Сюрприз, сучка!

Я шел в самом хвосте нашего отряда, не упуская Ренну из виду. Она держалась в десяти ярдах позади мага Кашия и остальных магов. В том, что ее изгнали из общей компании, не было ничего удивительного. Даже с тридцати ярдов было предельно ясно, что Каший твердо вознамерился сегодня унизить Ренну – об этом красноречиво свидетельствовало постоянное шушуканье в идущей впереди группе.

Пройдя с милю, я нахмурился: маги свернули с открытой тропы, которая лежала прямо передо мной, и вместо этого пошли по ложбине, явно промытой талыми водами. Вскоре отряд в растерянности остановился у неглубокого оврага. Маг Каший достал выданную ему карту и пытался сориентироваться на местности. Было очевидно, что парень совершенно неопытен: чтобы разглядеть хоть какие-то ориентиры, ему следовало подняться повыше, туда, где заканчивались деревья.

Воспользовавшись заминкой, я отошел на небольшое расстояние, опустился на одно колено и послал Импульс земли. Обилие обратной связи все еще дезориентировало. Я понял, что деревья кажутся размытыми, а вода почти не дает четкого отражения при импульсе. Ясными оставались только земля и камни. Живые существа выглядели туманными силуэтами, но их очертания угадывались. Я поднялся и помочился на дерево, чтобы оправдать свою короткую отлучку.

Когда я вернулся, пожилая наставница магов как раз присела отдохнуть на поваленный ствол. Она тяжело вздохнула, переводя дух. Мои соратники-легионеры рассредоточились по лесу, образовав подобие живой стены. Я прислонился к ближайшему дереву, наблюдая за Ренной, которая по-прежнему держалась особняком. Если Каший замышлял что-то еще прошлым вечером и теперь был раздосадован, он наверняка попытается выкинуть какой-нибудь фокус сегодня. Щуплый на вид маг принялся жевать что-то, пахнущее табаком.

— Как думаете, они попросят магиню Ренну взлететь и сориентироваться? — Спросил старый маг, сплюнув отвратительную бурую слюну.

Сидящая на камне старуха покачала головой:

— Сомневаюсь. Мой прогноз – они повернут назад и попытаются снова нащупать тропу. — Легионер, приставленный к Кашию, принялся постукивать щитом по дереву. Магу потребовалась целая минута, чтобы оглянуться на нас. Когда он наконец повернулся, легионер сделал вид, будто потягивается, и указал рукой назад, в ту сторону, откуда мы пришли. Эта очевидная подсказка вызвала смешок у щуплого мага.

Так и прошло все утро: легионер Кашия то и дело открыто выручал бестолкового мага, стоило тому зайти в тупик. Потребовалось более пяти часов, чтобы высокомерный и самоуверенный маг Каший отыскал первый маркер, а день уже клонился к полудню. Маркером оказалась красная лента, повязанная вокруг дерева на небольшой поляне. Не было ни единого шанса, что они найдут оставшиеся два маркера и вернутся в лагерь до темноты. Пожилой маг тоже это понимал и начинал раздражаться, но не делал никаких попыток вмешаться в ход испытания.

Щуплый мужчина презрительно фыркнул, когда молодые маги достали свои обеды, чтобы отпраздновать нахождение первого маркера.

— Я не собираюсь ночевать в лесу, Сильвия, — ворчал он. — Если маг Каший за следующие два часа не направит их в нужную сторону, я заставлю их вернуться в башню, независимо от того, справятся они или нет.

— Питор, маг Каший – Первый Гражданин, — возразила Сильвия. — К тому же он злопамятен и превратит твою жизнь в кошмар, если ты полезешь в его испытание на лидерство.

Щуплый маг, которого, как я теперь понял, звали Питор, застонал. Он посмотрел на легионеров, и его глаза блеснули – в голове явно созрел план. Легионер Кашия все утро издалека подавал тому знаки, и Питор повернулся к нему:

— Я чую опасность в этих краях. Согласно протоколу, вы все должны находиться в пределах десяти футов от своих подопечных.

Это была шитая белыми нитками попытка ускорить помощь, которую легионер оказывал Первому Гражданину Кашию. Несколько легионеров не разгадали уловку и напряглись, обнажив оружие при предупреждении мага. Старуха со стоном осадила их:

— Уберите оружие. Он просто хочет, чтобы вы подошли ближе и направляли магов, иначе нам придется плестись в кромешной тьме. — Она посмотрела на легионера. — Мы с магом Питором останемся чуть позади.

Легионер Кашия послушно, словно дрессированный пес, кивнул, убрал клинок в ножны и шагнул вперед вместе с другим легионером, который, насколько я помнил, сопровождал Ону. Это позволило мне подойти к Ренне, которая сидела на камне примерно в двадцати футах от своих спутников-магов и жевала хлеб с жирной колбасой.

Я достал горячее буррито и протянул ей. В моем инвентаре хранились десятки буррито, но даже одного такого большого пирога мне хватало, чтобы сытно питаться два дня.

— Легионеры теперь будут держаться вплотную к магам, чтобы дело пошло быстрее, — негромко заговорил я. — Сдается мне, ваш бесстрашный лидер вообще впервые выбрался за пределы города.

Буррито к тому же аппетитно пахло, и, признаться, моя щедрость преследовала и другие цели. Аромат еды и то, с каким аппетитом Ренна принялась за пирог, вскоре привлекли завистливые взгляды магов и легионеров поблизости. Ренна, изголодавшаяся после долгой ходьбы – по моим подсчетам, мы отмахали уже около десяти миль, – с благодарностью приняла флягу с лимонной водой, которую я ей протянул.

— Поаккуратнее со словами, — проговорила она с набитым ртом. — У мага Аваро есть заклинание, позволяющее подслушивать разговоры более чем за сто ярдов.

Пятеро легионеров окружили пятерых магов плотным оборонительным кольцом. Пока все жевали свой сухой паек, в нашу сторону то и дело бросали косые взгляды.

— На что еще способны эти маги? — Спросил я.

Ренна предпочла сначала доесть буррито, прежде чем ответить. Ее пренебрежение правилами приличия показалось мне довольно милым.

Наконец она уставилась на группу:

— Мы – сильнейшие из магов среди тех, кто лишь недавно сотворил свое первое истинное заклинание. — Она на секунду замолчала, отведя глаза. — Маг Каший – неплохой маг воды. — Впрочем, в ее голосе сквозило явное презрение. — Он умеет сгущать воду и превращать ее в лед, чтобы сковать врага или покрыть коркой землю под ногами. Знаю, что у него также есть родство с Магией Безны, но я понятия не имею, выучил ли он уже для нее хоть какую-то форму заклинания.

Я понимающе кивнул, сообразив, что это может стать серьезной проблемой, если мне придется с ним драться. Названия Небесной магии и Магии Безны не совсем отражали суть. Куда точнее было бы назвать их благословением и проклятием, поскольку Небесная магия усиливала человека или предмет, в то время как Магия Безны ослабляла или накладывала порчу.

Я издалека изучал мага Кашия, пока тот разговаривал со своей сестрой.

— А его сестра довольно мила, — заметил я.

Магиня Она совсем не походила на брата. Она была грациозной, юной и высокой для тельхианки – футов пять и девять дюймов, – хотя ее фигура еще не до конца оформилась, ведь ей было всего шестнадцать или семнадцать лет. У нее были поразительные серо-голубые глаза, которые я бы назвал грозовыми. Шелковистые черные волосы были стянуты сзади в хвост. Мой взгляд скользнул обратно к Ренне, чье лицо мгновенно омрачилось и приняло сердитое выражение.

— Я имею в виду, у нее привлекательность такой коварной злодейки, — поспешно исправился я.

Моя поправка не особо смягчила Ренну, которая сухо продолжила:

— У Оны тоже сильное родство с водой. Она тренировалась замораживать живых существ изнутри. Я сама видела, как она проделывала это с мышами. — Чуть более горячо она добавила:

— А еще у нее есть способности к исцелению и очарованию. Но ее не возвели в ранг Первого Гражданина, как ее брата. — Я снова взглянул на девушку, но не почувствовал никакого магического воздействия со стороны юной магини. Наши взгляды встретились, и она одарила меня лукавой ухмылкой – явно привыкла, что мужчины ее разглядывают. И тут я почувствовал, как что-то щекочет мое эфирное ядро и проникает в разум. Я разорвал зрительный контакт, пресекая любую попытку вмешательства, которую она затеяла.

— …обладает родством как с воздухом, так и с иллюзиями, — продолжала Ренна. — Он один из верных прихвостней Кашия, вечно мучает других учеников призрачными пауками и прячет ловушки в спальнях.

Я понял, что выпал из реальности на несколько секунд, пока Она пыталась применить на мне свою магию. Она была настолько же опасна, насколько и красива. И да, она действительно была красива, пусть даже я и чувствовал в ней хищную натуру. Маг Каший заметил наше безмолвное общение и покровительственно приобнял сестру за плечи – нет, скорее собственнически прижал к себе. Яростный взгляд Кашия устремился на меня, но я лишь улыбнулся в ответ и снова переключил внимание на Ренну.

— Я знаю, что у магини Эльзы есть редкое родство со временем, но оно слабое, — рассказывала Ренна. — Я даже не знаю, как выглядит ее заклинание времени. А еще она умеет пускать небольшие стрелы-молнии, потому что у нее также есть родство с молнией. — У Эльзы было рябое лицо и крайне бледная кожа – словно она почти никогда не бывала на солнце.

— А что насчет того парня? — Я указал на последнего мага, которого, насколько мне подсказывала память, звали Сирано. Слово «парень» не слишком ему подходило: он выглядел старше меня, носил густую рыжую бороду, а под его мантией угадывалось крепкое, мускулистое тело.

— Маг Сирано – простолюдин из армии, — пояснила Ренна, стараясь не смотреть в сторону группы. — Он освоил заклинание, которое перенаправляет атаки обратно на нападающего. Это работает даже против некоторых магических ударов. Но единственное истинное заклинание, которое он умеет творить сам – это свет. Самая простая магическая форма из всех существующих.

— Мне казалось, ты говорила, что в Коллегии он тебя не трогал. — Я покосился на безучастного Сирано.

— Он никогда не участвовал в издевательствах, но он не дурак. Каший – Первый Гражданин. Если Сирано не сможет выучить другие заклинания, кроме света, его определят в Гончие. — Это было неожиданно – возможно, нам предстоит тренироваться вместе.

Наконец маг Каший вдоволь насладился триумфом от нахождения первого флага. Он поднялся на ноги и окинул взглядом опушку, решая, куда двигаться дальше. Его легионер сделал едва заметный шаг в сторону, и Каший тут же указал примерно в том же направлении, объявив:

— Легионер Вирго, расчищай нам путь от зарослей, пока мы идем туда.

Ренна тихонько прыснула рядом со мной, ведь все эти кусты и ветки можно было без труда обойти. Легионер прижал руку к груди и вытянул ее в почтительном салюте. Он обнажил меч и пошел впереди отряда. Я оглянулся на двух наставников, которые выглядели так, словно у них гора с плеч свалилась. И все же нашему отряду потребовалось еще три часа, чтобы добраться до второго маркера. Это был точно такой же ярко-красный шарф, повязанный на дерево.

Маг Каший вышагивал впереди всех, выпятив грудь колесом, будто только что привел отряд в землю обетованную. Пока он отвязывал шарф, остальные подошли ближе. Она негромко посоветовала брату:

— Светового дня осталось от силы часа три. Тебе стоит отправить Ренну вперед, чтобы она забрала последний маркер, пока мы подождем здесь.

— И как это ускорит дело?! — Возмутилась Ренна.

— Ты ведь умеешь летать, не так ли? — Ухмыльнулся Каший.

— Не на пять же миль туда и обратно! — Гневно возразила Ренна.

Каший разочарованно покачал головой:

— Я здесь главный. И это самый быстрый способ выполнить задачу. — Ренна едва сдерживала ярость. Все прекрасно понимали: если бы он не копался в поисках первого флага, мы бы уже возвращались назад со всеми тремя маркерами.

Я повернулся к магу Питору и магине Сильвии. Последняя аж зубами заскрипела от злости.

— Маг Каший, вы несете ответственность за безопасность каждого члена вашей группы, — твердо произнесла Сильвия. — Разделять отряд в такой глуши – значит подвергать человека смертельной опасности.

— С ней идет личный легионер-страж канцлера. Уверен, он сможет ее защитить. Если мы все потащимся к последнему маркеру, то выбьемся из сил и вряд ли сможем вернуться. Если остальные отдохнут здесь, это пойдет на пользу всему отряду. — Его тон звучал скорее как приказ или даже скрытая угроза. Магиня Сильвия долго молчала, по всей видимости, взвешивая, как ей поступить в споре с Первым Гражданином.

Наконец Сильвия подошла к Ренне и заговорила достаточно тихо, чтобы ее слышали только мы:

— В лесу вокруг нас находятся шесть пар наставников Гончих. С вами все будет в порядке. Не переживай, девочка. Как только мы подадим наш отчет, магу Кашию не доверят командовать даже конюхом. Ты видишь тропу? — Спросила она меня, и я кивнул. — Хорошо, тогда поспешите. Я придумаю, как сделать так, чтобы ему не достались лавры за сбор всех трех маркеров.

— Наставники Гончих, а не сами Гончие? — Уточнил я.

Она торопливо ответила:

— Да. Они обучают Гончих обычным следопытским навыкам, поскольку сами не владеют заклинаниями. Не тревожься. Это одни из лучших следопытов в Империи. Сейчас Гончих не хватает, и последний выпуск досрочно отправили на восток. — В этот момент в моей голове пронеслось несколько мыслей. Во-первых, это, скорее всего, означало, что меня призовут в ряды Гончих раньше, чем планировалось. Во-вторых, маг Каший ни за что не останется здесь ждать нашего возвращения. Этот избалованный щенок из Первых Граждан повернет обратно к башне, едва мы скроемся в чаще, выдумав какую-нибудь вескую причину, почему им было жизненно важно немедленно вернуться.

— Пойдем, Ренна. Не стоит медлить. — Я кивнул ей, давая понять, что все в порядке, и пошел вперед мимо остальных магов. Маг Каший проводил нас самодовольной ухмылкой, а магиня Она одарила Ренну приторно-злобной улыбкой.

Мы углубились в чащу, и я прибавил шаг. Через милю я остановился, чтобы изучить следы на земле. Ренна склонилась надо мной.

— Следы гноллов, — тихо произнесла она. — Возможно, три, от силы четыре особи. Прошли здесь прошлой ночью. Скорее всего, ночной охотничий отряд.

— Нам стоит повернуть назад? — С тревогой спросила Ренна. — Или я могу взлететь и забрать маркер, — предложила она.

— Нет, отсюда еще добрых четыре мили. Ты заблудишься и останешься одна, — твердо отрезал я. — Мы будем двигаться пешком с той скоростью, которую я сочту безопасной. И если придется заночевать в лесу – заночуем. Тропу легко разобрать даже без карты. Но в темноте мне будет трудно ее выслеживать.

Если только небольшая стая гноллов не устроит нам засаду впотьмах, я был почти уверен, что мы сможем отбиться или разогнать их. Беспокоило меня другое: я не видел никаких следов тех самых наставников Гончих, о которых говорила Сильвия.

Ренна обдумала мои слова, и эта перспектива пришлась ей по душе.

— Ночевка в лесу только вдвоем? Ладно. — Она не смогла сдержать улыбки. Пожалуй, втайне я тоже на это надеялся.

По дороге я старался показывать ей, на что именно обращаю внимание:

— Смотри. Видишь, здесь сосновые иголки вмяты в землю? А эту ветку задели ногой где-то день назад, обнажив под ней свежую почву. У этого куста с одной стороны совсем нет листьев, хотя он растет на свету. А еще Гончие, судя по всему, любят лазать по деревьям – на многих крупных стволах видны характерные отметины.

— Что? — Ренна была совершенно ошеломлена моими объяснениями. Я остановился у ствола огромной сосны, кора которой напоминала толстую потрескавшуюся кожу.

— Здесь полно удобных выступов, и все они заглажены от частого использования. Подозреваю, Гончие используют вон ту ветку в качестве наблюдательного поста. — Я указал наверх.

— Как ты все это замечаешь? — Выдохнула она с благоговением. — Научишь меня? — Ее лицо озарилось искренней, радостной улыбкой.

— За те несколько часов, что у нас есть, точно не научу. У меня был хороший учитель. — Я начинал по-настоящему ценить уроки Константина. Без его постоянного занудного наставничества я бы и половины этих вещей не заметил. Когда мы, по моим ощущениям, преодолели те самые пять миль, светового дня оставалось от силы часа два. Внезапно я замер и знаками приказал Ренне замолчать. Немногочисленные птицы поблизости мгновенно притихли.

Ренна испуганно оглядывала лес, но ничего не видела.

— Что там? — Прошептала она.

— Не знаю. Какой-то хищник или, может, один из наставников Гончих где-то рядом. Птицы почуяли, увидели или услышали что-то, что их напугало, и это точно не мы, — ответил я, сканируя взглядом пространство от лесной подстилки до самых крон деревьев.

Мы замерли, и в воздухе разлилось тревожное, гнетущее напряжение. Я снял перчатку, опустился на колено и прижал ладонь к земле. Послав импульс с помощью Голоса земли, я принялся отсеивать полученные образы, убирая насекомых и мелких зверьков, которые только засоряли общую картину. В радиусе действия было полно нор, но ничего крупного или опасного. Силуэты деревьев казались более расплывчатыми и тоже не предвещали беды – на ветках сидели всего три птицы.

Я пригнулся и двинулся вперед медленным шагом, проверяя землю импульсом через каждые двадцать пять футов – таков был предел моей чувствительности. Впереди сквозь деревья показалась поляна с привязанным красным шарфом, но я придержал Ренну. Птицы так и не запели. От следующего импульса Голоса земли у меня похолодела кровь. Справа от тропы, в глубокой грязи, было зарыто тело – судя по всему, одного из наставников Гончих. А рядом с ним в жиже угадывались очертания вовсе не гнолла, а орка. И этот орк был жив: частые импульсы отчетливо фиксировали сильное сердцебиение и едва заметные движения. И у меня было стойкое ощущение, что этот враг здесь далеко не один.

.