Глава 4.0
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.
Поздравляем!
Вы Поглотили Эссенцию [Мальстрима]!
Тьма схлопнулась, устремляясь внутрь штормом зубов и плоти, поглощаемая его грудью. Феликс не мог пошевелиться или сделать хоть один вдох; казалось, его легкие то раздувались, то сжимались. Кости скрипели, а мышцы растягивались до предела, когда беспрецедентный жар струился с поверхности его кожи.
Зелено-серый мир кипел.
Плоть, зуб и коготь бушевали внутри него, пока кровь и волны не сгустились в единое око, сотканное из красно-золотых нитей и электрического сине-белого света. Сквозь жар и боль Феликс мог лишь смотреть в морщинистую текстуру этого огромного, немигающего шара. Там не было ни рта, ни черт, которые можно было бы прочесть, – только его взгляд.
ОТПРЫСК.
Феликс дернулся назад, сила голоса была за пределами физического. Он выжегся в его Духе.
ТЫ ПРЕТЕНДУЕШЬ НА ВЛАДЫЧЕСТВО НАД ПЛОТЬЮ?
ТЫ ПРЕТЕНДУЕШЬ НА ВЛАДЫЧЕСТВО НАД САМОЙ МАНОЙ?
Среди кипящего буйства у Феликса не было возможности ответить. Его Разум кружился, Тело дрожало, а Дух отшатнулся от существа.
ПОКАЖИ МНЕ.
Око вспыхнуло потоками пылающего синего и сверкающего кроваво-золотого света, превращая кипящую тьму в искрящийся вихрь, который закручивался внутрь – все это вливалось прямо в грудь Феликса.
Его кожа покрылась рябью, чешуя волной прокатилась по рукам и плечам. Она ползла вверх по шее, подбородку и щекам, пока его губы не разорвались, обнажая заостренные клыки. Шипы усеяли его предплечья и вырвались из локтей, когда полуночная чешуя поднялась над носом и глазами. Феликс взревел, но боль быстро сменилась внезапным облегчением, и он остался в безликой тьме, сгорбившись и тяжело дыша.
Ты… Отвлекаешь…
Феликс поднял взгляд, но не увидел ничего, кроме струек дыма, падающих сверху. Голос был совсем не похож на предыдущий. — Голод?
Ты Используешь Слишком Много.
— Слишком много чего?
Могущества. Ты Стремишься Слишком Далеко.
… Нам Требуется… Больше…
Зверь…
Кардинальный…
— Поговори со мной!
Голос Голода понизился, ее слоги слились в рокочущее рычание. Я Теряю Контроль.
Рычание затихло в далекий гром, пока не исчезло полностью.
— Голод!
Ответа не последовало.
3 из 3 Эссенций Духа Сформированы!
Закалка Началась!
Жар в его груди снова собрался, обвиваясь вокруг сердца, словно клетка из раскаленного железа. Феликс схватился за рубашку, рефлекторно сорвав ее и обнажив тяжелую темную чешую, покрывавшую его кожу. Красно-золотое сияние исходило из-под толстых пластин, пульсируя в такт его бешеному сердцебиению.
Перед его глазами появилось окно, мерцающее по краям статикой. Однако оно было необычного цвета – это было обрамлено красно-золотым и наполнено беспокойным электрическим светом.
Остался Один Аспект.
Желаете Продолжить?
«Постой – что?» Его Закалка никогда раньше не позволяла ему прерывать процесс. Насколько он знал, неумолимая неизбежность Закалки росла с каждым Уровнем. — Как я могу остановиться сейчас?
Выбор Первостепенен.
Зверь Поднимается Из Твоей Крови.
Ты Можешь Вырезать Его.
— Вырезать его? — Феликс облизнул губы. — Это убьет меня?
Феликс Неварр Не Выживет.
— Это… ожидаемо, — Феликс застонал, когда свет вырвался из его груди мощными вспышками. Казалось, что кузнечные молоты бьют по его сердцу. — Что произойдет, если Зверь будет выпущен?
Феликс Неварр Не Выживет.
И Левантир Тоже.
— Левантир… Мои друзья – что там происходит?
Выбирай, Наследник.
— Мои единственные варианты – умереть или позволить умереть и моим друзьям? — Он оскалил зубы. — Пошел ты.
Все Выборы Имеют Последствия.
— Поглоти меня, Система, — Феликс бросил свою Волю и Намерение в пустую тьму и активировал Навык. «Святилище Пустоты!»
Дымная тьма застыла, затвердев в опалесцирующий блеск. Массивная планета в его центральном пространстве раскрутилась, ее узор вспыхнул лентами разноцветного света. Голод, Система и то, что имело его собственные глаза – они испытывали его. Он был в ловушке, в то время как кто знает, что происходило снаружи, в городе.
Он больше не просил разрешения.
— Выпустите меня отсюда!
Стены из опалесцирующего демон-камня поднялись вокруг участка тьмы, плотно сжимая ее дымное пространство, даже когда камень запечатывался. Тени сопротивлялись ему, сражаясь с его Властью – но он держался. Они сложились, захваченные его Святилищем Пустоты на кратчайшие мгновения. Феликс сжал свою Волю и придал своему Намерению единственную форму, которая имела смысл.
Он сделал окно.
Свет пролился на него, гораздо ярче, чем туманная Пустота вокруг, но затуманенный завесой пурпурно-черного. Он моргнул, лишь с опозданием осознав, где стоит.
«Я на дне кальдеры. Рядом с Жерлом. Где…» Он резко развернулся, и земля затряслась. «Где крепость, что была здесь?»
Сильно укрепленная крепость в центре Левантира, где Сива и Феликс приземлились во время битвы, исчезла. Не просто разрушена, а полностью уничтожена. От ее внушительной постройки не осталось ни камня, только плоская, выжженная равнина потрескавшейся земли, простирающаяся на полмили во всех направлениях. Он поднял взгляд и увидел, куда, без сомнения, делась крепость.
«Это я сделал?»
Над ним поднялся вздымающийся циклон светящегося дыма. Он вяло вращался, вспыхивая, как грозовая туча, беременная молниями, – за исключением того, что это было изобильно Эссенцией, Маной и тяжелой Значимостью.
«Фиолетовая Башня!» Феликс огляделся в поисках ее, сжимая грудь, пока не заметил ее, осевшую под опасным углом на некотором расстоянии. «Она сломана, но я все еще…»
Глубокий, перкуссионный рев вырвался из его груди. Это была ноющая ярость, но и нечто большее; он звучал сквозь него и тьму внутри, как бас-барабан, эхом отдаваясь в неприступной пустоте. Мысли без слов путались в его горящем Духе, превращаясь в прерывистые слова его Разумом, который уже был слишком напряжен.
Я ВОСХОЖУ.
Дым с грохотом обрушился сверху, вливаясь в открытую пасть Феликса. Завеса пурпурно-черной тени разошлась, когда красно-золотые зубы размером со сталактиты широко раздвинулись, и сила хлынула в его центральное пространство.
— Где… мои… друзья?
«Бдительность Императора!»
Взгляд Феликса проник сквозь оболочку странной мути вокруг него и немедленно сфокусировался на разбитых остатках Башни. Люди бежали из ее многочисленных пристроек, десятки, если не сотни из них разбегались по обломкам и к остальной части города вокруг них.
Бдительность Императора уровень 120!
Бдительность Императора уровень 121!
«Там!»
Зара, Атар и все остальные мчались сквозь руины, за ними следовала толпа людей. Терн, старый эльф, держал какой-то каменный жезл. Он сиял каскадными волнами жидкой пурпурной Маны, которые расходились наружу к парящей форме знакомого скифа.
«Они уходят… Слава богу».
Рев прекратился, резко оборвавшись, когда пурпурно-черная плоть вокруг него уплотнилась. Облако могущества просачивалось в нее, снова скрывая Феликса от мира.
— Нет! Убирайтесь от меня!
ДОКАЖИ СЕБЯ.
Ее голос был ударом молнии, и он отбросил Феликса назад, разрушив его зыбкую власть над тьмой. Опалесцирующий демон-камень рассыпался на дымящиеся куски, и Феликс потерял из виду город и своих друзей.
Окно исчезло.
— Ну хорошо, — прорычал он. — Я сыграю в твою игру, засранец.
Атар замер. — Это чудовище только что говорило?
Вокруг него около двадцати человек толпились на палубе скифа, каждый локтями пробивая себе место на маленьком судне. Они спасли нескольких магов из павшей Башни, но далеко не столько, сколько он ожидал. Алистер был дальше на корме, без сомнения, помогая Терну привести мана-корабль в движение, так что его слова услышала именно Элоуэн.
— Я тоже это слышала, — она нахмурилась, глядя на циклон, который обосновался в ее городе. — Что-то о том, чтобы доказать себя.
Атар прикусил губу. «Во что ты играешь, Феликс? Надери задницу этой штуке».
Чудовище все еще ело. Его огромные руки тянулись сквозь циклон пыли и притягивали все ближе, как хищник, пожирающий свою добычу.
— Смотрите! Алхимическая лаборатория! — Крикнул кто-то.
Атар наклонился через перила, Элоуэн рядом, как раз вовремя, чтобы увидеть, как крыша нижнего здания отрывается от стен. Черепица разлетелась во все стороны, за ней последовали толстые стропильные балки, превратившись в дым всего через несколько мгновений. Стены продержались ненамного дольше.
— Нам нужно уходить! Сейчас! — Проревел Атар в сторону кормы.
Единственным ответом ему был высокий звон, когда Мана запульсировала в досках под его ногами. Паруса надулись, наполненные колдовским ветром, когда скиф поднялся. Штука была медленной, по крайней мере, сначала, но на этот раз в Левантире не было воздушного движения.
— Держитесь за что-нибудь! — Предупредил Терн, как раз когда массивные каменные блоки взлетели мимо их правого борта. Изогнутые силовые щиты мерцали вокруг скифа, вызванные за мгновения до удара, и они резко взмыли в воздух.
Атар зацепился рукой за спину мантии молодого мага, не давая ему упасть за борт, когда их качнуло влево. Он прижал их руки к перилам рядом с собой. — Вы слышали человека!
— С-спасибо!
Они поднялись, удаляясь от Феликса и его кошмарного облака с каждым вдохом. К тому времени, как Атар добрался до руля, они были в миле от него, достаточно далеко, чтобы разглядеть гигантскую фигуру, сидящую рядом с полой пропастью в центре города.
— Ты безумна, женщина! — Крикнул Терн. Он держал руль своими старыми эльфийскими руками и вызывающе смотрел на Зару. — Я не поведу этот скиф ближе!
— Мы не можем потерять его из-за этого, — настаивала Певчая. — Он слишком важен, Вилас.
— Мне все равно, будь он хоть королем мира! Мы подойдем ближе и рискуем всеми на борту ради этого чудовища.
— Наверняка мы не собираемся просто уходить, — сказал Алистер, глядя на них обоих. — Я обязан Феликсу жизнью дюжину раз. Возможно, он сказал нам бежать, но он не хотел бы, чтобы мы бросили жителей Левантира на… это. Мы должны что-то сделать!
— Мы ничего не можем сделать! — огрызнулся Терн. — И что помешает этой штуке пожрать и нас?
— Наши жизни все равно обречены, — сказала Зара, ее яркие глаза впились в эльфа. — Без Феликса Континент обречен.
— Не смей впутывать сюда Погибель…
— Она идет за нами, если боги не убьют нас первыми, конечно.
— Проклятье, Зара!
Элоуэн положила руку на плечо Терна. — Я могу помочь.
— Хорошо, — Терн так крепко сжал колесо, что дерево заскрипело. — Но не вини меня, если нас разжуют на куски!
Скиф развернулся, снова направляясь к яростному вихрю силы.
мы не можем туда возвращаться, атар.
Атар сжал челюсть. «Мы должны. Феликс сделал бы то же самое для нас».
эта штука – не феликс. Эта штука даже не должна быть возможной.
«О чем ты говоришь?»
Побуждение не ответило.
— Вы летите назад? — потребовал маг-Странник в потрепанной мантии на палубе под ними. — Мы не можем туда возвращаться!
— Ты подсел к нам, — напомнил ему Атар. — А у нас есть дела с этим облаком.
— Это безумие!
Белые волосы Атара начали гореть, и маг побледнел от страха. — Тогда смело прыгай, — он огляделся на всех остальных на палубе. Никто из них не встретил его взгляда. — Нет? Тогда заткнись и пристегнись.
Маги послушались, все они пригнулись и закрепились. Некоторые наложили странные связывающие заклинания, в то время как другие просунули руки сквозь балюстрадные перила. Хорошо, что они это сделали, потому что скиф дернулся, когда они приблизились к ужасному мальстриму Феликса.
Облака жирного дыма потрескивали вокруг них, проносясь со скоростью, которую их корабль не мог развить. Вспышки света прорывались сквозь облака, яркие, как молнии, но меняющие оттенок от желтого и красного до зеленого и синего. «Мана и Эссенция… и что-то еще».
значимость.
Атар нахмурился. Пламя было право; хотя, теперь, когда Побуждение указало на это, Атар почти чувствовал тяжесть некоторых облаков. Их субстанция не менялась, но они странно тянули его. Как сама гравитация.
Они были далеко над Феликсом теперь, глядя на его искаженную фигуру, как ребенок, смотрящий на насекомое. Атар сглотнул, и Пламя дрогнуло внутри него, хотя он подозревал, что по совершенно другим причинам. С такого расстояния чудовище Феликса выглядело более чем наполовину сформированным – как будто оно нарастило части торса с тех пор, как они были рядом с ним.
Оно взревело, выпустив ударную волну силы, которая оторвала пыль от ландшафта вокруг него. Полумиля выжженной земли задрожала, ее край распространился на сотни шагов во все стороны. Дома и фабрики взрывались, рассыпаясь на куски, которые растворялись в горьком, жирном дыму – и снова вливались прямо в Феликса.
— Его охват расширяется, — предупредила Зара. — Нам нужно подойти ближе! Я должна быть в пределах двухсот шагов, чтобы достать его своим Навыком!
Терн поправил руль. — Это самоубийство!
— Не если я буду пилотировать корабль, — сказала Элоуэн.
— Нет. Ты слишком много использовала свою силу сегодня, находясь под контролем Сивы. Если ты будешь давить на себя дальше, это может убить тебя.
— Я облажалась с Сивой и остальными. Я могу это сделать, Грандмастер. Доверьтесь мне, — она мягко взяла руль у старого эльфа, и он позволил ей.
— Не дай себя убить, — тихо сказал он.
— Не дай убить никого из нас, — гораздо громче предложил Атар.
— Я не собираюсь, — Элоуэн закрыла глаза, и ее рога засветились внезапным серебряным сиянием. — Проявление Ядра: Том Свидетеля!
Над ее головой появилась пурпурная книга с сияющими золотыми страницами. Она распахнулась, страницы развевались на ветру, когда свет и сила исходили от мага, как физическая мощь. Атар крякнул, отступая в объятия Алистера, который упирался в щит из собственной Маны.
Без единого слова Элоуэн двинулась вперед, и скиф врезался в шторм.