Глава 80.0
ГЛАВА ВОСЬМИДЕСЯТАЯ.
Имара закричала.
В этом шуме была дикая боль. Ярость. Клык вонзился достаточно глубоко, чтобы ее позвоночник должен был быть перерезан – но вместо крови и внутренностей, там было сверкание золотого сияния. Искры вылетали из раны, и у Феликса был лишь момент, чтобы восхититься этим, прежде чем Пит и Клык были отброшены взрывом света.
«Пит!»
Все еще крепко сжимая Феликса, Титан повернулась к химере, но тут же была бомбардирована жестокими снарядами. Спиры, диски и стрелы целились в ее рану, большинство из них не могли пробить обжигающий свет или ее несравненную броню.
Все это было отвлечением.
— Отбой! — Прорычал Феликс.
«Дикая Тренодия»!
«Теневой Хлыст»!
Он схватил ее за голову. Его руки потрескивали, черные чешуйки превратились в чистую полночь, когда удушающая тень затопила их, погасив часть ее силы. Имара завыла, ее пустой Дух впервые наполнился болью, и она попыталась отбросить Феликса.
— Нет, не выйдет! — Крикнул Биф издалека.
Хитиновые ноги схватили ее руки, остановив ее на короткое мгновение, прежде чем дикий рывок расколол их. Сломал их. Биф закричал от боли.
Имара вспыхнула своей силой, и свет прорвался сквозь покров тьмы Феликса. Луч раскаленной ярости вырвался из ее глаз, ударив Феликса прямо в грудь и лицо с расстояния в несколько дюймов.
«Авроральная Кузня»!
С обгоревшим лицом и пылающими волосами Феликс сдержал атаку Титана своим Навыком и Силой Воли. Она разделилась, изогнулась вокруг его головы, чтобы врезаться в улицу в двадцати футах от него.
«Авроральная Кузня» – уровень 85!
…
«Авроральная Кузня» – уровень 90!
Удерживать Навык было трудно, хотя и не из-за боли. Агония была старым другом. Вместо этого, это был чистый объем силы Имары. Управлять ею было все равно что хватать мокрое мыло – скользкое и неустойчивое. Свет боролся с ним, как живой.
Феликс держался, кожа отслаивалась с его гримасничающих щек, которые медленно заживали. — Стой! Ты сражаешься не на той стороне!
— Нет! — Слово прозвучало как выстрел. Ее Дух был неустойчив, все еще наполнен хором ярости и боли. — Есть только Свет!
Третий луч вылетел изо рта Имары. Феликс лихорадочно отвернул его, направив в небо. Облака пара клубились вокруг них, тепло против зимнего холода, пока не казалось, что они борются во сне.
«Феликс!»
Пит врезался в облака пара, шторм окутывал его бронированную льдом форму. Его огромные, темные ледяные челюсти устремились к Титану, но Имара оттолкнула его ногой и одним ударом разбила его броню. Пит взвизгнул и отлетел в туман.
— Пит! — Феликс прижал когти к груди Имары и почувствовал, как ее руки скользят… но его внимание отвлеклось от Авроральной Кузни. Свет ударил его, прорезая горящие полосы по груди и плечу.
«Черт возьми!» Он снова сосредоточился на Навыке, перенаправляя его.
Имара лишь сильнее сжала его. Ее огромная Сила сдерживалась только невероятной Стойкостью и Живучестью Феликса.
— Имара! Ты должна отпустить!
— Ты умрешь здесь, Демон, — сказала она.
— Нет, не умру, — сказал он. — А теперь, проснись!
Феликс направил всю свою Сродство и Намерение на кружащийся узор внутри себя, призывая его вспыхнуть. — Единение Потерянн…!
Свет, который он сдерживал, запульсировал, и Что-то Еще пробилось сквозь Титана. Предварительный контроль Феликса над ее глазными лучами был отброшен огромным, небрежным ударом тыльной стороной ладони, когда громоподобный голос сотряс его.
ПРОЧЬ, ДЕМОН!
«Единение Потерянных» угасло, его запас Значимости остался неистраченным. Глубоко внутри Голод Феликса зарычал от ненависти и узнавания.
Анафема, – продолжил знакомый голос. — Ты Нежеланный!
Феликс отказался склониться перед золотой силой, которая атаковала его. Она толкала его, обжигая грудь и лицо, и… он был поднят из объятий Имары клеткой пылающего света. Его связь с землей – с гравитацией – была разорвана. Сгорела в одно мгновение.
ПРОЧЬ!
— Я… отказываюсь, — прорычал он. — Трус в Белом!
«Зов Неповиновения» активен!
+25% Силы Воли при сопротивлении врагу Божественного или более высокого уровня Развития!
Сила умножилась, но не могла коснуться его ядра. Его основа, сделанная из опалесцирующего кристалла и нитей как Божественности, так и Первозданных, была слишком сильна. Его Воля перед Имарой была сильна, но перед фрагментом богов она была неукротима. Диссонанс и Гармония зарычали из его сердца, и глубокая, непокоренная тьма погасила свет.
Поглотила его.
Имара пошатнулась назад, держась за голову. Вокруг нее аура искаженного золотого света вспыхивала и трещала, как статика.
Я Остаюсь! — ликовал Голод. Феликс упал на землю, его колени ослабли. — Мы Остаемся!
«Это еще не конец».
Титан потянулась к Феликсу, слепо хватая своей разбитой латной рукавицей. Вместо того чтобы увернуться, Феликс рванулся внутрь, далеко в пределах ее огромной досягаемости.
— Отстань! — Феликс ударил вверх, проломив нагрудник Имары и отбросив ее в неуклюжий прыжок назад.
Она коснулась своей помятой брони, и проблеск эмоций пронзил ее Дух. Смущение, беспокойство и страх. — Ты… съел Его свет. Как?
Феликс тяжело дышал, Мана и Эссенция мчались по его каналам достаточно быстро, чтобы голубые метки на его чешуйках ярко светились. — Имара… ты должна меня послушать. Тобой управляют…
Оставь Демона! Найди Гнома!
Феликс зарычал. Голос прозвучал в ее Духе как крик в пустом коридоре, эхом и искаженно, но мощно громко. Он прорезал огонь ее зарождающихся эмоций, превращая их в тлеющие угли.
Имара замялась, эта смущенная мешанина пыталась снова вспыхнуть… прежде чем всплеск Света внутри нее заставил ее опуститься на одно колено. Она была окутана им, почти полностью скрывая свою фигуру.
Феликс рванулся вперед, «Единение Потерянных» снова пело в его груди. «Она борется с Беспутным и со всем, что с ней сделали». Это был его шанс. Ему просто нужно было снова коснуться ее, и…
— Мистер Вейл!
Дорик прыгнул перед ним, вытянув тяжелый щит, когда из золотого тумана выскочил меньший клинок. Металл заскрежетал и лопнул, когда щит был прорезан. Феликс, слишком поздно, отпрянул, когда гномьего капитана ударило второе светящееся оружие, отбросившее его через площадь. Дорик не остановился, пока не врезался и не пробил прочную каменную витрину магазина, которая рухнула за ним.
— Дорик! — Феликс резко перевел взгляд на Имару, которая снова стояла. Туман рассеялся, вместе с ее прежним Духовным давлением, каким-то образом свернувшись в женщине – сдерживаемый, пока не пульсировал, как миниатюрное солнце, вокруг ее плеч. В одной руке она держала светящийся длинный меч, а в другой – фланцевую булаву, обе шипели последними следами багровой крови.
— Ты…
Ее голос снова стал холодным и мертвым. — Вы все бессмысленны. Отойдите или умрите.
В руках Феликса вспыхнула молния. — Нет.
— Тогда умри.
«Неумолимая Решимость» – уровень 98!
Без давления ее Духа Феликс двигался, как ветер. Имара опустила свое оружие с титанической Силой, не заботясь о том, что он уже был перед ней; до этого ему удавалось лишь оттолкнуть ее.
— Скоро увидимся, придурок, — прорычал он.
Приготовившись, Феликс ударил вверх обоими кулаками. Непреклонный Диссонанс пронесся сквозь него, оседая на связях настолько сложных и обширных, что они были меньше похожи на металлические кабели и больше на стальные канаты – двенадцати футов толщиной и сплетенные с глубиной, которую он едва мог понять. Их Несвязанная связь взвыла, воспламенившись внезапной, электрической яростью.
Имара даже не успела закричать.
Она взлетела в небо, унесенная по пути молнии шириной с сам Бёрчстоун. Золотое сияние вспыхнуло, проливая свет в небо, как солнце, но она не имела опоры. Она была в домене Феликса. Она летела все выше и выше, описывая дугу вдали, прежде чем исчезнуть за вершиной другой горы.
«Непреклонный Диссонанс» – уровень 92!
…
«Непреклонный Диссонанс» – уровень 96!
«Песнь Абсолюта» – уровень 97!
Вы победили Имару, Избранную Беспутного!
Получен опыт!
Феликс опустился на колени, обе его руки были сломаны и ползли с остаточной электричеством. Его Тело горело, напряжено так, как он не чувствовал месяцами. Феликс сдержал болезненный вздох, заставляя его уйти в свой Голод. Боль немедленно утихла.
«Дорик». Он встал и пошатнулся к ближайшему разрушенному зданию. Среди разбитой кладки и разрушенных стен была куча обломков, наполовину засыпавшая мужчину. Он был окровавлен и избит, и Прожорливое Око Феликса сказало ему больше, чем он хотел знать.
Мужчина умирал.
«Пит! Ты мне нужен!» – послал он, прежде чем неуклюже опуститься на колени рядом с капитаном броненосцев. — Держись, чувак, держись!
Дорик моргнул, его темные глаза сфокусировались на Феликсе. — Вейл…? Тогда… она…?
— Она ушла, — сказал Феликс. — Пока что. Я отбросил ее в горы.
Хриплое дыхание, булькающая кровь. — Ты… ты ведь на самом деле не торговец, верно?
Феликс стиснул челюсти. — Нет.
— Зн-знал. С-слишком хорош для э-этих гадюк. — Дорик медленно моргнул и закрыл глаза. — Проклятая Ночь. Я надеялся, что она умрет… Мои люди, они…?
— Они в порядке, — сказал Феликс. «Большинство из них». — Сосредоточься на себе. Мы должны поднять тебя и заставить двигаться.
Пит проскользнул в комнату, с царапинами и ранами на груди и крупе, но он не колеблясь выпустил свое Дыхание Дикой Природы. Волна мерцающей жизненной Маны пульсировала, проникая во всех троих. На секунду Дорик задышал легче… но его Здоровье не сдвинулось с места.
— Не сработает. Меня не спасти. — Он закашлялся. — Мое Тело… я чувствую это. Что-то, что она сделала, сломало меня. Все просто… утекает. Вода – вода из разбитого кувшина.
Пит заскулил, и Феликс сжал свои почерневшие руки. Он полез в седельные сумки Пита и все равно вытащил несколько Зелий Здоровья.
— Выпей это. Ты спас меня, — сказал Феликс. — Я должен отплатить.
— Бесполезно. — Тем не менее, мужчина сделал, как ему было сказано. — Сосредоточься… сосредоточься на Титане. Убей ее.
— Я не знаю, смогу ли.
— Найди способ.
— Она сильна. Сильнее меня, и теперь она знает, что я могу. — Феликс покачал головой. — Лучший вариант, который у меня есть, – это бег. Увести ее подальше.
— Тот… тот вор? Ты… — Понимание озарило гнома. — Вовсе не торговец. Воин.
— Скорее, вмешивающийся, — сказал Феликс, стараясь оставаться спокойным. Даже с зельем Здоровье парня теперь составляло менее десяти процентов, а его Выносливость почти иссякла.
— Я видел, как ты сражался. Ты… ты воин, и ты не… ты не похож на того, кто бежит, — прохрипел он. Еще одна волна Дыхания Пита накрыла его, но это мало помогло.
— Да. Я могу быть таким глупым.
— Может быть… этому городу не помешала бы немного глупости. — Его глаза закатились, не в силах сфокусироваться, но, казалось, что-то искали. — Камень. Один камень. Я… я не вижу звезд, Сайлас.
— Они там, прямо снаружи.
Дыхание Дорика участилось. — Будь здоров, Сайлас. До встречи…
Без предупреждения дыхание мужчины прерывисто остановилось.
— Дорик? — Феликс активировал «Единение Потерянных». Оно горело, вибрируя узором со всей Сродством и Намерением, которые он предназначал для Имары. Значимость мобилизовалась внутри него, достаточно, чтобы восстановить оскверненных Первозданными чудовищ или Храмы от края гибели… и все это наткнулось на стену.
Ничего не произошло.
— До новой встречи под звездой и камнем, капитан. — Кончиками своих темных пальцев Феликс закрыл невидящие глаза гнома.
— Что происходит? — Спросил Биф. — Куда он делся?
Весс сглотнула. Она наблюдала, как Феликс последовал за гномьим капитаном, и ей не требовалось высокого Восприятия или Сродства, чтобы понять, чем это, скорее всего, закончится. — Он вернется через мгновение.
Молодой минотавр посмотрел в небо и нервно облизнул губы. — Думаешь, она вернется? Он ударил ее очень сильно.
— Да. — Сомнений было мало. Если их бой что-то и дал им, так это лучшее понимание способностей их врага. Титан была могущественна, безусловно, но и что-то еще. — Она не остановится. Она как Феликс.
Биф громко сглотнул. — Черт.
Внизу броненосцы собрались возле разрушенного здания, их уменьшившееся число смотрело на затемненный интерьер. Весс чувствовала их опасения, их предвосхищающую скорбь… и она почувствовала, когда ее захлестнул страх и благоговение, когда Феликс и Пит появились. Они несли сверток, завернутый в рваную ткань.
Феликс что-то сказал, передавая им сверток. Тело. Эта скорбь вернулась, и на этот раз она была такой же сильной, как золотой свет Титана. Весс отшатнулась, как могла, сжимая свое Сродство.
— Смотрите. Те другие парни поднимаются, — сказал Биф. Он указал на дальнюю сторону площади, где члены Стражи Бёрчстоуна приближались к Феликсу с копьями и топорами. Стража громко требовала назвать его личность. — Феликсу следует…
Автарх и химера исчезли.
Мгновения спустя они снова появились прямо рядом с минотавром, заставив Бифа вздрогнуть от неожиданности. — А! Не делай так!
Глаза Феликса горели, но он выглядел усталым. — Обратно в таверну. Сейчас же.
Весс протянула к нему руку, коснувшись его плеча. — Ты в порядке? Она…?
— Оставим это на потом. Нам нужно бежать.
Пит растворился в белом свете, и Феликс снова почти исчез, его форма размылась в полосу молнии в небе.
Феликс приземлился во дворе «Приюта Потока», частично разрушив его неудачным приземлением. Трещины раскололи рею, выбрасывая пыль и каменные осколки в воздух вокруг него. Он безмолвно проклял свое Тело, когда его нога болезненно дернулась, прежде чем снова отдать боль своему Голоду.
Люди всех мастей разбежались при его приземлении, а еще больше побежали, когда встретились с его горящим взглядом. Двор был освещен вспышками сине-белого и красно-золотого.
Он бросился в таверну, через зал и вверх по нескольким лестничным пролетам. Четвертый этаж был в хаосе, так как его спутники поспешно надевали свои доспехи и готовили оружие.
Харн встретил его у двери в его апартаменты. — Ты вернулся. — Он нахмурился. — Ты ранен.
Феликс прошел мимо мужчины. Внутри апартаментов все было в беспорядке. Бумаги были разбросаны, мебель опрокинута.
— Что случилось? На вас напали? — Его чувства мгновенно охватили все в комнате. — Где Арчи?
— Никакого нападения, — сказал Харн. — Мальчишка. Он убежал.
— Подло ударил нас и проскочил через камин, как рыба в воде, — сказала Иви. У нее был синяк под глазом, а Тцфелль лечила ее руку. — Этот маленький ублюдок, вероятно, уже на полпути к следующей горе.
Рука Феликса раздавила дверной косяк, его Разум прокручивал все, что сказал дельвен. Все его взгляды и жесты. Картина сформировалась, и это успокоило учащенное сердце Феликса. — Нет. Нет, он не покинул город. У него все еще есть работа. — Феликс оторвал руку от сломанной деревянной рамы, куски которой посыпались на пол. — Соберите всех. Сейчас же.
— Есть, — Харн отдал честь и вышел.
— Что происходит? — Спросил Лор. — Ты ранен. Ты…
— Накройте стол и снова разложите карты, — приказал Феликс. — У нас есть планы.