Глава 10.0

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.

Весс осторожно стянула ящик с полки и вскрыла его голыми руками. Древесина скорее крошилась, чем расщеплялась – низкоуровневый материал едва держался. — Что это? — Она сунула руку внутрь и вытащила горсть камней. — Камень Нулевого Уровня. Какой смысл хранить такое?

— Смысла нет, — ответил Интарион, чьё Тело занимало большую часть небольшой комнаты. Он извивался, усики его подергивались. — Если только это не камуфляж.

Весс и её Компаньон стояли в самой западной части Цитадели Сокрушителей Чешуи, в заброшенном коридоре, который слуги не удосуживались убирать, казалось, веками. Пыль и грязь покрывали всё, скрываясь за многочисленными запертыми дверями, ключи от которых были только у Главного Управляющего. Они начали поиски несколькими часами ранее, после того как Интарион предположил, что готов предпринять попытку с драконьими яйцами, которые он нес в своём Духе.

Весс отправилась к отцу, попросив у него полную карту Цитадели. В детстве она многое исследовала, но было много мест, куда ей вход был запрещен. Некоторые из них были опасны и нуждались в срочном ремонте – Цитадель Сокрушителей Чешуи постоянно модифицировалась и обновлялась по мере обнаружения и внедрения оборонительных мер. Однако другие места были просто запретными. Самое западное крыло было одним из таких.

Итак, отперев множество дверей и пройдя по лабиринтам коридоров, они пришли сюда, в комнату, которая казалась слишком мелкой без всякой причины. Размером всего пять на двадцать шагов, она использовалась как кладовка. Запыленные деревянные ящики стояли, наполненные старыми, сухими, сгнившими полками, которые, как опасалась Весс, развалятся, если она чихнет.

Её Компаньон обернулся вокруг себя, демонстрируя невероятную гибкость, умещаясь в крошечной комнате. Его чешуйчатые плечи и длинный хвост находились в пределах нескольких пальцев от сгнивших полок, но никогда не касались их. — От нас что-то скрывают.

Он просунул свой длинный нос в щель между полками и принюхался. — Помоги мне передвинуть это, маленький Драгун.

Вместе они сняли ящики и сложили их за пределами кладовки, а затем и расколотые остатки полок, которые они тоже разобрали. В конце концов, они оказались перед пустой стеной, пыльной и покрытой древней грязью, но достаточно гладкой.

— Это здесь, — Интарион поднял коготь и сильно прижал его к штукатурке. Стена немедленно прогнулась, штукатурка потрескалась, и большие каменные блоки сдвинулись с места. Резкий свистящий звук прорезал комнату, когда в стене открылось мельчайшее отверстие. — Помоги мне, Вессилия.

Весс развернула свою глефу и нацелила её на стену. — Ха!

Один быстрый удар пробил стену внутрь, выбив значительный кусок камня. Поток воздуха усилился до короткого рычания, прежде чем полностью стихнуть. Она принюхалась. — Пахнет затхлым и… мускусным.

Интарион не ответил. Он прижал плечо к стене, проталкивая ещё несколько блоков размером с голову, которые шумно рухнули на другую сторону. Раствор осыпался, и штукатурка покрыла пол, неспособная противостоять их значительным показателям Силы.

Ещё несколько ударов – и стена была полностью открыта… открывая за собой знакомую форму.

— Инкубаторное Колесо, — с облегчением сказала Весс. — Мы нашли его. — Она кашлянула. — Здесь невероятно пыльно.

— Да, — подтвердил Интарион. — Эта Цитадель сильно изменилась. Когда-то она была оплотом силы и домом моего народа. Но время меняет всё. Ваша Цитадель Сокрушителей Чешуи когда-то называлась Несокрушимые Высоты. Теперь же… — Интарион с унынием огляделся. — Теперь Домены разрушены. Фрески и произведения искусства были сняты и переплавлены. Все следы нашего прежнего союза рассыпались в прах. Но я надеялся… я надеялся, что инкубатории остались нетронутыми.

Перед ними пыльные комнаты, которые они обнаружили, были разрушены и разграблены. Сигильдия, видимая на полах, стенах и самом Инкубаторном Колесе, была изрезана и расплавлена, в то время как другие части были явно порваны и разобраны по кусочкам. Весс было ясно, что некоторые из них даже использовались для создания части стены, предназначенной для запечатывания всего этого. Её сердце сжалось, видя Компаньона таким расстроенным.

Комната, и без того двадцать шагов в ширину, теперь простиралась ещё минимум на сорок. В ней находились сломанные остатки Инкубаторного Колеса. По словам Иня, обычно это была сферическая структура с плоскими дисками, заполненными углублениями, предназначенными для яиц, что каким-то образом ускоряло процесс их вылупления. Предполагалось, что у них также будет металлическая крышка, которая запечатывала яйца на месте, но никаких доказательств этого не было. Остальное было раздавлено и уничтожено, разобрано по частям.

— Возможно, нам стоит вернуться в Фенвальд, — предложила Весс. — Инкубаторий там был в лучшем состоянии, чем здесь.

— Да, — признал Инь, — но даже он был поврежден, больше временем, чем чем-либо ещё.

— Феликс потенциально мог бы это исправить, — предложила Весс, и её Компаньон оживился.

— Я забыл о способности Автарха отрицать эффекты времени, но разве оно не должно быть затронуто Погибелью, чтобы на него подействовало?

Весс замешкалась. — Я на самом деле не уверена. — Она вспомнила, как Феликс использовал это против Первородных и других вещей, но всегда была связь с Погибелью. Потерянные Расы, истории и технологии. Ей пришла в голову мысль. — Драконы были Потерянными, не так ли?

— Действительно, величайшие из драконов. Всё, что осталось – это наша меньшая родня.

— Феликс может восстанавливать нимейские руины, так что, несомненно, он мог бы восстановить что-то, связанное с другой Потерянной Расой.

Инь издал задумчивый звук в глубине горла. — Возможно. Это, безусловно, стоит попробовать. — Он выпрямился, возвращая себе часть энергии, которая была у него мгновениями ранее. — Я пойду и найду его, и буду просить его о помощи.

— Подожди.

— Если ты хочешь спасти мою гордость, забудь об этом, маленький Драгун. Моя гордость… она ничего не стоит перед спасением последних Выводков.

— Нет, — прервала Весс. — Ты этого не чувствуешь?

Инь наклонил к ней голову, но Весс больше ничего не сказала. Вместо этого она подошла ближе к Инкубаторному Колесу и почувствовала покалывание в своих чувствах. Не зрение, не слух и даже не запах, а странный резонанс в груди. По мере того, как она приближалась к Инкубаторному Колесу, он усиливался на мельчайшие удары. Она следовала за ним, словно слушая эхо музыки, доносящейся издалека, пока не подошла к стене, покрытой резьбой. Её руки поднялись, скользя по поверхности и сквозь слои грязи и пыли.

Она достала тряпку из своего мешочка и начала вытирать накопившийся за Века налёт. Небольшая часть отделилась, обнажив сверкающие, почти металлические фрагменты, встроенные в стену. — Здесь что-то спрятано.

Инь подошел ближе, принюхиваясь к воздуху, пока его усикоподобные усы подергивались. — Полагаю, я… я тоже что-то чувствую. — Он протянул руку к стене, прижал к ней свои пятипалые когти и провел вниз. Искры полетели от прикосновения, и хотя пыль и грязь были удалены, стена, казалось, не получила никаких повреждений. — Интересно.

Они искали, исследуя стену руками и чувствами, и сначала ничего не менялось. Ощущение не усиливалось и не ослабевало. Оно просто оставалось, ровный пульс в затылке, пока её пальцы не наткнулись на кусок плитки, который не подходил. Как и другие, он был металлическим и правильной формы, почти как чешуйка. Но когда она схватилась за него, то почувствовала, как он сдвинулся.

Она давила и крутила, но он не поддавался, пока она не потянула. Затем он выдвинулся на полную длину пальца, прежде чем зафиксировался с отчетливым щелчком.

— Рычаг?

— Дверная ручка, — сказала Весс и повернула выдвинутый стержень. Он издал металлический звук, похожий на застегивающиеся ремни доспехов, прежде чем гораздо более низкий шум заставил стену вибрировать. Вес сдвинулся, и по всей стене начал распространяться резкий щелчок.

Перед её глазами появилось уведомление.

Требуется Власть.

Предъявите Связь с драконом.

Не зная точно, как поступить, она активировала свою связь с Инем, хотя соединение не принимало намного больше своего обычного количества Маны. В конце концов, это был пассивный Навык. Тем не менее, этого, казалось, было достаточно.

Связь с драконом получена.

Обработка…

Щелчки внутри стен усилились, теперь сопровождаемые ритмичным жужжанием, как пружины гигантских часов. Весс знала, что разумнее всего было бы отступить на безопасное расстояние, но она отказывалась отпускать металлическую ручку. Инь зарычал, его уши прижались к черепу.

— Если это ловушка, я разорву её на части, — заверил он её.

Раздался резкий звон, словно мельчайший колокольчик ударили крошечным молоточком.

Связь с драконом принята!

Добро пожаловать, Рассветный Дрейк и Компаньон!

Кусок стены в её руке выскользнул, возвращаясь на поверхность, когда вся конструкция загрохотала и сдвинулась. Внезапно по стене вспыхнула сигильдия, прежде чем тот же щелчок и жужжание усилились до глубокого грохота, и вся стена раскололась. Пыль осыпалась, и шум утих, открывая длинную извилистую лестницу в полную темноту.

Интарион задумчиво зарычал. — Для входа требовалась связь. Это многообещающе.

Весс заглянула в темную лестничную клетку, глефа наготове. — Что там может быть?

— Я не знаю. — Интарион оглянулся на разбитое Инкубаторное Колесо позади них. — Возможно, что-то, чтобы компенсировать эту потерю.

Они спускались шаг за шагом. Хотя Инь был огромен, размером с упряжку авумов, лестничная клетка более чем вмещала их обоих.

Весс почти активировала своё Элементальное Око, чтобы увидеть дальше, но когда темнота сгустилась, чешуя Иня засветилась внутренним светом. Он сиял, как последние лучи заката, наполняя лестничную клетку теплом, которое успокоило часть Духа Весс.

— Я не знала, что ты так можешь, — сказала она.

— Нас не зря называют Рассветными Дрейками, маленький Драгун.

Лестница была винтовой, и вскоре Весс заметила, что стены покрыты произведениями искусства. Мозаичные пейзажи заполняли пространство от ступеней до потолка, который изгибался над ними. Они были полны облаков и деревьев, гор и лесов, и сквозь них летели драконы. Иногда свободные и одинокие, иногда в сопровождении Драгунов с копьями, но всегда красивые, всегда величественные. Она наклонилась ближе к плитке и провела по ней пальцами.

— Это вовсе не плитка, — сказала она. — Я думаю, они сделаны из чешуи дракона.

Интарион усмехнулся. — Это действительно старая форма искусства. Мы не часто теряем чешую. — Он посмотрел вверх и вокруг. — Чтобы создать такое произведение искусства, потребовалось бы много, много лет. — Он замешкался. — Или много, много драконов.

Они продолжали двигаться, и Весс была очарована мозаикой. Она изображала группы драконов, летящих по небу в очень специфических Формированиях, часто повторяющихся снова и снова. Она запоминала их, задаваясь вопросом, не были ли это когда-то воздушные техники Драгунов.

— Их называли полетами, знаешь ли, — сказал Интарион. — Собрание драконов называется полетом.

— Это прекрасно, — сказала Весс.

Вокруг них были горы, которые она узнала из своих путешествий в юности. Они заполняли пространство по мере их спуска, многие сопровождались красивыми крепостями, расположенными у их вершин. Вскоре, однако, пейзаж выровнялся, или, возможно, просто стал ближе. Земля и деревья стали больше, а драконы – меньше. Моложе. Детеныши роились вокруг смеющихся Драгунов, а Выводки выкатывались из толстых яичных скорлуп, пока, наконец, они не достигли последней площадки. Там стены были покрыты изображением десятков драконьих яиц, каждое размером с обеденную тарелку. Они были представлены не чешуей, а огромными ограненными драгоценными камнями, которые сверкали в свете Иня.

«Такое огромное богатство и мастерство. Всё это в честь драконов. Любовь и забота, вложенные в эти мозаики, неудивительно, что предательство привело к такой ненависти».

— Небо и солнце, маленький Драгун, смотри!

Весс последовала за своим Компаньоном через открытую арку на широкую площадку, окаймленную искусной балюстрадой. За перилами широкая камера открывалась в настоящий склад. Окутанная тенью, она не могла оценить её размер, кроме как сказать, что она была огромной, легко занимая целое крыло Цитадели. Со странными машинами, свисающими с потолка, как древние ужасы, с висящими из них линейными трубами среди густых паутин.

Однако её взгляд привлекло массивное Инкубаторное Колесо из серебристо-зеленого мифрила и толстых, потемневших от времени стеклянных пластин, подвешенное в центре комнаты. По сравнению с другими, с которыми она сталкивалась, оно выглядело почти нетронутым, хотя и древним.

Инь протянул руку, коснувшись плоской панели на краю балкона, и массив ожил. Несколькими быстрыми движениями импульс Маны пронесся по складу, зажигая магические огни вдоль стен и пола.

Весс прищурилась от света.

Инкубационные камеры, области, похожие на своего рода загоны, и даже то, что напоминало лазарет, заполняли пространства между большими, непостижимыми механизмами. Эти громадины медленно освещались парами Маны, которые клубились по складу, и они задрожали, не совсем включаясь, но начиная гудеть. Массивное Инкубаторное Колесо загорелось последним, и оно сделало это изнутри наружу, светя сквозь затененное стекло.

Инь взревел и взлетел в воздух, лишь чтобы приземлиться на изогнутое Инкубаторное Колесо легчайшим прикосновением. Он прижал свою большую голову к стеклу, и его длинный хвост хлестнул. Он возбужденно оглянулся на неё.

— Яйца, Вессилия! — Воскликнул он, и её сердце ёкнуло в груди. — Здесь драконьи яйца!