Дикого Бунта. Подняло мне Силу на двести очков! Даже Стойкость и Живучесть теперь перевалили за тысячу, прикинь?

Феликс мог в это поверить. У минотавра было значительное преимущество в плане физического Тела, и он очень выручал их в совместных битвах. Но парень всегда немного отставал, не в силах выдерживать тот урон и скорость, которые демонстрировали Феликс и Пит. Возможно, сейчас он не стал намного быстрее, но его прочность колоссально возросла. Честно говоря, Феликс испытал облегчение. Биф сможет не отставать от него в будущем, и Настой Эссенции не разнес его духовное пространство в клочья. Хотя у него не было таких преимуществ конституции, как у Феликса, и Голода, помогающего переваривать подобную мощь, он был Несвязанным. Видимо, этого оказалось достаточно.

— Что действительно интересно в этой «Связи», о которой говорит Майкл, так это то, что его навыки тоже выросли, — добавила Исла. — Как такое могло произойти?

— О да, Восхождение Хэллоу скакнуло уровней на десять и тоже прошло Закалку до ранга Странника. Мой первый навык Духа, который стал таким высоким, — с явным восторгом произнес Биф. — И Маны у меня теперь больше, хотя Сила Воли выросла не сильно. Это немного странно.

— Хм, — только и выдавил Феликс. У него не было ни малейшего желания что-либо объяснять Исле. Более того, он не был уверен, что доверяет ей. Орден Певчей, Кантус Содалус, еще никак себя не зарекомендовал. Он всё еще злился на Зару за то, что та пометила его – фактически установила духовный маячок на его Дух – без его ведома и согласия. Феликс удалил метку, но не спешил снова доверять… а Исла оставалась загадкой. О ее истинных целях можно было только гадать. — Биф, не против, если я взгляну на твое духовное пространство? Просто проверю, не случилось ли чего странного при Закалке.

— О, эм. Я бы… ну, нет. Тебе не обязательно это делать, — замялся Биф.

— Для меня это не составит труда, — пожал плечами Феликс.

— Не составит? — Переспросила Исла. — И когда же ты научился погружению?

— То там, то сям, — бросил Феликс, не сводя глаз с Бифа. — Ты уверен?

Биф широко улыбнулся. — Да. Уверен. Я в полном порядке.

Дух минотавра дрогнул – атональный скрежет, выдававший ложь. Он не был в порядке, но Феликс не понимал почему. А в присутствии Ислы он не хотел давить. — Хорошо. Дай знать, если передумаешь.

— Конечно.

— Исла, где Зара? — Спросила Весс, воспользовавшись короткой паузой в разговоре. — Мы ищем ее.

— О, она разбирается с этим верзилой Ридом и его солдатами. Но всё же, почему вы решили, что способности юного Майкла должны были измениться? — Не унималась Исла.

— Мы сражались с множеством врагов в Гробнице, не говоря уже о мертвом Первородном, который там лежал, — сказал Феликс. — Всё было, мягко говоря, хаотично. Я просто хочу убедиться, что всё прошло гладко, а у меня есть небольшой опыт проверки духовных пространств. К тому же, проклятие плоти Первородного коварно, даже если само существо мертво.

— Но разве ты не победил проклятие плоти? — Спросила Исла. — Ты ведь способен очищать от него.

Феликс вскинул бровь. — Откуда ты об этом слышала?

Вмешалась Весс:

— Она помогала нам выделить часть проклятия Первородного, чтобы использовать его против Высшего Пламени. Ей рассказали о твоей способности очищать наших людей от проклятия. — «И больше почти ничего», — добавил ее взгляд.

Феликс медленно кивнул. — Понятно. Что ж, я действительно могу его очищать, и именно поэтому хочу осмотреть его духовное пространство. Чтобы убедиться в безопасности.

Биф замахал руками. — Да в норме я. Даже лучше чем в норме. Мы с Хэллоу только что закончили восстанавливать целую ремесленную мастерскую. Провозились долго, но у Хэллоу открылся талант к работе с камнем.

— Я довольна возможностями этого нового Тела, — произнес дух. — Хотелось бы только проверить, как мы покажем себя в бою, Майкл.

— Со временем. Нам запретили участвовать в охоте на Паладинов, — объяснил Биф, поймав вопросительный взгляд Феликса.

— Вы слишком ценны, чтобы рисковать вами в стычках с этими глупцами, — сказала Исла, похлопав Бифа по плечу. — Вы оба. — Быстрым движением Певчая сбросила испачканный фартук и подхватила рукой свои изысканные голубые юбки. — Теперь идемте. Вы говорили, что ищете Зару? Я отведу вас к ней.

Делать было больше нечего, и Феликс с Весс не нашли причин отказываться. Вскоре Исла повела их через открытый амфитеатр и череду дверных проемов. Пит, Биф и ковыляющая Хэллоу следовали за ними.

Через некоторое время, пока они миновали залу за залой, Исла заговорила. Она болтала о пустяках, вовлекая Весс в беседу о трудностях производства зелий при ограниченных запасах, в то время как Весс рассуждала о сохраняющейся угрозе со стороны Паладинов. Феликс пропускал этот обмен репликами мимо ушей, так же как дверные проемы и коридоры проносились мимо него. Но игнорирование разговора обернулось для него неожиданным потрясением, когда Певчая обратилась прямо к нему.

— Так, Феликс, может ты объяснишь мне, как тебе удается очищать проклятие плоти Первородного? — Спросила она так небрежно, словно интересовалась погодой. — Это недуг, который «никто» в истории целительских искусств никогда не излечивал. Я просто поражена, что ты нашел способ.

Феликс не знал, что на это ответить, поэтому просто промолчал. Он понимал, что выглядит неотесанным или даже идиотом, не имея какой-нибудь остроумной отговорки, чтобы отвлечь внимание или уйти от вопроса, но у него ничего не было. Его способность очищать проклятие плоти была функцией навыков Трансцендентной редкости: Хтонической Дани, Единения Потерянных и, с недавних пор, Владыки Плоти. Но такой ответ породил бы еще больше вопросов – например, где он обучился этим навыкам и на что еще они способны. Вместо этого, когда молчание стало уже слишком тягостным, Феликс спросил:

— Что ты можешь рассказать мне о плетении Столпов и Стадии Гобелена, которая следует за этим?

Исла коснулась губ, как будто он и не думал игнорировать ее вопрос и неловко менять тему. — Ах, ну что же. Требуется от пяти до девяти Столпов, и каждый из них представляет собой часть твоего фундамента. Плести их крайне важно, особенно плести их качественно, с навыками, которые были должным образом Закалены полезными и мощными Особенностями. Большинство ставят своей целью сплести их все, как только достигают Ранга Адепта, но мало кому удается завершить столь монументальную задачу. Как правило, человек уже глубоко вязнет в Ранге Магистра, прежде чем его Стадия Плетения подходит к концу.

Феликс оживился. — Правда? А почему у одних Столпов больше, чем у других?

— Вопрос Закалки и, честно говоря, усердия, — сказала Исла. — Всегда найдутся те, кому не терпится взбежать по ступеням власти, а на правильное плетение Столпов уходит много времени.

— Понятно, — произнес Феликс, взглянув на Весс. Та смотрела на Ислу так, словно запоминала каждое ее слово, и, скорее всего, так оно и было; подобную информацию на Континенте было трудно раздобыть даже наследницам герцогских родов. — А создание Гобелена – это…?

— Забота для Ранга Магистра, — отрезала Певчая. — Нельзя перейти в ранг Грандмастера, не завершив свои Столпы и не начав плетение Гобелена. Большего я сказать не могу.

— Потому что слова могут повлиять на процесс, — кивнул Феликс, понимая. Карис говорил то же самое.

— Что? Нет, потому что я сама еще не достигла этой стадии. Я лишь в самом начале Ранга Магистра, хотя мои Столпы почти полностью сформированы.

«О». Это было неожиданно. Женщина казалась гораздо могущественнее Феликса, но он отставал от нее в формировании ядра всего на несколько шагов. «Неужели плетение Столпов дает так много?»

— Судя по тому, что рассказывала мне Зара, ты растешь очень быстро, Феликс. Уже два Столпа, и это будучи Странником. Это примечательно… и безрассудно, — сказала Исла.

— Что? Почему? — Возмутилась Весс. — Феликс явно сильнее многих. Он смог победить Грандмастера, причем на его собственной Территории, — продолжала она, и ее лицо заметно разгорелось. — Всё, чем он является, было вынужденной мерой, чтобы выжить или спасти людей вокруг него. Это не безрассудство. Это достойно восхищения, это благородно и… — Весс внезапно осеклась, встретившись взглядом с Феликсом. Легкий румянец выступил на самых кончиках ее скул.

Исла подняла руки, возможно, чтобы предотвратить новую вспышку. — Это безрассудно, потому что навлекает беду. Быстрый рост – вернейший способ обогнать собственный фундамент. Вот почему я следила за тем, чтобы Майкл добивался лишь стабильных успехов на протяжении последних полугода. Все вы, Несвязанные, должны быть вылеплены так, чтобы не выходить за пределы нашей способности спасти вас; это один из приоритетов нашего Порядка.

— Растите слишком быстро, и ваш фундамент не будет достаточно прочным, чтобы донести вас до Грандмастера и Парагона. — Они подошли к очередным двойным дверям, украшенным сложными геометрическими узорами и покрытым полированным золотом. Феликс отчетливо слышал звуки сражения по ту сторону. — Ибо именно на этих рангах вы и ваши товарищи станете по-настоящему полезны для Континента.

Она распахнула двери и вышла на широкую каменную площадку. Над ними ревела буря, изрыгая молнии и проливной дождь, заполнивший ночь влажной дымкой. Шум воды и раскаты грома почти заглушали звуки жестокой, кровавой схватки, в которой всего в нескольких футах под ними участвовало около сотни мужчин и женщин.

Певчая покачала головой, словно эта битва была бессмысленной. — Только тогда у вас появится потенциал, чтобы, «возможно», противостоять Погибели.