Что-то назревает

Сквозь боль я упрямо твердил себе, что всё это далеко не так ужасно, как поглощение высшей эссенции земли в Махе. Голос Мейвита доносился откуда-то из глубины сознания, он пытался заговорить со мной, но боль забирала всё мое внимание. Я прикусил язык, почувствовав металлический, медный вкус крови, наполнившей рот. Когда боль наконец утихла, сведенные судорогой мышцы расслабились. Я прохрипел:

— Сколько прошло?

Мейвит стоял надо мной на коленях. — Меньше минуты. Ты в порядке, Эрик? Выглядело паршиво.

Быть не могло, чтобы прошла всего минута. Я сел, чувствуя боль в каждой клеточке тела. — Дерьмо.

— Что случилось, Эрик? От тебя несет просто ужасно – тухлыми яйцами, и вся кожа покрылась какой-то слизью, — выразил беспокойство Мейвит, однако все же попятился назад.

— Да, я еще и обделался. Если я когда-нибудь решусь на это снова, то обязательно очищу оба конца, прежде чем начать. — Я сплюнул остатки рвоты, стараясь лишний раз не шевелить задницей. Горло саднило, и я применил немного исцеления на поврежденные сухожилия и связки, пострадавшие от сильного напряжения. Испорченную одежду и грязное белье я определенно оставлю в этом подземелье.

Я вспомнил разговор с Кольмом. — В комнате с гарпиями была вода – по крайней мере, они говорили, что рыбачили там. Мы сможем пройти мимо земляного дрейка, ведь сутки еще не прошли. К тому же в комнате гарпий должен быть сундук с наградой.

— Я пойду впереди тебя, — сказал Мейвит, сморщив нос. Я хотел было возразить, что мне долгое время приходилось терпеть его запах, но, с другой стороны, от моего собственного амбре меня самого сейчас подташнивало, а глаза слезились. Мы поднялись по лестнице, что в испачканной одежде было сомнительным удовольствием. Мертвый земляной дрейк лежал на прежнем месте, и мы осторожно миновали его, войдя в следующий коридор. Он слегка изгибался, прежде чем вывести нас к комнате гарпий.

В этой комнате росли невысокие зеленые деревья и высился сухой сухостой. Следов легионеров я не заметил, а каменный сундук с наградой виднелся возле большого пруда в самом центре зала. Поскольку я был без доспехов, я пропустил Мейвита вперед. — Иди первым, Мейвит. Моего эфира хватит, чтобы справиться с одной проблемой. — Он кивнул, и мы пошли мимо низких деревьев, усыпанных красными ягодами.

Мейвит сорвал одну ягоду, сунул в рот и тут же выплюнул:

— Горькая, Эрик, даже не пробуй. — Я всё равно сорвал ягоду и принялся её разглядывать. Она походила на маленькую вишню, но ею явно не являлась. Я сжал плод, и под кожицей обнаружилось зернышко. Оно было белым и выглядело на удивление знакомо.

— Мейвит, по-моему, это кофейное зерно. У нас в Цинге такие есть. — Я не был уверен до конца, но из книг знал о десертном напитке, который назывался кофе. Зерна обжаривали, измельчали и пропускали через них воду, получая насыщенный черный напиток. Описание очень подходило. В Тельхианской Империи я кофе не встречал, зато там было полно самых разных сортов чая.

Мы подошли к пруду в центре зала и заглянули в воду. Он был около двадцати футов в ширину, и Кольм не соврал – рыба здесь действительно водилась.

Эта рыба оказалась мельче угрей и других видов, что я находил до этого. Рыбешки были круглыми и едва превышали размером мою ладонь. Они поднимались к поверхности, а затем стремительно уходили на глубину и исчезали. Я предположил, что им нужен воздух, и именно в этот момент гарпии пикировали вниз, хватая их прямо с веток сухостоя.

Я с благодарностью разделся, бросив грязное белье в кучу, чтобы подземелье забрало его. Вода оказалась холодной, когда я попробовал её ногой, а от моей погрузившейся конечности по поверхности пошла маслянистая пленка. Вся та гадость, что выделилась из моего тела, была жирной. Рыба, похоже, испугалась моего амбре и резко перестала подниматься к поверхности.

Когда я устроился в воде, никакой опасности не наблюдалось. — Мейвит, почему бы тебе не проверить сундук в центре зала, пока я моюсь? — К моему удивлению, голиаф не выказал особого восторга при виде сокровищ, в отличие от большинства людей. Он просто кивнул, неохотно принимаясь за дело.

Я отмывался в воде как мог, используя вместо мочалки носок. Без мыла дело шло туго. Вскоре вся поверхность пруда затянулась маслянистой пленкой от моих стараний. Я тер кожу до красноты, пытаясь избавиться от мерзкого запаха.

Пока я мылся, вернулся Мейвит и протянул мне двенадцать серебряных монет и зелье. Я изучил рунические письмена на флаконе и объявил:

— Насколько я могу перевести, здесь написано «видеть во тьме». Это зелье ночного зрения. — Мейвит выглядел впечатленным. — Оставь его себе, Мейвит. Зелья из подземелий могут храниться годами. — Я отправил монеты в свой пространственный карман, чтобы ему не пришлось их тащить, и выложил на берег рыболовные снасти.

Мейвит с отвращением посмотрел на пруд, который теперь покрывала радужная масляная пленка. — Эрик, я не уверен, что хочу рыбачить в этом пруду. — Я глянул на воду: некоторые рыбины уже с трудом держались на плаву. Похоже, токсины, вышедшие из моего тела, отравили воду.

— Можешь собрать для меня ягоды? Думаю, они пригодятся. — Мейвит посмотрел на два десятка кофейных деревьев и кивнул. Похоже, он обрадовался предлогу убраться отсюда подальше. Я продолжил приводить себя в порядок, после чего оделся в чистую одежду. Несколько рыбин уже плавали на поверхности кверху брюхом. Я применил собиратель на трех мелких рыбешках, но только одна дала малую эссенцию стойкости. Я отдал её Мейвиту, после чего начал облачаться в доспехи.

Мой легионерский доспех выглядел плачевно. Красный лак на металлическом шлеме облупился. Кожаные детали, пропитанные смолой, слегка повело. На нагруднике красовались глубокие борозды от когтей гарпии. Казалось, владелец этого снаряжения прошел через ад – бедолагу успели заморозить, сжечь, раздавить и исцарапать. В моем кармане лежал новый комплект доспехов легионера, но я не мог надеть его, не выдав компании размеры своего хранилища. Я помог Мейвиту собрать кофейные ягоды на большой кусок ткани, связал углы и отправил узел в карман. Я понятия не имел, как превратить эти ягоды в настоящий кофе, но чего-очень-много в подземелье, так это времени.

Из этой комнаты вели два выхода. Тот, что слева, вел к Флавию и остальным легионерам. Тот, что справа – скорее всего, туда, откуда прибежал гоблин. Мне предстояло сделать выбор: воссоединиться с Флавием и остальными или отправиться на поиски Кастилии? У нас еще оставалось несколько часов до возрождения гарпий.

Я долго колебался, прежде чем объявить Мейвиту:

— Мы идем туда. — Я указал в сторону, откуда, вероятнее всего, явился гоблин. Мейвит посмотрел на проход к легионерам, затем снова на выбранный мной путь. По его растерянному виду я понял, что должен объясниться. — Флавий не должен знать, что у меня есть собиратель, да и остальные мои способности лучше держать в секрете.

Мейвит всё понял. — Я унесу твою тайну с собой в могилу, Эрик. — Его глубокий голос прозвучал обнадеживающе, хотя меня немного обеспокоило то, как громко он это произнес – словно давал священную клятву. Я опасливо покосился на коридор, радуясь, что там никого нет. Озвучив решение, мы не стали терять времени и покинули комнату гарпий.

Пока мы шли, коридор петлял то влево, то вправо, но привычные светящиеся линии на потолке и полу успокаивали. Мне было интересно, откуда взялся гоблин и почему никто не преследовал его из комнаты, к которой мы приближались. В конце коридора перед нами открылся широкий песчаный зал. Повсюду в воздухе кружились маленькие песчаные вихри.

— Может, под песком что-то есть? — Я кивнул Мейвиту, стоявшему справа.

Мейвит тоже внимательно разглядывал песок. Он задумчиво прогудел:

— В этом подземелье определенно много разных зон. Мне доводилось бывать в Выжженной Пустоши. Там водились плотоядные жуки, скорпионы всех размеров и разные виды элементалей. Эти песчаные вихри могут оказаться малыми элементалями.

Я пристальнее вгляделся в кружащиеся столбы песка. Они стояли на месте, а в книгах мне не попадалось упоминаний о подобных элементалях. — Если гоблин смог пройти через эту комнату, может, и нам попробовать? — Мейвит оглянулся назад, вероятно, вспомнив о пяти легионерах и ученом, оставшихся позади. В конце концов он снова повернулся к песчаному пейзажу.

— Если это элементали, на них должно подействовать наше рунное оружие, — сказал Мейвит. Я принял это за согласие и ступил на песок. В зале стояла невыносимая жара, словно в настоящей пустыне, и песчаные вихри тут же пришла в движение, направляясь ко мне. Мейвит шагнул за мной. — Это не элементали, Эрик. Под ними в песке что-то шевелится.

Мейвит оказался прав. В нашу сторону двигались песчаные холмики. На эти мини-торнадо легко было отвлечься. Они перемещались довольно быстро, рассредоточившись и действуя сообща. — Назад в коридор, Мейвит!

Мы оба выскочили в безопасный проход, готовые отступить к гарпиям. Все пять холмиков устремились за нами и замерли у самого входа. Из песка показался жук размером с собаку, сердито щелкая в воздухе внушительными жвалами. Похоже, он не решался покинуть песчаную зону и вскоре снова погрузился вглубь.

Мы стояли наготове, но жуки медленно поползли обратно. Баритон Мейвита произнес:

— Думаю, это песчаные скарабеи. Я никогда раньше их не видел, но они используют эфир и магию земли, чтобы зарываться в песок. Если попытаться сразиться с ними там, они могут быстро затянуть тебя вглубь и атаковать снизу, пока ты обездвижен.

— Звучит просто ужасно. Оказаться запертым в песке без возможности сопротивляться, пока эти твари грызут твои ноги… и всё остальное. — Я содрогнулся, понимая, почему Флавий и остальные не совались в эту комнату.

— К тому же они быстрые, так что избежать встречи с ними будет трудно, — добавил Мейвит.

— Нам и не нужно их избегать, Мейвит. Они не покинут песок. — Я шагнул в зал и дождался, пока первый скарабей приблизится, после чего отправил целый столб песка вместе с вихрем в свой карман. Мой эфир мгновенно иссяк – жук отчаянно сопротивлялся, но у меня всё же получилось. Я поспешно отступил назад в коридор к Мейвиту.

Мы приготовились к бою, пока остальные четыре скарабея кружили у самого края коридора, но они так и не решились покинуть песчаную зону. Я улыбнулся Мейвиту:

— Теперь нам просто нужно подождать, пока я смогу проделать это снова. Обычно на восстановление уходит около двух часов, но в подземелье прошло меньше часа. — Полагаю, дело было не только в самом подземелье, но и в росте характеристики направления эфира, ускорявшей восстановление.

Примерно через сорок минут второй скарабей был мертв. Они передвигались на глубине около фута, но благодаря кружащемуся над ними песку выслеживать их перемещения не составляло труда. После того как мы прикончили третьего, оставшиеся два преподнесли сюрприз, выбравшись за пределы песчаного зала. Но Мейвит не растерялся – он размозжил одного своим молотом, а второго я сумел проткнуть своим чёрным клинком прямо между жвал. Это было кстати: на последних двух я смог использовать собиратель, получив с каждого по большой эссенции земли. Я испробовал собиратель и на трех других скарабеях, добыв еще одну большую эссенцию земли и одну малую эссенцию земли. Первый скарабей погиб слишком давно, чтобы с него можно было что-то получить.

Мы поняли, что комната зачищена, когда в центре этой мини-пустыни появился каменный сундук с наградой. — Проще простого, Мейвит. — Я улыбнулся голиафу, который озадаченно посмотрел на меня, пытаясь сообразить, что значит это выражение. Я подошел к скромному сундуку и разбил его. На песок посыпались серебряные монеты, а сверху лег фолиант в кожаном переплете. Когда я открыл его, в нос ударил резкий запах выделанной кожи.

Внутри оказались страницы, исписанные сложными магическими формулами для какого-то заклинания. Без латинских пояснений я не мог понять, что именно оно делает. Первые несколько страниц занимали сами формулы, а на последующих, исписанных рунами, вероятно, шло подробное описание, но на расшифровку в Мире Грёз у меня ушли бы часы. Я заметил несколько символов, указывающих на связь с родством с землей. Я протянул книгу Мейвиту. — Думаю, это заклинание магии земли. Хочешь забрать?

— Нет, я уже запечатлел свое родство с землей, Эрик. Да и полноценные заклинания я учить не могу. — Я пожал плечами и собрал серебряные монеты вместе с книгой. Мы оглядели комнату – овальный зал до краев заполнял лишь песок.

— Давай переберемся в коридор, Мейвит. Эта комната не доставила нам особых хлопот, и я бы не отказался вернуться сюда позже за эссенциями земли. — Мы пошли по неисследованному коридору и вскоре вышли к уже знакомой комнате с двумя длинными и широкими каменными полками.

Мейвит довольно хмыкнул:

— Комната отдыха. — Это была безопасная комната, примечательная тем, что из неё вели сразу три разных выхода – не считая того коридора, откуда пришли мы, и маслянисто-черной двери, манящей навсегда покинуть подземелье.

Мы вошли и начали располагаться, но я тут же заметил темные латинские буквы рядом с полустертыми эльфийскими письменами на стене: «Отряд Кастилии пошел этой дорогой», и стрелку, указывающую на один из проходов. Мы были близко – но как давно это было написано?

Я повернулся к Мейвиту, который не умел читать на латыни. — Здесь был отряд Кастилии. — Его глаза расширились от волнения. Он явно спал и видел, как выберется из этого подземелья. — Не торопись радоваться. Мы не знаем, как давно они здесь проходили. Почему бы тебе сначала не поспать? А я пока посижу и приготовлю еду.

Я достал эльфийский стол-планшет и кое-какие ингредиенты, включая горсть кофейных ягод. Мейвит устроился поудобнее и вскоре уже храпел. Убедившись, что он заснул, я взялся за края стола и активировал устройство. Пришло время проверить, что дала мне большая эссенция иллюзии.