Верность

Объявление к главе 61: на Патреоне выложено на 21 главу вперед.

Мы пристроились вслед за лошадьми. Я думал, всадники попытаются оторваться от нас и прибавят ходу, но они ехали ровным, размеренным шагом, так что нам пришлось перейти на обычный маршевый темп, чтобы не отставать. Как же хорошо, что Кольм успел починить мне подошву на сапоге! Я шагал в самом последнем ряду нашего походного построения: Брут шел слева от меня, а Ферт – справа. Старый ветеран Ферт негромко проворчал:

— Ну и паршивый же выдастся ночной марш. Благо хоть свет-камни при нас. Тебе придется зарядить мой.

Он передал его мне, и вскоре ко мне потянулась целая вереница свет-камней. Это были те самые камни, которые они у меня «реквизировали». Оставшиеся четыре штуки я припрятал в своем пространственном кармане, опасаясь, как бы и их не постигла та же участь. Едва я закончил возиться с зарядкой, как сзади послышался стремительный топот копыт. Ферт зычно рявкнул:

— Щиты назад! Копья и луки на изготовку!

Четверо бойцов, раздобывших в армейском лагере ростовые щиты, тут же перестроились, образовав сплошную стену, а двое с круглыми щитами прикрыли фланги этой шеренги. За ними встали четверо копейщиков, а позади всех – четверо лучников. Адриан и Делмар держались в самом тылу, и я стоял рядом с ними. Константин и еще несколько человек мгновенно скользнули с дороги в заросли, чтобы зайти возможным нападающим с фланга. Все эти действия были отточены до автоматизма и заняли считаные мгновения. Делмар крикнул:

— Отставить! Разомкнуть строй, вернуться на позиции! Это всего лишь Гончие.

Девять всадников во главе с Корнелием поравнялись с нами и пустили лошадей шагом. В угасающем вечернем свете Корнелий усмехнулся:

— Константин, я удивлен, что ты не угнал коней для своего отряда.

Константин рассмеялся:

— Уверен, Октавиан только этого и ждал, чтобы сразу заковать всех нас в кандалы!

Корнелий весело вторил ему:

— Пожалуй, ты прав. Он отправил нас выслеживать двух легионеров из регулярных частей, которые передумали штурмовать стены Махи и скрылись в лесах. Не переживай, Константин. Мы позаботимся о том, чтобы ваша магиня добралась до столицы в целости и сохранности. Раз уж вы топаете в ту же сторону, то наверняка и сами окажетесь в столице… рано или поздно. — Он откровенно забавлялся нашим положением.

Константин спросил уже без улыбки:

— Каковы ее шансы перед Трибуналом? Что говорят?

Корнелий нахмурился и сделал знак своим людям двигаться дальше. Те поехали вперед, а он ответил:

— Октавиан из кожи вон вылезет, чтобы пролезть в Трибунал вместе с герцогиней Вероникой. Третьего судью Император назначит исходя из того, кто больше заплатит за судейское кресло. К сожалению, боюсь, судьба магини Кастилии его совершенно не волнует.

Ферт обратился к Корнелию:

— Но разве Октавиан не сын Императора? Разве это не гарантирует, что все будет так, как он пожелает?

— Император не выделяет никого из своих детей. Скорее даже наоборот. Он всегда настороже с ними. Впрочем, сомневаюсь, что это сыграет на руку Кастилии. — С этими словами Корнелий пустил коня вскачь, догоняя свой отряд и оставляя нас позади.

Мы продолжали марш, держась строя и не упуская всадников из виду. Копыта их лошадей поднимали густые тучи дорожной пыли, которая вскоре плотным слоем покрыла каждого из нас. Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как бойцы, шедшие по краям нашей колонны, достали свет-камни. Ларита проделала невероятную работу, исцелив всех раненых, но лично у меня была одна проблема: кожа на подошвах моих ног оставалась совершенно нежной, розовой, без единого намека на мозоли. Не успели мы пройти и пары миль, как я уже почувствовал, что натираю водяные пузыри. С наступлением ночи на небе, затянутом тяжелыми тучами, скрылась синяя луна, и вокруг воцарилась кромешная тьма. Солдаты на флангах закрепили свет-камни прямо на щитах. Пляшущие тени, которые этот свет отбрасывал от придорожных деревьев и кустов, навевали жуть и тревогу. Особенно если помнить, что в этом новом для меня мире из темноты в любой миг могли выскочить десятки жутких тварей.

Отряд конных легионеров впереди освещал себе путь сам. Мощные, направленные лучи света метались далеко впереди нас, пока всадники выполняли роль авангарда. Глядя на них, я подумал, что мог бы соорудить нечто подобное со своим свет-камнем: сделать простейший фонарь, используя отполированную металлическую воронку.

Ночь тянулась, и лошади постепенно уходили все дальше. Колышущиеся огоньки впереди становились все мельче и бледнее. Делмар и Адриан задавали темп во главе колонны. Они прекрасно знали, с какой скоростью можно вести людей по темной грунтовой дороге, чтобы не загнать их до полусмерти. Впрочем, в том, что всадники оторвались, был и свой плюс: по крайней мере, нам больше не приходилось глотать поднятую ими пыль.

Спустя несколько часов изнурительного марша Брут нарушил молчание:

— Ну, все не так уж плохо. По крайней мере, нас не погнали штурмовать стены Махи, чтобы отбить город.

Ферт отозвался:

— Это верно, но, насколько я слышал, штурмовать его никто и не собирается. С ними идут сильные маги земли, они планируют просто обрушить внешние стены. Заодно, небось, разнесут и половину нижнего города.

Уайли обернулся:

— А как же жители, которые там остались?

— Им следовало бежать. Я разговаривал со знакомым из отряда магистра магии Дакиана. Дакиану как раз поручили обрушить западную стену, а потом отстроить ее заново, когда город будет взят, — спокойно пояснил Ферт.

— То есть они собираются просто разрушить город, а потом восстановить его? — Недоверчиво переспросил я.

— На это уйдет пара месяцев, но да, именно так, — подтвердил Ферт. — Этот план существовал с самого начала. Им нужно было запереть бартирадийцев внутри стен.

— Тогда почему Кастилию отдают под Трибунал? — Подал голос Уайли из ряда впереди нас.

— Ее приказ гласил: удерживать город до прибытия герцога Тиберия, — ответил Ферт. Я так и обомлел. Иными словами, Кастилия, Грегор и Дурандус были обречены на провал в любом случае. Единственный способ выстоять против бартирадийцев и выполнить этот план заключался в том, чтобы удерживать стены внутреннего города до тех пор, пока армия герцога соизволит явиться.

После этого у всех пропало желание разговаривать от усталости, тем более что Адриан приказал немного прибавить шагу, едва не перейдя на бег. Сама мысль о том, что мы пытаемся угнаться за лошадьми, казалась безумием. Радовало хотя бы то, что Корнелий обещал доставить Кастилию в столицу целой. За ночь мы миновали три небольших поселения, а когда огни отряда Октавиана окончательно скрылись из виду, мы вышли к небольшому мосту, и Делмар скомандовал:

— Тридцать минут на водопой и перекус!

Константин грозно прикрикнул:

— Сапоги никому не снимать! Знаю, что ноги у вас ноют так, будто вы впервые вышли на марш в учебке, но если разуетесь – сделаете только хуже. До Каранхагана еще около пятидесяти пяти миль. Наберите фляги из источника и напейтесь досыта!

Проклятье, мы шли уже много часов, а преодолели лишь треть пути. Солдаты бросились пить, набивать рты, справлять нужду.

Люциан, наш полковой шталмейстер, попытался подбодрить приунывших бойцов:

— Скорее всего, им придется дважды давать коням отдых, прежде чем они доберутся до города. Может, мы еще обойдем их, пока они будут поить лошадей.

Я сидел рядом с Брутом, Феликсом и Матео, торопливо уплетая припасы. Я заметил:

— Поверить не могу, какой здесь сухой и прохладный воздух. В Махе каждый день стояла жуткая духота, а ведь мы совсем недалеко от города.

— Под этой дорогой проходит одна из крупных лей-линий. Она и влияет на погоду, — пояснил Брут.

Феликс поинтересовался:

— А разве в Цинге нет лей-линий?

Я ответил, тщательно подбирая слова:

— Есть, конечно, просто я вырос вдали от них, да и образование у меня хромает.

— Отдых окончен! — Зычный выкрик Адриана избавил меня от необходимости придумывать дальнейшие объяснения. Нужно быть осторожнее, когда я вру про Цингу. С моим везением к нашему отряду обязательно прибьется какой-нибудь настоящий легионер из того далекого королевства.

Я направил немного исцеляющего эфира к своим ступням, чтобы привести их в порядок. Я оказался одним из немногих, кто поднялся на ноги без стонов и гримас боли. Впрочем, вскоре суровая солдатская выучка взяла свое, и бойцы перестали обращать внимание на стертые ноги. Нам предстояло преодолеть восемьдесят миль в тяжелых сапогах, неся на себе больше шестидесяти фунтов доспехов и снаряжения. Наверняка те, кто набрал в лагере щиты, копья и стрелы, уже горько пожалели о своем решении. Мы пошли быстрым шагом, и над дорогой воцарилась тишина, нарушаемая лишь шуршанием подошв по пыльной земле.

Когда начало вставать солнце, долгожданного облегчения это не принесло. Там, внизу, в долине, река огибала небольшой городок. Серебряные доспехи легионеров Октавиана ярко вспыхнули в первых лучах нового дня. Мы нагнали их. Не сворачивая в раскинувшееся внизу поселение, мы упрямо продолжили свой путь по тракту. Настроение у всех немного поднялось: Кастилия была где-то там, внизу, и, судя по всему, мы все-таки успеем добраться до Каранхагана и застать портал открытым.

Ближе к полудню мы миновали указатель, сообщавший, что до Каранхагана осталось сорок одна миля. Я удивлялся, почему люди Октавиана до сих пор не настигли нас сзади. Незадолго до того, как солнце взошло в самый зенит, прозвучала команда к очередному привалу. После пятидесяти миль форсированного марша даже Константин выглядел измотанным.

Я размял затекшие, ноющие плечи, пустив по телу еще одну малую волну исцеления. От этого чувства легкого жульничества становилось даже немного неловко. Солдаты валились прямо на землю; у многих не находилось сил даже на то, чтобы достать еду, и они предпочитали просто провалиться в короткий сон. Я же достал припасы из заплечного мешка и принялся за еду и воду. Чем больше я съем сейчас, тем легче будет нести мешок дальше. Пока наш отряд отдыхал на обочине, сзади послышался топот – это приближалась колонна Октавиана. Поравнявшись с нами, всадники перешли на легкий галоп. На их лицах читалась откровенная спесь: они прекрасно понимали, что нам ни за что не преодолеть оставшиеся тридцать миль быстрее них. Кастилия все так же невозмутимо ехала верхом в самом центре их построения.

Когда они скрылись из виду, сидевший неподалеку Ферт выругался:

— Сиськи гарпии! Если герцог прикажет магу смещения переправить его сразу же, как только они прибудут на место, нам, чего доброго, придется ждать два или три дня до следующего открытия портала в столицу.

Адриан раздраженно огрызнулся:

— И что ты предлагаешь делать, Ферт? Зелий выносливости у нас нет, а я и так гоню людей на пределе безопасности. Если в Каранхагане или Телхе нам откажут в лечении, мы потом неделю будем только раны зализывать! — Я еще никогда не видел нашего командира в таком взвинченном состоянии. А ведь всего день назад Адриан, превозмогая тяжелые раны, вырывался из гибнущего города.

— Отправить людей вперед, — глухо, но настойчиво проговорил Ферт. — Среди нас есть те, кто может бежать быстрее. Если герцоги поспешат с Трибуналом, у Кастилии не окажется ни одного свидетеля в защиту. Она заслужила, чтобы хоть кто-то из нас попытался.

Я и не подозревал, что старый вояка так радеет за судьбу Кастилии, особенно учитывая, что сам он служил одному из преторианцев.

— Кто готов пробежать тридцать миль до города? По моим подсчетам, вам нужно уложиться примерно в пять часов, чтобы успеть к открытию портала, — спросил Адриан, и в его голосе прозвучала почти мольба.

Константин сбросил наземь свой мешок и потянулся к фляге:

— Наполните мою флягу, и я побегу. Из всех остальных только Бенито, Лайнус, Павел и Эрик выглядят так, будто способны выдержать это.

Бенито молча кивнул и тоже скинул мешок. Павел последовал его примеру, пусть и с явной неохотой. Лайнус по виду не слишком обрадовался тому, что его вызвались добровольцем, но все же медленно стянул лямки своего ранца.

Ну надо же, опять меня припахали. Я вздохнул:

— Дайте мне побольше полных фляг. Я смогу уложить пять штук в свой пространственный карман. — Бойцы тут же зашуршали своими вещами, и я быстро распихал фляги и немного еды по свободным местам в кармане, забив его до отказа.

Чтобы облегчить ношу, мы впятером оставили свои заплечные мешки. Из оружия каждый взял лишь короткий меч да поясной нож. Мы побежали цепочкой вслед за Константином. Наша пятерка представляла собой довольно пестрое зрелище: Константин – приземистый и широкоплечий, Бенито – невысокий и плотный, Павел – жилистый и ростом почти с меня, а Лайнус оказался единственным среди нас, кто не выглядел так, словно состоял из одних лишь тугих пластов мышц. Ну и я – высокий и крепко сбитый.

Задав темп, Константин бежал впереди. Бег был легким, размеренным – мы преодолевали милю примерно минут за десять. Константин отлично подобрал людей. Лишь Павел начал заметно сдавать, когда мы поравнялись с дорожным указателем у какого-то поселения, сообщавшим, что до Каранхагана осталось одиннадцать миль. С каждым шагом он хромал все сильнее.

Заметив это, Константин подбодрил его:

— Шевелись, Павел! В Гильдии Искателей Приключений тебя ждет целая гора золота! Нужно лишь немного потерпеть ради нее!

Константин имел в виду ту награду, которую нам пообещали за открытие затерянного подземелья. Там выходило больше семидесяти золотых. Это воспоминание подстегнуло Павла, и он упрямо бежал вперед, не сбавляя темпа, пока на горизонте наконец не показались городские стены Каранхагана. Константин выругался:

— А я-то надеялся, что мы нагоним их еще до города.

В отличие от Махи, вокруг высоких каменных стен Каранхагана не было россыпи ферм или пригородных построек. Последняя миля пути сменилась ровной каменной мостовой. Вечер уже вступал в свои права, но вокруг было еще вполне светло. Городская стража у ворот преградила нам путь, и Константин тяжело прохрипел:

— Как давно здесь проехал герцог?

Капитан стражи смерил нас долгим, оценивающим взглядом. Мы были покрыты грязным потом и дорожной пылью, а Павел едва мог стоять на правой ноге. — Герцог проехал чуть меньше часа назад.

— Спасибо, — Константин попытался протиснуться мимо, но стражник преградил ему дорогу щитом.

— Легионер, ты обязан внести своих людей в реестр, — строго произнес он, указывая на караульное помещение.

Константин огрызнулся:

— А герцог свой отряд зарегистрировал?

Стражник замялся:

— Нет, он шел под своим знаменем, и мы просто пересчитали его людей, пока они проезжали мимо.

— Вот и отлично, прибавь к тому числу еще пятерых, — бросил Константин, бесцеремонно отталкивая его руку. Стражник что-то возмущенно забормотал вслед, но я уже не слушал, поспешив за командиром. Времени разглядывать город не было: Константин стремительно вел нас по улицам, увлекая за собой. Горожане поспешно уступали нам дорогу, испуганно шарахаясь в стороны – должно быть, виной тому был наш жуткий, взмыленный вид и явная спешка.

Вскоре мы выбежали на просторную площадь, посреди которой возвышалась знакомая каменная арка. Лошади и люди герцога дожидались здесь. Кастилия уже спустилась на землю и о чем-то негромко беседовала с Корнелием в самом центре отряда. Корнелий заметил нас и указал рукой на небольшое каменное здание неподалеку. Константин проворчал:

— Проклятая писанина. Ждите здесь. Если явится маг смещения и откроет портал – идите сразу, меня не ждите. И не позволяйте никому себя задерживать. А я пойду отмечу наш переход у писаря. — Он зашагал прочь, черпая новые силы в собственной злости.

Павел отыскал какую-то бочку, со стоном опустился на нее и принялся стягивать сапог с правой ноги. Когда он снял пропитанный кровью носок, мы ахнули: кожа на пятке лопнула до самого мяса, обнажив кость. У Лайнуса и Бенито дела обстояли чуть лучше – их носки тоже пропитались кровью, но лишь от лопнувших мозолей. Я же сапоги снимать не стал: благодаря своевременному исцелению мои ноги были в полном порядке.

Пока мы осматривали раны и ждали Константина, из здания канцелярии донеслись его злые крики. В этот момент к нам подошел Корнелий:

— Впечатляет. Добраться сюда на своих двоих – это надо уметь. Мне бы пригодились такие люди в Гончих. У кого-нибудь из вас есть готовая структура заклинания?

Я знал, что для службы в Гончих это обязательное условие, но никто из нас ничего не ответил. Помолчав, он спросил, обводя нас взглядом:

— И это все, кто сумел дойти?

Павел, осторожно ощупывая изувеченную пятку, буркнул в ответ:

— Остальные скоро будут.

К нам вернулся Константин, все еще красный от крика. Он бросил нам:

— Все в порядке, нам разрешили пройти через портал в столицу.

Корнелий с уважением посмотрел на него:

— А ты все такой же двужильный упрямец, Константин. И хорошо. Октавиан уже отправил вестника, чтобы к началу Трибунала подготовили Искателя Истины для допроса. Если бы вы опоздали, они бы провели суд без ваших показаний.

У меня внутри все похолодело. Нас будут допрашивать Искатели Истины? В этот момент на площадь вступил отряд легионеров в тяжелых латах, сопровождавший мага смещения. Спустя еще пятнадцать минут портал вспыхнул ровным светом, и люди герцога один за другим потянулись внутрь. — Сапоги не надевай, иди прямо так, — скомандовал Константин Павлу, и мы все двинулись к мерцающей арке. У меня промелькнула трусливая мысль приотстать и сделать вид, будто я случайно не успел войти, но Константин шел позади и настойчиво подталкивал меня в спину. Я шагнул в сияющее марево и мгновенно оказался в Телхе, столице Тельхианской Империи.