Глава 38.0
ГЛАВА 38
«Формовка Камня!»
Феликс выпал из облака мана-испарений земли, тянущегося за ним, словно плащ. Он летел вниз, проносясь над обрубками фок-мачты и безжизненными остатками снастей из кожи зверей Пустоты. Пираты в ужасе бросались врассыпную, а облако за его спиной бурлило и трещало, точно внутри назревала буря. Каналы Феликса вопили от боли, обожженные и израненные, но он не отпускал контроль.
Он формовал.
Резко затормозив над грот-мачтой, он метнул из облака массивные каменные цепи, выкованные в его Разуме и Духе из украденной Маны. Цепи закрутились, тяжелые, с огромными блоками на концах; они пронзали воздух, в щепки разрывая и пиратов, и сам корабль там, где падали.
— Невозможно! — Вскричал Нокк, и в тот же миг самая крупная цепь ударила его в грудь. Капитана отшвырнуло к бизань-мачте. Отплевываясь кровью, он оказался намертво прижат к дереву: цепь стремительно обвилась вокруг толстого ствола из пустотной кости. Его голова поникла, а абордажный сабля выпала из ослабевших пальцев на палубу.
Феликс тоже рухнул. Его Мана была почти на нуле, а Здоровье ненамного выше. Пит испуганно пискнул – похоже, он без труда расправился с остальными пиратами. — Я… я буду в порядке, Пит.
Через их связь промелькнули образы: впечатления от схватки с несколькими пиратами, на которых в итоге рухнула мачта. Между ними пульсировала теплая благодарность, и Пит прижался головой к щеке Феликса.
— И тебе спасибо, малыш, — прошептал Феликс. — Но мы еще не закончили.
Мачты были сломаны, паруса изорваны, но он понятия не имел, насколько важны паруса для мана-корабля. Лучше было удостовериться наверняка.
Вместе они пробрались мимо бизань-мачты к Узлу Управления. Пираты разбегались кто куда, Феликс их больше не интересовал, ведь звери Пустоты вернулись. Истязатели терзали мечущихся мародеров, и каждый пытался защититься, одновременно спасаясь от разрушений, учиненных одним-единственным магом. Феликс бы рассмеялся, будь у него силы.
Подойдя ближе к разбитому Узлу, Феликс понял, что в последние секунды он знатно постарался. Цепи, которые он сформировал, разнесли палубу вокруг Узла, обрушив значительную часть нижнего яруса и заблокировав прямой доступ к двигателю. А учитывая, что Нокк сделал с самим Узлом, пронзив его насквозь, отдавать команды обычным способом стало невозможно.
— Так я никак не смогу стравить их Ману, — пробормотал он. Феликс положил руку на Узел, но тот заискрился и вспыхнул, пустив по каналам такую отдачу, что он зашипел от боли. — Черт возьми. Похоже…
Его прервал глубокий, леденящий душу рев. Феликс почувствовал, как сжалось сердце. Все вокруг замерло, и люди, и звери разом посмотрели в одну сторону. Вверх.
Бегемот, размером едва ли не в четверть самого Горна, стремительно спускался по его необъятному склону. Его красноватая, жирная плоть заметно пульсировала – извивалась. Единственная огромная пасть, усаженная кривыми желтыми зубами, была окружена тысячей пастей поменьше, и все они открывались и закрывались в порыве ужасного, ненасытного голода. Феликс так давно ее не видел, что почти не узнал. Точнее, не хотел узнавать.
— Китопасть, — в ужасе прошептал он. Та самая нутряная вибрация снова прошила его внутренности, прежде чем свернуться и метнуться обратно к существу. Тварь слегка довернула тушу, и ее десять тысяч глаз расширились – то ли в ликовании, то ли в ярости. Он не знал.
— Боги, помилуйте!
— Что это такое?!
— Покинуть корабль!
«ФЕЛИКС! БЕГИ!»
Крик вырвал его из оцепенения. Пасть была у самого его плеча, вопя прямо в ухо. «Идиот! Дурак! Нас сожрут! Ты умрешь! На этот раз навсегда! БЕГИ!»
— Еще нет! — Он снова вцепился в Узел, игнорируя искры. — «Ненасытная Десятина»!
У него не было выбора.
Корабль содрогнулся, и те немногие паруса, что еще уцелели, повисли тряпками, когда из него вырвали целый поток Маны. Она хлынула из Узла Управления, похищенная из двигателя внизу и у того несчастного, что служил ему батареей. Феликсу было плевать, уже плевать. Ему просто нужно было забрать ее!
Пит вскрикнул и слился с ним во вспышке света. Но даже его присутствие не смогло сдержать этот потоп.
Энергия жгла Врата Феликса, превращая его каналы в угли своей яростью. Шторм, подобного которому он никогда не испытывал: молнии и раскаленная лава, едкая кислота и ледяная тень – все одновременно. Он смутно чувствовал, как она скапливается в его ядре, подобно урагану.
Прогресс Родословной: 9%
…
Прогресс Родословной: 14%
Она давила на него, на его трещащее ядро. Его Навык дрожал и содрогался от этой мощи, от этой концентрации, и та самая боль сломленных Навыков отозвалась во всем естестве Феликса. На краткий миг он стал болью. Болью и ничем больше.
«Используй силу, Феликс Неварр! Используй, пока она не поглотила тебя!»
«Власть Веллус!»
Сфера синей кинетической Маны взорвалась вокруг него. Удар был настолько мощным, что остатки квартердека разлетелись в щепки, а бизань-мачта повалилась в сторону носа. Пиратов подбрасывало в воздух, пронзая осколками кости или обломками баллист. Следом ударили молнии, обугливая кость и плоть, мгновенно раздувая десяток пожаров. Но он еще не закончил, его ядро все еще бушевало.
«Власть Веллус!»
Грянул новый взрыв. Кости превращались в невидимую пыль, пиратов рвало на части. Сама сила толчка швырнула Феликса вверх и назад, прочь с корабля… как раз в тот момент, когда Китопасть врезалась в них раскрытым зевом. Она пронеслась мимо, словно товарный поезд на стероидах – настолько огромная и быстрая, что казалась скорее стихийным бедствием, чем живым существом. Лавина. «Ярость Гиппогрифа» и еще два галеона канули в небытие в яростном взрыве Маны, который ударил по Феликсу еще сильнее, чем его собственная Власть Веллус.
Он падал в пустоту, слишком ошеломленный, чтобы делать что-либо, кроме как смотреть на разрушение. Ни радости, ни удовлетворения он не чувствовал, погружаясь во тьму – лишь мрачное ощущение завершенности.
Все закончилось.
Наконец-то.
А затем он с грохотом приземлился головой на дно узкого корпуса, едва не перевернув суденышко.
— Ого! А ты тяжелый! — Воскликнул знакомый голос.
Феликс моргнул затуманенными глазами. Боль отдавалась в каждом дюйме тела. Внутри него что-то кипело – сила, которой он никогда прежде не чувствовал, требовала, жаждала выхода. С трудом шевеля губами, Феликс выдавил:
— Кто… Далия?
— Собственной персоной, — ответила ему бывшая пиратская кухарка. Она сидела на корме у Узла Управления… он что, на корабле? Да. Судно было чуть больше его старого шлюпа. Куттер, судя по данным его Ока. Феликс застонал, как только использовал Навык: его внутреннее пространство ядра содрогнулось от усилия. — Я бы сказала, самое время делать ноги, согласен?
Она не стала ждать ответа и влила свою Ману в Узел Управления. Куттер сорвался с места, как ракета, уносясь сквозь тьму прочь от вопящего голода Китопасти.
* * *
Феликс моргнул и посмотрел вверх, на качающийся лес из костей и кожаных шкур. Между ними время от времени вспыхивала зелено-золотая энергия, но только плетеные тросы напомнили Феликсу, где он находится – и от кого бежит.
Он резко сел в панике, озираясь и прощупывая пространство чувствами, но вокруг ничего не было. Никого, кроме заторможенного Пита рядом и наяды у Узла Управления куттера, которая, обливаясь потом, уводила их от верной гибели.
— Ты спасла меня, — сказал он. — Спасибо.
— Полагаю, что так, — Далия оскалилась в улыбке, обнажив острые зубы. — Ты знатно приложился, свалившись с верхней палубы как раз перед тем, как эта… эта тварь напала. — Спустя мгновение она рассмеялась, хотя смех звучал натянуто. — Тебе повезло, что я оказалась рядом. Эту чертову посудину сдвинуть куда труднее, чем я думала.
Пока Феликс лежал на палубе куттера, Далия успела уйти на приличное расстояние от Горна. Его даже не было видно, а учитывая размеры горы, это было достижением. Он хотел встать, перехватить управление, но был чертовски измотан. Пит все это время лежал у него на груди, дрожа от собственного перенапряжения, пока они оба не провалились в глубокий сон.
Теперь же он проснулся, и страх все еще струился по жилам. Уже не паника, но чувство не менее сильное. — Далия, у тебя есть запасная лодка? Ну, какая-нибудь… шлюпка или один из тех маленьких скиммеров? — Он видел вчера, как те выводки использовали скиммеры размером с доску для серфинга. — Хоть что-нибудь.
— Э-э, не знаю, — она неопределенно махнула рукой в сторону правого борта. — Глянь там, под леером.
Феликс побрел туда, ноги одеревенели после битвы и отдыха. Легкая качка куттера не добавляла устойчивости. Он заглянул за борт и действительно увидел узкое суденышко с единственной мачтой не толще его руки. Оно было сложено для транспортировки. Он хмыкнул.
— Выглядит не ахти. Какую скорость развивает? — Спросил он.
— Приличную. Но она для коротких вылазок. Такую любой сможет заправить сам… — она замялась. — А сколько у тебя Маны, если точно?
— Достаточно.
— Ну, смотри, много не вливай. Сигильдия штука тонкая… была тонкой на «Ярости». На такой малютке она выгорит в два счета. — Она шмыгнула носом. — Не то чтобы я против того, как кончили эти пираты – они меня, считай, похитили вначале, понимаешь? Но та штука… что это было?
Феликс взглянул вверх и увидел Пасть, парящую в собственном призрачном вихре. Она встретила его взгляд сине-зелеными водоворотами глаз и обеспокоенно нахмурилась.
— Первородная, — сказал Феликс и увидел, как Пасть презрительно скривилась. — Или что-то очень близкое.
— Первородная! Слепые боги, нам повезло, что мы живы! — Ахнула Далия.
— Да. И мне нужно, чтобы ты взяла этот куттер и летела, — он сверился с картами, которые заучил, и указал куда-то вправо за корму. — Туда. Эта тварь охотится за мной, так что оставаться рядом со мной тебе не стоит.
— Охотится за тобой? Почему?
— Какая разница? Просто убирайся подальше от меня и Пита, и ты ее не заинтересуешь. — Феликс улыбнулся, но побоялся, что это больше похоже на гримасу. — Ты нам помогла. Больше, чем я ожидал. В той стороне есть поселение, защищенное, безопасное. — Она смерила его тяжелым взглядом, и он примирительно поднял руки. — Относительно безопасное.
— И ты думаешь на этом мусоре обогнать монстра таких размеров? Ты идиот?
Феликс моргнул от ее тона.
— Нет, я просто решил, что ты…
— Решил, что я тебя спасла только для того, чтобы ты пошел и сдох? Нет. Не выйдет. Ты забираешь куттер, а я возьму этот хлам.
— Что? Нет, — начал Феликс, но бывшая пиратская кухарка резко развернулась к нему. Откуда-то у нее в руке взялся тесак, и Пит тревожно вскрикнул.
— Я забираю лодку, ясно?
— Ясно… в смысле, да. Конечно. — Феликс не опускал рук, пока она не перелезла через перила и не спрыгнула на палубу суденышка поменьше. Все было привязано и сложено, но за удивительно короткое время Далия все развернула и перерубила тросы, удерживающие лодку у борта куттера. Она бесшумно соскользнула вниз, а затем расправила треугольный парус, окутанный сиянием бледной Маны.
— Еще увидимся, парень! И вы тоже, Достопочтенный Тэнку, — сказала она с острой ухмылкой. — Надеюсь, не помрете!
Взяв курс туда, куда он указал, кухарка умчалась прочь. Вскоре и Феликс продолжил путь. Далия не стала долго спорить о том, чтобы остаться рядом, и он был этому рад. Впрочем, она подозрительно быстро смылась, услышав о Первородной, хотя винить ее было нельзя. Будь у него возможность сбежать, он бы сделал это давным-давно.
Его рука лежала на Узле Управления, и куттер летел гораздо быстрее, чем раньше. Вскоре они снова оказались среди скалистой местности, но на этот раз держали курс прочь и от крепости Десяти Десниц, и от Пристанища Эха. Он знал, что Китопасть рано или поздно придет за ним, и готов был поставить всё на то, что это случится «рано».
— Куда податься? Где спастись от этой твари? — Спросил он. Он не ждал ответа, но Пасть все равно заговорила.
«Пиратское логово, скорее всего, защищено. Их щит остановил бы эту… Китопасть. Даже я в пору своего величайшего могущества не смела соваться в Опустошение».
Глаза Феликса расширились, Разум лихорадочно заработал. Искры воспоминаний вспыхивали и соединялись в мгновение ока, в ушах зазвучали голоса из прошлого.
«Ищи нагромождение камней, Храм на Краю. Зависший над пропастью Опустошения… Пожалуйста, призрак, забери меня отсюда. Забери меня домой, за врата Госпожи!»
«Это не настоящий Храм. Пустота никогда бы не позволила такому существовать. Божественное было бы просто высосано в окружающее нас ничто».
«Все это берется из дыры в Пустоте, где Эфир просачивается в наш мир. Там есть тьма, нечто большее, чем Пустота, но когда Эфир давит на нее, появляются вещи… Если Опустошение что-то выпускает, значит, в него можно войти и выжить. По крайней мере, такова была теория моего предшественника».
— Мангл, Эстрид и Изумление. Спасибо вам, — пробормотал Феликс.
«Что ты несешь? Совсем от страха рассудок потерял? – …Пасть фыркнула. – …Я же говорила тебе не будить этого зверя! Он сожрет нас обоих!»
— У меня есть идея, — сказал он и резко заложил крен на левый борт. — Ты сказала, что Опустошение защитит нас от Китопасти, верно?
«Если она достаточно умна, чтобы его избегать – да. Но ты же не думаешь… это не дорога к пиратскому логову. – …Пасть сузила глаза и обнажила желтоватые зубы. – …Куда ты меня везешь?»
— Я же сказал, — Феликс рассмеялся. В его смехе слышались нотки истерии, но он ничего не мог с собой поделать. — Советую не отлетать слишком далеко. Опустошение уже близко.
«Нет. Нет, ты же не хочешь сказать…!»
Они сорвались во тьму.