Глава 88.0

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ.

— Держимся здесь! Держимся, иначе потеряем весь район!

Коссрин, Капитан Стражи, ехала вдоль строя на своем авуме. Ее меч был высоко поднят, а доспехи поцарапаны, но они пережили первый натиск врага на Бёрчстоун. Городские ворота пали, но их тогда еще толком не починили. Сами сторожевые башни, да и большая часть Стены, все еще представляли собой шлак. Ничто не могло остановить этих ублюдков, рвущихся через Разлом.

Сотни Стражей погибли от их золотых клинков, рассеченные так же легко, как и каменотесы. Люди бежали, устремляясь к районным воротам, пока огонь бушевал на улицах. Гораздо больше погибло от паники, чем от вражеских Навыков, но «как» мало что значило для тел, разбросанных по булыжникам. Дым затянул небо, и хотя было уже почти полдень, город оставался окутанным ложной ночью.

Наверху дым расходился концентрическими кольцами, открывая ярко-голубое небо. Сквозь эти просветы пробивались солнечные лучи, теплые и яркие, как летом, а топот тяжелых сапог эхом отдавался по хаотичным улицам.

Они пришли.

Они маршировали по забитым пеплом улицам, через горящие дворы, но оставались нетронутыми ни грязью, ни Пламенем. Их доспехи были белыми, но плащи… они-то и поведали истинную историю, окрашенные пролитой кровью. Две тысячи, четыре тысячи, восемь. Десять. Десять тысяч Инквизиторов, самые низшие из них достигли высокого Ранга Подмастерья.

Многие были омыты золотым сиянием солнца, другие владели клинками Пламени, а несколько человек впереди мерцали ослепительным сиянием, на которое невозможно было смотреть. Это были Инквизиторы, обладающие куда большей силой, чем кто-либо из Стражи.

Ее единственной надеждой была Стена за спиной, нерушимая и покрытая защитными чарами. Все, что осталось от ее батальона, крепко стояло перед запертыми и укрепленными внутренними воротами. Они не могли пропустить красноплащников в следующий район. Слишком много гражданских толпилось внутри. Огонь бы… Желчь поднялась в горле Коссрин, острая и едкая, но она с усилием проглотила ее. Она не дрогнет.

Коссрин стиснула зубы при приближении красноплащников; кожаная внутренняя часть ее латной рукавицы стала скользкой от пота. Она крепче сжала свой меч, поднимая его еще раз. — За Бёрчстоун! За Красный Щит!

Другие подхватили ее боевой клич. — За Бёрчстоун! За Красный Щит!

Красноплащники хлынули вперед, и Стража встретила их натиск звоном стали и вспышками активируемых Навыков. Гномьи голоса ревели вызов, а Инквизиция отвечала им залитым солнцем Пламенем. Коссрин отбила клинок инициата, нанеся удар в пах и поставив другого на колени. Вся линия Стражи держалась.

— Довольно.

Коссрин едва успела осознать голос, как ее ослепило. Тьма поглотила ее зрение, а за ней последовала дикая боль от плавящихся доспехов из Высшей Стали. Она закричала, не в силах вынести это, но расплавленный металл цеплялся за нее, как бы яростно она ни пыталась отбросить его части.

— Мы теряем время, — снова произнес голос.

Рычащая нота пронзила туман ее боли. Голос снова заговорил, но Коссрин не могла разобрать слов. Все, что она чувствовала, – это жар.

А потом – ничего.

— Они повержены, Избранная Госпожа! — Беллар ликовал, идя с передовой. Он был безупречно чист, как и все благословленные Светом, и широко улыбнулся ей. — Ваша сила превратила их в обугленные останки, госпожа Имара, а те, что остались, рассеялись, скоро их подберут наши силы. Вы взяли первый район.

— Мы теряем здесь время, — повторила она.

Беллар кивнул, воплощение любезного понимания. — Действительно. Но город должен быть очищен, прежде чем мы сможем должным образом взять Родовую Цитадель. Что, если Гном прячется среди них?

Вокруг нее на шлаковых булыжниках вспыхнули маленькие костры, горящие без топлива. Солнечный свет, проникавший между столбами темного дыма, усилился, пока его блики не стали слишком сильными даже для Беллара. Имара почувствовала темное удовольствие, видя, как он морщится.

— Мы теряем время, — повторила она, поднимая свою обнаженную левую руку. Латная рукавица была потеряна во время ее импровизированного Полета, и она обнажала тяжелые шрамы и слишком бледную кожу, прежде чем наполнилась золотым сиянием, более ярким, чем все, что могла собрать жалкая Инквизиция. Оно превратилось в луч почти белого света, пронзающий укрепленные ворота, как Пламя бумагу. Обереги лопнули, камень загорелся, а дерево превратилось в рассыпающийся пепел, пока она вела луч зигзагообразной линией.

Ворота рухнули, разрезанные на горящие куски.

— Иди, Беллар. Или останешься позади.

Имара прошла сквозь Пламя, не обращая внимания на его ярость, и прямо навстречу отряду броненосцев и членов Стражи. Они замешкались, увидев ее, вытягивая шеи, чтобы встретиться с ее скрытым взглядом, а некоторые даже повернулись и убежали.

— Бегите, Гномы. Бегите и сохраните свои жизни. Я здесь только за Гномом. — Затем, рычащим голосом, она добавила: — …И за Демоном.

Многие рассеялись, но не все. Те, кто остался, обнажили оружие и приготовили различные Навыки, излучавшие свой собственный, нечистый свет.

— Отлично, — кивнула она. — Тогда умрите.

<< Сейчас,>> Феликс подал знак.

Весс двигалась, как жидкий шелк, ее доспехи не издавали ни единого звука, пока она мчалась к троице стражников. Она настигла их за долю секунды, ее голые руки коснулись двух их черепов, прежде чем ударить третьего прямо под грудину. Доспехи или нет, стражники были Ранга Подмастерья, и они рухнули под Силой Весс Ранга Адепта. Она поймала их всех, прежде чем они успели без сознания упасть на землю.

— Отличная работа, — сказал Феликс, когда они с Питом поспешили вперед. Он взял у нее двух коренастых Гномов, поднимая их за спины в латных доспехах. — Это третья кладовая, верно?

— Так и есть. — Весс пошарила по одному из их поясов и вытащила связку ключей. — Быстрее. Через дверь.

Она открыла двери ключами и проскользнула внутрь. Пит и Интарион последовали за ней, ступая по земле и летая по воздуху, оставив Феликса нести бесчувственных стражников.

Он закрыл дверь как раз в тот момент, когда по отдельному коридору приближался грохот сапог, быстро защелкнув замок, прежде чем все четверо почти замерли на месте. Шаги становились громче, отчаяннее, но затем они стихли, когда группа стражников продолжила движение.

— Не Рыцари Кузни. — Феликс выдохнул задержанный воздух, а Пит буквально растаял в земле от облегчения. — Было близко.

— Стражники роятся по каждому дюйму этого места, — сказал Интарион, приземляясь на стопку пыльных бутылок. Помимо света, просачивающегося под дверь, в кладовой было темно, но это не было проблемой. — Нам повезло, что большинство были слишком заняты, чтобы заметить нас.

— Они боятся, — сказала Весс.

— Им следовало бы. — Феликс вытянул свое Восприятие через дверь и в коридоры за ней. Все четверо преодолели мили коридоров и проходных камер, чтобы достичь своего местоположения, но бальный зал все еще находился всего на три этажа ниже их. Благодаря высококачественным материалам, из которых был построен дворец, чувства Феликса были ограничены меньшим радиусом, чем обычно, но даже этого было достаточно, чтобы понять, что место погрузилось в полный хаос.

В тот момент, когда зазвонили колокола, появились Рыцари Кузни, чтобы проводить знать в безопасные комнаты. Сам Хинтерлорд так и не вернулся. Быстро сообразив, Феликс окутал их всех своей Бездонной Пряжей и последовал указаниям Лора, чтобы как можно быстрее увести их из бального зала. Однако именно здесь их пути разошлись. Певчие ушли, чтобы связаться со своей разрозненной командой, а Феликсу и Весс было поручено обеспечить путь к изъяну в оберегах, в котором Лор был так уверен – путь, который становился все более людным, чем выше по дворцу они поднимались.

Феликс еще немного послушал, пальцы подергивались в ожидании. Тцфелль рассказала им об этой кладовой и предложила ее в качестве места встречи для их команды. — Я не чувствую много стражников в близлежащих коридорах. Одного, может быть, двух, но… подождите. Нет. Они тоже ушли.

— Куда они идут? — Спросил Пит.

— Не знаю. Защищать ворота Родовой Цитадели?

— Эти ворота были сильно защищены. Сомневаюсь, что Хинтерлорд лишил бы себя своей частной армии, чтобы просто дать Цитадели еще несколько защитников. — Весс теперь расхаживала взад-вперед. — Куда они могли пойти?

— В любом случае, это хорошие новости для нас. Путь наших друзей будет чист… о. — С груди Феликса свалился груз. — Они здесь. Тот же этаж, быстро приближаются.

Им пришлось подождать минуту или две, но вскоре раздался знакомый ритмичный стук в толстую дверь. Феликс подавил недоверчивый смех, прежде чем отпереть и открыть ее достаточно, чтобы впустить Бифа, Иви, Харна и двух Певчих в тесную комнату.

— Побриться и подстричься? — Спросил Феликс.

Биф ухмыльнулся. Парень был закутан в длинный темный плащ, который лишь отчасти скрывал его массивные рога. — Два бита. Слышал это однажды в очень старом фильме. — Его усмешка исчез, когда дверь закрылась. — Почему здесь так темно?

— Повысь свой показатель Восприятия, — сказал Харн. — Что дальше, малец? Я не хочу долго здесь сидеть.

— Мы находим слабое место в оберегах Подгорья, заходим внутрь. Коготь установлен?

— Ага. Отлично устроили их с их эскортом и всеми нашими припасами. Биф, правда, немного напугал контрабандистов. Должно держать их в тонусе, если у кого-то из них появятся идеи.

— Плюс, многоножка Хэллоу ждет их с другой стороны.

— Хорошо, — хмыкнул Феликс. — Лор?

Лицо Эльфа-Певчего раскраснелось, а волосы были растрепаны, но он поправил свои одеяния, прежде чем подойти к двери. — Следуйте за мной, и, пожалуйста, двигайтесь тихо. Слабое место находится над нами.

Бездонная Пряжа!

Холодное, маслянистое прикосновение Навыка Пустоты Феликса опустилось на них всех, заставляя большинство содрогнуться. Особенно Интариона.

— Мне это очень не нравится, — сказал он басовым рокотом. — Это кажется… неестественным.

— Выучил, съев тварь Пустоты. Это неестественно, но это наша лучшая защита. — Феликс посмотрел на них всех. — Я буду удерживать Бездонную Пряжу столько, сколько смогу, но каждый, у кого есть, используйте свои Навыки Скрытности. — На мгновение вспыхнув своим Восприятием, Феликс отпер дверь и распахнул ее. — Веди, Лор.