Мир грёз

Я сидел с Кастилией за столом, пока она доставала три книги из кожаной сумки:

— Это основы формирования эфира из вводного курса Магической Академии. Можешь убрать их в свой карман, когда не занимаешься.

— Я думал, у тебя совсем нет средств? — Спросил я, пролистывая страницы.

— Это старые учебники, к тому же у меня все еще остались друзья в Академии. Эти книги пылились там без дела целую сотню лет, никто и не заметит их отсутствия. Они проведут тебя через три стадии формирования заклинаний: осознание эфира, его проявление и манипуляция им. — Очевидно, ей пришлось приложить немало усилий, чтобы раздобыть их для меня.

— Спасибо, — поблагодарил я с искренней признательностью.

— Ну, я по-прежнему считаю, что ты попусту тратишь время, — она напустила на себя суровый вид, хотя явно ждала похвалы. — Можешь изучать их самостоятельно, а вопросы задавать мне наедине. Все маги в Империи должны обучаться в Магической Академии. Поскольку формально ты не имеешь права быть магом, думаю, мы находимся в безопасной серой зоне закона.

Я вгляделся в её лицо – было очевидно, что она из кожи вон лезет, чтобы показать, как много делает для меня. Я понимал, что так она пытается завоевать мою преданность. — Как прошли твои дела у легата легиона? — Поинтересовался я, закрывая книги и отправляя их в свое хранилище.

— Ты разговаривал с Константином? И где этот старик? — С легкой усмешкой спросила Кастилия. Я бы не назвал Константина старым, хотя в его бороде и пробивалась седина.

— Он гонял меня сегодня на тренировочной площадке вместе с другими мастерами оружия. Сейчас они отмокают в горячих купальнях и спорят о том, как лучше парировать удар топора орка сверху, — сообщил я Кастилии.

Взгляд Кастилии слегка посуровел. Она подозрительно спросила:

— Тренируешься с мастерами оружия? Он не предлагал тебе пойти на службу к его преторианскому господину?

Я решил довериться Кастилии и сказать правду:

— Не предлагал со времен Махи. Он говорил, что иностранцев обычно не берут на такую службу. — Я попытался выудить информацию ответным вопросом: — А ты знаешь, кому он служит?

По глазам Кастилии было видно, что она колеблется, стоит ли раскрывать карты. Она очень старалась укрепить мою лояльность, и по её поведению читался страх, что Константин может переманить меня. Наконец она произнесла:

— Полагаю, он служит Антонии Сегрето. Она – торговка с огромным богатством и влиянием. Одна из немногих, кому дозволено вести дела с эзенхемскими эльфами. Поговаривают, у неё полно агентов и за пределами Империи. Не знаю, как Константин связался с ней и почему оказался в моей когорте. Скорее всего, дело в том, что я путешествую по Империи больше других магических когорт, и он докладывает ей обо всем интересном.

Я переварил эту информацию. — А Ферт? — Спросил я о другом известном мне слуге преторианцев в нашей когорте.

Кастилия забавно хмыкнула, словно съела что-то кислое:

— Он мой надзиратель. Докладывает напрямую в канцелярию легата легиона. Его задача – следить, чтобы я не предала Империю и не замыслила ничего против Императора. Правда, я не знаю, кто именно в канцелярии держит его на поводке. — О Ферте она отзывалась с куда меньшим воодушевлением и доверием. Полагаю, жить с осознанием того, что кто-то готов вонзить тебе нож в спину при малейшем проступке, мало кому понравится. Теперь также стало ясно, почему она отправляла Ферта на короткие задания чаще остальных в когорте.

Мы начали разбирать магическую фигуру для воздушного щита, и спустя три часа закончили занятие, чтобы пойти поужинать. Мы собрали остальных из спальни и направились в небольшую отдельную столовую. Константин вместе с Павлом спустился на кухню, чтобы принести еду и питье. Бенито потер живот со словами:

— Не знаю, смогу ли я сегодня съесть хоть что-то еще.

Когда они вернулись с едой, Бенито позабыл о своем заявлении, навалил себе полную тарелку и принялся уплетать за обе щеки. Пока мы ели, Константин спросил Кастилию:

— Перевод четырех легионеров утвердили?

— Да, — ответила Кастилия, прихлебывая густой картофельный суп – единственное, к чему она притронулась. — Численность когорты утверждена в количестве двадцати одного человека, хотя Флавий сейчас находится с магистром магии Себастьяном. Если он не вернется к моменту нашего отбытия в провинцию Собрал, замену ему искать не будут.

Бенито заговорил с набитым ртом:

— Значит ли это, что мы будем ограничены в выборе заданий, раз у нас неполный состав?

Кастилия кивнула:

— Да. Бенито, это на удивление проницательное замечание с твоей стороны. Численность когорты действительно накладывает ограничения на задания. Но для этого нам нужно опуститься до минимума в двенадцать легионеров – тогда мы сможем брать только задания по сопровождению и охране.

Бенито принял комплимент, запихнув в рот очередной кусок мяса и довольно улыбаясь при этом. Константин напомнил всем:

— Остальная часть когорты должна прибыть завтра поздно вечером. Мы встретим их и разместим в спальнях. Я зафрахтовал баржу, чтобы утром отправиться вверх по реке.

— Отлично. Я хотела убраться отсюда как можно скорее и не ждать очереди на портал. — Кастилия поднялась. — Константин, если у тебя есть минутка, я бы хотела поговорить перед тем, как вы все отправитесь спать. — Константин допил свою чашу и последовал за Кастилией.

В спальне Бенито спросил:

— Ты что, потратил деньги на эту щегольскую одежду? Ты же понимаешь, что это просто лишний вес в твоем мешке?

Павел рассмеялся:

— Бенито, он, наверное, может запросто засунуть её в свой карман, раз нам больше не выдают зелья.

Чтобы подтвердить слова Павла, я плотно свернул всю свою новую одежду и отправил её в легионерский сундук внутри своего кармана. Бенито рассмеялся:

— Никогда не устану смотреть на магию. Я бы не отказался, если бы ты как-нибудь потаскал и мой мешок, Эрик.

— Монеты тяжелые. Я с удовольствием перенесу их для тебя, — серьезным тоном произнес я, хотя это была шутка. Бенито, однако, с энтузиазмом залез в свой мешок и уже собирался бросить мне кошель, но вовремя остановился, обдумав свое действие. Мы все дружно расхохотались, когда он убрал монеты обратно, передумав принимать мое предложение.

Сквозь смех Бенито выдавил:

— Дело не в том, что я тебе не доверяю, Эрик; просто не хочется бегать к тебе каждый раз, когда мне понадобится медный грош.

К тому времени, как я улегся в постель, Константин еще не вернулся. Амулет Мира Грёз был спрятан у меня под рубашкой. Я закрыл глаза и направил в него эфир.

Я обнаружил, что стою в знакомом помещении – входной зале подземелья, которое мы нашли. Вход в подземелье был идеально чистым, без орочьих письмен на стене. Выход из подземелья находился позади меня, но вместо маслянистой черной поверхности он переливался всеми цветами радуги.

Я догадался, что выход из Мира Грёз лежит через эту арку. Каким-то образом я осознавал, что мое сознание сейчас заключено внутри амулета. От этой мысли мне стало немного не по себе, появилось ощущение замкнутости и клаустрофобии. Я успокоил себя. Полурослик говорил, что я смогу управлять этим пространством. Я представил себя в полном боевом облачении, и вокруг меня тут же сформировались доспехи. Я обнажил короткий меч и проверил лезвие. Оно ощущалось так, словно его только что заточили.

Я прошелся по входной зале. Всё казалось невероятно реальным, когда я проводил пальцами по каменной стене. Я попробовал изменить стену, превратив её в гладкий гранит, но мои усилия ни к чему не привели. Попробовал изменить пол – и снова ничего. Похоже, окружение было неизменяемым.

Затем я попытался создать что-то живое. Я вспомнил свою собаку из детства – Оскара, трехцветную австралийскую овчарку. Он тут же появился и подбежал ко мне, энергично виляя купированным хвостом. Он ощущался как настоящий пес, с мягкой шерстью и влажным носом, и вел себя в точности так, как я помнил. Какое-то время я создавал палки и мячи, играя с Оскаром. Мне не хотелось убирать его из Мира Грёз, поэтому я взял его с собой в следующую комнату.

Знакомые огненные жуки усеивали свод и ползали вокруг, освещая пещеру. Я подумал о том, чтобы убрать половину из них, и они начали стремительно гаснуть. Затем я попытался удвоить их число, и пещера мгновенно озарилась ярким, почти дневным светом. В мягкой земле пещеры, вероятно, таились два анхега. Могу ли я увидеть их до того, как они вырвутся наружу? Да. Стоило мне сосредоточиться, как я понял, где именно они находятся. Могу ли я оставить только одного? Да, земля пошла рябью, просела, и один из них исчез.

А как насчет создания монстра, которого мы не встречали в этом подземелье? Может, грифона? Это потребовало чуть больше усилий – я почувствовал, что амулет черпает информацию из моих собственных знаний, чтобы создать существо. Я пришел к выводу, что чем лучше я знаю и представляю себе что-то, тем точнее получается проекция. Грифон выглядел как живой, но вел себя довольно агрессивно. Я развеял существо, когда оно попыталось укусить Оскара своим клювом.

А что насчет Константина? Знакомый легионер тут же появился передо мной и сразу же обратился ко мне:

— Ты что, собираешься бездельничать весь вечер? — Прикрикнул на меня суровый воин. — Обнажи клинок, и мы пройдемся по всем фигурам фехтования с одним оружием, с двумя, а затем со щитом и мечом.

— Не сегодня, — ухмыльнулся я и мысленно приказал анхегу атаковать Константина. Чудовище мгновенно вырвалось из-под земли. Константин умело уклонился перекатом и вступил в бой с монстром. Оскар сидел рядом и преданно смотрел на меня, пока мы наблюдали за разворачивающимся сражением. Я не думал, что у Константина есть шансы в одиночку, но он держался отлично. Он кружил вокруг твари и наносил удары при любой возможности, откалывая кусочки хитинового панциря. Оскар увлеченно наблюдал за этим, склонив голову набок, как и я. Я-то думал устроить себе небольшую терапевтическую месть, но Константин на самом деле побеждал.

Тогда анхег брызнул кислотой, но промахнулся. Однако на земле образовалась большая лужа, куда Константин не мог наступить, пока кислота впитывалась в почву, что сильно ограничило его маневренность. Это дало анхегу шанс, и вскоре созданный моим воображением Константин был зажат и раздавлен огромной клешней. Я развеял тело и монстра, почувствовав легкий укол совести от того, что наблюдал за его гибелью со стороны.

Паучий мост оказался точно таким же, каким я его помнил. Я заморозил пауков силой мысли еще до того, как они появились, и перешел в следующий зал. Здесь был знакомый островок с парящими каменными плитами. Мне удалось зафиксировать прыгающие камни, чтобы они не качались. Я проследовал в последний зал с гигантским скорпионом. Улитки, оставляющие за собой светящуюся липкую слизь, тоже были на месте.

Итак, этот амулет воссоздавал всё подземелье в виде Мира Грёз. Я мог контролировать всё внутри и даже создавать знакомые мне вещи. Было ли предназначение амулета в том, чтобы тренироваться перед настоящим прохождением подземелья? Шло ли время здесь так же, как в реальности? Что случится, если я погибну в бою внутри сна? Насколько точны мои творения? Учится ли амулет у меня или я у него? Если амулетом воспользуется кто-то другой, останутся ли в нем мои творения?

У меня было множество вопросов, и я вынужден был признать, что это чрезвычайно полезный артефакт, пусть даже его окружение и ограничивалось географией конкретного подземелья. Мне пришлось нехотя согласиться с тем, что мне нужна книга, о которой упоминал Тарвон Фогбо. Я вернулся в зал с анхегом и принялся тренироваться в бою против Константина. Он сражался в точности как настоящий, но говорил куда больше, без умолку ругая мои скудные навыки.

Самым приятным в Мире Грёз было то, что я не уставал. Оскар сидел и наблюдал за мной всё это время, терпеливо ожидая возможности снова поиграть. Наконец я решил, что пора уходить, но перед уходом проверил еще одну вещь. Я мысленно воссоздал книгу магических фигур для магии Защиты. Я пролистал её несколько раз и убедился, что книга скопирована здесь в мельчайших деталях. Это означало, что я могу изучать магию прямо здесь.

Я потрепал Оскара по загривку и направился к выходу из подземелья. Я проснулся в своей постели, слегка вспотевший, с подступающей мигренью. В спальне было тепло, но не жарко, так что пот меня озадачил. За единственным окном всё еще царила темень. Я слышал дыхание спящих товарищей и прерывистый храп Бенито. Я убрал амулет в хранилище и решил держать его там всегда, когда не пользуюсь.

Лежа в темноте, я размышлял о пережитом в Мире Грёз. Время там, судя по всему, текло с той же скоростью. Сейчас была глухая ночь. Значит, в обоих мирах прошло около пяти часов. Мне было любопытно, какую пользу я смогу из этого извлечь. Мое тело чувствовало себя отдохнувшим, но разум был измотан. Самым большим недостатком было то, что, находясь в Мире Грёз, я совершенно не осознавал, что происходит с моим телом в реальности. С этим артефактом нужно быть предельно осторожным.

Вскоре Константин зычным голосом поднял нас всех на ноги:

— Одевайтесь и на плац. Каникулы окончены. Эрик, мы с тобой зайдем к Кастилии перед тем, как спуститься. Она хочет подробнее узнать о твоей встрече с канцлером Марселем. Да и я, собственно, тоже.