Глава 448.0

На нашем посту дежурили двое молодых эльфийских стражей. Они кивнули нам, собрали свои арбалеты и ушли. Наши припасы были полностью обновлены, а под навес добавили мой композитный короткий лук и два обычных длинных. Я взял свое оружие, с иронией вспомнив, как подобрал его в Махе во время той безнадежной обороны много лет назад.

Под треугольной крышей появились стулья. Блейз устроился поудобнее, тщетно пытаясь сомкнуть веки.

— Как ты умудряешься до сих пор хотеть спать? — Спросил я.

Он приоткрыл один глаз:

— Я почти не спал. Каждый раз, когда каменный пол содрогался, я в панике вскакивал. Несколько раз мне даже мерещилось, будто надо мной стоят Адриан или Делмар.

— Тебе повезло, что это был не Константин, — сказал я, и мы оба рассмеялись. Я протянул ему красную пилюлю:

— Пилюля забвения? От одной штуки твоя боеготовность не пострадает.

Сначала он колебался, но в итоге взял ее, проглотил и закрыл глаза. Адреналин мог временно заглушить утомление, но последующий упадок сил оказывался куда тяжелее. Пока Блейз спал, я достал подзорную трубу и подошел к краю крыши. Посмотрев вниз на волны, я заметил два стоящих на якоре корабля; вчера сквозь стены прорвались три судна.

Я перевел взгляд дальше в море и заметил вдали парус. Настроив фокус, я присмотрелся. Корабль приближался к нам, но его палуба пустовала, если не считать нескольких матросов-нашасари. Огромные змеелюди были почти без одежды, их зеленовато-бурая чешуйчатая кожа поблескивала на солнце. Я предположил, что этот корабль не сулит ничего хорошего, раз уж защитные барьеры против нежити уничтожены.

Я осмотрел горизонт в поисках других кораблей и угроз, после чего подозвал гонца, чтобы отправить донесение Ялориэну. Гонец вернулся с ответом: они уже знали о корабле, ушедшем обратно к поселению бездушных, но не получали предупреждений о том, что он так быстро возвращается. Раз на палубе почти никого не было, трюм наверняка забили нежитью для ночного штурма.

Я наблюдал за стражами на плато, пока те готовились и отдыхали. За время своего пребывания здесь я понял, что многие из них были в первую очередь ремесленниками и лишь во вторую – воинами. И все же к своим обязанностям они относились с непоколебимой решимостью. Мысли мои унеслись к Бенито и Лесне. Оставалось лишь надеяться, что если Обитель падет, Братство уйдет до их возвращения. Если они попадут в засаду при заходе в гавань Обители, весь экипаж «Солёной девы» будет обречен.

Сумерки сгущались вместе с неумолимым приближением корабля. Я надеялся, что призывные руны вокруг Обители снова сработают и появится еще один молодой кракен, но ничего не происходило. Под ногами вновь раздалась череда толчков: внизу вовсю разгорался бой, призванный, скорее всего, отвлечь внимание от прибывающего подкрепления.

Мне было почти неловко оставаться на плато, пока внизу шло такое ожесточенное сражение. Если меня позовут, я сразу же спущусь. Я достал амулет эфирного щита, чтобы проверить его заряд, и нахмурился, запустив импульс земли в металл. Хотя внешне он казался целым, я чувствовал, что он вот-вот развалится – внутри уже пошли тончайшие трещины. Он сработает еще раз, а потом, надеюсь, мне удастся раздобыть новый. Мне не хватало созданного в подземелье амулета Селены, который я забрал у Корвуса.

Я слегка опешил, когда боковым зрением заметил, как с соседнего здания спрыгнул страж. Сперва я подумал, что он решил покончить с собой, но затем узнал Аурениса. Он быстро набрал высоту и полетел навстречу приближающемуся кораблю. Было ясно, что он намерен атаковать его, и я надеялся, что у него все получится. Другие тоже устремили взгляды на это противостояние.

Я прильнул к подзорной трубе, моля Фортуну о его успехе. Ауренис завис высоко над кораблем и начал сбрасывать флаконы. При ударе о палубу они взрывались небольшими огненными шарами. Те, что падали в воду, оставляли на поверхности волн горящие пятна. Корабль принялся лавировать, пытаясь уклониться. Снизу донесся пронзительный крик упыря-нетопыря, и мой разум мгновенно оценил угрозу. Я бросился к Блейзу, пнул его и схватил свой лук. Стул Блейза перевернулся, и он проснулся уже от удара о землю.

Пока он поднимался на ноги, я подтащил к краю крыши один из бочонков со стрелами.

— Ауренис в беде. Упыри-нетопыри сейчас нападут на него! — Крикнул я, подбегая к краю и замечая собирающуюся внизу стаю. Они кружили на сотни футов ниже нас, и я сомневался, что смогу достать их. Но это не имело значения: я принялся без остановки выпускать стрелу за стрелой в формирующийся рой. Блейз присоединился ко мне, хотя и проворчал, что это бесполезно. Вместе мы выпустили больше сотни стрел, корректируя прицел на лету. Лишь три твари рухнули в море, в то время как стая из полусотни существ устремилась к Ауренису.

Бессильный помочь, я следил за происходящим через подзорную трубу. Корабль горел уже в трех местах, а Ауренис парил в полумиле над ним. Вдруг он заметил тварей и попытался развернуться, но уйти от них было невозможно. Когда стая настигла его, он успел обнажить клинки. Несколько упырей-нетопырей сорвались вниз, но вскоре его полностью облепили. То ли он потерял концентрацию для полета, то ли у него закончился эфир, но он сорвался и полетел вниз, потерпев неудачу.

Остальные стражи обреченно наблюдали за его падением. По крайней мере, алхимический огонь уже вовсю полыхал на палубе корабля и перекидывался на мачты. Вода, которой команда пыталась сбить пламя, лишь разносила его быстрее. Черный дым становился все гуще по мере того, как судно разгоралось, а вместе с ним горело и то чудовищное содержимое, что находилось в трюме. Это был уже второй из девяти кораблей, потерянных Братством. Я заметил, как кастелян Ялориэн всматривался в океан, должно быть, пытаясь решить, стоила ли жертва Аурениса того.

Блейз присел, сделал глоток воды и размял предплечье. Он выпускал по две стрелы на каждую мою. Было видно, что ему не хочется обсуждать случившееся, пусть даже это и считалось победой Обители.

— Есть новости, с кем нам предстоит делить веселье этой ночью? — Устало спросил Блейз.

— Тебе не нужен один из них? — Спросил я, доставая эфирный восстановитель.

Он отмахнулся:

— На мой лук почти не требуется эфира, — сказал он, с нежностью похлопав свое новое оружие. — Правда, пальцы до мозолей стер. Можешь дать лечебное зелье?

Я бросил ему один из флаконов из наших запасов, прежде чем ответить:

— Со стороны острова пока никто не летит, но скоро совсем стемнеет. — Я заметил, что упыри-нетопыри начали возвращаться, убедившись в гибели Аурениса. — Думаешь, сможешь сделать так, чтобы никто из них не пережил эту ночь? — Со злостью спросил я.

— Да, я сделаю все, что смогу, — согласно кивнул он. Когда твари устроились над нами на плато, Блейз успел сбить одиннадцать из них, прежде чем они осознали его невероятную дальность и точность стрельбы и взмыли высоко в небо, вне зоны его досягаемости. Затем наступила ночь, окутав нас тьмой. С появлением первых мерцающих звезд свет-камни и жаровни постепенно осветили плато, как и вчера. Время от времени до меня доносился голос кастеляна, направлявшего стражей на подкрепление к тем или иным лестницам.

Снизу донесся протяжный гул, не утихавший почти минуту. Затем вход на восточную лестницу на противоположном конце плато разлетелся облаком пыли и взрывной волной. Ялориэн призвал всех к спокойствию:

— Все в порядке! Мы обрушили проход. Уничтожены сотни захватчиков! — На плато раздались негромкие ликующие возгласы, но суровая правда заключалась в том, что при обрушении, скорее всего, погибли и несколько стражей – очередные жертвы.

Вспышка на другом посту ознаменовала начало нашей ночи. Послышались выкрики об упырях-нетопырях, и вскоре все устремили взгляды в небо. Сегодня с одной из крыш запустили магические сигнальные ракеты, осветившие плато и приличное расстояние над океаном. Это напоминало заклинание Лесны, но ее свет был ярче и держался гораздо дольше. Магу, сотворившему их, приходилось обновлять плетение каждые десять минут.

Новая волна упырей-нетопырей оказалась куда скромнее.

— Одиннадцать, — пробормотал Блейз, подсчитав их.

— Значит, у Императора-лича на острове остался союзник. В подземелье обитало одиннадцать гигантских нетопырей, и, смею предположить, эти твари были подняты совсем недавно, — сказал я, сопоставив факты.

Твари просто кружили вне зоны досягаемости, пока отголоски сражения внутри Обители становились все громче. Спустя почти час я крикнул:

— Смените нас кто-нибудь! — Блейз вопросительно посмотрел на меня. — Они просто пытаются удержать нас здесь. Настоящий бой идет внизу. — Он кивнул и быстро собрал вещи.

Как только двое молодых стражей поднялись на нашу крышу, я спустился, чтобы разыскать Ялориэна. Он как раз выслушивал переданное по воздуху сообщение, после чего выкрикнул четыре имени и приказал им направляться к южной лестнице. Я дождался, пока он освободится, и подошел.

— Как далеко они отступили внизу? — Спросил я.

Кастелян посмотрел на меня, и на его изможденном лице промелькнуло узнавание:

— Сейчас мы удерживаем позиции на десятом и одиннадцатом уровнях. Фенлориан скоро отведет силы на одиннадцатый.

— И против кого они держат оборону? — Уточнил я.

— Мы обрушили восточную лестницу на воинов нашасари, там было около трех сотен при поддержке как минимум четырех магов. Гули и остатки бездушных наступают с запада. Другие воины нашасари прорываются по южной и северной лестницам.

— Сколько стражей мы уже потеряли? — Спросил Блейз.

— Треть наших сил мертва или не может сражаться, — тяжело произнес кастелян. — Воины нашасари стоят троих бездушных, а наши защитники устали и сегодня выматываются гораздо быстрее. — Мои мысли тут же вернулись к Баэлире. Не оказалась ли она среди тех стражей, что пали за последние два часа?

— Если они прорвутся на тринадцатый, отступит ли Фенлориан на сорок третий? — Спросил я. Хранилище занимало уровни с тринадцатого по сорок третий.

— Я не знаю, что планирует Фенлориан. Внизу слишком много хаоса, — признался он.

— Отправьте меня вниз на подмогу. Направьте меня туда, где я нужнее, — решительно произнес я. Блейз сделал шаг вперед, но я покачал головой и остановил его:

— Пригляди за Иви и защити ее. Твой лук здесь нужнее. — Он сжал челюсти, но понимал, что я прав.

Кастелян колебался лишь мгновение:

— Фенлориан должен быть на западной лестнице. — Я быстро пожал запястье Блейзу.

Блейз притянул меня ближе и прошептал:

— Раз уж Бенито здесь нет, спорю на десять золотых, что мы еще увидимся живыми и невредимыми.

— Идет, — ответил я, отпустил его руку и побежал к лестнице.