Ложное спасение

Было очевидно, что магистр магии Себастьян и маг Кастилия не ладят между собой. Наша израненная рота молча наблюдала за их разговором: Себастьян явно главенствовал, разговаривая с Кастилией свысока. Затем он повернулся к озеру и понизил голос. Они пошли вдоль берега, продолжая беседу так тихо, что расслышать детали было невозможно.

Делмар окинул взглядом выживших и принялся раздавать приказы:

— Эрик, Блейз – на акведук, держать дозор. Бенито, Уайли, Феликс – помогите Лайнусу собрать всех раненых для перевязки. Снесите их поближе к озеру. Константин… — Дальнейшие распоряжения заглушил шум воды, так как я уже уходил.

Мы с Блейзом вышли на акведук. Мокрая подошва моего сапога окончательно отошла, и носок мгновенно пропитался водой. Блейз же выглядел так, словно прошел сквозь битву без единой царапины.

— Это было чертовски близко. Как ты сам-то уцелел на акведуке?

Блейз тут же оживился, помогая себе быстрыми жестами:

— Самая безумная драка в моей жизни! — Он указал на каменный желоб. — Выстрелил – пригнулся. Выстрелил – пригнулся. Ложишься прямо в воду, прикрывая тетиву от влаги. Поднялся – выстрелил.

Когда мы добрались до места, перед нами предстали пять мертвых тел. Их кровь все еще окрашивала бегущую воду в багровый цвет. Двоих я узнал – это были легионеры нашей роты, Малкольм и Фидель. Фиделя я почти не знал и даже не помнил, чтобы он хоть с кем-то разговаривал. Остальные трое принадлежали к роте Грегора.

Блейз справлялся со зрелищем смерти куда лучше меня. Он сразу опустился на колено у самого края и принялся всматриваться в нагромождение камней внизу. Я пристроился рядом, глядя на поле боя. Десятки тел усеивали скалы. Должно быть, Блейз заметил какое-то движение, потому что быстро наложил стрелу и спустил тетиву. Из тени огромного валуна донесся стон: бартирадиец, пытавшийся там укрыться, затих со стрелой в сердце.

Блейз прокомментировал это без тени жалости:

— Я просто облегчил его страдания. Ему и так было несладко.

Через несколько минут по акведуку подошли Брут и Павел. Павел сильно прихрамывал, но не выпускал из рук лук. Брут объявил:

— Мне нужно оттащить тела назад. Павел поможет вам следить за окрестностями. — Брут обвязал веревкой первый труп и поволок его по воде.

Павел с трудом опустился на колено рядом с Блейзом. Я продолжал стоять во весь рост, не желая мочить штаны. Павел заметил:

— Тебе лучше пригнуться. Если внизу еще остались вражеские лучники, стоя ты представляешь отличную мишень.

Я последовал совету и опустился между ними, мгновенно промочив льняные штаны. После чего спросил:

— Почему герцог Октавиан так ополчился на нашу роту?

Блейз и Павел переглянулись, и Блейз ответил:

— Герцог Октавиан – один из сыновей Императора. Он правит провинцией Сасегос. После личной императорской провинции Телха это самый богатый регион во всей Империи.

Павел подхватил объяснение:

— В его провинции шесть городов. Кастилия выросла в одном из них, мы точно не знаем в каком. Когда она прошла проверку и в ней обнаружили достаточно сил для обучения в Магической Академии, герцог Октавиан стал ее покровителем. После выпуска у нее был лишь один способ избежать кабалы перед ним – поступить на службу Императору в Легион Льва.

— Разве не все маги после выпуска обязаны служить в Легионе? — Спросил я у лучников.

Блейз усмехнулся:

— Не у тех людей ты спрашиваешь, Эрик. Но насколько я знаю, в Легионе служат только те, кто не способен сам оплатить обучение в Академии. Вот почему ты никогда не увидишь Первых Граждан или магов из богатых купеческих семей во главе обычных рот.

— То есть вместо того, чтобы выплачивать долг Октавиану, она служит Императору? И сколько еще ей осталось? — Поинтересовался я, пытаясь понять мотивы Кастилии.

— Срок службы для магов составляет двадцать лет. Кажется, Кастилия отслужила уже лет семнадцать или восемнадцать. Герцог Октавиан просто впадает в отчаяние, пытаясь отомстить ей до того, как она покинет Легион, — заметил Блейз.

Павел добавил:

— И это далеко не единственный ее враг среди Первых Граждан. Есть еще барон… — Блейз пресек его откровения, несильно хлопнув Павла по плечу своим луком.

Блейз произнес со всей серьезностью:

— Меньше знаешь – крепче спишь, Эрик. Я служу с Кастилией почти шесть лет. И уважаю ее куда больше, чем любого из Первых Граждан. — Его слова заставили молодого Павла умолкнуть, хотя тот явно горел желанием перечислить остальных недоброжелателей нашей предводительницы.

Вернувшийся за вторым телом Брут сообщил:

— Магистр магии Себастьян скоро улетает. Думаю, мы тоже скоро двинемся в обход озера. Кастилия выменяла у него несколько простых целебных зелий для самых тяжелых раненых. — Брут закрепил веревку и поволок следующее тело.

Мимо нас прошли Донте и Лизандр. Они направлялись к тому участку акведука, где сражался Адриан, чтобы сбросить тела погибших врагов вниз. Блейз пояснил:

— Пусть город нам и не принадлежит, Кастилия не хочет, чтобы трупный яд отравил воду для мирных жителей. Если бартирадийцы удержат город, они починят акведук.

Закончив с телами, Брут присел рядом с нами:

— Флавий отправляется вместе с Себастьяном на поиски собирателя.

— Что? Туда, в болота? — Воскликнул я громче, чем собирался.

— Ну да, он покажет ему тот остров, где Дурандус его выронил. Как только найдут, они, скорее всего, полетят прямиком к армии герцога. А нам придется топать вокруг озера пешком, — проговорил Брут, разглядывая распростертые внизу трупы врагов.

— А если они не найдут собиратель? — Спросил я, чтобы поддержать разговор.

— О, Себастьян – могущественный маг. Его конек – подчинение разума живых существ. Наверняка подчинит какую-нибудь рыбу или лягушку, чтобы те отыскали побрякушку, — ответил Брут, устраиваясь поудобнее.

— Он и такое умеет? — Не поверил своим ушам Павел.

Брут поморщился, почувствовав, как промокают штаны, но ответил:

— Еще как. В его поместье содержатся десятки разных тварей. — Он тяжело вздохнул:

— Как-то раз Дурандусу и Себастьяну поручили устранить одного барона. Себастьян натравил десяток лютоволков на карету барона и его семьи прямо на загородном тракте. За всю службу в легионе я не видел ничего более омерзительного. Пока волки рвали людей на части, верховный маг просто стоял и улыбался, любуясь свирепостью своих питомцев. — Брут заметно вздрогнул от этого воспоминания.

Тихий рев со стороны озера заставил нас обернуться: красный дрейк с двумя всадниками тяжело поднялся в воздух. Я провожал их взглядом, понимая, что, возможно, только что обрек Флавия на смерть. Если Себастьян не найдет собиратель эссенции, он в ярости убьет проводника.

Глядя на удаляющегося ящера, Павел спросил:

— А под его началом есть легионеры?

Брут тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли:

— Что? Да. Около двух десятков. Они следят за его зверинцем. Вообще, он разводит этих дрейков для Драконьего Легиона прямо у себя в поместье. Братья были очень близки. Не думаю, что он спустит кому-то смерть Дурандуса. Скорее всего, Флавия мы больше не увидим. И если это не утолит его жажду мести, он примется за меня.

Блейз вставил свои пять копеек:

— Эрик тоже там был.

— Был, но его не приставляли охранять господина. — Брут посмотрел в сторону водохранилища, где наша рота уже готовилась к выступлению:

— Думаю, уцелели только Флавий, Квентин и я. Да и Квентин оставался у дороги охранять вещи, так что на острове в момент гибели Дурандуса его не было.

К нам подбежал Константин:

— Сворачиваемся. Как только обогнем озеро, останется пройти всего несколько миль до встречи с армией герцога.

Мы покинули свой пост на акведуке и вернулись к вещам. Из оставшихся рюкзаков мне предстояло выбрать один – двенадцать человек так и не пережили этот штурм. Мое собственное снаряжение раскидало у подножия лестницы, а рюкзак к тому же пропитался растопившимся на жаре маслом. Брут указал рукой:

— Возьми рюкзак Флавия.

Я кивнул, поднял его и проверил содержимое. Внутри оказался стандартный походный набор легионера и шесть завернутых пайков. Накинув лямки на плечи, я посмотрел на выстроившиеся в ряд тела с закрытыми глазами и сложенными на груди руками.

Делмар встал у изголовья погибших, и мы сомкнули круг вокруг них. Командир заговорил громко и торжественно:

— О могущественный Плутон, в этот скорбный день мы взываем к тебе с мольбой принять павших воинов, что до последнего вздоха сражались за справедливость в Империи. Их отвага и великая жертва навек останутся в наших сердцах и памяти.

Даруй им покой и отдохновение в твоих чертогах. Пусть их души обретут мир и безмятежность в небесных кущах. Веди их к вечной славе, дабы примкнули они к сонму героев, ушедших ранее. И смиренно просим мы: пусть их следующая жизнь окажется милосерднее этой.

Это была простая молитва воинов. Закончив ее, мы развернулись и пошли прочь. В обычных обстоятельствах тела следовало предать огню, но у нас не было возможности развести костер. Этим придется заняться тем, кто придет убирать трупы бартирадийцев внизу.

Мы вошли в прибрежную воду и двинулись в обход озера. Идти могли все, хотя у многих оставались раны на теле. Очевидно, Лайнус сумел растянуть те немногие зелья, что Кастилия выменяла у Себастьяна. Там, где глубина становилась слишком большой, приходилось карабкаться по скользким прибрежным валунам. Теперь было понятно, почему мы не пытались отступить этим путем раньше. Продвижение шло мучительно медленно – особенно для раненых. Враг настиг бы нас со спины, зажатых на узкой кромке и беззащитных.

Путь вокруг озера занял несколько часов. Затем мы поднялись на край кратера, откуда предстояло спуститься по крутому склону к лесному массиву внизу. Похоже, когда гора взорвалась, основной удар пришелся как раз в ту сторону, где построили Маху. В лесу внизу виднелось лишь несколько огромных валунов, сорвавшихся с обрыва, по которому мы сейчас спускались.

При спуске Адриан сорвался с пятнадцатифутовой высоты и сломал лодыжку. Это произошло из-за того, что у него по-прежнему действовала только одна рука. В остальном все благополучно добрались до лесной подстилки. Константин оставался нашим единственным уцелевшим разведчиком. Если его расчеты верны, дорога находилась примерно в пяти милях к северу через лесную чащу.

Константин предостерег отряд:

— Следующие пять миль будут тяжелыми. Это дикие, нехоженые леса. Внутри нас может поджидать любое количество смертоносных тварей и ядовитых растений.

Из чащи навстречу нам вышел человек:

— Ну полно тебе, Константин, не пугай детей.

Глаза Константина округлились от изумления. Он шагнул вперед и обменялся рукопожатием с прибывшим:

— Корнелий! Как тебя вообще занесло в такую глушь от твоих пыльных книжных полок?

Корнелий выглядел бодрым, хоть и старым, с копной белоснежных волос:

— Я все еще люблю путешествовать время от времени. Особенно когда дело не терпит отлагательств. — Он повернулся к предводительнице:

— Именем Императора Максимуса Августа. Маг Кастилия, настоящим вы беретесь под мою стражу за неспособность удержать город Маха от бартирадийских варваров. Вы проследуете со мной, дабы предстать перед судом Трибунала Герцогов.

Все бойцы роты мгновенно подобрались, многие положили руки на эфесы мечей. Лес вокруг зашевелился, явив еще с десяток вооруженных людей. Кастилия помрачнела, но удивленной не выглядела. Она твердо скомандовала:

— Оружие на месте! Это воля Императора. Мы подчинимся добровольно.

Я слышал, как многие вполголоса проклинали происходящее, а Константин продолжал о чем-то спорить с Корнелием. Но все это уже не имело значения: вскоре нашу роту под конвоем повели сквозь лесную чащу навстречу ожидавшей армии герцога.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.