–

Глава 334: Проще простого, мантикора готова.

— Подземелье определенно нас заметило, — констатировал я. Моя новая ментальная защита не зафиксировала прямой атаки – скорее просто ощущение, что за нами пристально наблюдают.

— Как ты узнал? — Спросила Раэлия, заглядывая мне в глаза.

Мне не хотелось раскрывать все свои карты, ведь подземелье могло понимать наши слова. Мерцающий Лабиринт в своё время явно противился моему присутствию – или моим методам – и, как мне показалось, из кожи вон лез, чтобы вышвырнуть меня оттуда. — Просто знаю. Нам стоит следить за своими словами и действиями, пока мы находимся под его влиянием. — Я обернулся, чтобы убедиться, что остальные меня услышали.

Константин прошел вперед и бросил:

— Я ничего не чувствую. — В его духе: не верить на слово, пока сам во всем не убедится.

— Чтобы почувствовать изменение эфира в воздухе, нужно обладать чувствительностью мага. Подземелья тянут к себе эфир из лей-линий и окружения, — пояснила Раэлия.

— Мага? — Усмехнулся Константин, косясь на меня.

— Мы нашли подземелье. Мы входим или возвращаемся, чтобы доложить Совету в Этернисе? — Раздался сзади гулкий голос Мейвита.

— Надо войти и найти выход на поверхность, — высказался Константин. — А там уже решим, что делать. Мне бы очень не хотелось снова карабкаться по этим скалам наверх, — проворчал он. У нас ушло больше суток, чтобы добраться сюда, и по пути мы не встретили никаких серьезных препятствий.

— Только помните: подземелье нас слышит, — еще раз напомнил я, когда мы начали бесшумно спускаться по проходу. Туннель оставался всё таким же круглым и ровным, но уклон стал гораздо круче. Мы несколько раз останавливались, пока Константин изучал кучи пыли – по его словам, это был древний помёт мантикор. Когда на стене снова показались письмена, Мейвит принялся за перевод.

Его рука скользила по высеченным на камне знакам.

— Здесь написано: «Свобода близка – следуй за знаками и лети к свободе под истинным солнцем». — Мейвит на секунду задумался и добавил:

— И еще что-то вроде «больше не раб».

От этих слов мне стало не по себе. Мы ведь помнили, что высшие доппельгангеры в Мерцающем Лабиринте были связаны контрактом – или, проще говоря, порабощены подземельем. Мне совсем не улыбалось застрять здесь на веки вечные. Тем не менее, это нас не остановило, и через несколько минут мы уперлись в гладкую стену, перекрывающую туннель. Я подошел ближе и пустил Импульс земли от своих сапог.

— Толщина стены около фута, за ней какая-то зала. Но из-за барьера трудно разобрать, что именно там находится.

— Должно быть, это вход в одну из комнат подземелья, — заметила Раэлия, зная, что сотворить магию внутрь закрытой комнаты невозможно.

— Если крушить камень молотом, мы переполошим всех тварей внутри. Мейвит, а если ты уберешь камень своим заклинанием изменения формы? — Я посмотрел на голиафа. Других идей, как проникнуть внутрь скрытно, ни у кого не было. Мы договорились соблюдать полную тишину. Мейвит медленно и аккуратно убирал камень руками, стараясь проделать отверстие в стене. Вскоре на уровне глаз появилась дыра шириной в фут, а затем он проделал крошечный глазок в саму залу.

Из отверстия хлынул яркий свет, и мы погасили все свет-камни, кроме одного. Первым в глазок заглянул Мейвит, вторым – Константин. Когда подошла моя очередь, я увидел впереди огромную куполообразную пещеру. Её окружали неровные скалистые утесы, а в самом центре потолка сиял один крупный жемчужно-белый свет-камень. Посередине залы раскинулось большое озеро со странным зеленым свечением. Кое-где на каменистой почве росли мелкие кусты, но в целом укрытий в комнате не было. Прямо напротив нас виднелся ярко освещенный коридор, ведущий в другие части подземелья.

Я осмотрел утесы в поисках мантикоры, но скалы были слишком изрезанными, с кучей расселин, и разглядеть, что творится над нами, я не смог. Тут я заметил, что края проделанного Мейвитом отверстия начали медленно сходиться, словно стена затягивалась сама собой. Мейвит хотел было расширить его снова, но я остановил его, позволив стене закрыться. Навек и Раэлия успели лишь мельком заглянуть внутрь, пока дыра сужалась. Когда стена полностью восстановилась, я прошептал своим спутникам:

— Это идеальное место для мантикоры. Купольный зал шириной ярдов семьдесят и примерно такой же высоты. Хорошая новость в том, что там светло. Но прежде чем соваться туда, нужно выяснить, сколько их там.

Навек фыркнул:

— Должна быть одна, максимум две, если там же сидит самка. — Навек был уверен, что в подземелье обитает всего одна пара мантикор.

— В подземельях нельзя ничего принимать на веру, — предостерег Константин. — Искатели редко выживают после первой же ошибки.

— Константин прав, мы ничего не знаем об этом месте, — тихо поддержала его Раэлия. — Обычно у Гильдии Искателей Приключений есть подробные путеводители, а тут мы идем вслепую.

Навек выглядел слегка уязвленным: мы ведь подобрались к цели всей его жизни. Ему хотелось ворваться туда и разнести это подземелье в щепки, чтобы мантикоры больше никогда не угрожали его народу, и наконец совершить свою месть.

Константин задумчиво произнес:

— Давайте понаблюдаем за комнатой через крошечную щель. Надеюсь, тварь внутри её не заметит, а мы поймем, с чем имеем дело.

Мейвит высказал робкую надежду:

— Может, это безопасная зона?

Раэлия покачала головой:

— Нет, не для таких размеров. Это определенно чей-то вольер.

Мы потратили некоторое время на обустройство обороны в туннеле на случай, если кто-то явится сзади или подземелье само решит разрушить стену между нами и залом. Затем Мейвит проделал смотровое отверстие и удерживал его, пока у него не иссяк эфир. Его хватало примерно на час, после чего требовалось время на восстановление сил.

Во время его второго дежурства Раэлия, наблюдавшая за комнатой, вдруг взволнованно прошипела:

— Гигантский крот! — Константин тут же отодвинул её, чтобы посмотреть самому.

— Черт, мантикора только что спикировала на него сверху. — Он уступил место мне. Действительно, мантикора терзала серое пушистое существо размером с собаку. Она была настолько увлечена шумным пожиранием плоти и костей, что совершенно нас не замечала. Её мощные челюсти с хрустом перемалывали кости, и этот звук эхом разносился по зале. Константин шепнул Мейвиту:

— Держи щель как можно меньше.

Покончив с кротом, мантикора подошла к озеру, напилась и развернулась. Не думаю, что она заметила нашу крошечную дырочку размером с монету, когда взмахнула крыльями и взмыла куда-то наверх. Я позволил отверстию закрыться и рассказал остальным о увиденном. Навек воодушевился:

— Она только что наелась. Скорее всего, сейчас завалится спать, пока переваривает добычу. Мы сможем застать её врасплох.

Других предложений не было, поэтому, как только Мейвит восстановил эфир, он проделал проход шириной в три фута, полностью выложившись при этом. Я пошел первым – само собой, мне не привыкать быть приманкой, к тому же у меня был амулет эфирного щита. Я мягко ступал по каменистой земле, высматривая тварь вверху. Вторым проскочил Константин. Стена затягивалась слишком быстро, чтобы голиафы успели пролезть, так что третьей вошла Раэлия. Едва оказавшись внутри, она сразу начала формировать Огненный шар.

Я начал медленно отходить к центру зала, не сводя глаз с места, куда улетела мантикора. На каменном уступе футах в тридцати над землей виднелся её силуэт. Тварь лежала мордой к дальнему выходу, но глаза её были закрыты. Константин сместился левее, держа лук наготове, а Раэлия ушла вправо, раздувая пламя своего шара. Мы переглянулись, решив не ждать голиафов. Я попятился к озеру, надеясь привлечь внимание монстра.

Видя, что она не реагирует, я намеренно шаркнул сапогами по камням. Пусть лучше сама спустится ко мне. Один ужасный глаз мантикоры лениво приоткрылся. Судя по её сонному виду, она решила, что ей это снится. Тварь медленно зевнула, обнажив застрявшие в кривых зубах куски мяса. Но затем оба её глаза распахнулись, она перекатилась на лапы и угрожающе зашипела, мгновенно приходя в себя.

— Хочешь поговорить? — Спросил я на ломаном языке каменных великанов. Хвост мантикоры уже выгнулся над спиной, но от моих слов она вдруг замерла, озадаченно склонив голову набок. Это была единственная фраза, которую мне успел вдолбить Мейвит. Слова она поняла, но, судя по всему, разговаривать не собиралась: её хвост резко метнулся вперед, и в мою сторону полетел целый рой отравленных шипов. Воздушный щит принял на себя с полдюжины снарядов, после чего лопнул, но мой амулет эфирного щита вспыхнул и отразил два последних шипа.

Мантикоре это явно не понравилось, особенно когда первая стрела Константина вонзилась ей в шею. Она ринулась с утеса прямо на него, но в этот момент Раэлия запустила свой Огненный шар в её раскрытые кожистые крылья. Взрыв полностью окутал тварь пламенем, и она, беспорядочно кувыркаясь, рухнула на землю. Её грива тлела, но до смерти было еще далеко – и она была в ярости. Константин отступал назад, продолжая осыпать её стрелами. Я бросился наперерез наземной твари со своим черным копьем.

Из прохода показались руки Мейвита, и его стрела вонзилась мантикоре в бок, заставив ту удивленно обернуться. Это дало мне долю секунды, чтобы вогнать Сердцеед глубоко ей в грудь. Тварь резко дернулась, острие копья соскользнуло с плеча, глубоко уйдя в плоть, но смертельного удара не получилось. Я увидел, как её хвост снова взметнулся вверх, и мысленно выругался. Выпустив древко, я покатился в сторону, уходя от очередной порции шипов. Не думал, что мантикора способна так быстро повторить эту атаку. Один из ядовитых шипов прошил мою икру. Я глухо застонал от дикой, невыносимой боли, растёкшейся по ноге. Но даже несмотря на этот адский жар, мой разум оставался кристально чистым и сосредоточенным.

Мне очень не хотелось светить перед подземельем своим пространственным карманом, но, кажется, выбора не было. Опустившись на одно колено, я протащил шип насквозь через икру и тут же инстинктивно направил туда исцеляющую энергию.

Константин отбросил лук – его стрелы лишь слегка царапали толстую шкуру монстра. Выхватив оба своих меча, он с криком бросился вперед, отвлекая внимание твари на себя, пока я восстанавливался. Торчащее в плече копьё сильно мешало движениям мантикоры. Константин нанес удар своим новым руническим оружием, и электрический разряд мгновенно парализовал второе плечо зверя, отчего в воздухе резко запахло озоном. Скользнув ей за спину, он попытался отсечь хвост клинком Охотника Смерти, но безуспешно.

Раэлия уже начала плести второй Огненный шар, когда я поднялся на ноги – исцеление почти завершилось. Благодаря «Крепости разума» боль притупилась, и я призвал в руку двуручный меч. Перехватив рукоять обеими руками, я изо всех сил обрушил тяжелый клинок на шею отвлекшейся мантикоры. Удар пришелся точно по позвоночнику, дробя кости и перерубая спинной мозг. Тварь мешком рухнула на землю. Она хрипела и задыхалась, больше не в силах пошевелить телом, и изрыгала грязные ругательства на языке каменных великанов.

Константин нанес еще несколько ударов, чтобы окончательно добить монстра. Я же принялся выводить яд мантикоры из своего тела и завершать лечение ноги. Бой выдался паршивым, но мы победили. В моей руке тут же появился собиратель, и я принялся за сбор трофеев. На заднем плане раздавались глухие удары – Мейвит вовсю расширял проход своим молотом. Густой синий эфир потянулся из тела мантикоры в собиратель, формируя высшую эссенцию фокусировки.

Я посмотрел на Константина. Тот попытался улыбнуться, но улыбка быстро сошла с его лица. Он кивнул и произнес:

— Пойду поищу сундук с наградой.

— Я с тобой! — Радостно отозвалась Раэлия, явно воодушевленная возможностью разжиться сокровищами.

Вскоре к нам присоединились Мейвит с Навеком, и мы вместе наблюдали, как подземелье затягивает наш входной проем. Константин и Раэлия вернулись, неся небольшой, но изящный деревянный сундучок. Под пристальными взглядами отряда мы открыли его. Простая защелка легко поддалась, и крышка бесшумно откинулась. Внутри на россыпи серебряных монет лежала книга в красном кожаном переплете.

Раэлия тут же взяла её и принялась изучать. Мы терпеливо ждали её вердикта.

— Это заклинание магии воздуха, очень сложное. Сложнее всего, что я способна освоить… кажется, что-то связанное с управлением погодой, — разочарованно резюмировала она и закрыла книгу. Её родство с магией воздуха составляло всего 27 пунктов. Я забрал книгу и убрал её в свой пространственный карман.

Пока Константин делил серебро, я подошел к озеру. Вода подсвечивалась свет-камнем, лежащим на самом дне, из-за чего казалось, будто всё озеро светится изнутри. В этом свете отчетливо виднелись силуэты нескольких крупных рыб. Прежде чем искать выход из подземелья, мы определенно устроим здесь рыбалку.

— Как мы назовем это подземелье? — Спросил Константин, пока мы осматривали комнату в поисках полезных ресурсов. Я как раз сидел на корточках возле одного из кустов, который показался мне похожим на чайный куст, хотя уверенности не было.

— Что? — Я поднял голову.

— Мы первые его нашли, значит, имеем право дать ему имя, — равнодушно пояснил он. — Так какое название дадим этому месту?