Глава 93.0
ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ТРЕТЬЯ.
Весс падала во тьму, ослепшая, пока под ней не раскинулось поле костей. Она извернулась, задействовав всю свою Ловкость и Сноровку, чтобы хотя бы приземлиться на ноги – но это не помогло. Она рухнула на костяное поле и врезалась в него; россыпь под её сапогами провалилась так же легко, как Зыбучие Пески.
Погружаясь, она ухватилась за огромную бедренную кость, отчаянно пытаясь найти хоть что-то, что замедлило бы её безумный спуск. Но стоило её руке коснуться кости, как та намертво вцепилась в неё.
— Отпусти! — Вскрикнула она.
Кости не послушались; напротив, они навалились на неё безумным, грохочущим каскадом. Рёбра, позвонки и мелкие косточки, названий которых она не знала, облепили кожу и доспехи Весс, обвиваясь вокруг плоти, словно намереваясь выдавить саму жизнь из её Тела. Страх всплыл на поверхность, пока она пыталась сделать то же самое – но вместо этого тонула всё глубже.
В тот миг, когда кости сомкнулись над её лицом, она увидела, как перед ней с лязгом сложилось огромное, чуждое лицо. Оно состояло из тех самых костей, что ещё не поглотили Наследницу; выражение его невозможно было прочесть, но губы зашевелились.
У ТЕБЯ МАЛО ВРЕМЕНИ.
Кости заглушили зрение и слух, оставив лишь скрежещущее ощущение непрерывного падения. Пока не исчезло и оно.
Пока не осталась лишь нить.
Весс моргнула. Нить существовала за пределами её смертных чувств, подобно тому как сохранялась её Связь с Феликсом: нематериальная, но необъяснимо осязаемая. Она гудела заупокойной песнью отчаяния – теми же эмоциями, что Весс ощутила перед падением в Пасть своего Храма. Песня эта льнула к ней, вибрируя с тревожной настойчивостью жужжащего над ухом шершня. Пока вокруг царило ничто, эта нить завладела её существом, разрастаясь, пока не поглотила всё, что когда-то было Вессилией Дейн.
Пока, в один миг, тьма не рассеялась – и мир не изменился. Изменилась она сама.
Словно воющий Мальстрим из её внутреннего пространства проявился в реальности: дикая Буря заполнила небо, швыряя облака и обломки во всех направлениях. Далеко внизу, в размытом мареве, проносились цепочки бугристых пятен.
«Где я?», – вопрос громом пронёсся в её Разуме, слишком громко, и Весс поморщилась… только для того, чтобы обнаружить, что её голова движется самым странным образом. Ветер пытался подхватить её, выворачивая шею вбок, пока она не напрягла длинные и мощные шейные мышцы, чтобы её не согнуло пополам. Её руки сжались – большинство из них хватались за разреженный воздух и «тянули» его, чтобы стабилизировать положение, пока она извивала своё гибкое Тело в яростных потоках шторма.
«Я лечу. Что… что я такое?», – осознание пришло внезапно, оформившись в мысль, которая окатила её, словно ушат ледяной воды. «Я… я дракон!»
Ужас и очарование в равной мере захлестнули Весс, пока она скользила сквозь небеса под ускоренный ритм той чужеродной песни отчаяния. Из её груди исходило тепло – драгоценная тяжесть, которая успокаивала, даже когда нервы были на пределе. Она чувствовала связь, вибрацию, которая уходила в глубины её души, привязывая её к этой странной новой реальности.
«Это Память, – поняла Весс. – …Память дракона. Как я… Первородная. Это та Первородная Эссенция сотворила это со мной».
— Ини. Ини… Где мы? — Спросил голос у неё за спиной. Это было гортанное ворчание, куда более слабое, чем раскаты молний вокруг. И всё же Весс услышала его ясно, как звон колокола, словно голос звучал в самом её Духе.
Она запрокинула голову, осторожно сопротивляясь ветру, и увидела маленькую, мускулистую фигуру, вцепившуюся в её белую гриву, что развевалась над золотой чешуёй. Это был орк, с кожей настолько тёмно-зелёной, что она казалась фиолетовой, облачённый в пластины эмалированной брони, которые не могли скрыть покрывавших её тёмных полос крови. Женщина-орк заговорила снова, но сама почти не шевелилась.
— Ини, куда ты летишь? Мы должны вернуться… дети… — прохрипела она.
— Они со мной, — сказала Весс, но это был не её голос, и не её Разум управлял словами. Они сами сорвались с её драконьей глотки. — Все, кого я смогла спасти, здесь, маленькая Рана. Пожалуйста, отдыхай. Тебе нужно беречь Силу.
Впервые Весс осознала тяжесть в одном из своих когтей. Плетёный из деревьев контейнер висел в её хватке, замедляя Полет почти так же сильно, как и окружающий шторм.
— Мы знаем… мы знаем, что мне недолго осталось. — Эти слова больно ударили по Дракону, превращая нить отчаяния в печаль настолько глубокую, что её невозможно было описать словами. Весс растерялась, не в силах совладать с такой бездной чувств. — Та последняя атака… Грандмастер застал меня врасплох.
— Жалкий Грандмастер? Ранил тебя? Маленькая Рана, даже Парагон не мог пасть от руки такой твари, — ответила Ини.
«Грива». Мех струился от макушки и вдоль всей спины, возвышаясь над толстой золотой чешуёй и мощными конечностями. Тяжёлые, ветвистые рога уходили назад от лба. Она была не просто каким-то драконом. Она была Сумеречным Драконом. «Фатом?»
Орк содрогнулась, и Весс не сразу поняла, что та смеётся.
— Ты видела, как назревает Война, Ини. Даже боги не в безопасности. Неужели ты… неужели ты думаешь, что я выше богов?
— К чёрту богов! Мы не участвуем в Войне! Мы…
— Ини, ты должна бежать, — Рана закашлялась, и ещё больше тёмной крови брызнуло на чешую Весс – чешую Фатома. — Ты не можешь позволить им найти тебя или детей. Береги их. Спрячь. Чего бы… чего бы это ни стоило.
От той нити в центре существа Весс поднялось тепло, жар настолько сильный, что он мог соперничать с солнцем, когда Ини – сам Фатом – кивнул головой.
— Будет исполнено, маленькая Рана. Но ты сама доживёшь до того дня, когда они вылупятся. Тебе нужно только держаться.
В ответ на эти слова были лишь тишина и шторм.
— Рана? — Позвала Ини.
Орк и та глубокая связь, которую Весс ощущала с ней, исчезли.
— РАНА! — Взревел дракон.
Неописуемая ярость поглотила их связь. Эмоции, настолько необузданные и мощные, что Память исказилась под их натиском. Небеса расплылись, а ландшафт далеко внизу вздулся и лопнул, превратившись в изумрудные равнины, усеянные глубокими озерами с чёрной водой.
Сознание Весс пронзил сдавленный крик, эхом отозвавшийся в прошлом и будущем Памяти, разделяя её восприятие. Она видела, как Дракон падает, бросаясь в воду, когда «что-то» атаковало его сзади. И она видела окровавленное тело Раны во внутреннем дворе огромного особняка, пронзённое мерцающим копьём из чистой воздушной Маны.
«Спир?», – Весс мгновенно узнала Навык, хотя он был на целые лиги выше её собственных способностей. «Она была убита…»
В поле зрения появилась фигура в эмалированной броне, почти идентичной той, что была на Ране. Второе копье воздуха парило рядом с ним, и печальная улыбка была единственным, что она могла разглядеть на его лице.
— Ты выбрала не ту сторону, Парагон Рана. Им нельзя доверять, — сказал мужчина. Копье выстрелило, слишком быстро, чтобы за ним можно было уследить, и Рана вскинула руку.
— Все драконы должны умереть.
Копье заставило Память пошатнуться, содрогнувшись от вспышки ослепительной боли. Промелькнули видения бледно-золотого дракончика, выбирающегося из толстой металлической скорлупы. Тёмно-зелёной руки, прижатой к животу детёныша, пока тот урчал во сне. Выигранных и проигранных битв. Крови, наполняющей небеса и превращающей землю в грязь, пока молнии и огонь ровняли с землёй горы её родины.
Весс закричала, не в силах переварить этот хаотичный клубок, пока её время и реальность теряли опору. Она не могла разобрать ничего, пока этот вихрь не поглотила бесконечная вечность под волнами бесчисленных рек и озёр. Чёрные Глубины стали всем; они пропитали чешую и кости Фатома настолько, что ничто другое не имело значения, кроме как есть, защищать и продолжать двигаться вперёд.
Прочь.
Пока, наконец, Фатом не остановился. Он нашёл нору, в которой можно было спрятаться, настолько глубокую, что ничто и никогда не смогло бы найти его снова. Ни монстр, ни смертный, ни враг, ни союзник. Тишина тьмы и давления, где бесплодный ил сглаживал течение Веков, и Фатом спал. Он спал без снов и надежды на пробуждение, лишь инстинктивно прижимая кладку яиц к своей груди.
Из этой тьмы появилось лицо. Не костяное, а из схлопывающейся тьмы – туннель из плоти и костей, который смотрел на них словно с огромного, непостижимого расстояния.
Оно нанесло удар.
В мгновение ока Весс вернулась.
Она ахнула и упала на расколотую землю; протазан был брошен, пока она сжимала руками рассыпчатый ил. Он утекал сквозь пальцы струйками дыма, которые быстро оседали. Вокруг неё вода содрогалась от ударов, голоса выкрикивали дюжину разных вещей. Она ничего этого не слышала – она была слишком поглощена угасающей связью между ней и драконом по имени Ини.
Земля задрожала, и на песке проступило едва заметное очертание лица. «То, что я видела…»
ЭТО ИСТИНА.
«Значит, эта Тварь…»
ДА. ВЫБИРАЙ СВОЙ ПУТЬ, ВЕССИЛИЯ ДЕЙН.
«Матушка. Отец». Весс вдохнула так глубоко, как только могла, окутывая себя этим вдохом, словно доспехами. И на мгновение её внутреннее пространство замерло. «Пожалуйста, простите меня».
Весс выбросила своё Намерение и Сродство, словно копьё в бездну, и вцепилась в нить связи. Её угасающая линия задрожала, обретая новую жизнь, Горение, визг – и глубоко внутри внутреннего пространства Весс её Храм отозвался тем же.
Феликс отпрянул назад, избегая очередного столкновения, когда Фатом полоснул двумя огромными когтями.
Дерзкий щенок! Перестань убегать!
Фатом был огромен, но при этом невероятно быстр; это сочетание сильно беспокоило Феликса, и не только потому, что он уже получил несколько жутких ран от этого зверя. «Как-то это нечестно, не находишь?»
— Он жульничает, — предположил Пит. — Его тень жульничает.
Феликс согласно хмыкнул. Он и сам заметил. Перед ними мог быть дракон – чертов Сумеречный Дракон, если верить его Глазу, – но им управляли. «Тварь, – послал он Питу. – …Мы должны разорвать её связь».
Пит выпустил ещё несколько сияющих полумесяцев в зверя; они прорезали сочащуюся шкуру, но не повредили чешую под ней. — Как? — Спросил он.
Феликс встретил хлещущее щупальце пурпурно-синей слизи своими раздирающими когтями; Владыка Плоти на мгновение увеличил его кисть и предплечье до невероятных размеров. Слизь раскололась и взорвалась, жидкая тень и трескучая ледяная Мана хаотично забурлили вокруг них. Он снова нырнул, выжимая из своего навыка передвижения всё возможное. Этот проклятый Дракон занимал так много места, что было трудно избежать всех его студенистых отростков. «Мне нужно пробиться сквозь слизь на его чешуе. Эта дрянь изолирует Дракона внутри от моих атак. Я что-то почувствовал, когда ударил его по голой морде, но сейчас он полностью покрыт ею».
Пит пронёсся мимо, преследуемый новыми щупальцами. Перья на его крыльях растрепались, за тэнку тянулся кровавый след, но его Дух был полон мрачной решимости. Оба они были ранены, но Пит не мог восстанавливаться так же быстро, как Феликс. «А что, если мы…?»
Без предупреждения Фатом одеревенел, его змееподобное Тело и слизь на нём забились в конвульсиях, словно от удара электрическим током. Феликс уже пробовал это, так что знал: дело не в токе. Пасть Фатома широко раскрылась, слизь и пузырьки воздуха хлынули вверх мерзким потоком. Феликс отплыл назад, избегая этого каскада нечистот, но успел заметить, что глаза Фатома стали ярко-сияющими, золотыми.
НЕТ! — Тень позади Фатома заизвивалась и забурлила, но впервые на памяти Феликса она беспорядочно металась. НЕТ! ОН МОЙ!
«Весс». Феликс увидел её далеко внизу; теперь она сияла тем же светом, что и глаза Фатома. Гармония нарастала, а рядом с ней Исла протянула руку, добавляя «что-то» к этому эффекту. Тварь взревела – этот звук отличался от рева Дракона – и рванулась вниз, прочь от Феликса.
— Ну уж нет! Пит! Вытаскивай её оттуда!
Пит сорвался с места, рыбьим хвостом ускоряя свой дугообразный спуск, а Феликс бросился следом, заставляя воду закипать за собой.
— Непреклонный Диссонанс!
Молния толщиной в десять футов ударила в изогнутую тушу Фатома, на краткий миг остановив его инерцию. Это было совсем не то же самое, что просто ударить монстра в морду. Здесь требовался рычаг. Феликс ударил ногами, призывая под ступни целую стопку Облачных Шагов, и потянул назад сильнее, чем когда-либо в жизни.
Облачный Шаг достиг уровня 67!
…
Облачный Шаг достиг уровня 71!
Этого было недостаточно. Платформы из затвердевшей Маны треснули и лопнули, когда титанический Фатом потащил Феликса за собой вниз. Внезапно привязь из молний натянулась и с треском лопнула пополам.
— ВЕСС! — Закричал Феликс, снова отталкиваясь.
Под ним Фатом взревел, и его тень начала расширяться, поглощая всё вокруг.