Глава 78.0
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ.
— Феликс! — Тьма горела, почти ослепляя его, когда она расплавлялась в раскалённый шлак. Серые руки раздвинули её, не обращая внимания на жар, и белые волосы Атара свисали перед его облегчённой улыбкой. — Ты всё ещё жив.
Серая рука опустилась и сжала его почерневшие чешуйки. Феликс крякнул, вставая, но гораздо меньше, чем Атар, который застонал от напряжения. — Слепые боги, ты тяжёл.
Феликс улыбнулся. Он ожидал боли, но, кроме простых болей и царапин, чувствовал себя прекрасно, учитывая…
Он уставился на свои ноги. Обе были совершенно целы и в полном порядке, если не считать несколько розоватого оттенка кожи. Феликс поднял руки, поворачивая их перед глазами; они тоже были целы.
Узы – это Сила, – пророкотал Голод изнутри. — Они Служат Нам.
Воспоминание промелькнуло в нём: тёмное существо захватывает силу серебряных Клятв, которые он поглотил, и перенаправляет их все в «Владыку Плоти».
Это объясняло уведомления.
Песнь Непавших достигла 123 уровня!
Песнь Непавших достигла 124 уровня!
Владыка Плоти достиг 119 уровня!
…
Владыка Плоти достиг 124 уровня!
Пряжа Судьбы достигла 96 уровня!
…
Пряжа Судьбы достигла 111 уровня!
Ранг Магистра!
Вы получаете:
+100 РЕЗ.
+75 СРО.
+75 ЛУМ.
Атар положил руку ему на плечо, поддерживая его, пока поток силы пробегал по его внутреннему пространству. — Рост Навыков?
— Немного.
— Могу себе представить. Я набрал дюжину уровней в своих Навыках. Я почти Ранг Магистра, и всё, что я сделал, это избил каких-то магов Ранга Адепта. А не… это.
Феликс огляделся. Верхняя камера Фиолетовой Башни была разрушена. Стеклянные столы и экраны разбиты, полированные полы обуглены до неузнаваемости, крыша была открыта полуденному небу, а стены… От них остались лишь несколько оплавленных столбов орихалка, и даже они были на грани разрушения.
— Что произошло?
— Ты имеешь в виду после того, как ты взорвал вершину Фиолетовой Башни? — Атар пожал плечами. — Ничего особенного.
— Атар и Пламя поглотили весь огонь, даже тот, что распространился отсюда, — сказал Алистер из другого конца комнаты. Он просеивал обломки. — Что было удачей. Атар чуть не умер.
— Не драматизируй.
— Я никогда не видел столько крови вне тела.
Атар поднял руки, останавливая своего парня. — Слушай, это было близко. Но теперь я в порядке.
Я починил его.
— Да, и я ценю это, Пламя. Но снова видеть его скелет было немного больше, чем я ожидал.
Это и не моя идеальная форма.
— Я прямо здесь. — Атар выдохнул. — В любом случае, после того как всё взорвалось, и я героически предотвратил сгорание Башни, мы поднялись на последние этажи.
Феликс нахмурился. — Как? У меня всё ещё ключ от оберега.
— Все обереги выгорели, — сказала Зара. Она перешагнула через обломки, идя рядом с окровавленным Виласом Терном. — Это всё облегчило.
— Это и тот факт, что каждый маг в Башне сейчас без сознания, — добавил Атар.
Взгляд Феликса зацепился за серебряный шип, пронзивший разрушенную камеру. — «Опоясанная Клятва».
— Ты уничтожил её. Каким-то образом, вопреки всему. — Терн закашлялся, прикрывая рот носовым платком. Тот был в пятнах крови. — С исчезновением Якоря, удерживающего их Клятвы, все, кто присягнул Фиолетовой Башне, испытали определённую отдачу. Я сам был без сознания некоторое время, пока дорогая Зара не разбудила меня, и у меня есть преимущество моей Закалки Грандмастера.
Феликс расширил «Пряжу Судьбы», направляя своё Восприятие к паттерну Навыка. Это изменило его зрение, и он счастливо выдохнул – серебряные нити, покрывавшие Башню, исчезли. Ни один из бессознательных магов вокруг них не был связан ими, как и большая женщина-олень, лежавшая неподалёку.
— Ты защитил её тело от взрыва, — сказал Терн. — Храбро и глупо. Она пыталась тебя убить.
Феликс опустился на колени над ней. Она казалась ещё больше, когда лежала, словно стройная версия Бифа. Это подтверждалось её смешанным видом: частично олень, частично гуманоидная женщина. — Терон. Я видел их в Воспоминаниях раньше, но они Потерянные, как и Ним.
— Мы были удивлены, когда одна появилась в Левантире. — Терн хромая подошёл ближе. Его одежды были в крови, но он прикладывал к себе большое Зелье Здоровья. — Они известны тем, что очень талантливы в Навыках Маны, и она не была исключением.
После последней проверки на серебряные нити Феликс протянул руку и похлопал её по широкому плечу. — Ты всё ещё с нами?
Её дыхание участилось, и Элоуэн застонала, щурясь от послеполуденного солнца. — Феликс Неварр?
— Привет. Всё ещё хочешь меня убить?
— Что? — Она быстро моргнула, и её карие глаза были очень тёмными. — Я не… не думаю.
— Хорошо. В любом случае, для тебя это шло не очень. — Феликс протянул руку. Она потянулась, но рука, которую она протянула, была изувечена, и она ахнула. Вместо этого Феликс нагнулся и взял её за плечи, вставая одним плавным движением и поднимая её обратно на шатающиеся копыта. — Ты в порядке?
Элоуэн обхватила свой кулак, стиснув челюсти от боли, но та утихла, когда она уставилась на разрушения вокруг. — Боже мой, что здесь произошло?
— Звезда, — сказал Терн. — Рад снова тебя видеть, Ученица.
— Грандмастер Терн! Вы… — Она нахмурилась. — Вы покинули Башню. Почему вы вернулись?
— Ты знаешь почему.
Элоуэн приложила большую руку к голове и надавила, как будто пыталась массировать свой мозг. — Всё перемешалось. Я помню… как приносила Клятву. Потом голос. О, он был такой громкий. Он наполнил мою голову таким светом.
— Ты была под влиянием Сивы, — сказал Терн, подойдя ближе, чтобы взять Элоуэн под локоть. Он был значительно меньше Терон, но она прислонилась к нему. — Мы все были. Клятвы скомпрометированы, и все «Опоясанные Клятвы» осквернены.
— Об этом позаботились, — сказал Феликс. Он пнул изогнутый кусок артефакта, и тот сломался пополам.
— Возможно, для этой Башни. — Терн указал наружу, на город вокруг них. — Остальные все используют тот же артефакт, по крайней мере, самые могущественные Башни – мы обнаружили шесть «Опоясанных Клятв», но это артефакт, который мы никогда не могли успешно воспроизвести.
— Покажите их мне, — сказал Феликс, и Голод пробудился внутри него. — Я позабочусь и о них.
Аккуратно снимая бинты из своего набора, Зара обернула раненую руку Элоуэн. — Что ты помнишь, дитя?
— Помню?
— О Сиве и её цели здесь. Это было связано только с Хтонической Звездой? Как всё началось?
Элоуэн сглотнула. Она казалась более робкой, чем уверенная женщина, с которой он сражался всего дюжину минут назад.
— Как далеко назад мне нужно вернуться? — Элоуэн посмотрела на Феликса. — Я не знаю, как это началось с вами, но я проснулась на склоне горы, напуганная и одна.
— Звучит знакомо. У меня был пляж.
— В течение первых пяти минут я чуть не умерла. В конце концов, я выжила только потому, что нашла добрую женщину, живущую одну в глуши. Она, лесная ведьма, приютила меня, помогла разобраться в Системе и выжить в те самые ранние дни. Именно через неё я обнаружила, что у меня есть талант к предсказанию. Видение, прорицание и исследование. Это позволило мне быстро собирать информацию, и с её помощью я многое узнала о Континенте.
— С её помощью я отправилась сюда, в Левантир, ища вступления в одну из Башен, чтобы продолжить своё образование, узнать, почему я здесь, и как я могу вернуться. Именно там я узнала больше о Несвязанных… и о Погибели. — Элоуэн вздрогнула. — Иметь дар предвидения означает, что я вижу больше, чем другие, и когда я узнала о Погибели, она мучила меня. Кошмары наполняли мои вечера, преследуя видениями, которые я не могла вспомнить. Всё, что остаётся, даже сейчас, это дневное небо, чёрное как любая ночь, и горящие пейзажи. Именно тогда я впервые увидела Свет.
Феликс нахмурился. — Свет?
— Серебряный Свет, который сиял по всему миру. Это было то, за чем я следовала, исследуя развитые мной Навыки, и это помогало мне, когда я делала шаги к их освоению. Он привёл меня к Судьбе, направлял мои Закалки… а потом он начал говорить со мной.
— Сива начала говорить с тобой?
— Да. Сначала я думала, что это Система. Она казалась доброжелательной, даже доброй, и благодаря моим исследованиям и прерывистым словам из голоса я узнала больше о Погибели. Что она больше, чем боги, но и меньше их. И что когда-то в древности ею управляли боги.
— Сива сказала тебе это?
Элоуэн покачала головой. — Нет, нет. Это я обнаружила сама. Хотя, при тщательном расспросе, я поняла, что это казалось правдой. Управляют ли они ею сейчас? Честно говоря, я не знаю. После этого Грандмастер Терн нашёл Хтоническую Звезду. И это казалось многообещающим путём к защите нас от Погибели. Всё, что я узнала о ней, казалось, что это могло быть оружие, способное защитить нас всех.
— Могло бы? — С нетерпением спросил Алистер.
— Я не уверена. Оно могущественно, но это не оружие в обычном смысле. Я не могу разобраться, где мои мысли, а где были мысли Сивы.
Терн покачал головой. — Думаю, нет. Но мы никогда не пробовали. Если бы это было оружие, способное уничтожить Погибель – если это вообще было моей первоначальной целью – я не могу вспомнить. Но это была бы достойная попытка.
Он похлопал Терон по предплечью. — Я очень хорошо помню Элоуэн. Ты была хорошей ученицей и удивительно талантливым магом. Я хотел взять её в ученицы, но Тиир не позволил. Не без Клятвы Башне. — Он вздохнул. — Мастер Башни и я убедили Элоуэн принести клятву на «Опоясанной Клятве».
Элоуэн медленно кивнула. — После этого всё становится более туманным. Я… думаю, Сива вмешивалась в мой Разум глубже, чем я думала.
Феликс задумался, держась за подбородок. По её действиям во время их боя он никогда не получал впечатления, что она была Сосудом Сивы. У неё не было ничего похожего на ослепляющую силу Габби – но она определённо была наполнена Божественным. Тень Сивы руководила ею. Она сама это признала. Её подталкивали к открытиям, которые принесли бы пользу богам. Не оружие для ведения войны, а для разрыва цепей Божественной тюрьмы.
— Это решает дело, — заявил Феликс, отворачиваясь от Элоуэн и остальных.
Атар последовал за ним, нахмурившись. — Что?
— Мне нужно уничтожить «Опоясанные Клятвы» во всех других башнях. Я не могу позволить Сиве удерживать свою власть над этим городом.
— Хорошо, это справедливо, — согласился Алистер. — Но прежде чем мы отправимся в очередную опасную побочную миссию, как насчёт того, чтобы закончить эту? — Он посмотрел на всех. — Нам нужно вывести её отсюда и вернуться в Элдертрон.
— Вывести меня из города? — Элоуэн оглядела их, озадаченная. — Это мой дом. Одна только библиотека в Фиолетовой Башне слишком ценна, чтобы её покидать.
— Нам не придётся её покидать, — заверил её Феликс. — Мне просто нужно найти Престол и Печать, и мы сможем забрать библиотеку с собой, куда бы мы ни пошли.
— Правда? Это потрясающе…
— Но сначала, — прервал он. — Мне нужно кое-что сделать.
Он подошёл к Хтонической Звезде. Строительные леса вокруг оружия были полностью разрушены, а тонкие пластины мифрила и орихалка представляли собой не более чем расплавленные брызги на блоках кресцианской бронзы. Несколько кусков потолка упали на неё, вдавив часть её в пол, но Феликс не видел деформации в самом материале. Кресцианская бронза была слишком прочной для этого.
Он остановился в футе от огромного оружия, и дрожь страха пробежала по его конечностям. Эта штука с лёгкостью оторвала ему руку и ногу, и всё же она выглядела такой… бесполезной. Куча простых металлических блоков, сдвинутых со своих мест и вырезанных красивыми символами.
Феликс положил тёмную руку на ближайший сегмент. Пришло время убрать её с доски.
Эмпирейские Объятия.
Навык взревел в его груди, пропел через Мана-врата в его черепе, прежде чем схватить материал перед ним – и был отброшен. Воля, не его собственная, отбивалась от него… Воля, исходящая от самой кресцианской бронзы.
Она толкнула Феликса, и в этот момент в него хлынул кусок её Намерения. Это были не мысли, а образы, которые проникали сквозь его чувства, словно переводя звук ветра в слова и картины.
Существование. Цель.
Феликс сузил глаза. В чём твоя цель?
Появился образ массивного валуна, покрытого мхом. Он был идеально рассечён пополам, словно ударом какого-то могучего существа. Образы превратились в слова в его Разуме, когда они пронеслись сквозь него. Найти то, что связывает, и сломать это.
Голод отшатнулся от оружия, и Феликс внезапно понял, почему оно так сильно ранило его. Это пронеслось сквозь него вместе с намерением кресцианской бронзы. Луч растворил части его на фундаментальном уровне, разрывая его там, где он был слабее всего. Только его Изначальные Навыки позволили ему выжить.
Он отступил, сглотнув. — Ребята, я не думаю, что мы можем это уничтожить.
— Оно слишком сильное? — Спросил Атар.
— Кресцианскую бронзу печально известна своей неразрушимостью, — объяснила Зара. — Лишь немногие смогли совершить этот подвиг, но они существуют лишь в легендах.
— Дело не в том, что оно слишком сильное, оно… У него есть цель.
— Что?
Звук пронзил мир, огромный и непостижимо глубокий. Он прошёл по его позвоночнику, рябью по костям и сухожилиям, словно натянутая струна, прежде чем завершиться в центре его существа.
Тени вспыхнули. Феликс двинулся, прежде чем подумал.
Поступь Короля!
«Воля Наследника» прыгнула ему в руку, и он замахнулся.
Бдительность Императора достигла 112 уровня!
Феликс напряг мышцы и остановил удар, его клинок замер лишь в волоске от шеи бронированной женщины.
Своей сестры.