Отцовский совет

— Я не понимаю, — осторожно ответил я.

Мы отошли достаточно далеко, чтобы остальные нас не услышали, а из приоткрытого окна доносился белый шум бьющихся о скалы океанских волн. Константин был раздражен и даже не пытался это скрыть. Он наклонился ближе ко мне и прошептал:

— Ты сдерживался в нашем поединке, и я сейчас не про твои заклинания. В Махе твоя стрельба из лука была сносной, а теперь ты держишь лук увереннее, чем люди, которые стреляют уже десяток лет. Если бы я не знал тебя лучше, я бы подумал, что в городе в тебя вселился какой-то древний эльфийский воитель и теперь управляет тобой как куклой.

Я удержался от того, чтобы сказать: «Ты меня раскусил». Взгляд Константина был слишком серьезным, к тому же он питал нездоровый интерес к нежити. — Моя стрельба в Махе была сносной? — Вместо этого спросил я, изогнув бровь.

Константин пренебрежительно махнул рукой:

— Для обычного войска – да, но не для легионера. Что произошло в подземелье? — Настаивал он. Я не мог не заметить, что его вторая рука находилась под столом, вне поля моего зрения, а плечо было напряжено.

Любопытство явно сжигало Константина изнутри, его терзали сомнения, которые требовали ответов. Думаю, именно осознание того, что я превзошел его в искусстве фехтования, и послужило причиной этой неожиданной встречи, поэтому я сосредоточился на этом. — Я много тренировался в Мире Грёз, а еще у меня было время попрактиковаться с легионерами в Зале Имперского Легиона. Я даже скрестил клинки с примусом Скорпионом.

— С примусом Скорпионом, этим заносчивым пикси? Должно быть, ты ходил на утренние занятия, — Константин не скрывал своего отвращения к этому человеку.

— Его заклинание направлено на то, чтобы предугадывать действия противников еще до того, как они их совершат, — подытожил я то, что удалось вынести из той встречи.

— Это не секрет, и это не единственное его заклинание. Но ты уходишь от ответа. Мир Грёз – ладно. Но ты стал быстрее, сильнее и гораздо выносливее. Ты нашел артефакт или тайник с высшими эссенциями? Мейвит упоминал кое-каких тварей, которых вы убили, когда разговаривал с другими ребятами из отряда, но быстро заткнулся, когда Брут прижал его с расспросами. — Он уставился на меня, словно настоящий Искатель Истины.

Я попытался уклониться от ответа, как делал всегда, когда кто-то пытался выведать мои секреты. — Разве отряд не давал клятву хранить в тайне местонахождение Мерцающего Лабиринта?

Константин кивнул:

— И само его существование. Держать рты Матео и Бенито на замке – это круглосуточная работа Адриана. Уверен, другие тоже болтали, но взамен нам разрешили оставить себе добычу из подземелья.

— Я беспокоился, что кто-нибудь может объявить охоту на отряд из-за рунического оружия, — обеспокоенно произнес я.

— Такая вероятность есть, но Кастилия и Адриан начеку. Если бы они сейчас не расквартировались в городе, я был бы с ними, — оборонительным тоном признался Константин. Он все же чувствовал некоторую преданность к бойцам и Кастилии. — Уверен, большинство герцогов уже знают, что несет с собой отряд Кастилии, и эта информация разойдется по рядам Первых Граждан. Полагаю, Брут и Донте уйдут, когда я вернусь. Они слишком глупы, чтобы понять: все, что нужно Первому Гражданину, когда он берет их на службу – это их руническое оружие.

— Но у Брута даже нет рунического оружия, — растерялся я.

Константин усмехнулся, наконец немного расслабившись:

— И какой бы Первый Гражданин ни принял его на службу, он будет горько разочарован, когда узнает об этом. — Взгляд Константина снова стал жестким: — Хватит болтовни. Как ты вырос так сильно – и так быстро?

— Какая разница? — Огрызнулся я.

— Какая разница? Да потому что, помимо Искателя Истины Яниса, с тех пор как мы вернулись из Каэлоры, поступило не менее восьми запросов на твою службу. Большинство из них можно списать на этого кентавра недоделанного, Первого Гражданина Бориса, который пытается прибрать к рукам твой амулет. Но герцог Тиберий хочет, чтобы ты служил личным телохранителем его внучки. Герцог Октавиан после инцидента в Саду Гноллов тоже подал официальный запрос на твою службу, но уступил герцогу Тиберию в качестве услуги. У всех остальных слишком низкое положение, чтобы их вообще рассматривали. Если слухов будет слишком много, в конце концов твое имя дойдет до ушей Императора.

Доводы Константина звучали убедительно. Он яростно прошептал:

— Тебе нужно выделяться, а не затмевать все остальные звезды на небе, подобно солнцу. Продолжишь в том же духе, и тебя проверят на чтеце мыслей. — Последнее прозвучало как скрытая угроза. Думаю, он полагал, что я испугаюсь разоблачения своего сродства с магией, но ведь у меня также значительно выросли физические и ментальные характеристики.

Я медленно кивнул, понимая, что мне действительно следовало сдерживаться сильнее. Константин заметно расслабился и продолжил:

— Среди щенков есть трое, которых тебе стоит опасаться. У Искателя Истины Яниса не хватило эфира, чтобы расспросить их подробнее, но Кастиан, Гадриус и Савино – все они были выдвинуты союзниками Первых Граждан Бориса Анджеллы и Джастина Цицерона. — Он сделал паузу: — Их кандидатуры одобрили сразу после того, как тебя приняли в Гончие.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас? — Резко спросил я.

— Я присматривал за ними, а ты по ночам запирался в своей комнате. Скоро мы начнем охоту, так что я решил, что тебе нужно быть в курсе, — самодовольно заметил Константин.

Я закатил глаза, показывая свое раздражение. — Охоту?

Константин проворчал что-то себе под нос, видя, что я продолжаю уходить от его вопросов. — Да. Мы учим вас выслеживать человека. Одного щенка выпускают в дикую местность, а остальные должны найти его на территории в двадцать пять квадратных миль. Мы разметили границы два дня назад. С таким малым количеством инструкторов будет трудно уследить за всеми семнадцатью. Обычно за каждым щенком следует Гончая, но у нас нет такой роскоши. — Константин объяснял это с явным раздражением из-за моего нежелания отвечать на его вопросы.

Мне нужно было дать ему хоть что-то, чтобы утолить его любопытство. Я снял перчатку и показал ему свое блестящее серебряное кольцо. — Кольцо насыщения. Я нашел его в подземелье. Оно питается эфиром, теперь мне требуется всего несколько часов сна и гораздо меньше еды.

Глаза Константина блеснули, когда к нему пришло понимание. — Надень перчатку обратно. — Он покосился на спину солдата, мывшего тарелки. — И оно работает в связке с твоим амулетом? — Я кивнул. — Значит, он все еще у тебя. Проклятье Медузы, Зайна! — Зло процедил он. — Она должна была забрать его у тебя и пообещать вернуть после тренировок. — Мысли Константина лихорадочно заработали, а взгляд заметался, оценивая это осложнение.

В конце концов он приказал:

— Не пользуйся им. И вообще, не доставай ничего из своего кармана на глазах у других. И ради Сатурна, надеюсь, ты никому не говорил, что он у тебя с собой.

— Я был осторожен, — буркнул я в ответ. И не он ли сам только что выпытывал у меня ответы?

Константин раздраженно махнул рукой:

— Собиратель Дурандуса тоже там, внутри?

Я постарался сохранить бесстрастное выражение лица, но медленно кивнул, признавая это. Константин не удивился. — Боги небесные и подземные. Мне пришлось убить Флавия, чтобы сохранить этот секрет. Если во время тренировок представится возможность, я создам для тебя лазейку, чтобы ты мог им воспользоваться. — Я был в таком шоке от всего услышанного, что не мог вымолвить ни слова.

— Хочешь немного эссенций? — Спросил я, когда наконец пришел в себя.

Он обдумал предложение. — Если сочтешь нужным дать мне одну, я не откажусь. Глядя на то, как Мейвит тренировался весь этот последний месяц, я догадывался, что вы двое собрали знатный урожай в Мерцающем Лабиринте. Возможно, я даже недооценил, насколько знатный. — Он списал все мои успехи исключительно на эссенции и начал подниматься, ожидая, что я скажу что-то еще.

Когда я промолчал, он добавил:

— Всегда держи свои секреты при себе. Я думал, что научил тебя лучшему. — Он развернулся и ушел размашистым шагом, а я, по его задумке, видимо, должен был испытывать чувство вины. Солдаты, мывшие посуду, уткнулись в свою работу, пока он поднимался по лестнице. Я встал и спустился в свою келью.

Оказавшись в комнате, я никак не мог понять, на что именно злился Константин: на то, что я не доверился ему, на то, что я превзошел его в фехтовании, или на то, что я красовался перед остальными. В итоге я решил, что дело во всем сразу. Я принял две эссенции перед тем, как лечь спать. Хотя Константин и велел мне не пользоваться амулетом, я не стал нарушать свой распорядок, но проводил внутри ровно столько времени, сколько требовалось для создания фолиантов в библиотеке.

Следующая неделя прошла именно так, как говорил Константин. Утренние тренировки на пляже сократили: мы просто пробегали два мили до солончаков и обратно. Солончаки представляли собой огромные, очень мелкие резервуары, которые солдаты заполняли морской водой. Солнце испаряло воду, а солдаты соскребали соль. Сами эти бассейны были невероятно старыми, оставшимися от какой-то давно забытой империи. Солдаты продавали соль, чтобы выручить немного лишних монет.

Моя собственная тяга к имперской соли сильно поутихла, когда я заметил, что морские птицы любят купаться и испражняться в этих мелких бассейнах сразу после их заполнения. Раньше я думал, что соль добывают в шахтах, но, когда я спросил Герна, выяснилось, что у Империи нет соляных шахт. А поскольку со всех сторон нас окружали враги, импортировать каменную соль можно было только по морю.

Мне удавалось сдерживать себя в боевой практике. Я ни разу не проиграл, но дрался на уровне своих противников. Сражаться с другими щенками было даже немного досадно, ведь я ничему у них не учился. Константин решил больше не скрещивать со мной клинки, но Герн и Янсен были не против.

Оба мужчины в бою полагались на свою скорость. До Мерцающего Лабиринта я был бы в невыгодном положении против них, но теперь я оценивал их навыки на ступень ниже, чем у Константина. Видя это, Константин часто заставлял их нападать на меня вдвоем. Они отлично работали в паре, и после поединков с ними у меня обычно оставался синяк-другой.

После полудня мы также всерьез занялись уроками следопытства. Одна Гончая пряталась на территории в двадцать пять квадратных миль, а мы все должны были ее найти. Поначалу они оставляли явные следы своего присутствия, но со временем становились все более изворотливыми и скрытными. Когда они начали расставлять калечащие ловушки, мы поняли, что игры закончились. Во время погони за Катоном в сумерках я наступил на замаскированную ямку и пробил ногу двумя металлическими гвоздями. Я грязно выругался: Константин не хотел, чтобы я исцелялся на глазах у остальных, поэтому мне пришлось ковылять на поиски целительницы Лайт.

Константин оказался прав насчет Кастиана, Гадриуса и Савино. Они ходили за мной по пятам под предлогом того, что хотят держаться поближе к одаренному, и постоянно намекали, что на время охоты нам стоит сплотиться в одну стаю. Возможно, дело было в предупреждении Константина, но теперь я отчетливо чувствовал их двуличие.

Самой полезной частью дня были лекции Герна о существах Дезии. Казалось, существовал нескончаемый поток ужасов, способных тебя убить: гоблины, гиганты, элементали, совиные медведи, гноллы, лютые звери, дриады, нежить, гигантские насекомые, драконы, драки, виверны, гаргульи, тролли, троглодиты, огры, пикси, големы, багбиры… список казался бесконечным. У Герна было более сотни существ, о которых он планировал нам рассказать. Мне хотелось сопоставить его лекции с чтением собственных бестиариев в ментальном пространстве, но приходилось ограничиваться лишь записями, чтобы изучить их позже.

Мы закончили тренировку по стрельбе из лука по мишеням на больших качелях из веревок. Попасть в движущуюся мишень было в разы сложнее, чем в неподвижную. Тем не менее, по медленно раскачивающимся мишеням на расстоянии в 25 ярдов я бил без промаха. На дистанции более 30 ярдов или по быстро движущимся целям точность моих попаданий заметно снижалась. Герн говорил, что это дело практики, и вскоре нужный упреждающий прицел станет делом инстинкта.

Константин внезапно прервал занятие. — Хватит возиться с луками. Собрать стрелы! — Все засуетились, так как его тон не терпел отлагательств. Пока мы осматривали собранные стрелы, Константин проревел:

— Пришло время вашей первой Охоты на Щенка! Тот, кто поймает добычу сегодня вечером, завтра получает выходной!

Все замерли, ведь нас предупреждали, что это произойдет. Блеск в глазах Константина подсказал мне, что его следующие слова мне очень не понравятся. — Сегодняшняя дичь – Эрик. У тебя есть две минуты форы! Время пошло!

«Премного благодарен, старик», – подумал я. Я закинул колчан за плечо и бросился в чащу деревьев.

.