Болотные твари

Глава 32

Потеря еще одного легионера тяжелым камнем легла на душу каждого в отряде. Оставшиеся мужчины распределили ночные дежурства, и мы сгрудили свои палатки ближе к центру островка. Меня попросили выйти во вторую смену, и я без колебаний согласился. Дежурить мне предстояло еще с четырьмя бойцами. Воздух оставался влажным, но температура заметно упала. Маг Дурандус перед сном успел только обсушиться. Он предупредил людей, что все еще восстанавливает силы, поэтому займется лечением раненых только утром. Сегодня нам пришлось спать в сырой одежде.

Спал я крепко, несмотря на мокрую постель. Когда посреди ночи меня разбудили, вчерашняя ломота в теле заявила о себе с новой силой. Дурандус лишь стянул кожу на моей ноге и убрал заразу, но мышцы все еще отчаянно ныли. Из-за холода я укутался в спальный мешок и в таком виде отправился на дежурство. Мы уселись, и напарник шепотом объяснил мне задачу:

— Каждый из нас следит за своим участком берега. Твой сектор вон там, — он указал в лунном свете границы моего обзора. — Вода спокойная, луна светит ярко. Следи за кромкой воды и ищи любые всплески или круги. Если что-то заметишь – просто толкни меня и покажи пальцем. Я сам решу, поднимать ли тревогу.

Мы устроились на подгнившем бревне с одной стороны лагеря. Остальные трое часовых заняли позиции на противоположном краю. Минут через пятнадцать мой напарник прошептал:

— Эрик, верно? — Я кивнул в лунном свете. — А я Брут.

— Рад знакомству, Брут, — шепнул я в ответ. — Давно ты с Дурандусом?

— Около двух лет, — тихо отозвался он и на какое-то время замолчал. — Я всегда думал, что иметь в отряде мага-целителя – это здорово. Вот только это мало помогает, когда великан размазывает нас одним ударом.

Я вспомнил, что Брут оказался единственным выжившим из группы копейщиков. Он получил страшный удар по голове, потерял сознание и пришел в себя только после окончания боя.

— Нам просто нужно радоваться, что выжили, и поскорее вернуться в город, — прошептал я. Два громких щелчка с противоположной стороны лагеря заставили Брута мгновенно повернуть голову.

— Тихо. Это сигнал о возможном нападении, — он замер, и мы оба обратились в слух. Через пять минут раздался одиночный щелчок, и Брут заметно расслабился:

— Такое за ночь случается раза два-три. Луна сегодня яркая, но темнота все равно играет с глазами в прятки.

Я поднял глаза к небу и принялся разглядывать светило. В отличие от привычной мне луны, эта была вдвое больше и отливала глубоким синим цветом. Из-за глянцевого блеска казалось, будто она покрыта водой.

— Не стоит на нее так пялиться, — заметил Брут. — Она слишком яркая, на пару минут совсем ослепнешь в темноте.

— Эта луна действительно покрыта водой? — Спросил я, когда его слова подтвердились: зрачки сузились, и все вокруг показалось гораздо темнее.

— Думаю, да. Ее называют Слеза Нептуна. Нептун управляет приливами и штормами, — он вдруг напрягся, перехватил поудобнее кинжал и прошипел:

— Тихо!

Я и сам это увидел. На воде у самого берега пошли круги. Брут поднялся и достал мешочек со свет-камнем. Я вытащил свой из пространственного кармана. Я заранее зарядил их все, так что в его готовности сомневаться не приходилось. Напарник сместился вправо:

— Если покажется тварь, я брошу в нее свет-камень, чтобы драться при свете.

— Я тоже готов, — шепнул я. Брут дважды стукнул кинжалом по древку копья, предупреждая остальных часовых о возможной угрозе. Я крепче сжал свое копье, силясь разглядеть движение в сине-сером болотном полумраке. В груди начало нарастать нехорошее предчувствие. — Чувствуешь? — Спросил я.

— Да, — он еще дважды стукнул по копью. — Запах усиливается.

Я глубоко вдохнул – болотная вонь действительно стала невыносимой, странно, что я не заметил этого раньше.

— Может, это опять гигантская черепаха мутит воду неподалеку, — с надеждой предположил Брут.

— Может, разбудим остальных? — Спросил я, пытаясь уловить хоть какое-то движение.

Брут только открыл рот, чтобы ответить согласием, как на другой стороне лагеря взревела тревога. Послышался лязг металла о металл.

— Беги к ним! — Крикнул он. — А я прикрою эту сторону, чтобы нам не зашли со спины.

Я на секунду замешкался, а затем бросился через лагерь к позициям других часовых. Мимо меня уже вовсю шуршали просыпающиеся палатки.

С той стороны, куда я бежал, раздался полный боли крик:

— Оно схватило меня! Рубите его!

Я прибавил ходу, решив, что это опять язык гигантской лягушки утаскивает человека в воду. На бегу я швырнул свой свет-камень в сторону криков. Но то, что предстало перед моими глазами, никак не укладывалось в голове.

Огромный шагающий курган из болотной растительности обвил ноги одного из бойцов лозами толщиной в запястье и тащил его к себе. Парень выронил лук и отчаянно кромсал эти путы кинжалом. Слева от меня еще двое часовых рубили короткими мечами точно такую же груду шевелящейся травы. Болотная тварь нападала на нас, словно в дешевом земном ужастике. Я подбежал и вонзил копье в туловище шамблера, который утягивал лучника. Тот истошно заорал:

— Руби эти чертовы лозы!

Он находился всего в паре футов от тела монстра. В лагере уже зажглись свет-камни, и остальные бойцы вот-вот должны были прийти на помощь. Я принялся тыкать копьем в удерживающие его путы, но это не помогало их перерубить. Нога парня уже коснулась туловища монстра, и растительность расступилась, затягивая конечность внутрь. Вокруг места схватки заметались брошенные свет-камни, рядом со мной выросли двое мужчин и принялись неистово рубить лозы мечами. От чудовища во все стороны полетели ошметки склизких растений.

Дело пошло на лад. Но тут одна из лоз твари резко взметнулась и с отчетливым хрустом обрушилась на плечо одного из мечников. Его колени подогнулись, он выронил короткий меч и попытался здоровой рукой вытащить хотя бы кинжал. Наконец появился маг Дурандус и приготовился сотворить заклинание. Прямо передо мной вспыхнула молния, ослепив меня и заставив отступить на шаг под грохот сухого щелчка грома.

— Никаких молний! — Донесся крик солдата из соседней схватки. — Это шамблер! Молнии только лечат его!

Я ничего не видел, но услышал, как маг грязно выругался:

— Проклятье, шагающие курганы! Должен был догадаться!

Я отступил назад, часто моргая в попытке вернуть зрение и прислушиваясь к шуму борьбы. Громче всего звучал крик затягиваемого внутрь лучника – я отчетливо слышал, как ломаются его кости. Наконец зрение вернулось, и я увидел, что парень уже полностью скрылся в теле монстра, раздавленный этой растительной массой. Его крики, к счастью, прекратились, когда одна из лоз протолкнулась ему прямо в рот, забивая горло.

Земля вокруг покрылась инеем – маг начал замораживать тварь, как делал это со штормовым великаном. Чудовище, в теле которого только что угасла жизнь лучника, попыталось дотянуться до уцелевшего мечника. В этот момент с другого конца поляны донесся крик Брута:

— Здесь еще один!

Поняв, что от копья толку мало, я подобрал короткий меч легионера, который тот выронил, когда удар лозы сломал ему плечо. Маг уже сковал тварь льдом и находился в безопасности, так что я поспешил на помощь к Бруту. На другой стороне лагеря из воды на сушу медленно выползало чудовище, с которого ручьями стекала болотная жижа. Брошенный Брутом свет-камень отбрасывал от этого холма жуткие тени, делая его еще более зловещим.

Брут пятился к лагерю, не решаясь вступить в бой. Он посмотрел на меня:

— Как там на той стороне?

— Маг Дурандус сковал одного льдом, остальные добивают второго, — ответил я.

— Я мало что знаю об этих тварях, — признался он. Наш разведчик был единственным, кто помнил, что молнии их лечат. — Как насчет того, чтобы отходить, пока не соединимся с остальными?

— Чертовски умный план, — заметил я, радуясь здравой мысли.

Тем временем еще одного бойца скрутило лозами и затащило внутрь другого чудовища. Быстро убить его не получалось, а маг был занят заморозкой первого. Полные паники крики несчастного переросли в визг и оборвались меньше чем за минуту.

Мы успели отойти лишь на полпути к остальным, когда шум битвы начал стихать. До нас долетел крик, что с одной тварью покончено. Маг Дурандус крикнул, что его монстр обездвижен, и велел всем добивать того, что прорвался в лагерь.

Дурандус первым пришел к нам на выручку, и земля снова покрылась изморозью, когда он начал творить заклинание. Вскоре мы окружили тварь со всех сторон, выжидая, пока ее похожие на плети отростки покроются льдом, чтобы тут же их обрубить. Я присоединился к общей свалке, и вскоре от кургана осталась лишь огромная куча зеленых ветвей и липкого сока. Мы все тяжело дышали, перемазанные этой склизкой жижей. Еще одна победа, больше похожая на поражение – двое парней погибли жуткой смертью.

Разведчик произнес:

— Тот, что во льду, еще жив. Надо изрубить его на куски.

Дурандус резко отменил приказ:

— Нет. Живая тварь с большей вероятностью даст эссенцию.

Он достал свой собиратель эссенции размером с тарелку и занес его над кучей болотной жижи. Артефакт на мгновение вспыхнул, но ничего не произошло. Маг нахмурился. Он направился ко второму поверженному чудовищу, и наша группа из семи человек последовала за ним. Но и над этой изрубленной кучей прибор лишь бесполезно мигнул.

— Проклятье! Должно же было что-то остаться! — Злобно прорычал Дурандус. Думаю, из-за того, что внутри тварей погибли солдаты, он рассчитывал получить эссенцию либо из самого шамблера, либо из мертвого легионера. Его последней надеждой оставался живой монстр, скованный льдом, с телом погибшего внутри.

Разведчик осторожно заметил:

— Дурандус, лучше бы нам сначала изрубить его, а уже потом собирать добычу.

Маг лишь отмахнулся от него:

— Он надежно заперт. Если лед начнет колоться, тогда и навалитесь всей гурьбой.

Мы подошли вплотную. Я оказался прямо напротив замерзшего солдата – его лицо исказила гримаса нечеловеческой боли, а изо рта торчала болотная лоза. На его месте легко мог оказаться я.

Дурандус вытянул диск вперед и запустил процесс. Похоже, с живыми существами это занимало больше времени, потому что прибор продолжал светиться и через несколько секунд. На лице мага заиграла предвкушающая улыбка. И в этот самый миг ледяной панцирь с треском разлетелся, и тяжелая плеть мгновенно врезалась в грудь мага, отбросив его далеко в болото. Долю секунды спустя мы уже вовсю рубили ожившую тварь.

Разведчик заорал во все горло:

— Брут, вытаскивай мага! Эрик, дай ему зелье! Быстро!!

Я не стал говорить ему, что у меня осталось всего десять противоядий и два зелья выносливости. Я просто бросился в воду вслед за Брутом. Оставалось только надеяться, что поблизости больше нет этих тварей. По крайней мере, у меня все еще оставался мой фокус с пространственным карманом.

— Как далеко его отбросило? — Спросил я.

— Не знаю, держись шагах в десяти от меня, пойдем веером. Иди медленно и смотри в оба.

Я достал свет-камень и поднял его повыше. Мы шли по пояс в воде. До берега и безопасной группы оставалось уже ярдов тридцать. Тревога нарастала, и тут у моих ног что-то серебристо блеснуло. Это был собиратель эссенции. Я направил туда свой пространственный карман и втянул прибор в хранилище, даже не наклоняясь и не опуская руки в воду.

Минуту спустя, отойдя от берега почти на семьдесят футов, мы обнаружили мага Дурандуса. Он плыл лицом вниз. Брут помедлил, затем подошел ближе и перевернул его.

— Он мертв. Должно быть, потерял сознание от удара и захлебнулся. Какая нелепая смерть для мага воды – утонуть.

В его голосе не слышалось особого сожаления. Да и мне смерть мага показалась вполне заслуженной карой.

Бродячий курган /monsters/17011-shambling-mound.