Интенсивная учеба

До темноты Зайна так и не вернулась, и я был предоставлен самому себе. Большую часть ночи я провел в алхимической лаборатории за заготовками. Мне хотелось запастись снарядами на случай, если тренировки с Гончими начнутся со дня на день. Слепота и чихательный порошок невероятно помогли мне в схватке со следопытами.

Я работал допоздна, все еще надеясь, что Зайна придет. Так и не дождавшись ее, я принял малую эссенцию быстроты, свою единственную высшую эссенцию иллюзии и на несколько часов погрузился в Мир Грёз.

Добавив в Мир Грёз проекции орков-следопытов, я быстро понял, что их боевые навыки уступают мастерству элитных орков с арены Колизея. Какое-то время я позволял Константину сражаться с ними, а затем переключил внимание на бой сразу против Константина и Ксавье. Я делал это не ради самоистязания, а из понимания, что мне нужно лучше подготовиться к схваткам с несколькими противниками одновременно.

Перед тем как покинуть Мир Грёз, я углубился в изучение заклинаний родства с иллюзиями. Имея в запасе одну большую эссенцию иллюзии, я видел возможность поднять характеристику выше десяти. Мой интерес привлекли три младших заклинания из книги: Иллюзорная маска, требующая десятого уровня родства; Слияние с тенью, требующее пятнадцатого; и Зеркальное отражение, для которого требовался двадцатый. Каждое из них обладало уникальной полезностью.

Заклинание «Иллюзорная маска» создавало иллюзию на небольшом участке объемом примерно в кубический фут. В основном его использовали, чтобы скрыть лицо под чужой личиной. Проблема заключалась в том, что образ оставался статичным: губы при разговоре не шевелились, мимика отсутствовала. Иллюзия перемещалась вместе с магом, так что ее можно было наложить и на другую часть тела. С ростом родства увеличивался и размер иллюзии, удваиваясь в объеме каждые десять очков. Однако заклинание так и не позволяло оживить образ, что оттолкнуло меня от этого выбора.

«Слияние с тенью» на самом деле не растворяло мага в темноте. Скорее, это была мощная способность хамелеона, позволяющая идеально сливаться с тенями. Минус состоял в том, что нельзя было выходить на свет, иначе заклинание рассеивалось. Зато можно было атаковать прямо из тени без риска выдать себя, так что для убийцы навык был весьма полезным.

«Зеркальное отражение» выглядело куда интереснее. Оно создавало копию человека или предмета, от которой маг мог спокойно отойти. Иллюзорный двойник оставался неподвижным, но мог просуществовать целый час после того, как маг его оставит, либо поддерживаться бесконечно, если сохранять с ним физический контакт и подпитывать тонкой струйкой эфира.

До моего попадания в этот мир все три варианта показались бы мне чистой фантастикой. Теперь же мне требовалось извлечь максимум пользы из каждого заклинания, которое я запечатлевал в своем ядре. Я не планировал изучать заклинания среднего ранга, поскольку у меня не было возможности их зафиксировать. А ведь именно там, среди средних иллюзий, скрывалось все самое лучшее: Изменение облика, Невидимость и Сфера тишины.

«Изменение облика» представляло собой улучшенную версию Иллюзорной маски. Оно меняло весь облик мага, включая одежду. Иллюзия ложилась поверх тела, при этом мимика и движения одежды выглядели абсолютно естественно. Это позволяло мгновенно затеряться в толпе, но требовало тридцатого уровня родства.

«Невидимость» работала в точности так, как и следовало ожидать. Она не скрывала запахи, звуки или следы, но пока маг концентрировался и питал ее эфиром, он оставался невидимым. Спектр применения огромный, но требование к родству – тоже тридцать. «Сфера тишины» создавала вокруг мага купол радиусом до пятнадцати футов, перемещавшийся вместе с ним. С ростом родства сферу можно было расширить.

На заклинания высшего ранга я даже не смотрел. Зачем пускать слюни на то, что мне точно не светит? Выйдя из Мира Грёз, я воспользовался планшетом-считывателем и проверил свое родство с иллюзиями – оно было на десятке. С учетом последней большой эссенции иллюзии оно должно было подняться до двенадцати или тринадцати. Я оказался перед той же дилеммой, что и с изучением заклинания смещения: те заклинания смещения, которые меня интересовали, требовали гораздо больше эфира, чем у меня было.

С родством с иллюзиями лучшим заклинаниям требовался тридцатый уровень. Единственным местом, где я добывал эссенции иллюзии, был Мерцающий Лабиринт, где высшие перевертыши притворялись эльфийскими детьми. Возвращаться в глубины этого подземелья у меня не было ни малейшего желания, но Константин как-то упоминал, что доппельгангеры нередко встречаются и в городах, так что, возможно, мне улыбнется удача. Стоит ли подождать или лучше начать учить Иллюзорную маску? Она могла бы пригодиться, тем более что никто не узнает о моей новой способности.

Утреннюю разминку я провел на балконе. Город казался менее оживленным: на улицах горело меньше фонарей, реже мелькали огни прохожих. В общей комнате я быстро прогнал связки ударов с Мучением Орка, Погибелью Магов и черным копьем. Одевшись в повседневное платье, я упаковал свои кожаные доспехи, планируя отдать их в ремонт Игнис. Обычно наши доспехи латал Кольм, а я лишь затирал царапины. Но если можно заставить Игнис сделать это за какую-то книгу – почему бы и нет?

Когда я спустился, в башнях было непривычно тихо, а двери всех библиотек оказались заперты. Неужели сегодня праздник или что-то стряслось? Во дворе почти не было магов, а охранявшие проход имперские легионеры преградили мне путь:

— Сегодня никому не велено проходить на территорию дворца, легионер.

— Что-то случилось? — Спросил я, опуская сумку с доспехами на землю.

Пожилой легионер удивленно воззрился на меня, словно не понимая, как можно быть не в курсе:

— В городе введен комендантский час, внутрь пускают только тех, кого вызвали во дворец. Маги обсуждают план обороны Академии и города. Занятия отменены.

Я повторил вопрос:

— Так что произошло? С канцлером Зайной все в порядке?

Его явно раздражало, что приходится объяснять очевидные вещи человеку, который уже бесчисленное количество раз проходил через эти ворота:

— Орки атаковали Империю на море, напали на Варвао и даже пытались убить молодых магов. Насколько мне известно, все канцлеры сейчас на совете у Императора.

Это было больше информации, чем я вообще мог надеяться получить от старого служаки. Я подобрал доспехи, решив, что лучше вернуться в башню. Поднимаясь по лестнице, я подумал, что можно было бы надеть броню и незаметно пробраться в Гильдию Искателей Приключений – момент казался самым подходящим.

Но тут мне в голову пришла другая мысль. Я сошел на ближайшей площадке и тихонько постучал в дверь. Никто не ответил. Я толкнул створку плечом – деревянная двустворчатая дверь не была заперта, лишь несмазанные петли, которыми редко пользовались, натужно заскрипели. Приоткрыв ее пошире, я втащил сумку с доспехами внутрь и притворил за собой дверь.

Я вспомнил, что маги-кураторы всех библиотек задействованы в обороне Академии, а значит, залы сейчас пусты. В этой библиотеке хранились книги по заклинаниям и защите от них. Полки ломились от сотен томов, рассортированных по видам родства. Здесь наверняка должны быть и другие заклинания иллюзий, но меня также тактически интересовали некоторые заклинания тех видов родства, которые мне еще не доводилось встречать.

Я разочарованно вздохнул, не найдя ни одной книги по родству с миром. Зато по родству с пустотой обнаружилось около полудюжины томов. Я пролистал их все, решив позже изучить подробнее в Мире Грёз. Несмотря на то что мое родство с материализмом было всего девятого уровня, следом я прихватил книги и по этой теме. Услышав в коридоре голоса, я замер, пережидая, пока они затихнут.

Я перебрался к разделу иллюзий, достал три книги по младшим заклинаниям и принялся медленно их листать. Там обнаружилось еще пять заклинаний, требовавших всего десятого уровня родства: Бесшумные шаги, свет, Ночное зрение, Ослепляющие огни и Чревовещание.

«Бесшумные шаги» сразу привлекли мое внимание, представляя собой уменьшенную версию Сферы тишины, которая действовала лишь в небольшом радиусе у ног мага. Простое заклинание света тоже могло пригодиться, но у меня были свет-камни.

Я прошел мимо книг по родству со временем, но помедлил и вернулся. Информация лишней не бывает. Я углубился в чтение о том, как использовать родство со временем для омоложения в сравнении с замедлением старения. Текст во многом подтверждал то, на что Зайна намекала касательно Императора.

«… попытки обратить вспять процесс старения с помощью заклинаний всегда носят временный характер, так как естественное старение возобновляется незамедлительно. В процессе омоложения тело возвращается к более раннему хронологическому состоянию. Крайне важно, чтобы организм к этому моменту уже был укреплен физическими эссенциями, иначе процедура поглотит опасное для здоровья количество тканей во время действия чар».

«Следует также отметить, что этот процесс не распространяется на ментальные характеристики. Чтобы сохранять остроту ума на протяжении столетий, рекомендуется использовать артефакты из подземелий, содержащие заклинание „Замедление старения“, дабы защитить разум и плоть от неизбежного бега времени. До сих пор остается загадкой, почему человеческий разум угасает после двух веков жизни, в то время как эльфы сохраняют остроту ума далеко за пределами девяти столетий…»

Я закрыл книгу, но пролистал ее до конца, а затем отыскал описание заклинания «Замедление старения» и улыбнулся. Оказывается, я не прогадал, как думал раньше. Зайна, должно быть, просто не знала. Ну конечно, я ведь никогда не делился с ней своими сомнениями, и она понятия не имела, что я запечатлел в своем ядре именно Замедление старения. Этот процесс охватывал и разум, и тело. Заклинание было не слишком эффективным, так как требовало постоянного поддержания, но как постоянная структура в ядре оно имело колоссальную ценность.

В приподнятом настроении я пролистал разделы магии огня и воды. Я как раз изучал книги по магии воздуха, когда за спиной скрипнула дверь. В комнату донеслись тихий шепот и вздохи, и на пороге показалась тощая молодая магиня в серой мантии. Вслед за ней вошел юноша, и они тут же поспешили закрыть дверь. Я стоял за стеллажом, но сквозь просветы между книгами мне все было отлично видно.

Закрыв дверь, они шумно дышали и тихонько хихикали. Соломенно-волосая девушка прижалась спиной к двери, прислушиваясь к звукам снаружи. Парень успокаивающе прошептал:

— Они там весь день будут совещаться. Нас здесь никто не найдет. — Он прижался к ней сзади, прижимая к двери.

На мгновение я испугался, что он собирается взять ее силой, и уже готов был вмешаться. Но девушка запрокинула голову, и они страстно поцеловались. Охваченные вспыхнувшим чувством, они совершенно не замечали моего присутствия. Затем она оттолкнула его, сбросила мантию и бросилась к нему. Парень попятился, споткнулся о мою сумку с доспехами и с грохотом повалился на пол, яростно выругавшись:

— Проклятье Купидона!

Раздался сухой щелчок: пытаясь самортизировать падение одной рукой, он под тяжестью двух тел сломал запястье. Этот звук сломанной кости мне был знаком слишком хорошо.

Я вышел из-за стеллажей, заметив:

— Ничто так не портит момент, как чистая случайность.

Парень едва сдерживал слезы, стараясь не разрыдаться от боли. Девушка в панике переводила взгляд то на травмированного дружка, то на меня. Ни одного из них я не знал. Парень не выдержал, растеряв всю свою мужественность, и закричал, баюкая сломанную руку. Я закатил глаза и сделал шаг, чтобы помочь, но его вопли уже услышали в коридоре, и дверь со скрипом петель начали толкать снаружи.

Один из монастырских слуг, крепкий плечистый мужчина, с которым я был знаком, вошел в комнату и быстро оценил источник криков. В проеме показалась голова еще одной служанки, и я скомандовал:

— Немедленно приведите мага-целителя.

Парень успокаивался несколько минут. Судя по лицу соломенно-волосой девицы, она готова была сквозь землю провалиться, но у дверей собиралось все больше слуг и магов в серых и белых мантиях. К моему удивлению, толпа расступилась, и в библиотеку вошла Зайна. Она требовательно спросила, и ее взгляд тут же скрестился с моим:

— Что здесь произошло? — Вид у нее был грозный.

Я ответил прежде, чем успели заговорить молодые маги:

— Я занимался исследованиями. Тут вошли эти двое. — Девушка мгновенно побледнела. Я решил не выдавать их истинных намерений. — Они услышали, что я внутри, и спросили, можно ли им тоже позаниматься. Парень оступился, неудачно упал и сломал руку. — Глаза Зайны сузились. Лжец из меня, видимо, был так себе, потому что я ясно видел – она мне не поверила.

— Первая Гражданка Стелла, ступайте в свою комнату. Маг Клаудио, немедленно в лазарет. — Молодые маги быстро ретировались, а на их месте появилась разгневанная куратор библиотеки. По тем немногим встречам, что у нас были, эта старуха терпеть не могла легионеров – а может, конкретно меня. Зайна примиряюще махнула рукой:

— Гадрия, все уже улажено. Твои книги не пострадали.

Магиня Гадрия не поверила канцлеру и тут же направилась к стеллажам, явно намереваясь пересчитать каждый фолиант. Зайна покачала головой:

— Страж, ступай и приготовь мне ужин. — Я покорно кивнул, подхватил свои доспехи и направился вверх по лестнице.

Зайна пришла, когда я уже вовсю готовил для нее жаркое из медвежатины. Она строго спросила:

— Что там случилось на самом деле?

— Я читал в библиотеке. Вошли эти двое и меня не заметили. Они уже начали раздеваться, когда парень споткнулся и сломал руку, — честно признался я.

Она лишь вздохнула:

— Ну, раз уж Первая Гражданка Стелла решила себя опорочить, пусть с этим разбирается ее отец. Барон Мартин – человек суровый. Пожалуй, стоит отправить мага Клаудио на западную границу.

Я прервал ее размышления вслух:

— Что вообще происходит?

— Да чего только не происходит! Орки нападают на торговые суда по всему побережью. Всем торговым кораблям приказано не выходить из портов. Император наотрез отказывается отзывать флот, опасаясь угрозы со стороны эзенхемских эльфов, так что орки скоро начнут грабить прибрежные городки. — Ее злость была понятна, ведь одним из таких городков было ее собственное крошечное баронство.

Но на этом новости у Зайны не закончились:

— Император по-прежнему намерен лично отправиться в Маху к месту раскопок, вопреки всем советам своих канцлеров. — Она посмотрела на меня: — Буквально минуту назад меня выдернули со стратегического совета по обороне города под предлогом того, что мой страж напал на двоих магов.

Я громко рассмеялся, чтобы разрядить обстановку:

— В таком случае тебе определенно стоит его уволить. Отошли этого предателя-стража куда-нибудь далеко на юг, капусту окучивать.

— С самого моего возвращения мне уже пришлось отклонить семь запросов на твои услуги от герцогов и графов. — На ее лице появилась ехидная ухмылка:

— Один из них поступил от герцога Октавиана от имени его племянницы, магини Оны.

Сердце у меня в груди испуганно екнуло. Сестра-близнец Кашия просит меня к себе на службу? Это не лезло ни в какие ворота. — Зачем?

— Корнелий закончил свой отчет, и каждый герцог, граф и барон в городе уже его прочитал. Следопыты охотились именно на магов. Не конкретно на Ренну, а на всех подряд. Некромант подтвердил это при допросе погибших Гончих. — Она сделала паузу, чтобы налить себе выпить, давая мне время осознать услышанное. — Ты в одиночку уложил девять следопытов. Теперь, когда Империя вот-вот окажется в осаде, каждый Первый Гражданин ищет себе надежный щит на случай, если полетят огненные шары и молнии.

— Сиськи гарпии, — выругался я.

— Не переживай. У отчета Корнелия была и другая цель. Твои таланты нужны в Гончих. Он придет за тобой через неделю. — Она осушила бокал. Раньше я, может, и ждал тренировок с Гончими, но теперь этот энтузиазм поутих.

Мы помолчали. Кухню заполнил аппетитный аромат жаркого. Я немного помялся, взвешивая степень нашего доверия, а затем достал из пространственного кармана амулет и положил его на стол между нами:

— Как этим пользоваться?

Зайна с недоумением потянулась к вещице. Должно быть, она ожидала увидеть амулет Мира Грёз, но это было нечто иное. — Где ты это взял? У орков? Выглядит как эльфийский артефакт. — Она принялась внимательно его разглядывать, вертя в руках.

— Скорее всего, эльфийский. Это амулет магической брони. Как его активировать? — Терпеливо спросил я, пока она изучала предмет. Я уловил легкое колебание эфира – она прощупывала артефакт своей силой.

Через пару минут ее глаза округлились от изумления:

— Нет, это не амулет магической брони. Это нечто гораздо более ценное. — Она пристально посмотрела мне в глаза и повторила вопрос: — Где ты это взял, Эрик?

.