Глава 8.0

ГЛАВА ВОСЬМАЯ.

— Во-первых, что это ещё за Халкионский зал, а во-вторых – что такое Сияющая Пустота? — Карис не ответил сразу, и Феликс, отведя взгляд от металлической жидкости, обнаружил, что его Канцлер исчез. — Не нравится мне, когда он так затихает, — пробормотал он себе под нос. — Карис? Ты куда делся?

— Я в Сердце Тьмы, мой лорд!

Феликс ещё раз бросил взгляд на странную купель, прежде чем развернуться и выйти из Третьей палаты. К счастью, она примыкала ко Второй – обе располагались по краям от его Престола и Печати, – так что путь занял всего дюжину широких шагов. Перед Феликсом раскинулось Сердце Тьмы – ещё один круглый зал, испещрённый светящейся сигильдией, где над всем доминировали девять огромных конструкций невероятного мастерства. Теневые Врата.

Карис стоял за одними из неактивных врат, указывая на пол. — Взгляните на это!

Феликс подошёл и заметил вихрящийся, почти узловатый узор, скопившийся у каменных стен палаты. Линии взбирались по тёсаному камню примерно до уровня глаз, где просто обрывались. — Это что-то новое.

— Именно. Полагаю, они сформировались сразу после улучшения. — Карис указал ниже, где ещё девять линий точно так же пересекались со стеной. — Они тянутся от Теневых Врат.

Феликс активировал Маназрение, прослеживая нити сигильдии до точки, где они исчезали… и обнаружил, что они проходят сквозь саму стену. Его взор не мог проникнуть слишком глубоко из-за особенностей конструкции Храма, но узор не просто закреплялся в камне. — Он… уходит в Третью палату?

— Должно быть так. Халкионские залы… они были предшественниками Теневых Врат. Эта сигильдия связывает Сердце Тьмы, сам узел, с Третьей палатой.

— Предшественниками? Значит, они выполняют ту же функцию?

Плечи Кариса дернулись – не то пожатие, не то вздрагивание. — Я… не уверен. Знаю, что древние Ним использовали их для ритуала, но подробностей мне никогда не объясняли. Или, возможно, объясняли, но я…

Феликс не стал давить. В памяти Кариса после долгого сна зияло множество дыр, и хотя прогресс был, Феликс сомневался, что всё восстановится в ближайшее время. — Ритуал. Для чего?

— Полагаю, чтобы углубить связь со своей Территорией.

Феликс нахмурился и вернулся в Третью палату. Прозрачная серебристая купель оставалась неподвижной. — Давай проверим. Прожорливое Око.

Название: Купель Халкионской Клятвы

Тип: Артефакт

История: Созданные в минувшие эпохи, Купели Халкионской Клятвы предназначались для установления глубокой гармонии внутри Территории. Погрузись в Сияющую Пустоту и обрети себя заново.

— Как-то это… слишком расплывчато, — сказал Феликс, поделившись деталями с Карисом. — Но твои воспоминания подтверждаются.

Карис издал довольный гул. — Сколь бы ни было это лестно, я разделяю ваши опасения по поводу формулировок. «Глубокая гармония внутри Территории» подразумевает усиление связи с вашей Властью, и, возможно, это всё, что имеется в виду… но последняя строка. «Обрети себя заново». — Карис шевельнулся, явно встревоженный. — Мне это кажется зловещим, Феликс.

— Хм. Что ж, теперь я хотя бы понимаю, почему это называется Халкионским залом, — произнёс Феликс. Карис кивнул. — Ладно. А что тогда такое Сияющая Пустота?

— Это древнее название плана слияния.

— Вроде Эфира?

— В некотором роде. Мы… маги разработали путь. Способ прохождения сквозь мир. Именно на его основе были созданы Теневые Врата, их конструкция была вдохновлена этим планом. Манипуляции с этими Купелями и их развитие позволили нам объединить огромную часть Континента.

Феликс присел, изучая сигильдию вокруг края купели – с безопасного расстояния. Если эта серебристая вода была порталом в Эфир или что-то подобное, он хотел держаться от неё подальше. У того места было более смертоносное и подходящее название: Опустошение. Феликс видел его – или вход в него, – когда пересекал истинную Пустоту. Оно походило на белую дыру, уничтожающую всё живое поблизости, даже когда извергало нечто иное. Погружение в подобную энергию ощущалось как самоубийство.

— Место слияния… значит ли это, что оно объединяет Пустоту и Опустошение? — Спросил он.

— Насколько я понимаю, да. — Карис поднял руку. — Если вы хотите спросить «как», позвольте напомнить, что я был всего лишь воином в империи своего народа. Даже если бы моя память не была полна дыр, подобные знания выходили за рамки моих полномочий.

— Справедливо, — согласился Феликс. — Ты знаешь, часто ли ими пользовались? Это безопасно?

— Насколько мне известно, Халкионские залы предназначались для Лордов Территорий и их самых доверенных вассалов. Создание сети Теневых Врат сделало их практически ненужными, так что они вышли из употребления задолго до моего рождения. — Карис подошёл на несколько дюймов ближе к купели, вытянув металлическую шею, чтобы заглянуть в её глубины. — Что касается безопасности… будь это действительно безопасно, полагаю, они бы не стали разрабатывать другой метод.

Феликс подошёл ещё ближе, чувствуя себя так, словно стоит на краю очень высокого здания. Для человека, который ещё пятнадцать минут назад носился по небу, было крайне странно ощутить мощный прилив вертиго. Феликс моргнул, но не отступил. Вблизи похожая на металл вода казалась одновременно плоской, как зеркало, и абсолютно бездонной, а сигильдия по краям искрилась и мерцала, источая фиолетовый пар. Без предупреждения большое облако фиолетовой Маны вырвалось наружу и приняло форму маленького гуманоидного существа. Феликс отшатнулся, чувствуя, как в груди отозвались с десяток различных Навыков.

— Приветствую, мой лорд, — произнесло оно, кланяясь Феликсу. На существо были странно наброшены одежды, закрывающие голову и плечи, а чересчур длинное туловище было туго перетянуто толстыми ремнями. Черты лица, представлявшие собой смесь ласки и человеческого ребёнка, смотрели на него с глубочайшей серьезностью. — Вы приблизились к Купели Халкионской Клятвы. Сделать это – значит рискнуть самой жизнью.

«Твою же мать». Феликс закрыл рот и оценил ситуацию: от едва светящегося контура коротышки перед ним до продолжающейся пульсации сигильдии у края купели. — Ты Гайст. — Положившись на интуицию, Феликс провел рукой сквозь пространство, где стоял Гайст, и не обнаружил ничего, кроме воздуха. — К тому же, иллюзия.

Иллюзорный Гайст никак не отреагировал на руку Феликса, но выпрямился. В нём не было той осознанности, которой обладал Паксус в глубинах Хасмы. — Престол и Печать, которыми вы владеете, открыли вам доступ к Купели, но войти в неё до того, как будешь готов, – значит встретить верную и сокрушительную смерть.

— Предупреждение, — заметил Карис. — И весьма недвусмысленное. Возможно, уйти сейчас будет мудрым решением, мой лорд.

— Чёрт возьми. — Феликс шумно выдохнул через нос. — Паршиво, что я потратил своё улучшение на это.

Однако прежде чем Феликс успел отвернуться, Гайст опустился на одно колено. — Как Наследнику, вам позволено получить более подробную информацию. Пожалуйста. Спрашивайте.

Феликс замер, переведя взгляд на удивлённое пламя Кариса. Великан беспомощно пожал плечами. — Что? Спрашивать…? Э-э, кто ты такой?

Раньше глаза Гайста казались мёртвыми, устремлёнными в невидимую Феликсу точку – теперь же они сместились, и в них что-то развернулось. От этого зрелища по спине Феликса пробежал озноб, словно он увидел, как змея улыбается шутке. — Я – Знание.

— Ты настоящий Дух, привязанный к этой комнате или вроде того?

— Нет. Я – хранилище знаний, оставленное моими создателями, призванное помогать хозяину его Храма. Чем могу быть полезен?

Феликс нахмурился. Этот странный взгляд почти убедил его, что перед ним настоящий Дух вроде Паксуса, но, возможно, это просто сложный магический ИИ. — Ты состоишь из Воспоминаний, — догадался он. Гайст наклонил голову в знак согласия. — Как мне тебя называть? — Существо уставилось на него, глаза не выдавали ни единого проблеска сознания. — Не буду же я всё время звать тебя просто «Гайст». Буду звать тебя Знанием. Идёт?

Иллюзия ответила лишь тем, что поднялась на ноги.

— Ладно. Итак! Ты помощник. Почему мне нельзя войти в Купель Халкионских Клятв?

— Для тех, кто не прошёл надлежащую подготовку, это смертный приговор, — ответило Знание.

— Можешь сказать, какая подготовка требуется? — Спросил Феликс.

— Могу. Чтобы принять купель, нужно сплести все девять Столпов, пересечь Третий Порог и начать процесс проявления ядра.

Феликс моргнул. Двум из этих требований он соответствовал сразу. Третий Порог он пересёк ещё месяцев пять назад. — Уверен, что я подхожу, за исключением последнего. Что такое «проявление ядра»?

Знание хранило молчание.

— Класс, просто класс. Нельзя же, чтобы мне просто всё объяснили; это было бы слишком легко, — пробормотал Феликс. — Карис? Ты слышал об этом?

— Я… — Карис замолчал, и из его Духа вырвалась бодрая мелодия. — Не слышал, но это упоминание затронуло одну из дыр в моей памяти.

— Обычно это не к добру.

— Нет, обычно нет, но эта дыра странно ровная. Словно что-то было аккуратно вырезано из меня… — Карис поднял голову, его глазные огни ярко сияли, несмотря на магический свет вокруг. — Не могу знать, что это значит, но проявление ядра – естественная часть нашего продвижения к высшим сферам силы.

— Уровень Грандмастера? — Спросил Феликс. Он задумчиво прикусил губу. К тому моменту Феликс уже сталкивался с парой Грандмастеров и благодаря смекалке и действиям друзей остался жив. Не невредим, но жив.

— Неясно. Я… — Огни в глазах Кариса разгорелись сильнее прежнего. — Феликс.

— Что? — Он поднял взгляд и увидел, что Карис указывает на Знание длинным пальцем из чёрной кости. Иллюзорный Гайст смотрел на Феликса с внезапным, пугающим интересом. — Оу. Это жутковато.

— Вы… резонируете с этим залом. Могу ли я погрузиться в ваши Аспекты и определить, готовы ли вы испытать Купель?

— Э-э, как думаешь, это хорошая идея? — Спросил Феликс у Кариса.

— Я не чувствую злобы в этой амальгаме, но это… чудо, о создании которого нами, Ним, я и не подозревал. Будь я на вашем месте – нет, я бы не согласился на погружение. — Золотой гигант замялся, прежде чем почесать свой золотой шлем. — Однако вы… осторожность – не ваш метод.

Резкий смешок сорвался с губ Феликса. — Точно. Ладно, Знание. — У Феликса была догадка о том, что значит проявление ядра… и он хотел знать, прав ли он. — Действуй.

— Не двигайтесь, мой лорд. — Знание подняло крошечную руку, и вокруг головы, груди и ног Феликса разом возник дымчатый венец Маны. — Это займёт всего полчаса.

— Погоди, что…? — успел спросить Феликс в тот самый миг, когда все три дымчатых кольца сомкнулись. Наступила тишина, нахлынула тьма, и мир ушёл у него из-под ног.